«Антагонизм, или Мешок-из-кишок»

Музыкальная тема: Chris Vrenna - Flying on the Wings of Steam

Все нечистое питается страхом. Ишхан Геворгян.

Сид испуганно завалился назад, упёршись спиной в ступени лестницы, а Хельга, в этот момент подавшись вбок, неловко упала тому на колени. Где-то на заднем плане Стинки выдал своё вездесущее «Вот чудеса», Арнольд с Джеральдом отступили назад, а маленькая ладонь Фиби вновь - сама собой - вложилась в руку Джоханссена. Новый всполох молнии осветил проходную, и ребята убедились, что фигура никуда не исчезла. — Кто это, чёрт возьми?! — Патаки сжала руки на коленях Сида, чем вызвала у парня болезненный вскрик. Юноша поднялся со ступеней и с силой оторвал ладони Патаки от своих ног. — Кто ты? — пытаясь подавить волнение, проговорил Арнольд, тут же включив фонарь и направив луч в сторону двери. Свет выхватил из полумрака вначале чёрную куртку, наглухо застёгнутую по самый ворот, а затем очки в круглой оправе (свет блеснул в них и отразился, отчего ребята на мгновение зажмурились), а затем и вечно вздыбленные светлые волосы. Первой на увиденное отреагировала Хельга, ловко поднявшись на ноги и в пару шагов преодолев расстояние до двери. — Как-же-ты-меня-достал-тупая-ты-башка! — прокричала она, схватившись за куртку Брейни и принявшись интенсивно его трясти. — Хельга, перестань!.. Резкий оклик вынудил Хельгу прекратить. Она опустила глаза в пол, на котором сейчас лежал упавший фонарь. Арнольд смотрел на него слегка удивлённо, будто не понимая, как он очутился на кафеле. — Упс… — Арнольд! Это был наш единственный работающий фонарь!.. — Да заткнитесь вы!.. — Джеральд повысил голос, даже слегка притопнув ногой. В возникшей тишине было слышно лишь, как надрывно дышит Брейни. Хельга медленно разжала пальцы и выпустила куртку, пока Арнольд наклонился, чтобы собрать все куски разбитого теперь фонаря. — Разве вы не заметили? Свет. Стинки возвёл глаза к потолку, и вслед за ним действие повторили и остальные ребята. — Свет. Он включен! — Фиби сняла очки и коснулась переносицы пальцами. — Ну и как это понимать? — Патаки брезгливо обтёрла руки о свою куртку и сделала незаметный шаг в сторону Арнольда. Шотмэн поднял с пола расколотый фонарь и пытался приладить обратно часть корпуса. Отступив назад, он натолкнулся на Хельгу, но не отреагировал на это столкновение, лишь подняв глаза на стоящего напротив Джеральда. — Дом пустовал два года. Здесь не может работать электричество, — констатировала Хейердал. — Вам должно быть известно, что пустующие здания продолжают тратить электроэнергию, и поэтому… — Наверное, это профессор, — сказал Стинки, продолжая смотреть в потолок. — В легенде же говорилось, что он зажигает свет каждую ночь. — Каждый вечер профессор спускается на первый этаж, зажигая по пути свет… — повторил свои слова Джеральд. — О, боже. Так значит, это правда?! И тогда… тогда… — Тогда он сейчас спускается на первый этаж! — вскрикнула Хельга, и Арнольд от неожиданности снова уронил фонарь. Но ничего не произошло. Никакого профессора в проходной не возникло, и Патаки ощутила себя невероятно неловко. Она слегка кашлянула в попытке успокоиться. — Нет никаких доказательств, что это - правда… — Арнольд присел на корточки у фонаря и теперь размышлял, имеет ли смысл пытаться его собрать. — Доказательств?! Дружище, а та фигня на балконе – не доказательство?! — Джоханссен возмущённо вскинул руки. «Балкон» - эхом пронеслось у Хельги в голове, и девушка резко повернулась к Брейни. — Ты. Как ты тут очутился?! Ребята тут же посмотрели на юношу, который всё так же стоял у самой двери, переводя взгляд с одного на другого. — Кхм… через дверь. — Она же была закрыта!.. — Там же этот туман!.. — Что за чертовщина! — вскрикнул Сид, делая резкое движение и запинаясь о собственные остроносые сапоги. — Не было. Тумана. Кхм. Дождь. Был. — Так, значит, дом только впускает, но не выпускает… — Арнольд выпрямился и отряхнул джинсы от несуществующей на них пыли. — Тогда как поросёнок смог сбежать, репоголовый ты умник? — Хельга скептично сощурилась, скрестив руки на груди. Внутренне она была