Одна маленькая проблема

Чей бы это ни был план, Шерлок имел к нему опосредованное отношение… Женщина, всхлипывавшая на другом конце провода, оказалась всего лишь транслятором, передаточным механизмом, маленькой деталью в большой часовой бомбе, сидящей в машине где-то в пригороде Лондона. Давясь едва сдерживаемыми рыданиями, она читала с бегущей строки крошечного пейджера, врученного ей вместе со всем взрывчатым снаряжением, послание неизвестного затейника, не выдвинувшего ни одного внятного требования и вместо этого предложившего Шерлоку решить одну головоломку двадцатилетней давности на первый взгляд не имевшую ничего общего ни с одним из сегодняшних участников событий… Двенадцать часов, отпущенные ему на задачку из адского решебника, должны были подстегнуть его дедуктивные способности или позволить насладиться видом развороченной взрывом автомашины с месивом человеческих останков внутри. Все присутствующие при этом ярдовцы, затаив дыхание, смотрели на него со смесью ужаса и нескрываемой надежды. Шерлок не раз и не два распутывал дела, стопроцентно готовые перейти в разряд нераскрываемых. Причем, походя, словно кроссворд на последней странице журнала по пути домой в вагоне метро… Обычно это раздражало, злило, выводило из себя бесчисленным количеством язвительных замечаний и недвусмысленных эпитетов, отпускаемых им по ходу следствия. Как правило, собрав всю необходимую информацию, бесцеремонно умыкнув оную из-под носа криминальных экспертов и нимало не заботясь о процедуре их официального оформления, Шерлок торопливой скороговоркой надиктовывал инспектору Грегу Лестрейду, бессменному пастырю «ярдовских баранов», окончательные выводы, называл мотивы и имя виновного и уносился прочь, победно размахивая полами длинного пальто и удовлетворенно урча, словно мартовский кот после очередной любовной победы… Ни деньги, ни почести его не привлекали ни в коей мере. Разумеется, исключая те случаи, когда к его услугам прибегали частные лица, способные заплатить за гарантированный результат, а также настойчивые «просьбы» Майкрофта Холмса, в тех же целях для сохранения приватности случаев, способных не то чтобы нанести вред британской короне или безопасности государства, но и просто бросить на них тень. После каждого конфиденциального дела банковский счет детектива пополнялся такой суммой, что Шерлок вполне мог позволить себе любое количество «благотворительных» дел в лондонской полиции. Кстати, если бы не надо было оплачивать квартиру и ежемесячные счета, он вообще плюнул бы на деньги… Адреналин, этот беснующийся в крови наркотик, самый сладкий из испробованных им, компенсировал и необходимость общаться с недалекими служителями Фемиды, и откровенное презрение свидетелей и подозреваемых, с которыми он сталкивался по мере расследования. Все, чтобы только вечно голодный до новых изощренных загадок мозг мог насладиться эффектными изысками в полной мере… Так было. Такова сущность Шерлока Холмса, единственного на свете консультирующего социопата с маниакальными привычками… Так было. До появлении в его жизни Джона. Новое, заманчивое дело вдруг перестало казаться Шерлоку заманчивым. Дома, в пустой квартире его ждало единственное дело, которое хотелось разгадывать всю жизнь. Ему хотелось вернуться к Джону. К телу Джона, жаждущему его вторжения. К секрету Джона, который он все-таки так и не раскрыл до конца… что-то еще там было… что-то… как сказал Ник? «…как дважды два…» Нееет, Ник не был таким уж простым и предсказуемым… Иначе он так и остался бы рядовым… да, талантливым, да, удачливым… но все-таки рядовым хакером… Иначе он никогда не привлек бы внимания такого человека, как Джеймс Мориарти, выбирающего партнерами только исключения из правил… Иначе… Вот черт! Шерлок уставился на пару кроссовок на столе Лестрейда. - Это пришло сегодня по почте. – Грег не мешал ему торчать в своих Чертогах, зная насколько бесполезным занятием может быть попытка вытащить его оттуда принудительно. Он терпеливо дождался, когда Шерлок соизволит вернуться к ним сам. - На коробке было твое имя… Большая игра