Как две капли воды... или нет?

— Итак, дамы, господа… и Рафаэль, — остановившись у калитки, Микеланджело торжественно вскинул над головой сложенные замком руки, как бы приветствуя собравшуюся восторженную публику. Опущенное на неровную землю ведро с уловом он ловко придерживал от падения, подставив ступню, сам каким-то чудом удерживаясь практически на одной ноге. — Встречайте вашего спасителя от голода, холода и главнейшей из мук — скуки, великолепного и неподражаемого Ми-кел-анд-же-ло! Высунувшийся на шум из самопальной лаборатории Донателло лишь с досадой покачал головой. Что ни день, то новое представление — иначе назвать выкрутасы младшего он не мог. А ведь это только начало. — А нельзя погромче, Мик? — ворчливо поинтересовался Рафаэль, лишь удосужившись вскинуть голову. Казалось, новое топорище, которое он старательно обтесывал, сидя на ступеньках сарая, занимало его больше, чем перебранка с младшим, но Дон знал, как обманчиво — и хрупко это спокойствие, — Еще не все медведи в лесу нас услышали. «И Лео», — вспомнил наконец Дон. Точно, как он мог забыть о каждодневной — как по расписанию, аккурат перед обедом — «тренировке», которую старший проводил в лесу с Караи. Правильнее, наверно, было бы назвать ее «свиданием» — ведь началось все с того памятного дня, когда Лео вернулся из леса, обнимая Караи за плечи, всем и каждому демонстрируя свое отношение к ней. Правильнее… вот только Донателло не знал, сколько в тех встречах было собственно свидания, а сколько — настоящего спарринга, медитаций и прочих заморочек Лео, коим тот тоже предавался всей душой и полностью. Да и Караи, если Дон правильно понял, тоже. Два сапога пара, ей-богу. И совет им да любовь, казалось бы. И все же… как же невовремя, великий Дарвин! — У нас водятся медведи? — неожиданно воодушевился Микеланджело. Позабытое ведро покатилось по земле, рассыпав под ноги рыбака весь улов, но это нисколько не смутило его. Присев на корточки, Майки начал ловко собирать потерю, ни на секунду не умолкая: — Не, все, парни, завтра на охоту иду я. Вы только сравните это, — балагур, опасно балансируя на пятках, поднял над головой ведро, уже наполовину полное его законной гордости, по большей части карасей разных размеров, — и это, — небрежный кивок в сторону распялки, где висели, подсыхая, несколько заячьих шкурок. Дон некстати припомнил, что немалая часть супа, на который и ушла вся съедобная часть вчерашней добычи Рафа, досталась как раз хвастуну. — Ну, не надо дуться, братишка, — не успокаивался тем временем Майки. Потянулся, словно желая похлопать брата по плечу, но быстро отдернул руку. — О тебе же забочусь… о нас то есть. В охоте ведь главное что? — Маскировка — ну и ловкость, конечно, — вместо брата с намеком отозвался Дон. Он-то, в отличие от Рафаэля, старавшегося в упор не замечать младшего, видел, как тот поскользнулся на позабытой рыбешке, но быстро поймал равновесие и сделал вид, что ничего не было. Впрочем, недвусмысленного намека он тоже предпочел не расслышать. — А вот и нет, — Майки пальцами ноги подхватил последнюю рыбешку за хвост. Поморщился: должно быть, попался окунь или ерш; ловко забросил в ведро и выпрямился. — Главное — это добыча. И чем больше, тем лучше. Мы же молодые растущие организмы, сам говорил, — хитро покосился он на Дона. — Нам нужно хорошо питаться. А то отощаем совсем, любой Дракон пальцем зашибет. Незадачливый охотник лишь хмуро отмахнулся, буркнув себе под нос что-то насчет того, что у рыбы нет ушей — и в этом удача главного болтуна семейства Хамато. А может, и что некоторым ниндзя, ради их собственного блага, похудеть бы не мешало. Хрупкое равновесие продолжалось. Пока. — Хэй, Мик, а я, наоборот, не