почти спокойна. — Хм… — Шотмэн задумался. Ответа на вопрос он не мог найти. — А если он до сих пор где-нибудь здесь? Ну, в доме. — Джеральд пожал плечами. — Да он бы и минуты без нас не прожил! Он же был до смерти напуган! — Я считаю, что слова Джеральда имеют толику смысла, — тихо проговорила Фиби. — Но я не уверена, что в создавшейся ситуации мы должны его искать. Тем более что прямых доказательств его присутствия мы не имеем. — Фиби права. Сейчас нам нужно искать выход. Мы так и не узнали цели нашего заточения здесь. — Что ж. Свет у нас теперь есть. — Стинки огляделся по сторонам, затем заглянул в проход коридора. — Наверное, мы можем разделиться и поискать выход. — Да, — Арнольд поправил лямку портфеля и встряхнул упавшими на лоб волосами. — Давайте разделимся и осмотрим здесь всё. Нас шестеро. Кхм, — он запнулся, вспомнив про Брейни. — Семеро, то есть. И две девочки – их нельзя отпускать вдвоём. Пускай Фиби идёт с Джеральдом, Хельга - с Сидом, — Патаки раздражённо прыснула у него за спиной, и у Арнольда где-то в глубине души возникло неуместное чувство удовлетворения. — Мы со Стинки и Брейни пойдём втроём. Решайте, кто куда - у этого дома два этажа и подвал. — Я ни за что не пойду на второй этаж и в подвал, — категорично сказала Хельга, толкнув Арнольда в спину и подходя к лестнице. — Мы с Сидом пройдёмся по первому этажу! — Арнольд, ну почему я должен идти с ней? — лицо Сида выражало крайнюю степень недовольства создавшейся партией. — Почему я не могу пойти со Стинки? — Потому что я – девочка, тупой придурок! — возмутилась Хельга, стремясь подавить острую обиду. Она, конечно, понимала, почему Арнольд выбрал именно такое распределение. — Эм-м-м, — неловко протянул Шотмэн, потирая затылок. — Она права, Сид. — Я… Я могу пойти… кх-х-х с тобой, Хельга, — Брейни кивнул головой в подтверждение своих слов, но Патаки предпочла его не услышать. * * * Арнольд резко вздрогнул. Стинки, заметив это, остановился и взглянул на друга вопросительно: — Арнольд? Шотмэн слегка кивнул и, нервно поведя плечами, возобновил подъём по лестнице. Скорее всего, они просто забыли закрыть дверь на балкон, отсюда и сквозняк. Или где-то на втором этаже разбито злобными семиклассниками окно. Или… Нет, что за глупости! Всему есть рациональное объяснение!.. Он запнулся о выступающий край ступени и едва успел восстановить равновесие, вцепившись в шаткое перило. В свете тусклых ламп второй этаж выглядел не иначе первого: вездесущие комья слежавшейся пыли разгонял по полу сквозняк; стены были окрашены какой-то краской, но выцветший оттенок уже было трудно распознать. Стинки сразу направился в сторону балкона, желая посмотреть на странный туман уже при свете, а Брейни терпеливо ожидал Арнольда на самой верхней ступеньке. Шотмэн вздохнул – полной грудью, ощутив на языке неприятный привкус затхлости – и на выдохе был уже рядом с Брейни. Они кратко переглянулись и поспешили догнать Петерсона. * * * Сид упал в кресло и закинул ноги на кофейный столик, пытаясь выглядеть уверенно. Хельга остановилась в паре шагов от двери в кухню, недовольно сморщив лоб. — Мы ничего не добьёмся, пока ты будешь просиживать свой зад, Сид. Юноша хмыкнул и тут же поднялся: — Ты. Ты ничего не добьёшься, Патаки. Я не хочу бродить по этому дому. — Можно подумать, что я хочу!.. Сид кивнул: — Вот поэтому давай мы просто посидим тут и подождём, пока ребята найдут выход. Конечно, Хельга в первую секунду хотела согласиться с юношей. Но в следующую секунду она передумала – всё же Арнольд ждал её помощи… Хорошо, не ждал. Но девушка хотела ему помочь. — Чудно. Сиди здесь. А я пошла, — круто развернувшись на каблуках, Патаки прошла гостиную и скрылась в проёме коридора. Сид тут же двинулся за ней. Они вернулись в проходную. Хельга никак не могла решить, с чего им следовало начать поиски, ведь первый этаж по сути был лишь коридором с множеством книжных стеллажей, с одного конца завершающимся гостиной и кухней, а с другого – спуском в подвал. Что они могли здесь обнаружить? Тут она снова обратила внимание на один из стеллажей, на котором всё ещё стоял бюст