началась… … Это повторялось. Звонок. Украденный у заложника голос. Время, отпущенное на жизнь-смерть. Дело, не вызвавшее у полиции своевременных сомнений. Марафон, длиною в двое суток… …Карл Пауэрс… его первое дело… утонул в бассейне, отравление… двенадцать часов… …Иен Монс… машина, залитая кровью… салон Янус… мошенничество… шесть часов… …Конни Принц… телеведущая… брат, любовник… ботокс… одиннадцать часов… …галерея Хикса… фальшивка… тридцать миллионов… супернова… десять часов… Ничего общего. Кроме того, что заказчик делал это именно для него, Шерлока, дав это понять самым первым звонком… Только он, Шерлок знал, что в том, старом несчастном случае было что-то еще, кроме несчастного случая… Только он, Шерлок, умел связывать бессмысленное и малозначительное крепкой стальной паутиной причинно-следственных нитей, невидимых остальными… Только его, Шерлока, было так необходимо удержать подальше от Бейкер в эти два дня… И Шерлока бесило то, что он не понимал, зачем… … Тридцать девять часов. Он не спит, не ест, не выпускает из нервных пальцев телефон. Не чувствуя вкуса, пьет подсовываемый Лестрейдом кофе, торчит в лаборатории Бартса и судебном морге, трет покрасневшие глаза, вглядываясь в окуляр микроскопа, листая бесконечные сайты интернета, молчит, глядя перед собой невидящим взглядом, а потом вскакивает и мчится, распугивая ничего не понимающих ассистентов и случайных свидетелей происходящего… И звонит. Домой… Пальцы набирают номер уже автоматически, не включая память и пользуясь лишь тактильными чувствами. Джон берет трубку. Всегда. Но его состояние меняется с каждым часом. …Джон ждет… спрашивает, спрашивает, спрашивает… много подробностей… …Джон растерян… «когда… когда?… ты где?»… «Шерлок?» …Джон злится… разогретый в сто первый раз завтрак-обед-ужин с грохотом летит в мусорное ведро вместе с тарелкой…. …Джон теряет себя… как склеенная в кольцо пленка… «Шерлок, Шерлок, Шерлок…» прости меня, Боже… Шерлок бросает Молли Хупер в лаборатории и летит на Бейкер, чтобы встретить в полутемной прихожей горячие, сухие, словно пороховой дым губы… он не может остаться, но… Его мозг работает на пределе. Шерлок умеет «работать» в несколько потоков, но сейчас этого недостаточно, и он толкает захлебывающееся сознание за грань… Информационный поток так плотен, что ему приходится подключить руки, чтобы помочь его преодолению… со стороны он выглядит безумным дирижером, управляющим невидимым оркестром… Грег с трудом воздерживается от желания принудительно напичкать его снотворным и дать поспать хоть пару часов… Когда начинает выстраиваться мозаичная картинка, тщательно собранная из сотни мелких, упущенных всеми осколков, мозг отказывается принимать ее целостность… Время убегало, просачиваясь сквозь пальцы, и несмотря на спасенную вновь чью-то жизнь, Шерлок все отчетливее чувствовал себя аутсайдером. Он все-таки задремал в очередном такси, что незаметно приостановилось в бесконечной лондонской пробке, когда телефон завибрировал в его кармане. Увидев имя Майкрофта на определителе входящего звонка, Шерлок понял, что опоздал. … …они вошли… трое… да, сам… моим людям вмешаться? «о, неужели Майкрофт спрашивает у него разрешения?» … нет, я уже на месте… … Людей Майкрофта он не заметил, да и не искал их, если честно… крошечная царапина возле замочной скважины, свежая, и запирать дверь за собой они тоже не стали… ждали его. Шерлок не носил оружия с собой, но как кстати оказался сейчас его старый SIG-Sauer P226, который он держал в ключнице возле зеркала в прихожей. Он внутренне усмехнулся, вспомнив, как громко возмущалась миссис Хадсон, наткнувшаяся на оружие в поисках ключа от комнаты в полуподвале… Первый же лестничный пролет заставил его остановиться и перевести дыхание, потому что сверху, словно водопад, на него обрушился плотный, невыносимо-сладкий и терпкий, как патока, ни с чем несравнимый аромат омытого течкой, совершенно готового к продолжению рода существа… и его не смог перебить даже резкий, агрессивный, поднимающий на теле волоски и заставляющий угрожающе оскалиться запах чужих