Глава 5. Спустились!
6 сентября 2011 г., 18:08
Быстро и непонятно, — подумал Тад. — Можно начинать гулянку. С. Кинг, «Темная половина»
Если проклятия, следующие за носителем долгие-долгие годы, все-таки существуют, то меня зацепило еще до рождения. Нет, ну правда. Сидя в самом центре бывшей кухни, за уцелевшим столиком, я не сводила взгляда с двери. Той, которую ломали люди Дурнана под его же руководством. Двери, ведущей к спуску в лабиринт Халастера. Происходящее все больше напоминало дурной сон… хотя нет, даже для кошмара поворотов было слишком много. Ай, да ладно. Пока — ждать. …Я легонько коснулась двери на кухню, и та приоткрылась почти без моего участия. Развернувшаяся картина заставила мысленно выругаться. Как и ожидалось, комната была полна дроу. Разных: арбалетчиков, которые с нехорошим выражением на лицах целились в дверной проем, оружейников, охранявших пленных защитников гостиницы. На фоне всех выделялся дроу в просторных одеждах, стоявший чуть ниже остальных, на ступеньках, ведущих к подвалу. Посох выдавал в нем мага, причем наверняка сильного. Защитники «Зияющего портала» разместились у окон, оружие скинули в угол у спуска. Точнее, их разместили насильно, да. Приглядевшись, я обнаружила знакомого полуорка — его оглушили и чем-то связали. Здесь же были уотердипские стражи, которых я видела у барьера, здесь же сонно оглядывалась по сторонам Шарвин, опираясь на перевернутый столик. Только Карашер и Дурнан то хмуро переглядывались, то косились на дроу. Обоим досталось: эльф, морщась, придерживал руку, а Дурнан, кажется, получил очередной шрам на лицо. Обнаружив Подвисельника, мрачно перебирающего путы на руках, а позже — Тамсиль, прикорнувшую на плече отца, я почувствовала себя чуть лучше. Ненадолго. Раз — это засветился кристалл на посохе того дроу-мага. Два — это мы с Дикеном кинулись в разные стороны. Вовремя: порыв ветра с силой захлопнул двери, обдав стены и пол изморосью. Дроу, невесело хохотнув, снова повернулся к своим, те вроде расслабились. Пронесло. Дикен помахал лютней, привлекая мое внимание. Я кивнула в сторону окон, указывая на пленных: сначала нужно освободить тех, кто может держать в руках оружие, и Дурнана в первую очередь. Потом можно попробовать что-то сделать с тем магом. Да и с дроу вообще. И было бы неплохо обновить заклинание невидимости. Дурнан дернулся, почувствовав, как что-то задело его плечо. По мере того, как это самое что-то ослабляло веревки на его руках, лицо мужчины вытягивалось все больше. Чтобы он случайно не поднял шум, я наклонилась, так, чтобы меня смогла услышать и Тамсиль, и прошептала: — Господин Дурнан, это Арфист из Хиллтопа. Тарина Дрогансон. Хозяин «Портала» не подал виду, будто что-то произошло. В отличие от дочери — та проснулась, удивленно захлопав ресницами, и уже хотела обернуться, но я не позволила ей этого сделать, положив руку на шею. Тамсиль все поняла. Я снова могла говорить. — Мы с другом попробуем вас освободить. Только тихо. Дурнан склонил голову набок. Услышал, значит. Покончив с путами на его руках, я похлопала по плечу Карашера. С тем пришлось повозиться — в бою эльфу повредили руку, и узлы нужно было разбирать с особой осторожностью. Но вскоре все было кончено, и веревки просто повисли на запястьях остроухого. Так, для виду. — Босс, ты скоро? — неожиданно громко зашипел кобольд. Вообще-то это должен был быть шепот, но говорить тихо Дикен так и не научился. Дурнан громко закашлялся — а еще использовал этот момент, чтобы как бы невзначай откинуться назад, облокотившись об стену. Вскоре его примеру последовал и эльф. Теперь говорить можно было более-менее спокойно — тем более, что дроу устроили что-то вроде совета возле спуска в подвал. — Тише! — шикнула я Дикену. Кобольд испуганно прикрыл лапой рот, едва не выронив любимую лютню. Хорошо хоть подхватить успел. А не то… Я на корточках присела около пленных, поближе