отказался бы от рыбного бульона. Раз уж мясной весь тебе достался, — решил наконец спасти ситуацию Дон. Тем более что он, в отличие от старших (хотя насчет Лео не был уверен), точно знал, в чем сыр-бор, — не он ли сам собственноручно расчертил настенный календарь, отметив в нем самые важные даты? О чем сегодня уже немного жалел. Умник бы выбросил его, если бы это хоть немного помогло делу. Увы, младший с несвойственной ему внимательностью запомнил, сколько оставалось до главного и любимейшего его праздника — Дня Независимости. И с каждым днем, приближавшим его к знаменательной дате, становился все назойливей и невыносимей. По правде сказать, последнее время Рафаэлю и правда отчего-то не везло: дичи попадалось совсем мало, хватало лишь на поднадоевший суп либо на рагу, состоящее в основном из овощей. Тогда-то Майки и предложил помочь Лео с рыбалкой, благо куры пока не требовали слишком много времени. И преуспел в этом — всем на удивление, ведь вроде бы клев более непредсказуемая вещь. Может, дело было в неизменном везении младшего, тем более что и увлекся он рыбалкой совсем недавно, — но Дон больше винил жаркую погоду: приближалась макушка лета, а с ней и самые знойные деньки. А может, осторожные зверьки запомнили опасные места и держались от них подальше — а Раф еще не сообразил перенести ловушки. Про себя Донателло решил подсказать брату возможное решение, но потом, позже. — А может, и правда отпустим, а? — Рафаэль наконец выпрямился, отряхнул с коленей стружки. Примерил топорище чуть дерганым движением и криво усмехнулся. — В качестве приманки для дичи. Типа того кабана, который тебя до самого лагеря гнал. И догнал бы — если бы не клен у забора. — Какой кабан? — деланно удивился Майки, подхватил ведро и понес к дому. — Там просто дупло было, я меду хотел найти. Эйприл угостить, как приедет. — Скорее уж свою ненасытную утробу, — хохотнул Раф. Топор наконец-то встал на место, как влитой, и это добавило новоявленному мастеру настроения. Развернувшись на пятках, он направился в сарай, в поисках молотка с гвоздями, чтобы закрепить результат, но не мог не поддеть напоследок: — Отличный же из тебя ниндзя — которого все твари гоняют, от собак до пчел! Меня вот почему-то не трогают. — А ты просто невкусный. Как поганка! — обиженный Майки показал язык, но Раф его уже не видел и не слышал. — Кстати, насчет поганок… уже должны были появиться грибы, — Донателло почесал затылок, прикинул что-то на пальцах и, решившись, повелительно ткнул в сторону младшего. — Раз уж так не терпится в лес, пойдешь со мной. Заодно и разнообразим меню. — Поганками?! — Майк потешно выпучил глаза, и Донателло не мог сдержать усмешку. — Ну, только если очень хочется. Хотя я настоятельно бы не советовал. Большая часть лекарств осталась дома, а утренней тренировки никто не отменял. Да и мастер Сплинтер скоро вернется. Возвращение это Донателло предвкушал всеми фибрами души. Нет, первое время он, как и остальные, порадовался, когда учитель решил провести несколько дней в лесу для какой-то духовной практики (будучи ученой черепашкой, Дон никогда не интересовался такими материями, пока они не касались его лично. Да и тогда — с изрядной долей скептицизма и строго дозированно). Как ребенок, ей-богу — свобода и безнаказанность, занимайся чем хочешь в промежутке между утренней и вечерней тренировкой, а за порядком, если что, присмотрит Лео как главный заместитель Сплинтера в его отсутствие. Уже через пару дней Донателло понял, как он поспешил с этой радостью. Захваченный с головой неожиданным романом, Леонардо в полную силу вкладывался лишь в тренировки. Нет, он не пропадал целыми днями за пределами фермы вместе с Караи, прилежно