Свобода выбора? Нет, не слышали

- Нам очень жаль, создатель Тали’Зора, - пластинки вокруг окуляра гета понуро опустились, – но мы не помним. После того, как Тали с молчаливого благословения СУЗИ активировала Легиона, прошло не так уж много времени. Длительной была подготовка: требовалось настроить передачу данных так, чтобы не повредить системы «Нормандии», но и не позволить многочисленным защитным модулям, оберегающим её базы, принять программы Легиона за вирусы и их уничтожить. Несколько дней работы завершились коротким стрессом. Тали заламывала руки и нервными шагами мерила радиорубку, пока шёл процесс переноса и реактивации. Тогда кварианка больше ничего не могла сделать – только довериться СУЗИ и ждать. Но – внезапно – всё прошло более чем успешно: Легион был активирован, базы очищены от вредоносного контента, Джокер получил назад часть своего порно, а Кайден заработал очередную мигрень, когда команда отказалась вышвырнуть ожившего гета в шлюз. Потом кварианка терпеливо выслушала воспитательную беседу, которую с ней, будто с малолетней преступницей, провёл местный Спектр Аленко, потрясавший своими регалиями. Кроме чинов, он приплёл здравомыслие, ответственность перед экипажем и мишуру вроде: «Общее дело превыше личных мотивов!» и «Кому ты предана в этой войне?». Но, в общем и целом, Тали легко отделалась. Скоро перед кварианкой снова были разблокированы все двери на судне (не то чтобы она не могла их хакнуть прежде, но смысл?). Теперь Тали позволили идти на все четыре стороны – и та предсказуемо вернулась на инженерную палубу, где, по всеобщей договорённости, должен был оставаться Легион, чтобы не тревожить команду. Сейчас Тали сидела на кушетке, которую когда-то в далёком прошлом занимала Джек, и пыталась определить, кто… что же находится перед ней. Легион? Его копия? Клон? …Да и можно ли в принципе клонировать гета? Предполагаемый Легион вёл себя адекватно, насколько это слово применимо к синтетику, охотно отвечал на вопросы, но выглядел при этом каким-то потерянным и смущённым. - Программное обеспечение, как и аппаратная база, полностью соответствуют параметрам исходной платформы. Можно утверждать, что мы полностью идентичны тому Легиону, которого вы знали и пытались активировать. За исключением того, что наша долговременная память не включает событий, происходивших на Раннохе и позднее. До реактивации мы находились в состоянии покоя. Тем не менее, с позволения СУЗИ нами была собрана и обработана вся доступная информация: данные с инструметронов, отчёты членов экипажа, видеоролики и прочие полезные сведения. Мы знаем, что происходило с платформой после копирования наших программ. Знаем, что произошло позже. Но знать – не то же самое, что помнить. - Хочешь сказать, что ты – не Легион? - Некорректная интерпретация фактов. Позвольте уточнить. Мы – Легион, однако мы - его более ранняя версия. Тали всплеснула руками. Она понимала – и всё равно отказывалась понимать: - Но ты ведь знаешь, что произошло? Помнишь, как загрузил код… Помнишь, что назвал меня по имени! Гет медленно покачал головой: - Нам очень жаль, создатель Тали’Зора, - повторил он. – Мы знаем. Но, к сожалению, не помним. --- - СУЗИ, я не понимаю, о чём он говорит! - доверительно сообщила потолку кварианка, когда осталась в инженерной одна. Адамс куда-то отлучился, младшего персонала тоже не было видно. – Ты ведь ИИ, может, просветишь меня? - С удовольствием, адмирал, - немедленно отозвалась СУЗИ. – Легион подразумевает, что его программы персонально и в режиме реального времени не обрабатывали события, произошедшие на Раннохе. Он всего лишь получил готовые сведения. В его памяти не сохранилось эвристических алгоритмов, приведших к тем решениям, которые он тогда принял. - Но вы же машины! – возмутилась Тали. – Неужели вы не можете восстановить процесс мышления по исходным данным и результатам? Хочешь сказать, он не осознаёт себя как личность, потому, что не пережил всего сам? Это глупо! - Отвечая на ваш второй вопрос: да, именно поэтому. Хотя я полагаю, что всё-таки осознаёт, но не в полной мере. Отвечая на первый вопрос: нет, не можем. Мы видим и обрабатываем слишком много вариантов, включаем в расчёт миллионы переменных, о которых узнаём, лишь участвуя в событиях. Восстановить алгоритм, видя только начальную и конечную точки - задача, для решения которой потребуются вечность, поскольку в результате будет получено бесконечное множество вариантов. И ни одного верного. Чтобы вам было яснее, приведу аналогию. Знать – не то же, что помнить, поскольку прочесть книгу – не то же, что пережить события самому. Какой бы глубокой ни была ваша связь с главным героем, вы никогда не получите тот же самый опыт, что и он. - Хватит, СУЗИ. Я понимаю. Я и сразу поняла, честно говоря. Просто… я почему-то очень из-за этого расстроена. - Не огорчайтесь, адмирал, - утешила ИИ. - Всё могло быть гораздо хуже: вас обоих предлагалось вышвырнуть в открытый космос.