к Дурнану, который очень естественно притворялся не то спящим, не то глубоко задумавшимся. — Что нам теперь делать? Услышав мой голос, мужчина даже глаз не открыл. Только отвернулся немного, будто бы обращаясь к дочери. — Освободить всех, кто может сражаться. Отвлеките дроу, устройте переполох. Потом сможем отбить таверну. Карашер, который прислушивался к нашему разговору, изогнул бровь. Нет, ну я, конечно, понимаю, у Дурнана было время подумать, но такое… Кого освобождать-то, кстати? Навскидку — народу с дюжину человек наберется, включая троицу Шарвин-Томми-во-о-он-тот-полуорк, имени не помню. Плюс Лину за дверями — войдет как только, так сразу. А отвлекать, естественно, придется нам с Дикеном. Ладно, что-что, а представления устраивать мы умеем. По-моему, дроу уже тогда начали что-то подозревать. Или нет. По крайней мере, когда мы с кобольдом вышли на середину комнаты, эльфийский маг как-то дергано обернулся, но вскоре вернулся к своим делам. К тому моменту все пленные уже были свободны. И вот теперь нам с Дикеном нужно было разыграть спектакль. Занимательный такой. По возможности — не летальный. — Давай, я начинаю, — коснувшись Дикенова крыла, я замешкалась, выбирая заклинание поэффектнее. В конце концов остановилась на огненном шаре, только немного усиленном. Кобольд послушно поднял лютню, перебирая струны… То, что происходило дальше, я помню плохо — одни только яркие пятна и запах паленого вокруг. Огненный шар своей цели так и не достиг: дроу успел поставить щит, и огонь просто обогнул его по дуге. Зато следующую атаку, на этот раз молнией, блокировать полностью он не успел. Минус был один — Дикен больше не мог поддерживать невидимость, и мы при всем параде появились перед глазами осоловевших остроухих. В тот момент, когда к нам бросились эльфийские солдаты, со своих мест вскочили бывшие пленные. Маг-дроу замешкался, разрываясь между желанием пристукнуть нас с Дикеном и остановить атакующих, которые шустро разбирали оружие. Особо усердствовала знаменитая троица — миг спустя мелодично зазвучала лира, звон которой ободрил всех защитников, на ноги с ревом поднялся полуорк… Дверь на кухню заскрипела, намекая, что прославленное трио вот-вот станет квартетом. Надо бы и мне что-нибудь сделать. Схватить со стола чей-то кинжал, воткнуть лезвием в пол — по дереву расползается рябь, в которую тут же проваливаются несколько солдат-дроу. Прикрыть Дикена от арбалетного болта. Махнуть Дурнану, стараясь сильно не удивляться размерам его двуручника… Чуть отдышавшись, я оглядела помещение и с удивлением обнаружила, что внезапность сыграла на руку: ополченцы уже почти взяли вверх! Сопротивлялась только группа дроу во главе с магом, которые прорывались к спуску в подземелья. И сопротивлялась очень крепко. — Дикен, давай к дверям, — попросила кобольда, который, как и всегда, крутился у моих ног. Шарвин отсалютовала нам лирой, едва увидев, чем сильно смутила Дикена. А Карашер при его приближении даже отступил на пару шагов. Действительно, что такого? Ну кобольд. Ну с крыльями… Решение было принято негласно: брать спуск в Подгорье силой, количеством. Магов, кроме меня, нашлась еще пара. Плюс несколько сильных бардов и грубая сила — шансы у нас были очень даже неплохие. Всё начали барды. В любимой манере Дикена — тело на мгновение окутала теплая волна воздуха, придающая сил, залечивающая раны. Дроу повезло меньше: те эльфы, которых не прикрыл маг, морщились, как от зубной боли. Знаю-знаю, сражаться после иссушения — то еще удовольствие. Потом вступили стражи, взявшие на себя обычных солдат. Эльфийским магом занялись те, кто умел колдовать. Нельзя сказать, что было легко: приходилось наводить заклятья так, чтобы не задевать ополченцев и не мешать друг другу. Но не мешать как раз и не получалось, хотя эффекты от наложения заклинаний получались интересными, спорить не буду. А потом громыхнул взрыв. Мало