старался вникать в хозяйственные дела и отдавать распоряжения, но с тем же успехом мог бы пропадать — ведь сколь-нибудь внятного ответа по большинству возникавших вопросов добиться от него было невозможно. Внешне, конечно, он старался держаться уверенно, но Донателло быстро просек скудные знания брата в… да практически во всем, не связанном с искусством ниндзюцу, и милосердно вызвался помочь, дабы не подрывать авторитет лидера откровенно бредовыми решениями. И вот кто его за язык тянул! Теперь контроль состояния всех построек фермы, всей живности и инструментария, учет припасов и подручных материалов — все это легло на плечи Дона как наиболее более эрудированного из четверки… и кому какое дело, что в сельском хозяйстве он смыслил лишь чуточку больше остальных, и то благодаря врожденной любознательности, частенько толкавшей его читать в интернете материалы, напрямую не связанные с интересующим вопросом. Эйприл, конечно, давала им кое-какие инструкции перед отъездом, но чувствовалось, что и она помнит о жизни на ферме гораздо меньше, чем им требовалось. Оставалось лишь судорожно вспоминать все, что хоть как-то отложилось в памяти, и надеяться, что ничего не напутает. И отчаянно ожидать возвращения мастера. Уж в его-то знаниях по вопросам выживания на природе Дон был уверен больше, чем в собственных. — Не, я лучше рыбу почищу. Ты явно больше во всем этом смыслишь, — младший предпочел быстренько ретироваться на кухню, прихватив с собой улов, наскоро пересыпанный в сетку. Ведро осталось валяться брошенным у порога. Донателло устало выдохнул, подобрал ведро и направился к сараю. В ушах все еще звенело от нескончаемой трескотни Майки, но хотя бы полчаса тишины он выиграл. И то хлеб. — Смотался прохиндей? — из сарая показался Раф. За поясом у него торчал молоток, банку же с гвоздями ниндзя подбрасывал и крутил в воздухе с ловкостью заправского жонглера. — Наконец-то. И как у него хлеборезка не устает? Донателло лишь устало махнул рукой. Иногда он и сам задавался этим вопросом. Вечный двигатель младшего братца был для него загадкой природы, разгадать которую не под силу даже учителю. Причем стабильно заряда в ней хватало лишь на две вещи: болтовню с не всегда успешными попытками в юмор — и нескончаемые трюки с подколами. Лишь при мастере Сплинтере Майки старался держаться серьезно, и то с переменным успехом. Кажется, последнюю фразу Дон произнес вслух. Раф удивленно вскинул на него глаза, потом согласно кивнул. — Что-то мастер и правда задерживается. Панцирь, не думал, что когда-нибудь это скажу, но я… скучаю по нему. Последнюю фразу Раф произнес нехотя, почти стыдливо. Пользуясь случаем, перехватил у Дона ведро и поспешно вновь скрылся в сарае. Донателло же с улыбкой забрал у него молоток и гвозди и уселся на ступеньке. Нагретое за день дерево дарило приятное тепло. — К слову о пропавших… где Лео? — вернувшийся Рафаэль облокотился о притолоку, лениво наблюдая, как сиротливо и чуть кривовато покачивается туда-сюда незапертая дверца калитки. — Он давным-давно обещал починить изгородь. Донателло тоже помнил это обещание, данное еще когда помянутый ранее кабан, промахнувшись с ударом, едва не снес изгородь. Кажется, Леонардо тогда всерьез разозлился — порывался и зверя собственноручно отловить, на бекон, и ущерб, им нанесенный, исправить. Да так и не собрался ни с тем, ни с другим. — Обещанного три года ждут… — туманно отозвался Дон, не желая вдаваться в подробные объяснения. — У нашего лидера есть и другие дела, более неотложные. — Например, любезничать с Караи, — с усмешкой бросил Раф. — И не говори, что тоже не заметил, как он каждый день бегает с ней в лес. Того и гляди пропишутся там и оставят