Eyes on Fire

В двери стояли Марк и Сергей, побитые, одежда порвана. Мои глаза чуть не выпали из орбит. Открывая и закрывая рот, как рыба, я не могла вымолвить и слова. В это время с балкона вышел Тёма и, увидев ребят, мягко говоря охренел. — Че с вами? Вы че не позвонили? — подходя ближе, сказал Тёмка. Но в моей голове были другие мысли: уходили они с Сашей и Олей, а вернулись вдвоем. Вот этот вопрос я и задала ребятам. — А где же Саша и Оля? — после этого вопроса ребята переменились в лице и опустили голову. — Я спрашиваю, где они? — я начала повышать голос, хотя внутри все бушевало от незнания, а также мое предчувствие подсказывало что-то неладное. — Они в больнице.. — ребята ответили в голос, но тут же опустили головы. — ЧТО? — в голос крикнули мы с Тёмой, так как и он, и я были в шоке. — Март, ты только сильно не переживай, бывает всякое.. — говорил Марк, пытаясь подбирать слова, а я сразу поняла, что случилось что-то нехорошее. Внутри все сжалось, меня начало потряхивать. Глубоко вздохнув, чтобы хоть как-то себя успокоить, я сказала: — Что случилось? — Саша в коме. Ему пробили голову, — сказал Марк, а внутри у меня все упало. POV Артём Это шокировавшее сообщение привело Марту в очень плачевное состояние. Она очень резко побледнела, глаза налились слезами, она не смогла устоять на ногах, и я поймал ее. Из ее уст послышалось что-то вроде писка. Долго держаться она не могла, поэтому, уткнувшись мне в плечо, она стала рыдать навзрыд. — Что с ним случилось? Кто это сделал? — голос у меня стал повышаться, так как эти придурки не удосужились даже позвонить мне, но также меня волновал еще один вопрос: что с Олей, ведь сказали они только про Сашу. — С Олькой что? — честно, виду я не подал, но очень боялся услышать что-то похожее, что случилось с Саньком. — Она с Сашкой в больнице, ну и под капельницей. У нее была бешеная истерика, — Марк, не обращая ни на что внимания, сел прямо на пол и закурил, взявшись за голову. — Я найду эту суку и убью к чертям, — было видно, как парни переживают. Тут голос подала Марта. Тихо, всхлипывая, она прошептала: — Отвезите меня к нему. Я хочу увидеть его, — прижавшись ко мне, она снова уткнулась мне в грудь и разрыдалась, но не так сильно, как в первый раз. — Тише, маленькая, мы съездим, — обняв ее, я поцеловал ее в висок. Отпрянув от меня, она пошла в комнату, похоже, чтобы одеться. Когда мы остались втроем, я решил узнать подробнее у пацанов, что же все-таки произошло. — Ну, а теперь давайте рассказывайте, что случилось? — я так же закурил в доме, хотя знаю, что Марта будет потом ругаться. — Да, бля, приехали в клуб. Начали неплохо проводить время, пили, танцевали. И как-то из виду Лёльку я потерял, но, видно, Санёк за ней следил, чем и поплатился. Короче, есть чувак один, ну мы с Серёгой и Сашкой его знаем давно, он учился с нами. Андрей Затонский, сука еще та. Ну вот и он там был, подпитой, но не сильно. Ну и начал к Ольке приставать, а Сашка заступаться начал, потасовка случилась, их разняли, а потом на улице они опять сцепились, и какой-то урод Санька сзади по голове арматурой ебнул, — честно, пока я слушал, охуевал с каждой секундой все больше и больше. — То есть, пока Шурик получал там пизды, вы где-то шатались, не думая о том, что может что-то случиться? Вы, блять, вообще нормальные? — рявкнул я на них, понимая, осознавая, что Саня сейчас в очень тяжелом положении. Из комнаты вышла Марта, разговаривая с кем-то по телефону. Отключившись, она всхлипнула, уткнувшись головой мне в плечо. Обняв ее, я спросил: — Кто звонил? Что случилось? — честно, выражение «что случилось?» я сегодня уже раз двести произнес. — Мама звонила, они в больнице. Попросила приехать, — вздохнув, она стала надевать куртку и зимние ботинки. И вот все четверо отправились в больницу. Чем ближе мы подъезжали к месту, тем сильнее Марту начинало трясти. Взяв ее за руку, я сжал ее и сказал: — Не переживай, с ним все будет хорошо, я уверен, — я как