кто смог удержаться на ногах, но выстоявшим повезло еще меньше. Их парализовало, и ситуация в зале начала чем-то напоминать положение в коридоре чуть ранее. Среди всей этой неразберихи громко заскрежетал затвор на двери, ведущей к колодцу. Ее открыли. Изнутри. Дроу, вышедшие из колодца. Мрачно наблюдая, как все эльфы спускаются в подвал, я пыталась перебороть паралич. Бесполезно. Эльфийская магия держала похлеще той гадости, которую наводила при взгляде Геродис. Ничего, продержаться долго это заклятье не могло, не тот уровень… — Взяли! — командовал Дурнан, и его небольшой отряд вновь навалился на двери. Ответом стал грозный треск. — Давайте выкурим оттуда этих дроу! Еще раз! Бес-по-лез-но. Уверена, Дурнан много раз пожалел, что так сильно укрепил спуск к лабиринту. Хоть Даэлан (теперь я наконец узнала его имя!) и старался за пятерых, выбить дверь все равно не получалось. Те, кто в выбивании не участвовал, пользовался передышкой вовсю. Кто-то разбирал беспорядок, кто-то помогал раненым, кто-то просто отдыхал. Или болтал напропалую — как трио Шарвин-Лину-Томми, слишком долго не видевшееся и выражающее бурный восторг по поводу встречи. Хотя «восторг» и «бурный» по большей части относились к Подвисельнику; Шарвин бросала заинтересованные взгляды в мою сторону, а Лину просто радовалась, что все живы и более-менее целы. Эльфийка уже успела представить меня своим спутникам — в относительно спокойной обстановке, а не на бегу, не в бою. Какая-то часть меня до сих пор посмеивалась над тем, какое, хм, впечатление я должна была на них произвести. Все еще растрепанная после сна, с диким взглядом после воссоединения с Дикеном, в чужом обкорнанном платье, с историей о несостоявшемся убийстве и состоявшемся ограблении. Немного поддерживало то, что, вообще-то, даже в таком состоянии у меня получилось выправить положение и помочь тем, кто был пленен дроу. Однако щеки мои никак не переставали гореть, и я не плохо представляла наше совместное приключение под землей. Краем уха прислушиваясь к тому, о чем говорили невервинтерские герои, я все же немного жалела, что предпочла их компании компанию Дикена. Потому что, едва я попыталась посадить его рядом с собой и как следует порасспрашивать, кобольд сбежал. На словах — осматривать следы сражения, чтобы как следует вдохновиться. На деле — кажется, ему было страшно… Меня и моих вопросов он боялся больше, чем дроу, пятился, обнимал себя этими своими красными крыльями. Я еще успею расспросить ящера, что такое ужасное или прекрасное с ним случилось, что он отрастил крылья. И бросил меня. Точно успею. Хотя кое-какие мысли на этот счет у меня уже появились, и уходили они в разбившиеся кристаллы мифаллара — те, что в Андрентайде. Магии, появившейся из них, нужно было куда-то деваться. А мои волосы и крылья кобольда были одного цвета, если на то пошло. Я, потянувшись, до хруста размяла руки и откинулась на спинку стула. Ну вот, уже и чувствительность к телу вернулась. И в тот же момент спутники Лину зашевелились, их внимание было приковано к спуску в подвал. Со стороны которого послышалось взволнованное: — Они выбили ее, выбили дверь! Первыми в подвал, края которого уходили к сомнительного вида пропасти, ворвались люди, ведомые Даеланом и Дурнаном. Затем — оставшаяся компания из Невервинтера, к которой присоединилась я. Но к нашему появлению сражаться было уже не с кем: дроу успели уйти в Подгорье, воспользовавшись странным механизмом под куполом. Наверно, что-то подобное можно увидеть в глубоких шахтах. — Нападение было неожиданным и жестоким, но мы смогли его отразить. Не без потерь, но нам удалось отбросить дроу обратно в Подгорье, — чуть позже распинался Дурнан перед скромной своей аудиторией. К тому моменту внизу осталась только знаменитая чуть-чуть скучающая четверка, подпирающая стену я и сам Дурнан, подводящий итоги этого долгого напряженного утра. — Как