Победитель

Полночи Китнисс таскает камни, чтобы как-то замаскировать вход в пещеру. Это стоит много трудов и пота, но в конце-концов она добивается своего: со стороны кажется, что у скалы просто лежит груда камней. Девушка оставила маленькое отверстие, через которое сможет пролезть к Питу, если вернется.. А я очень надеюсь, что она вернется! Если Китнисс погибнет, Дистрикт-12 останется без победителя. Я сижу в менторской и, медленно потягивая виски, устало смотрю на экран. Сегодня, я не один такой: видел, как Брут и Энорабия поднимались в свою менторскую, да и Одиннадцатые, кажется, тоже здесь. Подопечная ловит в ручье мелкую костистую рыбешку и готовит еду. Наполняет бутыли водой, осматривает оружие: стрел всего девять. Еще у нее есть нож, который может ей очень даже пригодится, кто знает, что ждет ее возле Рога? Китнисс заползает в пещеру, надевает очки ночного видения и сворачивается калачиком около Пита. Температура на арене стремительно падает. Распорядители специально продувают арену потоками ледяного воздуха, чтобы трибутам жизнь медом не казалась. Девушка забирается в мешок к Питу, чтобы как-то согреться. Я стараюсь не думать о том, что будет всего через пару часов. Катон и Мирта самые первые устраиваются в зарослях у Рога и рассуждают, как будут действовать. - Как только ударят в гонг, сидим на месте и не высовываемся, - говорит парень, - Когда кто-то появится на горизонте, ты выбегаешь и бросаешь в него нож, - Мирта кивает и продолжает. - Цеп – по твоей части, но думаю, он не пойдет в первых рядах. - А что с Пятой? - Вообще не помню ее, - бормочет Мирта, - Блондинка она или брюнетка? - Рыжая! – посмеиваясь, отвечает Катон, а девушка из Дистрикта 5 и вправду с рыжими волосами. - А что с Эвердин? – профи мгновенно напрягаются, - Чья она? - Кто первый достанет, тот и прикончит. - Заметано. Часа за три до рассвета Китнисс готовится к выходу, и не одна она: Цеп тоже вышел в путь. Девушка кладет рядом с Питом воду и аптечку, если она не вернется, ничто другое ему уже не потребуется. После некоторых колебаний подопечная снимает с Мелларка куртку и надевает поверх своей. Питу с его жаром в спальном мешке тепло даже сейчас, а днем вообще будет пекло. Взяв запасную пару Рутиных носков и прорезав в них дырки для пальцев, Китнисс надевает их на руки. В Рутин же маленький рюкзачок кладет немного еды, бутыль с водой и бинты. Засовывает за пояс нож, берет лук и стрелы. Она готова, и уже подходит к выходу, но в последний момент возвращается к Питу, наклоняется и целует его долгим, очень долгим поцелуем. Затем делает вид, что смахивает слезу. Это все для камер, для Капитолия. «Интересно, о чем думает Гейл, видя все это? Рассмотрел ли он притворство?» - неожиданно проносится у меня в голове. У Китнисс изо рта идет пар, так холодно на улице. Она старается идти быстро, но при этом не выдать себя и не прозевать опасность. Эвердин поднимается вверх по ручью, потом идет к тому самому укромному месту у озера, откуда наблюдала за лагерем профи. Внимательно осматривается: нет ли чьих следов, не качнется ли ветка, не поднимается ли парок из-за кустов. Все кажется чисто, вот только я знаю, что в противоположной стороне зарослей затаились профи, со стороны поля – Цеп, а девушка из Пятого.. я включаю план арены, все маячки сейчас возле Рога, но один из них..