Победитель

Очень извиняюсь за все описки и ошибки, в этот раз старалась быть внимательнее)) Оставляйте свои замечания и комментарии))) - Не забудь, что сегодня в 12 часов ты должен быть на собрании в Распорядительском центре, - напоминает мне Эффи, когда утром мы с ней сталкиваемся в коридоре возле лифта. -Если ты мне напомнишь еще раз 10, то я, может быть, туда загляну, - она бросает на меня недовольный взгляд и с силой ударяет по кнопке вызова соседнего лифта. Наши кабинки подъезжают одновременно, я захожу в свою и уже собираюсь нажать на кнопку "0", когда замечаю Пита, который выходит из своего номера. Решаю подождать его, меня все еще интересуют их с Эвердин "отношения". -Доброе утро, - приветствует меня Пит и нажимает на кнопку, - Во сколько у нас начало тренировки? -В 10. У нас есть еще час, чтобы обсудить ваше поведение и тактику. Спустя всего полминуты, мы выходим на нулевом этаже и, пройдя через небольшой коридор, входим в столовую. За половиной столов сидят трибуты и менторы других дистриктов. За нашим столом в одиночестве сидит Китнисс и ковыряется в своей тарелке. Мы с Питом желаем ей доброго утра и садимся завтракать. Кормят в Капитолии конечно неплохо, большинству семей в нашем дистрикте, чтобы заказать самое простенькое капитолийское блюдо нужно копить деньги несколько месяцев. Поэтому трибуты обычно едят как в не себя. Покончив с очередной порцией тушеного мяса, я откидываюсь на спинку стула и, сделав пару глотков из фляжки решаю перейти к делу. – Итак, приступим, – говорю я, облокотившись на стол, – во-первых, как мне вас готовить? Вместе или порознь? Решайте сейчас. – А зачем порознь? – спрашивает Китнисс. – Ну, скажем, у тебя есть секретный прием или оружие, и ты не хочешь, чтобы об этом узнали другие. Профи всегда готовят отдельно. У них есть негласное, но всем известное правило: пусть до Арены мы с тобой и друзья, но ради победы я убью тебя во сне. Жестоко конечно, зато профи побеждают чаще всех, и довольно часто в финале сражаются друг против друга Китнисс смотрит на Пита, будто бы ожидая его мнения на этот счет. – У меня секретного оружия нет, – говорит он. – А твое мне известно, верно? Я съел немало подстреленных тобой белок. Хм, интересно-интересно, где же это наша Огненная Китнисс научилась стрелять? Вряд ли на заднем дворе своего дома. – Готовь нас вместе, – говорит она мне, и Пит согласно кивает. – Договорились. Теперь мне нужно получить представление о том, что вы умеете. Ведь сегодня в Распорядительском центре мне предстоит указать 2 вида оружия, которое я бы хотел, чтобы было на Арене. Никто не гарантирует, что оно там будет, но вот если трибут понравится распорядителям, то оружие указанное ментором его дистрикта, вполне возможно будет лежать в Роге изобилия. – Я – ничего, – отвечает Пит. – Разве что хлеб испечь придется. – К сожалению, не придется, – говорю я, – А ты, Китнисс? Я уже видел, с ножом ты управляться умеешь. – Не так чтобы очень. Я могу охотиться с луком и стрелами. – Хорошо? Китнисс задумывается и у нее между бровей появляется небольшая складка. - Довольно хорошо. – Великолепно, – встревает Пит. – Мой отец покупает у нее белок и удивляется, что стрелы всегда попадают точно в глаз. То же самое и с зайцами для мясника. Китнисс даже оленя убить может. Говоря это Мелларк смотрит на Китнисс горящим взглядом и в нем я вижу..обожание и восхищение. Что он вообще творит? – Что это ты так разошелся? – спрашивает она с подозрением. – А что такого? Хеймитчу, чтобы тебе помочь, надо знать твои реальные возможности. Не стоит себя недооценивать. – А ты сам? Я видела тебя на рынке. Как ты таскал стофунтовые мешки с мукой, – обрывает его Эвердин. – Что ж ты ему не расскажешь? Или это, по-твоему, ничего? – Да, на арене наверняка будет полно мешков с мукой, и я забросаю ими противников. Мешки – не оружие. Сама понимаешь, – выпаливает Пит. – Он умеет бороться, – говорит она мне, – На школьных соревнованиях в прошлом году занял второе место, уступив только брату. – И что толку? Ты часто видела, чтобы один борец задавливал другого насмерть? – с отвращением произносит Пит. – Зато всегда бывают рукопашные схватки. Если ты раздобудешь нож, у тебя по крайней мере будет шанс. А если кто навалится на меня, я – труп! – Китнисс переходит на крик, от чего несколько человек за соседними столами оборачиваются и смотрят в её сторону. Я немного ошарашен. Никогда еще трибуты не расхваливали друг друга предо мной. А эти двое, да они готовы спорить до хрипоты, чтобы