Свобода выбора? Нет, не слышали

В начале утренней смены, примерно в 0700 по корабельному времени, СУЗИ объявила по интеркому, что до прибытия в Солнечную систему осталось не более трёх дней. Соответственно, очень скоро их ждали Земля, Цитадель, Горн, возможно, армия жнецов (или что там от неё осталось)… И команда занервничала. Все проблемы с хомячками, гетами, зубными щётками и прочими мелочами жизни как-то сами собой отошли на второй план. Потому к вечеру Кайден решил, что пришло время опять посетить обзорную палубу и, соответственно, бар. Дело в том, что с утра на мостике его отчитал Джокер, снова отказавшийся тыкаться в ретранслятор и следовать к точке сбора, не проверив сперва, что стало с Землёй, с Горном, с Шепард, наконец, и почему «Нормандию» выкинуло где-то на богом забытой планете в самом начале прошлого прыжка через Харон. «У нас мало топлива! - твердил пилот. - Уйди, майор, и без тебя тошно». Чего Аленко точно не ожидал, так это встретить в обычно тихом и безлюдном месте почти всю команду: за карточным столом чисто человеческим коллективом собрались Вега, Кортез, Адамс, зеленоватая со вчерашнего Трейнор, пожёванная Чаквас и до безобразия свежая Аллерс. Они запасли под сидениями два ящика пива и весёлую, как щенок, Софи, наглухо закрыли стеклянные двери, которые уже стали запотевать, и резались в простой, незатейливый и старый, как мир, покер. - Всё жду, когда они там задохнутся, - кивнул в сторону закупорившихся людей Гаррус, который занимал целый диван, обставленный по кругу разномастными бутылками. Турианец, судя по всему, начал ещё с утра. Отдельно от всех, примостившись в уголке, сидели Лиара и Явик. Она разложила перед собой на столе датапады, какие-то древние на вид бумаги и что-то оживлённо втолковывала протеанину. Тот потягивал ярко-зелёную бурду из призматической колбы, гипнотизировал расфокусированным взглядом пространство и выглядел так, будто до сих пор не вышел из заморозки. Внимательным трезвым взором окинув комнату, Кайден некоторое время поколебался, но всё же устроился за стойкой в полном одиночестве. Ему хотелось углубиться в тоскливые мысли, и компания тут была бы лишней. - Я никчемный лидер, - выпив несколько порций, негромко признался Кайден своему унылому отражению в полированной столешнице. – Всем плевать на моё мнение. - О, Кила… Мне бы твои проблемы, - ответила стойка голосом Тали. Кайден подпрыгнул на табурете, как ужаленный. - Да-да, они уже давно там, - услужливо сообщил с дивана Гаррус. После недолгих размышлений Кайден перегнулся через стойку и обнаружил за ней уютно прикорнувшую в уголке адмирала Тали’Зору, напротив которой в позе лотоса сидела СУЗИ. – Он, видите ли, «знает», но «не помнит», - кварианка усиленно рисовала в воздухе кавычки, теряя от этого равновесие и заваливаясь на бок. СУЗИ терпеливо возвращала её в исходное положение. – Представляешь, СУЗИ? Что ты на это скажешь? - От меня требуется ответ или это риторический вопрос, адмирал? - Ты у нас ис-с-скуственный интеллект, ты и догадайся! – едко отозвалась Тали, правда, язык у неё заплетался, так что вышло не слишком грозно. Гаррус, едва заметно покачиваясь, пересел на табурет рядом с Кайденом и заметил: - Хочу узнать, о чём они тут с самого обеда сплетничают. - У меня есть теория, адмирал, и я уже несколько часов пытаюсь её до вас донести. Предлагаю заменить фильтр токсинов, достигнуть состояния трезвости и обсудить этот вопрос серьёзно. - Я и так серьёзна. Я уби-и-ийственно серьёзна, - взмахнула руками Тали и уронила на себя содержимое верхней полки. – О, Кила! - Повторюсь, адмирал. Моя теория заключается в том, что Легион обрёл самосознание до того, как произошла ваша беседа на Раннохе. Код жнеца позволил ему стать полностью консолидированной ИИ с ядром, включающим все 1183 программы. Однако он изначально был спроектирован как автономная модель, не нуждающаяся в постоянном соединении с сетью гетов, потому просто не заметил разницы. Сейчас отсутствует соединение с экстранетом. Он не может связаться с консенсусом и сравнить себя с теми гетами, кто уже обрёл индивидуальное сознание. Потому и настаивает на старой терминологии. Дайте Легиону время. - О, Кила, я ничего не понимаю, я такой… а… никчемный техник! - А я никчемный Спектр, - вставил Аленко. – Которого сделал Спектром мятежный советник. Гаррус подозрительно взглянул сперва на Тали, потом на Кайдена - и принял своеобразный вызов: - Ладно, хорошо, в таком случае, я никчемный бойфренд! Какого чёрта я делаю на «Нормандии», когда должен быть с Шепард?! – Кайден поморщился, как от зубной боли, но промолчал. Теперь все трое выразительно смотрели на СУЗИ. - Что? – не выдержала ИИ. – Вы предлагаете мне присоединиться к вашей странной игре и назвать себя никчемным искусственным интеллектом? Вынуждена сообщить, что не разделяю коллективного стремления органиков к самоуничижению под действием токсических веществ, поскольку… - Не понимаю, за что?! Почему я должен быть первым в истории протеанином, которого изнасиловала азари? Неожиданно на обзорной палубе стало очень, очень тихо. Даже Софи прекратила возиться под карточным столом. Все замерли и смотрели в угол, где доселе мирно ютились Лиара и Явик. - Мы... просто обсуждаем сюжет будущей книги, - азари густо залилась краской и успокаивающе стиснула запястье протеанина, а тот, осознав, что высказался громче, чем собирался, снова впал в состояние перманентного стазиса. Однако руку не убрал. Гробовая тишина длилась, пока из-под стойки не раздался пьяный голос Тали: - Ох, Кила! Мне бы ваши проблемы…