Внутри? И тут до меня доходит, вся гениальность плана Пятой. Она быстрее вех схватит свой рюкзак и убежит, пока остальные будут чего-то ждать и оценивать ситуацию. Светлеет, и Китнисс снимает очки, птицы поют свои утренние песни, а я жду кровопролития, без которого не обходится ни один пир. Едва золотого Рога коснулся первый луч солнца, на площадке стало заметно какое-то движение. Земля перед жерлом раскрывается, и снизу выплывает круглый стол, накрытый белоснежной скатертью. На столе — четыре рюкзака, два больших черных с номерами 2 и 11, один зеленый, поменьше, с номером 5 и совсем крохотный — можно на запястье носить — оранжевый – Дистрикт 12. И только-только раздался щелчок: стол зафиксировался на месте, как из Рога изобилия выскакивает Пятая, хватает зеленый рюкзак и убегает с ним в лес. Как по нотам. Быстро, четко и хитро. Правильно говорят, что побеждает не только сильнейший, но и хитрейший. Китнисс ошарашено смотрит на удаляющуюся девушку, а затем бросается к столу. Миртин нож уже летит в нее, но Китнисс везет, и он пролетает справа. Эвердин взмахивает луком, разворачивается, натягивает тетиву, и стреляет во Вторую. Не успей она отклониться, стрела попала бы ей точно в сердце, но попадает только в левую руку. Тем не менее Китнисс выигрывает несколько секунд, пока девушка вытаскивает стрелу и смотрит на рану. Подопечная бежит дальше, машинально заряжая лук с ловкостью бывалого охотника. Наконец она у стола. Ее пальцы цепляют крохотный рюкзак, проскальзывают сквозь лямки, и она набрасывает его на руку, как дамскую сумочку. Рюкзак слишком мал, чтобы надеть на плечи. Эвердин поворачивается, готовая выстрелить снова, и в этот момент второй нож попадает ей в лоб над правой бровью. Кровь заливает девушке лицо, она отшатывается назад, успевая выстрелить наудачу в направлении соперницы. Она промахивается. В следующее мгновение Мирта сбивает Китнисс с ног и коленями придавливает ее плечи к земле. — Где твой дружок, Двенадцатая? Еще не окочурился? — спрашивает Вторая. — Он там, в лесу. Как раз приканчивает Катона, — рычит подопечная в ответ и орет что есть мочи: — Пи-и-ит! Мирта бьет ее кулаком в горло, обрывая вопль. Тут же озирается по сторонам — засомневалась все-таки. Пита нет, и она поворачивается обратно к Китнисс. — Врешь, — ухмыляется Мирта. — Женишок — труп. Катон здорово его пырнул. Небось привязала его где-нибудь на дереве, пока совсем не загнулся. А что у нас в этом милом рюкзачке? Лекарство для любимого? Какая жалость. Он его так и не получит. Вторая откидывает полу куртки. Внутри целый арсенал ножей, выбирает небольшой, почти изящный ножичек с хитро загнутым концом. — Я обещала Катону устроить хорошее представление для зрителей с твоим участием, - Китнисс изо всех сил пытается сбросить ее с себя, но без толку. Соперница слишком тяжелая и держит ее как в тисках. Сразу видно, что ее учили этому и она много раз отрабатывала такой захват, - Даже не рыпайся, Двенадцатая. Мы тебя убьем. Как убили эту жалкую козявку, твою союзницу, что скакала по деревьям… как ее звали? Рута? Пришла Руте хана, теперь возьмемся за тебя. О женишке можно не беспокоиться. Как тебе такой план? — издевается Мирта. — Так с чего начнем? Небрежно вытирает рукавом кровь с лица Китнисс и вертит его туда-сюда, будто это деревянный чурбан и она раздумывает, какой узор на нем вырезать. Подопечная пытается укусить ее за руку, Мирта хватает ее за волосы и прижимает голову к земле. — Пожалуй… начнем со рта, — мурлычет Вторая, проводя кончиком ножа по губам девушки. Эвердин крепко сжимает зубы, однако глаза не закрывает. Вцепливаюсь в