все хозяйство на нас. — А кто-то завидует, — высунулся из окна Майки — и тут же спрятался, когда в стену рядом с ним влетела шишка. К счастью, ничего более увесистого Рафаэлю под руку не попалось. — Эй, парни, не громить мой дом. Только не на День Независимости, — знакомым голосом окликнули их откуда-то сбоку. Дернувшись на звук, Дон немного туповато вытаращил глаза. А ведь только что, казалось, никого не было. И это они, ниндзя, проворонили не только двоих обычных людей… ну, не совсем обычных, все-таки друзей, но явно далеких от искусства скрытности, — но и их автомобиль, старый фургончик Кейси, обыкновенно слышный издалека из-за неисправного глушителя. Или все-таки не проворонили? Дон явственно видел хрупкую фигурку подруги, приветственно машущую им из-за изгороди, плечистый силуэт ее парня с огромным рюкзаком за плечами… и все? Как же они добрались сюда, пешком? Ведь до остановки пригородного автобуса две мили, если не больше. С фермы матушки Кейси? Так и оттуда не ближе. — А у нас тачка сломалась, — вместо приветствия бросил Кейси. — Как раз рядом с моей лачугой. Вот, притащили сколько смогли, — и он хлопнул по раздутому боку рюкзака. — Таки не выдержала твоего головотяпства? — при всем старании Рафаэль не мог сдержать радостной улыбки. — Ничё, разберемся, если только это не отмазка, что у тебя ее отжала маман, — быстрым шагом добравшись до калитки, он распахнул ее пошире. — Хай, Эйп. Пропустив вперед себя подругу, Кейси с некоторым трудом протиснулся следом. И уже потом, миновав узкий проем, с облегчением сбросил с плеч лямки рюкзака. — А раньше не судьба, чел? — с насмешливым укором попенял ему Раф и перенял ношу. Донателло чуть раньше сделал это с сумкой Эйприл, пусть та и отнекивалась, дескать, легкая. — Как только получилось вырваться, — не поняв суть упрека, начала объяснять Эйприл. — Весеннюю инспекцию магазина перенесли на лето, ну и пришлось задержаться… — Да я не о тебе, Эйп, — чуть сконфуженно перебил ее Раф. — Я об этом гамадриле, который типа друг. А сам пропал без вести. — У типа друзей тоже бывают типа проблемы, — поспешила защитить жениха Эйприл. Ласково обняла его руку. — Типа поиска новой работы. — Но сейчас-то все пучком? — Рафаэль шутливо толкнул друга в плечо. Глаза, однако, при этом были встревоженные. — Ничего… то есть никто больше не беспокоит? — Никто, никто, — заверила его Эйприл, потом, хитро скосив глаза на Кейси, прижалась к нему и легонько, совсем незаметно подтолкнула в бок. — Он сам кого хочешь побеспокоит, сам знаешь. Тот вместо ответа шутливо взъерошил ей волосы. — Да, вроде все утихло. По мне, так даже слишком тихо… но Эйприл нравится… вроде, — Кейси непривычно тепло улыбнулся. — Салют, друган, — из дома выскочил припоздавший Майки с лопаточкой для жарки. Чуть попятнанный маслом и чешуей фартук его сбился набок, придавая ему сходство скорее с официантом, чем с поваром. — А ты как раз к обеду. Вот только закончу. — Потом закончишь, — перебил его Раф, чуть грубовато сцапав сзади за панцирь. Отобрал лопаточку. — Пошли тачку Кейси подгоним поближе. Если только твоя мамка нас не запалит… — сощурился он на друга. — Да она даже не слышала, — махнул рукой Кейси. — Мы ж почти на перекрестке сломались. — Лучше тогда со мной, — Дон отложил в сторону готовый топор. — Быстрее наладим. Щас только инструменты захвачу. Майки, за тобой ужин. — Есть, шеф, — отобрав обратно кухонный прибор, тот пулей метнулся обратно в дом, откуда уже долетал приятный аромат дымка. — Да у меня все с собой, — Кейси шутливо навалился на плечо Рафаэля, точно пытаясь уронить его. — Вас только не хватает. Погнали, по пути как раз все и расскажете. — А я к тебе, Майки, — Эйприл забрала-таки у Дона свою сумку и направилась к дому.