доказать мне, что у соперника больше шансов на победу. Что за странные трибуты достались мне в этом году? – Никто на тебя не навалится. Будешь жить на дереве, питаясь сырыми белками, и отстреливать соперников из лука. Знаешь, когда мама пришла прощаться, она сказала, что в этот раз Дистрикт 12, возможно, победит. Я думал, она хочет меня подбодрить, а оказалось, она имела в виду тебя! – продолжает Пит. – Конечно, она говорила о тебе! – отмахивается Китнисс. – Нет, она сказала «победительница». Победительница, то есть ты! – в последних словах Пита столько боли. О да, мне знакомо это чувство, когда твоя семья хоронит тебя в тот момент, когда твое имя вытягивают на Жатве. – Только потому, что кое-кто мне помог, - тихим голосом говорит Китнисс. Взгляд Пита падает на булочку у нее в руках. Похоже, что сейчас речь идет о том, что знают только эти двое. Что-то крайне личное. Значит, они не просто знакомые из Дистрикта 12. – На Арене тебе тоже помогут. От спонсоров отбоя не будет, - успокоившись, заявляет Мелларк. – Не больше, чем у тебя, - Китнисс старательно избегает его взгляда. Пит переводит глаза на меня. – Она совсем не понимает, какое впечатление производит на всех. В этом-то он прав, один её поступок на Жатве заставил Цинну стать стилистом Дистрикта 12 и благодаря его чудесной идеи с костюмами все запомнили моих ребят. Кто знает, захотел бы кто-нибудь стать нашим спонсором, если бы не недавний дебют. – Так, так, так, Китнисс, гарантировать, что на арене будут луки и стрелы, я не могу, но перед распорядителями Игр покажи все, на что способна. До тех пор о стрельбе забудем. Как у тебя дела с установкой ловушек? – Если уж она незаконно охотится в лесу, то вряд ли её умения ограничиваются луком и ножом. – Ну, простенькие силки поставлю, – бормочет она. – Это может пригодиться в плане добычи пропитания, –говорю я, на Арене многие умирают из-за того, что не могут добыть себе еду или найти воду. – Да, Пит, она права, физическая сила на арене не последнее дело. Часто только она и выручает. В Тренировочном центре есть гири, но не показывай другим, сколько ты можешь поднять. Для вас обоих стратегия одна. Походите на групповые тренировки. Постарайтесь выучиться там чему-то новому. Побросайте копья, помашите булавами, научитесь вязать толковые узлы. А то, что умеете лучше всего, приберегите для индивидуальных показов. Все ясно? – они кивают, сейчас я скажу им то, что явно не понравиться Эвердин, я уже предчувствую её реакцию, - И последнее. На людях держаться вместе и во всем помогать друг другу! – продолжаю я. Они оба начинают возражать, я ударяю ладонью по столу. – Во всем! Это не обсуждается! Вы согласились делать, что я скажу! Вы будете вместе и будете вести себя как друзья. Теперь убирайтесь. В десять подходите к лифту. Эффи отведет вас на тренировку. Китнисс, убив меня взглядом, вылетает из столовой. Пит берет со стола булочку и, пробормотав, что ничего хорошего из этого не выйдет, тоже уходит. Я заказываю бокал вина и сижу в столовой, которая понемногу пустеет, и в итоге я остаюсь один. Официанты не спеша убирают столы, а я думаю о поведении подопечных. Между ними точно не все так просто, как кажется, а еще этот взгляд Мелларка полный обожания. В 11.30 я выхожу из столовой и, не заходя в номер, направляюсь к выходу из Тренировочного центра, где меня на улице уже ждет машина, которая отвезет меня в Распорядительский центр. Распорядительский центр находится в нескольких кварталах от Тренировочного центра и представляет собой огромное здание в форме шара, который держится на четырех колоннах. Именно здесь проходят все важные совещания по поводу Голодных игр и здесь находятся менторские комнаты. Двери автоматически открываются предо мной , и я вхожу в громадный холл, где меня встречает улыбчивая девушка с невероятно длинным маникюром. Она вообще может что-нибудь делать с такими ногтями? Или вся её работа сводится к тому, чтобы трепать языком? Девушка проводит меня до Круглого зала, в котором каждый год проходят заседания, как будто я за 20 с лишним лет мог забыть дорогу. Я вхожу в помещение, по форме напоминающее идеальный круг, где стоит длинный полукруглый стол. Потолок стеклянный, от чего зал кажется еще больше. Практически все места заняты, но за трибуной, стоящей на небольшом возвышении, где обычно выступает главный распорядитель, еще никого нет. На огромных часах 11.55. Я сажусь на свое место, по правую руку от меня сидит Рубака, а по левую Лай – ментор Дистрикта 8, рядом с ним сидит