самцов… Ворвавшись в гостиную, куда феромоновый корд его буквально втащил, Шерлок безошибочно прицелился в высокий, гладкий, безупречный лоб Джеймса Мориарти, удобно расположившегося в его любимом кресле. Джон, как источник вселенской гравитации, находился в самом центре композиции, в кресле напротив. Напряженный, как конденсатор, уставившийся на возникшего в проеме Шерлока неопределяемым взглядом совершенно черных от растекшихся по радужке зрачков, через которые в этот мир кто-то в промышленных масштабах качал сексуальное вожделение высокой плотности. Физическую массу их троицы тотально уравновешивала пара неблизнецов одинаково-габаритной комплекции, внешности и однополярного выражения лица. Тому, что стоял сбоку окна и целил в Шерлока из громадной пушки, способной запросто снести голову слону, детектив всего лишь поставил меж глаз мысленную мишень, а вот второго, зажавшего Джону шею здоровенной лапой и приставившего к его голове дуло пистолета… Шерлок даже со своего места чувствовал запах пота этой ладони на подрагивающем горле… Вам говорили, что люди чувствуют запахи гораздо хуже животных? Забудьте. Он помнил. Каждый полутон, каждый отзвук, каждый гребаный нюанс… Джон принес на себе их метки. Убитый, растоптанный, распятый на их любвеобильных руках… А сейчас Джон… его Джон, только-только вошедший в свое благословенное проклятие, жаждущий и ждущий лишь его одного… ляжет под любого, стоит тому отдать приказ сильного. Он больше себе не принадлежал. - Привет, Шерлок! – Джеймс Мориарти, идеальный английский джентльмен с ирландскими корнями в костюме от баснословно известного итальянца, радостно посверкивал черными, как снайперский прицел глазами, опасно, вальяжно, не меняя расслабленной позы и словно не замечая целящегося в него оружия. – Время вышло, мой дорогой. - Убери от него руки. – приказал Шерлок, приняв взгляд улыбающегося диктатора. - И где же Ваши манеры, мистер Холмс? – сокрушенно вздохнул Мориарти, сцепив кончики пальцев под подбородком. – Как видите, я держу слово… Ваш омега цел и невредим… пока. Он сделал паузу и с интересом уставился на Шерлока. Тот молчал, не опуская оружия, и Джеймс снова вздохнул. - Хорошо, отпусти его, Шон. Ведь мы пришли не угрожать? У нас деловой разговор. Не так ли, Шерлок? – Джеймс подождал, пока его человек уберет оружие и увидел, что и Холмс опустил пистолет в карман пальто. – Вот и отлично… - он вопросительно вскинул темные ниточки бровей, - ничего, что я на «ты»? Мы ведь уже так близко знакомы, пусть и заочно… Кстати, я получу, наконец, принадлежащую мне вещь? Шерлок сделал один скользящий шаг и присел перед Джоном, намертво вцепившимся в подлокотники белыми пальцами. - Джон, как ты? – прошептал он, приподняв ему голову за подбородок. Джон поднял совершенно мутный взгляд, пару секунд пытался его свести на человеке перед собой. Узнал, потянулся, выдыхая жаркий почти-стон… - Шшш… - Шерлок прижал к его губам палец, - все хорошо, все скоро закончится… Сделай нам чай… пожалуйста. Джон нахмурил карамельные брови, с трудом продираясь через чертополох слов, толпящихся бесполезной кучей в его голове. - Чай? – он совсем не узнал свой голос в это хриплом, чужом шепоте. - Точно, молодец… чай, на кухне… с сахаром и молоком… - поощрительно кивал на каждом слове Шерлок, потянул, поднимаясь, за безвольные руки, заставляя последовать за собой. - Чай… - Джон счастливо просиял и легко заскользил в сторону кухни, перетекая из движения в движение, словно жидкий металл, весь из плавных линий и мягких перегибов… Тот, кто стоял за его спиной египетским обелиском, шагнул следом. Шерлок заступил ему дорогу. - Даже не думай, – уронил он низкий утробный рык, от которого у телохранителя, вдвое превосходящего комплекцией, вмиг вспотела спина и дрогнули колени. Шон замер, где был, вопросительно посмотрев на своего босса. Мориарти быстро прострелил обоих своей безотказной двустволкой с черными, как пороховая гарь зрачками, и кивнул. Шерлок позволил своему пальто соскользнуть с плеч, бросил его на спинку кресла и удобно устроился в его уютной мягкости, подложив