***

Совместными усилиями починка заняла совсем немного времени, и команда успела вернуться еще до начала обеда. Еще издалека они услышали шутливую перебранку Майки с Эйприл по поводу, с чем лучше подавать запеченную с картофелем рыбу — с укропом или же с листьями салата. — Со всем сразу, — мигом решил спор Рафаэль. — Как-никак сегодня праздник… — он с усмешкой помедлил, ловя нетерпеливый взгляд Майки, — …приезд наших лучших друзей. — А я думал… — обиженно протянул тот. — И День Независимости. Как раз нынче, — подхватил Кейси. Выбравшись из кабины, он торжествующе хлопнул по боку фургончика. Внутри что-то глухо стукнуло. — И мы кое-что по этому случаю привезли! — Сахарные пончики с кремом? — тут же облизнулся Майки. — И не только. На, тащи, в доме разберем, — открыв задние дверцы, Кейси вручил младшему из черепашек объемную коробку; прижав ее к пластрону, тот тут же поспешил к дому. Сам потянулся было за другой, но Эйприл ловко отодвинула ее. — Лучше ты, — она подмигнула Дону. — А на тебе остальное, как на самом сильном, — улыбнулась девушка надувшемуся было Кейси. — Обижаешь, подруга, — Раф потеснил друга локтем и примерился было к самой тяжелой на вид коробке, щедро обмотанной скотчем и газетами. — Перетопчешься, — тот успел перехватить ношу первым, состроил рожу и, подняв ее повыше, торжественно понес к дому. — Ну, держись, — Рафаэль подхватил две оставшиеся, зажал подмышкой сумку и поспешил за ним. — Конкурс на звание самого сильного объявлен открытым, — крикнула им вслед Эйприл, потом же, взявшись за дверку, приоткрыла ее и подмигнула Донателло: — А самые умные не пойдут пешком. — Читаешь мысли, — черепашка открыл вторую створку калитки, зафиксировал обе, после устроился за рулем и ответил Эйприл веселым прищуром. — Натянем нос этим индюкам? — С радостью! — та взгромоздилась на соседнее сиденье. Вскоре все собрались в маленькой гостиной. По центру стола в большом блюде шаткой горкой высилось главное угощение — но и хозяева, и гости малость позабыли о нем, увлеченные моментом. Вручение подарков. Ну, на самом деле кое-что из продуктов и мелочей, дабы скрасить досуг, и не стоило этого громкого наименования, но для черепашек таковым и оказалось, тем более поднесенное в значимый день. Да и Кейси с Эйприл постарались в честь торжества добавить хотя бы малость для каждого из братьев и их учителя лично. — А что так мало конфет и комиксов? — Майки озадаченно окинул взглядом тоненькую стопку с лежащим поверх кульком. Перелистнув пару страниц, добавил еще более кисло: — К тому же рафовских. — У кого-то скоро панцирь слипнется, вот почему, — толкнул его в бок брат. — А не нравится — можешь не брать. С ухмылкой Рафаэль протянул руку, словно собираясь забрать. Майки тут же спрятал подарки за спину, высунул язык. — Мог бы и поблагодарить, чудило, — пристыдил его Дон. — А это и не ему, — удивил всех Кейси. От неожиданности Майки без протеста отдал ему стопку; Эйприл же с улыбкой вручила вместо нее приставку, старенькую, но еще рабочую. — Мы еще телек привезли, — добавил Кейси с гордостью. — Маленький, правда. Он в кузове. И антенна к нему. — Моя ты прелесть! — аж прослезился Майки. Эйприл машинально шарахнулась от объятий, но они предназначались не ей, а подарку. Бедная коробка аж хрустнула. — Ну все, Эйп, можешь попрощаться с телеком, — многозначительно подмигнул Раф. Донателло открыл было рот возразить, что нет ничего, что он не способен был починить — при наличии деталей, конечно. Не успел. — А она простенькая, ему надоест скорее, — хитро подмигнула девушка в ответ. Потом повернулась к Дону. — А это тебе. В руку лег новенький калькулятор. Наклонившись