подлокотник, стараясь сдержать ярость и отчаяние. Я снова беспомощен, как ребенок. — Думаю, губы тебе уже не понадобятся. Не хочешь послать женишку воздушный поцелуй на прощание? – Китнисс плюет Мирте кровью в лицо, и та вспыхивает от бешенства, - Что ж, приступим. Вот так погибнет Китнисс Эвердин, трибут Дистрикта 12 в 74-ых Голодных играх, а за ней последует Пит Мелларк. Бездыханные тела моих трибутов доставят в Тренировочный центр, залатают раны, помоют, переоденут, уложат в деревянные ящики и отправят на родину. Я снова останусь один, напьюсь, буду крушить мебель и проклинать Капитолий. Миротворцы притащат меня сюда смотреть финал я, скорее всего, отключусь и приду в себя, когда уже буду ехать домой. Будет так же, как каждый год. Все было зря, я поставил все и проиграл. Во взгляде Китнисс нет страха, и именно такой я запомню ее, девушку-добровольца, которая незаконно охотилась в лесу,добывая пропитание для своей семьи. Я обещаю себе, увидеть смерть Огненной девушки, но едва только кончик ножа надрезает ее губу, кто-то срывает с нее Мирту, и вот Вторая сама кричит от боли. Я удивленно смотрю, как кто-то очень большой, больше Катона, со смуглой кожей держит Мирту за волосы. И этот кто-то - Цеп. Китнисс ошарашена и в первую минуту не может понять, что произошло. Она с трудом приподнимается на руках и видит, как Мирта барахтается в футе от земли в руках Цепа. Он переворачивает Мирту и бросает на землю. — Что ты сделала с той девочкой? Это ты убила ее? – кричит он. Мирта быстро пятится на четвереньках, словно сумасшедшее насекомое. Видно, она так поражена, что даже не способна позвать Катона, который рыскает по лесу, вероятно, выслеживая Одиннадцатого. — Нет, нет! Это не я! – визжит Мирта. — Ты называла ее имя. Я слышал. Ты убила ее? - его лицо искажается злостью, — Ты разрезала ее на кусочки, как собиралась разрезать эту девушку? — Нет! Нет, я… — Мирта видит в руках Цепа камень размером с небольшую буханку хлеба и совершенно теряет над собой контроль. — Катон! — верещит она. — Катон! — Мирта! — слышится из леса ответ Катона, но слишком далеко, чтобы он мог ей помочь. Цеп с силой ударяет камнем в висок Мирты. Крови нет, но на черепе остается вмятина. Мирта еще жива, она часто дышит, и из ее груди вырываются стоны. Мне становится жаль Вторую, несмотря на то что она только что пыталась убить Китнисс. Она дышит все чаще и чаще, но при этом задыхается. С минуты на минуту прогремит ее пушка. Цеп с поднятым камнем поворачивается в сторону Китнисс, бежать бесполезно. Ее лук не заряжен. Девушка смотрит в карие глаза Цепа, завороженная их странным золотым блеском. Сейчас с ней произойдет тоже, что и с Миртой. Наверное, Огненной девушке все-таки суждено погибнуть сегодня. Пусть тогда победителем станет Цеп. — О чем она болтала? Ты союзница Руты? – спрашивает Одиннадцатый, тяжело дыша. — Я… я… мы с ней объединились. Взорвали еду профи. Я хотела ее спасти. Очень хотела. Но он нашел ее раньше. Парень из Первого, — отвечает Китнисс. — Ты его убила? — сурово спрашивает парень. — Да. Я его убила. И усыпала ее тело цветами. И пела ей, пока она не уснула, - на глазах девушки выступают слезы. — Уснула? — презрительно бросает Цеп. — Умерла. Я пела ей, пока она не умерла, — говорит Китнисс. — Твой дистрикт… прислал мне хлеб, - она поднимает руку и вытирает нос, - Цеп, сделай это быстро, ладно? – спокойно просит подопечная. Одиннадцатый чего-то ждет и внимательно вглядывается в лицо Китнисс. Видно, что