Шерлока Холмса в окружении каких-то томиков в розовых и красных обложках. — Куда ты предлагаешь пойти, Патаки? — Ты же вроде собирался остаться в гостиной? – иронично заметила девушка, выгнув бровь, хотя этот жест остался Сидом незамеченным, так как Хельга не удосужилась повернуться к собеседнику лицом. Она провела указательным пальцем по корешку одной из книг, ощутив странно знакомый орнамент рисунка. Что-то похожее она уже трогала, и не раз. Рисунок, теснением вившийся по корешку, очень напоминал рисунки на её собственных блокнотах, в которые она до сих пор вливала свою горесть и тоску. Указательный палец быстро двинулся вверх, к краю корешка, ловко зацепился и выдвинул книжку с полки. Хельга поддержала её левой рукой и вмиг открыла. — Что это?.. Голос Сида прозвучал совсем близко, но Патаки не торопилась реагировать – всё её существо сейчас двинулось туда, к исписанным фиолетовыми чернилами страницам, к патетичным словам, к лёгким зарисовкам на полях и таким знакомым завиткам на буквах… Книга рухнула вниз, к ногам Патаки, тут же захлопнувшись. Девушка свирепо наступила на розовую обложку ногой, провернув каблук. — Что это за книга? — Ерунда! — резко выкрикнула Патаки, разворачиваясь к Сиду. — Дурацкие сумасшедшие записки. — Они могут помочь нам! Вдруг мы прочитаем, как найти выход? Сид наклонился в попытке поднять блокнот, но был прерван грубым толчком в плечо. — Какого чёрта, Патаки?! — упав задом на пол, юноша разозлился. — Не лезь в эти дурацкие блокноты!.. — Ещё чего!.. Моменты борьбы, и Хельга тоже оказывается на холодном полу, глядя на Сида озлобленно и осуждающе. Она надеялась, что фиолетовые чернила и завитки ей только привиделись. Юноша брезгливо отряхнул тыльной стороной ладони грязную обложку и раскрыл том где-то посередине. Кратко глянув на записи, он усмехнулся: —Похоже на те смешные стишки, которые ты писала об Арнольде, да? Хельга в изумлении раскрыла рот, не зная, что сказать. «Откуда?» - бился в голове единственный вопрос, а где-то на задворках разума внутренний голос истерично завопил, моля о пощаде. Сид поправил кепку на голове, расположив козырёк ровно. — Чётвертый класс. Меня попросили найти на тебя компромат. Помнишь, мы ещё газету издавали? Патаки медленно кивнула, ощущая мучительный жар на своих щеках. Сейчас он сдаст её со всеми кишками-завитушками-и-чернилами. Юноша вздохнул: — Успокойся. Я ведь ничего не рассказал. Лишь предъявил фото с балетной пачкой и медведиком. — Почему не рассказал? — Хельга поднялась на ноги и вскинула подбородок вверх. Возможно, именно сейчас ей придётся отстаивать свою любовь или же пытаться найти себе достойное оправдание. — Почему не рассказал? — эхом отозвался Сид. — А почему я должен рассказывать? — Не пудри мне мозги, любитель жаб! Ты ведь мог сожрать меня со всеми кишками, растоптать! Об этом могла узнать вся школа!.. — У меня даже были фотографии того странного м-м-м… — он помедлил в поиске достойного определения, — идола. И ты, павшая ниц в этом стареньком шкафу. Идол. Ниц. Шкаф, в конце концов – отдайте эти фотографии Арнольду, пусть посмотрит, а Хельга потом преподнесёт ему деревянную рамку, куда можно вставить эти чуть поблекшие со временем карточки. Преподнесёт лично, ведь они будут – да! – встречаться, проводить вместе всё свободное время, держаться за руки, обниматься и даже… И на этой мысли кулак Хельги резко ударился о полку с книгами; кожа ободралась с острых костяшек и собралась на границе ссадины складками. Патаки зашипела и приложила руку к губам. Чёртов Гифальди* скорчился и отступил подальше – вид крови вызывал у него если не страх, то опасение. Помочь девушке он и не думал. Капля крови устремилась по кисти руки, обрамила выступающую костяшку мизинца и сорвалась вниз, на кафель, в тёмно-зелёном оттенке которого тут же затерялась. Патаки встряхнула ладонь пару раз, силясь избавиться от неприятных ощущений; рука болела. — Нам просто нужно идти дальше, чёрт возьми, — процедила Хельга сквозь зубы, отворачиваясь от злосчастных книг и решив, что никогда больше к ним не вернётся. — Здесь ничего нет! — возразил Сид, разводя