Свобода выбора? Нет, не слышали

- Мне нужно поговорить с Шепард, - заявила голограмма. Чаквас подняла голову от своих записей и равнодушно посмотрела на голубоватого прозрачного мальчика. Судя по веснушкам и нездоровому цвету лица, прототипу этой штуки никогда не делали полезных генетических модификаций. А зря. Мальчик был чрезвычайно противным. - Она спит, - сообщила доктор. За свою жизнь, и особенно за последние несколько лет, Карин повидала множество вещей: ужасных, бессмысленных, жестоких, тупых. Но ничто не могло переплюнуть ужас, который она испытала, будучи пленником на базе Коллекционеров. Уж точно не какая-то жалкая голограмма, пусть даже явно связанная со жнецом, которого упомянул Джокер по громкой связи. Доктор знала одно: что бы ни происходило вокруг, её долг – хорошо выполнять свою работу. Об остальном позаботится Шепард. - Не имеет значения. Мне нужно поговорить с капитаном, - заупрямился мальчик. У Карин возникло настоятельное желание хорошенько оттягать противного ребёнка за его непомерно оттопыренные уши. - Я сказала, капитан – спит. После наркоза. Прошла серьёзная полостная операция, - голограмме вовсе незачем было знать, что церберовские имплантаты сделали своё дело, потому заживление шло семимильными шагами. Но Шепард заслужила отдых. Чаквас бросила короткий взгляд на дальнюю койку, где, бледная, похудевшая, мирно сопела коммандер. Прикорнув на стуле рядом и уложив голову на край её постели, дремал турианец, наотрез отказавшийся покинуть лазарет. – Не знаю, что ты такое, но, если хочешь поговорить с живой и здоровой Шепард, не мешайся пока, мальчик. Поди займись чем-нибудь ещё. - Верно, доктор Чаквас. Вы забыли уточнить: «где-нибудь» ещё, - вставил Мордин, на секунду отвлекшись от своих пробирок. Голограмма немного поколебалась, но, бросив напоследок: «Я вернусь», всё-таки послушно покинула помещение. Доктора переглянулись и синхронно пожали плечами. Оказалось, делить один лазарет на двоих было не так уж сложно. --- - Джефф, пожалуйста, успокойся, - монотонно повторяла СУЗИ уже который час. – Ты гораздо меньше переживал, когда нам грозила неминуемая гибель. - Ты не понимаешь?! Не-е-ет, ты не понимаешь! Он же подключился к нашим системам!!! - Джефф, не нервничай. Если бы жнец сделал что-то с нашими банками данных, я бы тебе сообщила. На данный момент он всего лишь обеспечивает нас ресурсами. Нелогично было бы снабдить ими корабль, а потом его уничтожить. Они на минуту замолчали, глядя в иллюминатор. Вместо умиротворяющего вида сине-зелёной планеты теперь всё пространство перед кораблём занимал огромный жнец, аккуратно, даже как-то бережно обхвативший «Нормандию» своими конечностями и протянувший к ней сотни трубок. - Чувствую себя так, будто мы торчим у жнеца из задницы, - доверительно сообщил Джокер. - Чисто технически я бы предположила, что отверстие, о котором ты говоришь, выполняет роль порта синхронизации. Вряд ли стоит сравнивать его с анальным. - У тебя совсем не развито воображение, СУЗИ, - обречённо вздохнул пилот. – Но ты права, ему что-то нужно от Шепард, иначе мы бы давно стали кучкой космического мусора. Потому я не боюсь, что он нас прямо сейчас взорвёт… - Джокер взглянул в алое немигающее око жнеца, грозно сияющее им прямо в иллюминатор, - окей, почти не боюсь. Знаешь, что действительно страшно? Я не хочу, чтобы мне незаметно промыли мозги! Не хочу стать тупым хаском! - Джефф, нам не известны механизмы одурманивания, но очевиден факт, что для полной, как ты говоришь, промывки мозгов необходим достаточно длительный контакт со жнецами или их реликвиями. Минимум две недели. - В отличие от Левиафанов, машина не может оказывать прямое ментальное воздействие, - раздался голос позади. Джокер и СУЗИ синхронно развернулись в креслах. - Господи боже мой, а это что ещё за хоббит?! – возмутился пилот. - Я – Катализатор, - терпеливо сообщил мальчик. – И я пытаюсь объяснить вам, что воздействие жнецов на мыслительную деятельность и на тела органиков – это не волшебство, к которому вы, примитивные существа, относите всё, чего не в силах понять. Это сложный технологический процесс. - Мы знаем, что при помощи Зубов Дракона биологические ткани организма заменяются кибернетическими имплантатами, - отреагировала СУЗИ, пока Джокер только безмолвно открывал и закрывал рот. – Но нам не ясен механизм дистанционного одурманивания. Естественно возникающее желание органических существ перестраховаться. - Я сплю, - завил Джокер, совладав с голосом. – Сплю и вижу самый дурацкий сон в своей жизни. - Джефф, - одёрнула его СУЗИ. - А что Джефф? Что? Ты слышишь, что он говорит? - Джефф. - М? Ладно. Молчу, мам, и даже не смотрю! – и Джокер демонстративно отвернулся к приборам. Катализатор пропустил мимо ушей их мелкую перепалку: - Дистанционное одурманивание основано на воздействии нанороботов, впрыскиваемых в атмосферу жнецами и их реликвиями при приближении живых существ. - И вы говорите мне не беспокоиться?! – взвился Джокер. – По мне вот прямо сейчас ползают нано-жучки и делают из меня хаска, а вы мне говорите замолчать?! - Не в моих интересах одурманивать Шепард или её команду, - сообщил мальчик. – Вы можете не волноваться… мистер Моро. Пока что. - Как обнадёживает! «Пока что не волнуйтесь, мистер Моро!» – от спины пилота исходили густые волны скепсиса и неприязни. – «Сегодня я вас не буду индоктринировать, а завтра ещё подумаю!» Всё равно теперь такое чувство, будто я весь чешусь! – Джокер устало надавил ладонями на глаза, потом выдохнул и демонстративно поскрёб шею. – Видите? Чешется! - Джефф, пожалуйста, успокойся, - завела свою мантру СУЗИ. Джокер обернулся через спинку кресла и, обнаружив, что голограмма всё ещё загораживает проход на мостик, поёжился. - Я-то успокоюсь. Только пусть этот один дома пойдёт нервировать кого-нибудь другого! СУЗИ поднялась из своего кресла и успокаивающе положила прохладные ладони на плечи пилота. Под выразительным взглядом андроида голограмма понуро развернулась и покинула мостик.