ближе, Эйприл шепотом добавила, что помимо телевизора, привезла еще несколько книг. Она, правда, не уверена, те ли это, что нужны им для обустройства фермы, но постаралась выбрать хотя бы по одной по каждой возможно необходимой сфере. Мысленно прикинув вес — и ценность — подарка, Донателло молча обнял ее. — А теперь все за стол, — Майки приглашающе махнул рукой, второй не выпуская свою главную драгоценность. — Угощение стынет. А я сейчас. Он метнулся на кухню, собираясь принести привезенные сладости. Какое-то количество хитрец, конечно, заначил себе, на черный день, но оставшимися щедро собирался поделиться со всеми. — Может, потом? — остановила его Эйприл. — Места на столе не хватит. Столик и правда был невзрачный, маленький, круглый и очень скрипучий. Собранных в доме табуреток и одной длинной скамейки, принесенной из сарая, с трудом хватило для всех собравшихся. Тарелки же теснились буквально «борт о борт», занимая вместе со стаканами и кружками оставшееся место. — А разве мы не подождем Лео? И мастера Сплинтера? — немного растерянно поинтересовался Кейси. — А они уже здесь, голубки наши, — для верности Рафаэль прижался носом к стеклу и, уверенно кивнув, ухмыльнулся. — Щас будут здесь, как руки ополоснут. Мастер же… — он умолк. — Насчет мастера мы и сами не знаем, когда он точно будет, — Донателло вкратце пояснил гостям ситуацию. И добавил уверенно: — Но мы ему оставим понемногу от всего. — Тогда погнали, — Рафаэль хищно прищурился. — Погодь, ща… Еще чуть-чуть… Сейчас! Кто последний, тот вылупился из тухлого яйца! — когда Леонардо переступил порог, выпалил Майки — и, не дожидаясь особого приглашения, метнулся к столу. Оставшиеся с хохотом и дружескими тычками локоть к локтю разместились за столом. Последними оказались, как ни странно, сам Майки… и Караи, которой никто не стал об этом напоминать. Ведь ее появление на свет явно обошлось без яйца. Майки же, схитрив, занял место на скамье, один из краев которой оказался чуть дальше от стола, — и тут же устроился на ней со своей тарелкой и кружкой. Хотел было закинуть и ноги, но под строгим взглядом Леонардо чинно выпрямился, давая место Караи. — Читер, — беззлобно буркнул Рафаэль. — Завидуй молча, Рафи… ай, за что? — Майки огорченно осмотрел тарелку, которой — вместо него, успевшего увернуться, — досталась изрядная порция выплеснутой газировки. Самому черепашке перепало лишь несколько капель. — Ну и ладно, так даже вкуснее. — Лучше бы все же у меня перекантовались, — недовольно буркнул Кейси. — А мама всего на пару дней приехала, — задиристо бросил он, прежде чем Леонардо успел озвучить самую очевидную причину. — Сейчас и без нее людно по самое не могу, — отмахнулась Эйприл. — Как раз сезон охоты и рыбалки. — Не-не-не, — не менее решительно помотал головой Дон. — Йети и охоты на него с нас в тот раз вот так хватило! — он провел ребром ладони под самым подбородком. — И охотников, — подхватил Майки. — Хотя, может, тебе понравилось играть в прятки, — он игриво подтолкнул в бок Кейси. Тот вернул толчок, едва не смахнув на пол тарелку Майки. Извиняюще улыбнулся, когда Эйприл молча погрозила ему. — Кто-то сейчас будет праздновать вместе с курами… А вот этого можно не опасаться, — продолжила она начатую фразу. — Мисс Абигейл в поисках новой сенсации, на сей раз где-то в северных штатах. Говорят, что-то связанное с морскими чудовищами. — Надеюсь, они ее съедят, — тихо шепнул Майк Рафаэлю. Тот отрицательно мотнул головой. — Не, отравятся. — А что сейчас в городе? — негромко поинтересовался Леонардо. Оглянувшись через плечо, он ободряюще улыбнулся выжидательно смотрящей на него Караи. Быстро и аккуратно расправившись со своей порцией, в разговор она пока