себе под спину любимый Юнион Джек Джона… Со стороны кухни донесся беспорядочный звон посуды, шум воды, металлическое бряканье. Всегда аккуратный, относившийся к посуде с трогательной нежностью, Джон что-то ронял, что-то разбил, что-то сыпал на пол… Три пары глаз заинтересованно смотрели в его сторону, и только неблизнец с пистолетом все так же дисциплинированно целил Шерлоку в голову. Шерлок презрительно фыркнул и привычно сложил ладони под подбородком - Ну, - он решительно привлек к себе внимание. – Думаю, у меня есть кое-что для Вас, мистер Мориарти. Его тонкие пальцы лениво скользнули в нагрудный карман крайне приталенного пиджака, заставляя нервно напрячься симметричную пару клонов. В приглушенном свете закатного неба за окном грани крошечных камешков блеснули яркими звездочками. Они отразились в усмехающихся глазах мужчины напротив, позволившего себе вальяжно откинуться на спинку кожаного кресла, забросив ногу на ногу, будто нувориш, владеющий целым кварталом в Белгравии… - Джеймс, пожалуйста… - поправил он, кривя тонкие губы в гримасе смеющегося тигра. – Это же не так трудно? У нас так много общего, не так ли?... Джон, например… Это была провокация. Грубая, нарочитая, как укол длинной иглой в парализованные конечности. Но Шерлок параличом не страдал. - Не надейся… Джеймс. Я решил твою задачку. – Он бросил кольцо в сторону гостя. Смуглая, с тонким оливковым оттенком ладонь метнулась, поймав в кулак, как муху на лету, и прижал к уху, будто бы рассчитывал услышать жужжание. - Тебе ведь это было нужно? Код Ника Уотсона? - Как давно ты знаешь? – Джеймс прищурился, рассматривая насмешливо наблюдавшего за его реакцией детектива. - Это было… просто. На кольце есть площадка с вставками мелких фианитов... увы, да, это вовсе не бриллианты… Всего четыре ряда по двадцать штук в каждом. Но если присмотреться, некоторые камни только кажутся камнями… Кое-где – это углубления, так искусно гравированные, что попадающий на них свет создает иллюзию выпуклого объекта… Остальное еще проще… впадина, вершина… ноль, единица… двоичный код. Джеймс вовсе не удивлен. - Но ведь вам это тоже известно? – брови Шерлока исполнили сложный акробатический этюд и застыли в стадии крайнего удовлетворения. – Вы ведь уже практически держали его в руках. - Разумеется! – Мориарти беззаботно рассмеялся, отсылая кольцо в обратный полет. – Я мог получить его в любой момент… Это так скуууучно… - Конечно, - кивнул Шерлок, ловя вернувшуюся вещь, - ведь на самом деле все дело было не в том пресловутом коде… Вы слишком умны для такого простого поставщика информации, как Ник Уотсон… - О… - Джеймс скопировал его линию бровей, - это комплимент. - Вовсе нет, - скривился Шерлок. - Это был он! - Ладно, пусть так… - детектив досадливо поморщился, - думаю, я знаю, зачем Вы так настойчиво мешали мне решить Вами же поставленную задачу. Хорошо, что Джон не слышит этого разговора. Его взгляд потемнел, как небо за окном, и его температура опустилась до критически-ледяных отметок. Джеймс молчал, покусывая нижнюю, повлажневшую губу, все еще улыбаясь, но в глазах его улыбки не было. Совсем. Шерлок мысленно поаплодировал неблизнецу с оружием. Столько времени держать одну-единственную позу… Очевидно, отвечать никто не собирался. - Ну, если наш деловой разговор исчерпал себя… - преувеличенно сокрушенно вздохнул Шерлок, вскидывая подбородок, - остался один невыясненный вопрос… Где сейчас находится Ник Уотсон? Вы не удивлены? Ах да, разумеется. Как же Вам не знать? Он сделал паузу, сощурив глаза, и без того невозможной, немыслимой формы дамасского клинка, того же холодного, безжалостного оттенка и почти такой же неутолимой жажды чужой крови. - Его смерть – фикция. Дым и зеркала… Не Вы, Джеймс, были покупателем его услуг. Это Ник Уотсон заказал Вам и свою «смерть» и свою новую жизнь… Так где он сейчас?.. Шерлок не помнил, когда прекратился шум, доносившийся из кухни. Тихий судорожный вдох, сопровождаемый тихим фарфоровым позвякиванием, отозвался у него в голове колокольным набатом. Как долго Джон стоял в дверном проеме и слушал?