в нем борются противоположные чувства. О чем он думает? Убить девушку или не убить? С ее смертью его шансы на победу явно увеличиваются, и Цеп прекрасно понимает это, но опускает камень и говорит почти с укором: — В этот раз, только в этот раз я тебя отпускаю. Ради девочки. Мы с тобой квиты. Больше никто никому не должен. Понятно? Девушка кивает и пытается встать. Китнисс спасена. Она выжила, а, значит, выжил и Пит, только бы она дошла до пещеры и успела ввести ему лекарство. — Мирта! — кричит Катон с надрывом. Он уже близко и видит, что союзница лежит на земле. — Тебе лучше поторопиться, Огненная Китнисс, — говорит Цеп. Эвердин не заставляет его повторять дважды. Она, что есть духу, бежит по утрамбованной площадке подальше от Цепа, Мирты и приближающегося Катона. Одиннадцатый с двумя большими рюкзаками скрывается за краем площадки, в своей части арены. Второй с копьем в руке стоит на коленях перед Миртой, умоляя не покидать его. Скоро он поймет, что ее уже не спасти. Китнисс мчится не разбирая дороги, врезаясь в деревья, то и дело смахивая кровь, заливающую глаз. Раздается пушечный выстрел: Мирта умерла. Катон некоторое время продолжает трясти девушку, но потом вскакивает и озирается по сторонам, решая, за кем броситься вдогонку. Цеп забрал его рюкзак. Рюкзак с чем-то ему нужным. И Катон бросается в сторону поля, даже не забрав Миртины ножи, а, может, он специально оставил их, не желая тревожить мертвую союзницу. Китнисс все еще несется по лесу, не замедляя хода, даже оказавшись у ручья. Влетает в него прямо в ботинках и, изо всех сил работая ногами, бежит вниз по течению. Она сдирает с ладоней Рутины носки, служившие ей вместо перчаток, и прижимает ко лбу, чтобы остановить кровотечение. За несколько минут они промокают до нитки. Дело плохо и Китнисс того и гляди потеряет сознание, когда она уже почти пришла. Кое-как девушка добирается до пещеры и протискивается внутрь. В пятнистом свете пробивающегося сквозь щели солнца снимает с руки оранжевый рюкзачок, отрезает клапан и вытряхивает на пол содержимое — узкую коробку с единственным шприцем для подкожного впрыскивания. Не раздумывая, втыкает иглу в руку Пита и медленно надавливает на поршень, а затем, падает на землю и больше не встает. Пустой шприц лежит между ней и спасенным Мелларком, который все еще спит под действием сиропа. Я проверяю состояние подопечного и не верю своим глазам: жизненные показатели Пита на глазах поднимаются. Жар спадает, состав крови нормализуется. Всего лишь через час страшная надпись «Заражение крови» исчезает. Китнисс справилась, Пит спасен. Встаю с кресла, разминаю затекшую спину и шею, забираю планшет и выхожу из менторской. Оказывается, я хочу спать. Закрываю дверь, оборачиваюсь и замечаю Рубаку, который идет по коридору. - Поздравляю, - говорит он, когда я подхожу навстречу ему. - Это благодаря Цепу, - отвечаю я, - Он спас ее от Мирты, а потом отпустил. - Он всего лишь отдал долг. За Руту. Рубака прав, если бы Китнисс не вступила в союз с малышкой из Одиннадцатого и не пыталась защитить ее, то была бы уже мертва. Цеп такой же, как и Китнисс, он не любит ходить в долгу. Как Китнисс, спасла Пита, найдя его и достав лекарство, желая отдать долг, так и Цеп отпустил ее сегодня. Здесь не при чем я, Рубака или Сидер. Цеп сделал свой выбор, тем самым, спас не одну жизнь, а две. Невольно, я благодарен ему, потому что он дал очередной шанс на выживание «несчастно влюбленным» из Дистрикта 12.