мог пытался приободрить ее, но мои попытки мало действовали на нее. Когда мы подъехали к больнице, Марта выскочила из машины и понеслась к зданию. POV Марта Я направилась в больницу, пытаясь унять дрожь в коленях. Ноги еле держали меня, но я, не обращая внимание на это, пыталась найти палату брата. Я увидела родителей и сразу побежала к ним. Мне было плевать на то, что после той ссоры мы с ними даже не виделись ни разу. Никто из нас не пытался найти общего языка или как-то наладить отношения. Но в данной ситуации это было не особо важно, так как речь шла не о нашем взаимонепонимании, а о жизни Саши. Мама рыдала не хуже меня, да и папа не особо сдерживался. — Доченька.. — прошептала мама, подходя ко мне. И вот только сейчас я поняла, как я соскучилась по ним, как мне захотелось ее обнять, и уже все равно, что там произошло. Я просто, без слов, кинулась к маме. Обняв ее, я прижалась к ней и снова разрыдалась. А мама стала гладить меня по волосам, шепча всякие слова успокоения, хотя сама плакала не хуже меня. — Марта, наша милая, прости нас, прошу, прости, — подойдя к нам, сказал папа. Ему было тоже тяжело, по его щекам текли слезы, и было понятно, почему. Ведь это их сын, и они не переживут его потери так же, как и все мы. — Что врач сказал? — спросила я заикаясь, так как дыхание сбилось, да и голос дрожал. — Удар средней тяжести. Когда он выйдет из комы, никому неизвестно. Господи, я буду молиться, чтобы с ним было все хорошо, — прошептала мама, взявшись за голову. Посмотрев в сторону, я увидела, что к нам шли ребята. — Здравствуйте, — поздоровался Тёма и, подойдя ближе ко мне, приобнял одной рукой и спросил: — Как Шурик? Что сказали? — родители посмотрели на нас, а я немного смутилась. — Удар средней тяжести, а когда он выйдет из комы - неизвестно, — ответила я, уткнувшись носом в его грудь. Когда я посмотрела на родителей, они стояли и беседовали с Марком и Сергеем. *** Позже я узнала, что родители давно знают ребят с тех пор, когда те еще учились в Москве. Они часто бывали у нас в гостях, просто я эти моменты почему-то пропускала, так как была занята чем-то другим. Еще я заметила одну особенность: за все присутствие нас здесь я не видела Олю. — Мам, а Олю вы не видели? — спросила я, положив голову Тёме на плечо. Да, и с родителями мне пришлось его так же познакомить. Вообще, как оказалось, Громовых мои родители знают уже давно, а именно семью Марка и Оли. — Оля под капельницей. Ей стало плохо, — тихо сказала мама, смотря на ребят. Было видно, что она подбирала слова, так как сейчас тут так же самые  близкие ей люди. Я не понимала, почему мы сидим тут так долго, но к нам за это время никто не подошел и не сообщил о состоянии Саши или Оли. И, похоже, кто-то из врачей прочел мои мысли, так как вдруг к нам подошел врач Шурика. — Я смотрю, вас значительно приумножилось. Здравствуйте. Так вот, по поводу Александра. Состояние стабилизировалось, но без изменений. Сотрясение мозга у него второй степени. В общем, мы будем наблюдать, а пока сообщать не о чем, о чём я очень сожалею, — этого врача я узнала, так как он и у меня был лечащим врачем после моего падения с мотоцикла. — Ах да, Ольга сейчас выйдет к вам. Ей стало значительно лучше, но все же присматривайте за ней. Когда состояние любимого человека таково, стоит внимательно наблюдать за ней: кто знает, что может произойти, — сказал врач и, попрощавшись с нами, ушел. А через пару минут к нам вышла Оля. Под глазами мешки, взгляд потухший, да и щечки опухли от слез. Марк, увидев свою сестренку, ринулся к ней, обняв и прижав к себе. По состоянию Оли можно было понять, что как бы она ни кричала, ни ругалась на Сашу, она очень за него переживала, потому что было заметно, что чувства ее к нему не угасли. Только я была уверена в том, что поняла она это только сегодня, после того, как Саша заступился за нее и пострадал. Можно сказать, что практически ценой своей жизни он защитил Олю от приставучего кавалера.