руками в стороны. Патаки заметила, что куртка Гифальди уже распахнута, и края её свободно болтаются, вторя движениям юноши. Кажется, внутри дома стало значительно теплее. Вот только хорошо ли это? В ответ на реплику своего спутника Хельга только нахмурилась, сведя толстые брови на переносице. Да, в какой-то мере чёртов параноик был прав – в проходной действительно ничего нет, кроме дверей в холодильную комнату. Они могли лишь двинуться в направлении к спуску в подвал в надежде встретить там Фиби и Джеральда. * * * Низкие своды давили на них почти физически, Джеральд притянул Фиби ближе к себе, сильно прижав боком. Пахло плесенью и крысиным помётом, и Джоханссен осознанно сравнивал этот подвал с чердаком своего дома – разве что, с чердаком до того, как с помощью Арнольда он сумел там всё прибрать и преобразить. Но запах всё равно запал ему глубоко в душу. Освещала подвал лишь единственная лампочка, без канделябра и специального крюка. Фиби поёжилась, отметив, как в паре дюймов от электрического провода с потолка капает вода. В остальном, это помещение выглядело слишком пустым для бывшего морга – Джеральд рассчитывал увидеть здесь старомодные деревянные каталки и старые проржавевшие насквозь подносы (хотя и понимал, что подносы эти изготавливают из медицинской стали, не поддающейся воздействию ржавчины). После тех якобы сверхъестественных происшествий подвал экс-морга выглядел слишком скучно. — Полагаю, выхода здесь мы не найдём. — Фиби покачала головой, оглядев скудное убранство. — Да-а-а… — юноша осмотрелся по сторонам этой каменной коробки в поисках подтверждения слов своей подруги. Конечно, малышка Хейердал оказалась права. Лампочка коротко моргнула, и свет в подвале стал явно тускнее. Ребята осторожно осматривали все углы помещения, будто надеялись (или боялись) увидеть в них тонко струящиеся клубы серого тумана с улицы. Кап! – тонкий звук отразился от стен и многократно повторился. Одна из коробок, стоящих на старом столе в одной части помещения, неожиданно лопнула по швам и вывалила наружу всё содержимое: ложки, вилки и ножи полетели на каменный пол, наделав много шума. Фиби зажмурилась и закрыла уши ладонями, а Джеральд лишь слегка прикрыл глаза и чуть присел, словно эти движения могли его спасти. Когда звуки стихли, он мягко отнял от ушей ладошки Фиби и чуть пожал их. — И угораздило же эту коробку сделать это прямо сейчас, а? — проговорил он в попытке улыбнуться. Фиби подняла голову и посмотрела на него. — Руки прочь от моего крыльца! — произнесла она мягко, облизнув затем губы. Джеральд удивлённо распахнул глаза: — Что? — Всё стихло… Юноша встряхнул головой. То, что сказала Фиби раньше, ему всего лишь почудилось. «Крыльца? Да как мне могло такое показаться?!» — Ла-ла-лалалала-ла-ла-ла, — протянула тем временем Хейердал, точно следуя мотиву свадебного марша. Её тонкий голос почти обрывался на высоких нотах, но в остальном она напевала ладно и узнаваемо. — Фиби? Зачем ты поёшь? Нет, здесь что-то определённо было не так. Сейчас девушка отошла от него и устремилась в один из дальних углов подвала – туда, где посреди большой лужи конденсата находилось нагромождение обломков стульев из смотровой и никому не нужный теперь информационный стенд – Джеральд рассмотрел впотьмах, как слегка покачивается на возвышении всего этого какая-то тряпка (наверно, скатерть или покрывало). — Пёсик, где же мой пёсик? Мой милый шотландский терьер, мой милый пёсик… Джеральда резко бросило в жар. Это было похоже на те легенды, которые он рассказывал и хранил уже столько лет. Это было похоже на что-то действительно странное и необъяснимое. — Фиби, старушка! Перестань шутить, сейчас не время и не место! — он кашлянул в попытке придать голосу нужную интонацию. Но девушка никак не отреагировала на слова Джоханссена, ухватившись за информационный стенд руками в попытке вытащить его из груды мусора. — Сейчас так холодно, так холодно… Возьмите мой шарф! Лампочка снова моргнула, чем привлекла внимание Джеральда. Юноша обернулся через плечо и успел заметить, как дверь в подвал бесшумно закрывается. Свет погас.