Свобода выбора? Нет, не слышали

- Джефф, у меня есть для тебя информация, - СУЗИ только что возвратилась из грузового трюма. Там она должна была разыскать материалы для новых - господи, опять! - мемориальных табличек. В руках андроида находилась увесистая стопка гладких синих пластинок, вероятно, оторванных от упаковок, в которых поставляются элементы щитов. Судя по всему, со своим печальным заданием ИИ справилась успешно. При звуке её голоса Джокер тяжело поднял голову с панели управления. Бейсболка съехала на бок, на лбу ярко отпечатались клавиши. СУЗИ сочла зрелище... приемлемым. - Эта твоя информация может подождать? Я не переживу еще одной плохой новости, - пилот явно пытался поддерживать лёгкий тон, но в голосе звучало что-то, похожее на горе. Во всяком случае так говорили анализаторы человеческих интонаций. Прежде, даже в самые тяжелые моменты, СУЗИ не доводилось видеть (и слышать) Джокера таким. Она находила это... нежелательным и сбивающим с толка. В действительности ничего плохого её сообщение не несло. Всего лишь один странный и не поддающийся логическому анализу факт, что следовало незамедлительно донести до Джеффа. Лишь бы опечаленный смертью капитана пилот прекратил неадекватно остро реагировать на не заслуживающие особого внимания стимулы. Впрочем, раздражительность свойственна всем органикам, переживающим личную потерю. Слишком нажимать тоже не следовало. Найти разумный баланс между настойчивостью и уступчивостью в отношении нелогичных эмоциональных существ... невыполнимо. - Ничего серьёзного, Джефф, но... - - Никаких "но", - это прозвучало неожиданно резко, даже сердито. Пилот устало сдавил пальцами виски и зажмурился. На лице появилась выражение, определяемое как гримаса боли, но голос тем не менее смягчился. - Я попробую добраться до лазарета, СУЗИ. Не думал, что когда-нибудь это скажу, но сейчас я даже сочувствую Кайдену с его мигренями. Отвратительная штука. - Могу я предложить свою помощь, Джефф? - СУЗИ сгрузила будущие таблички на кресло второго пилота и протянула Джокеру руку. Тот что-то недовольно пробурчал под нос (высокочувствительные сенсоры не обнаружили ни одного осмысленного сочетания звуков) и с явной неохотой оперся на обтянутую тонким пластиком ладонь. Дорога до лазарета, включая десятиминутное застревание в неисправном лифте, прошла без дальнейшего обмена вербальной информацией. Хотя СУЗИ по-прежнему испытывала некоторое беспокойство, если можно так назвать конфликт между директивными процессами второй категории и распоряжением вышестоящего офицера. Говоря упрощенным языком человеческих чувств и эмоций, ей очень хотелось рассказать о найденном на нижней палубе предмете. Буквально не терпелось. Но по какой-то причине, связанной с последними, не до конца отлаженными изменениями, головная боль Джеффа оказалась приоритетным фактором (нелогично, но ей совершенно не хотелось стирать конфликтующие настройки хотя бы в память о вдохновившей на их создание Шепард). СУЗИ промолчала. Но всё же не отказала себе в удовольствии проводить Тали, встреченную на полпути к доктору, полным подозрения взглядом. Что-то заставляло СУЗИ думать, что без кварианки дело не обошлось.