не вступала, еще не вполне уверенно чувствуя себя в непривычной компании. Однако ж происходящим в Нью-Йорке интересовалась не меньше. Леонардо знал: Караи все еще чувствует себя виноватой перед приемным отцом и покинутым кланом, хотя и не заговаривает об этом. И, как ни желал он Шредеру всяческих неприятностей, все же надеялся, что сегодня новости будут благоприятные для всех. — Как и сказал ранее Кейси, в Нью-Йорке сейчас спокойно, — начала Эйприл. — Охота на чудовищ закончена, и город понемногу возвращается к нормальной жизни. Мэр отменил комендантский час, а патрулей на улицах стало намного меньше. Но все еще встречаются. — В отличие от бандитов, — вставил Кейси. Он выглядел крайне раздосадованным, и Рафаэль как никто другой мог его понять. — Черт, на улицах даже бродягу несчастного сейчас не встретишь, не то что шушеры посерьезнее. Скучища! — Кому-то надо побольше думать о работе, — несильно толкнула его локтем в локоть Эйприл. — Или ты намерен вылететь с нее, как и с прошлой? — Я и думаю, — проворчал парень. — А в выходные о чем? Эйприл сделала страшные глаза, и Кейси, осекшись, принялся оправдываться: — Нет, ну, конечно, о тебе, Эйп, но надо же мужчине где-то развеяться, выпустить пар… — Ничё, вместе — найдем где, — пообещал Рафаэль, и наклонившись над столом, друзья обменялись тычками кулак в кулак. — То есть мы возвращаемся? — оживился Майки, едва не поперхнувшись косточкой. Эйприл похлопала его по спину, когда он долго откашливался и протирал слезящиеся глаза. Донателло передал стакан воды. Когда, наконец, младший из братьев отдышался и уставился на подругу полными надежды глазами, та чуть виновато покачала головой. — Я знаю, что творится на поверхности, но не под землей. К сожалению, у меня пока не было возможности проверить, что и как в вашем доме. Боюсь, с возвращением придется немного погодить. — Я загляну на днях, — пообещал Кейси. — Через пару-тройку дней мне обещали выходной. — А приедешь рассказать и вовсе через месяц, — совсем расстроился Майки. — Мы и так пропустили День Независимости и фейерверк. — Ну, до Дня Благодарения точно получится, — неуклюже попытался пошутить Кейси. Глядя на молчаливо ожидающую Караи, Эйприл вспомнила еще кое-что. — О вашем главном противнике тоже почти ничего не слышно. Мне кажется, его вообще нет в городе, — начала она. А поймав недоуменные, а кое у кого — и откровенно недоверчивые взгляды — поспешила пояснить: — Его людей давно не видно на улицах, не считая постоянных постов возле небоскреба и особняка. — Можно подумать, их раньше кто-нибудь видел, — фыркнул Раф. — На то они и ниндзя. А кто искал-то? Кейси? Эйприл торопливо перехватила за плечи моментально вспыхнувшего жениха, что-то успокаивающе зашептала ему на ухо. Леонардо бросил на брата укоризненный взгляд. Тот хмуро-упрямо выдержал его, не опуская глаз, абсолютно уверенный в своей правоте. — Я имела в виду его официальный персонал, — сухо уточнила Эйприл. — Ваш враг — владелец большой и довольно активной в делах компании, и даже я часто наблюдала на улицах машины с их логотипом. А иногда и людей с его символом на форме. — Пижон, — под нос пробормотал Рафаэль. — Может быть, — не стала спорить Эйприл. — Но это так. Сейчас же не наблюдается никакой их активности. Совершенно. Более того — у меня есть знакомая на телеканале, она в курсе всех событий в городе. Так вот, по ее словам, сам Ороку Саки тоже практически не показывается на людях. Последний раз его видели… — она замолчала, припоминая. — Да, точно, во время приема в честь успешного завершения охоты на чудовищ. То есть больше месяца назад. — Можно подумать, твоя подруга в состоянии вычислить ниндзя — тем более их главаря — лучше