его напарница Цецелия. Когда часы показывают 11.58 в зал входят еще двое менторов: Финник Одейр и Джоанна Мейсон. Они менторы разных дистриктов, но их частенько видят вместе. Наверное, их объединяет то, что они самые молодые менторы и, что они оба находятся в «приватных отношениях» с большими шишками Капитолия. Финника, писаного красавца, обожает половина Капитолия, а Джоанна известна своей довольно распутной жизнью. Одейр галантно отодвигает для своей спутницы стул и садится рядом. Ровно в 12.00 в зал входит Сенека Крейн – главный распорядитель Голодных Игр. Всегда одетый по последней моде и с жутким Капитолийским акцентом. Он становится за трибуну и, поправив микрофон, объявляет: - Добро пожаловать на первое собрание менторов 74-ых Голодных игр! Рад всех вас видеть. Несколько человек сдержанно кивает распорядителю, но большинство обращают на него внимание, лишь только когда он переходит к сути. Сенека рассказывает, как капитолийцы рады очередному сезону Игр и как, лично ему, понравилась Церемония открытия. - И так, а теперь вы получите вещи, крайне необходимые ментору. Из стола поднимается небольшая платформа, на которой лежит папка с контрактами для спонсоров, менторская печать, с гравировкой номера дистрикта, планшет и телефон. С помощью планшета менторы могут в любой момент посмотреть онлайн-трансляцию Игр, узнать о состоянии своих трибутов и перевести деньги на счет своих подопечных. О том, что все звонки и вся информация на планшете проверяется капитолийскими спецслужбами можно даже не задумываться. - А теперь на бланке, лежащем отдельно, напишите два вида оружия, которые вы бы хотели, чтобы было на Арене. Менторы склоняются над листками. Я, не задумываясь, пишу: «Дистрикт 12. Лук и стрелы.» Это для Китнисс, а что может помочь на Арене Питу? Он честно признался, что с оружием обращаться не умеет, Крейн уже просит нас заканчивать, а я все еще рассеянно кручу в руках ручку и в последний момент пишу: «Метательное копье». Нужно сказать Мелларку, чтобы научился с ним хорошенько обращаться. -Хочу напомнить некоторые правила, - продолжает Крейн, - Первое, договоры со спонсорами можно заключать лишь с официальным началом Игр. Второе, драки между трибутами до Арены строго запрещены, - главный распорядитель Игр смотрит прямо на меня, значит, он все-таки заметил синяк Пита, - Двенадцатый, откуда у трибута твоего дистрикта Пита Мелларка на лице синяк? - Ударился, - как можно беспечнее говорю я, - Знаете, упал неудачно, - теперь все наверняка решат, что Пит с кем-то подрался, отлично, пускай не сбрасывают его со счетов. - Какой неуклюжий трибут, - подает голос Брут – ментор Дистрикта 2, - Но тебе никогда особенно не везло с подопечными. - Зато у тебя, что не год то псих-убийца, - парирую я. Не так много лет назад подопечный Брута рехнулся на Арене и после убийства соперника вырезал его органы, пока за истерзанным трупом не прилетел планолет. Все закончилось тем, что парень вырезал сам себе печень и его добил трибут из другого дистрикта, который и стал победителем. - Ну, знаешь ли, мой дистрикт хотя бы побеждает чаще, чем раз в четверть века, - ментор самодовольно ухмыляется, терпеть не могу Брута. - Конечно, у вас же уже никто не удивляется чокнутым победителям. - Господа, - вмешивается Крейн, - прекратите это соревнование в остроумии. Посмотрим, кто победит в этом году, - распорядитель обводит взглядом всех присутствующих, - Следующее заседание состоится утром, перед тем, как трибуты окажутся на Арене. Всего доброго, - он коротко кивает и уходит. Менторы неторопливо поднимаются со своих мест и покидают Круглый зал. Я перекидываюсь парой словечек с Рубакой, кручу пальцем у виска, когда сталкиваюсь в дверях с Брутом. Тот зеленеет от злости, но молча уходит. Мы с Фиником стоим вместе, пока ждем лифта и перебрасываемся дежурными фразами. - Где же ты потерял свою подружку? – интересуюсь я. - Она болтает со старыми приятелями, - Одейр равнодушно пожимает плечами, - Может, расскажешь все-таки с кем сцепился твой трибут? - Пусть это останется секретом. - Весь Капитолий делится со мной своими секретами, Двенадцатый, - шепотом говорит мне Финик в самое ухо, - Неужели ты не поделишься своим? - Ты забыл кое-что, - в тон ему отвечаю я, - Я не из Капитолия, я из Дистрикта 12, а у нас свои секреты не рассказывают никому. Одейр хмыкает, и мы входим в лифт. У всех есть свои секреты, но не все хотят их выдавать. У Питта Мелларка тоже есть какой-то секрет насчет Китнисс. И мне необходимо выведать его.