Кейси, — фыркнул вполголоса Раф. Эйприл поднялась, смерила его раздраженным взглядом. — Ирма* — так зовут мою подругу — без ума от Ороку Саки, — холодно отчеканила она. — И поверь мне, она знает о нем больше, чем кто-либо в городе. Может быть, даже больше тебя. От неожиданности на этот раз Рафаэль подавился газировкой. — Да ладно. Хотел бы я посмотреть на сумасшедшую, что захочет за него замуж. Или просто пойдет на свиданку, — наконец откашлявшись, просипел он. — Ее могут и не спросить, — тихо проговорила Караи. Услышал ее один Лео — и не глядя нашел и ободряюще сжал ее руку. — Будем надеяться, этого не произошло, — так же тихо отозвался он. Девушка улыбнулась и в ответ ласково погладила его пальцы — А может, он просто уехал на родину? — предположил Майки. — Любоваться этим, как его… сахаром. Караи не удержалась и фыркнула. — Сакурой, — поправил его Лео. — И сейчас явно не время. Она цветет только ранней весной. Где-то в марте. — Ну, может, просто домой потянуло, — не смутился Майки. — Нам вот скучно без нашего логова, может, и ему тоже. — А может, просто плетет новую паутину? С этой заразой Бишопом? — рыкнул Раф. Донателло успокаивающе похлопал его по плечу. Он-то знал, что Рафаэль ненавидит Бишопа, пожалуй, даже сильнее Шредера. По вполне веским причинам. — Про него мало что слышно, как и обычно, впрочем, — Эйприл вздохнула, немного помолчала. — Но ходят слухи, что он отбыл куда-то с заданием от правительства. Вроде как даже после получения выговора — из-за отсутствия доказательств отлова. — Опять все те же всеведущая Ирма? — с ухмылкой переспросил Рафаэль. Эйприл ответила ему такой же ехидной усмешкой. — Что ж, теперь мы знаем, кого спрашивать насчет дальнейших планов Футов. — Точно! — неожиданно вспомнил Дон. От его возгласа Майки едва не слетел со скамьи. — Еще тогда, в канализации, я обратил внимание, что эти твари слишком уж быстро разлагаются. Даже для искусственно созданных существ. Бьюсь об заклад, Шредер нарочно запрограммировал это в их физиологии. — Но зачем? — удивился Леонардо. — Не знаю, — черепашка потер лоб. — Может, это побочный эффект более легкого их создания. Все-таки чем больше тварей, тем больше паника и жестче действия властей. А может, намеренно с целью подставить невольного союзника. Помнится, Шредер с Бишопом тоже не очень-то ладили. Так? — он обернулся к Караи. Та согласно кивнула. — Отец всегда воспринимал его как конкурента и… — помявшись, куноити добавила тихо: — он никого не считал равным себе, даже столь серьезного противника. Что не мешало ему ненавидеть любого, кто оказывал достойное сопротивление и срывал его планы. — И почему я не удивлен? — закатил глаза Раф. — Кажется, мы должны гордиться, — серьезно добавил Леонардо. Немного помедлив, Караи решилась добавить еще немного информации, которая могла оказаться полезной. — Шредер… действительно мог отбыть в Японию, — начала она. Голос чуть дрогнул, когда на нее обратили внимание, но собравшись с духом, Караи продолжила: — На переговоры с новым союзником… не состоявшиеся здесь. — Это тот, которому… — Лео не договорил. Караи молча кивнула, благодарная ему за это. Кое-какие аспекты она предпочла бы сохранить в тайне. Леонардо так же молча сжал кулак. Куноити видела, как побелели его глаза, покрытые третьим веком, — от подавленного гнева, — и успокаивающе погладила его по руке. Потом пробежала пальчиками по напряженным плечам. Понемногу мышцы черепахи расслабились, и он улыбнулся — с усилием, одним уголком рта — ей, единственной, способной его понять. Произошедшее видела одна Эйприл, но, улыбнувшись, она предпочла не смущать парочку пристальным взглядом и отвела глаза. И уж тем более не стала ничего говорить.