только наши люди оправятся от ран, мы проведем новый спуск в лабиринт. Выясним, что за дьявольщина там происходит, — процедил Дурнан и сплюнул на следы дроу. Потер ладонью глубокий порез на скуле. Хозяин «Портала» выглядел так, будто едва держался на ногах после всего пережитого. — Будет лучше, если кто-нибудь подежурит у колодца, — спокойно предложил Даэлан. Голос у него оказался низким и хриплым, с каким-то акцентом. — Мы четверо можем попеременно этим заниматься. Тарина, вы с нами? Только теперь я смогла разглядеть полуорка получше: зеленоватая кожа, высокие скулы, широкий лоб, заметно выделяющиеся клыки. Не тот, с кем хотелось бы встретиться темной ночью. Выдавали героя Невервинтера глаза. Слишком человечные, что ли. Слишком теплые и слишком умные. Я кивнула ему, улыбнувшись. Может, заодно получится чуть сработаться? — Вот и договорились, — вздохнул Дурнан, отходя от купола, под которым скрывался спусковой механизм. — Можете приступать прямо… А это что за шум? Изменившись в лице, он достаточно резво отскочил от пропасти. Примерно так же поступили и остальные — те, кто успел. Мгновением спустя темнота над пропастью расступилась, и из нее поднялось... поднялось что-то мерзкое. Первая мысль мне показалась даже забавной: из Подгорья возник громадный, покрытый шипами и струпьями серо-черно-коричневый глаз. Со зрачками на длинных антеннах-ресницах. С острыми клыками во рту. — Все назад! Прячьтесь!!! — на ходу скомандовал Дурнан. Но было поздно. С «ресниц» сорвались лучи. Первый ударил по хозяину «Портала», и тот упал как подкошенный. Следующий прошел дальше, едва не коснувшись Томми и Шарвин. И в кого же он был направлен? Пра-а-авильно. Колени обдало кипятком. Боль поднималась выше и выше, заполняя собой все… Боги, как стыдно. Поставить щит на себя я так и не успела — прикрыло только Даэлана и вскрикнувшую Лину. Не слишком ли много для одного дня? — Скорее, нужно догнать эту… это существо! Оно не уйдет далеко, если мы поспешим! — Держитесь крепче. Я запускаю механизм. Ох нет. Нет-нет-нет. Сначала пришла боль; тягучая, горячая, она будто бы обволакивала все тело, не позволяя не то чтобы встать — даже позвать на помощь. Потом, не полностью, но все же вернулось зрение — перед глазами возник низкий каменный потолок с гирляндами паутины. Оттуда почему-то сыпался мусор… А где-то рядом раздавались приглушенные ругательства. Тварь в темноте. Память услужливо предоставила картинку из какой-то книги: Подгорье одарило нас средних размеров бехолдером. Он все еще здесь? А Лину и остальные? Из горла вырвался хрип. Рядом застучали чьи-то каблуки, и чуть погодя, хрустнув коленями, надо мной склонилась лекарь. Я уже видела ее однажды, эту немолодую женщину с короткими светлыми волосами. Она помогала раненым на кухне. Ее шею украшали несколько ожерелий из камней. — Потерпите. Сейчас я вас подлатаю, — с этими словами она сделала пасс руками, дождалась, пока ладони начали неярко светиться, и осторожно положила их поверх моих ран. Больно! Куда больнее, чем прежде, — видимо, из-за того, что платье прижалось к обожженной коже. Потом возникло чувство, будто к ранам приложили лед. Боль постепенно стихла, и я смогла, приподнявшись, разглядеть, что платье выше колен прожжено в нескольких местах — по ткани расползлись темные полосы. — Вам повезло. Лучи чудища едва вас задели, и то по ногам, — женщина протянула сухую, маленькую ладонь и помогла мне встать. — Тарина, вам нужно срочно поговорить с Дурнаном. Он у лестницы. Будьте осторожны, он… немного расстроен. Лекарь взглядом указала куда-то в сторону — источником зычных ругательств, которые я слышала, был Дурнан. Вон, стоит, стены пинает. И подвал пустой. И купол механизма опущен. Лину и остальные действительно ушли в лабиринт. — Да помогут нам боги, — сочувственно вздохнула лекарь. Видимо, все, о чем я успела подумать, печатными буквами отразилось на моем лице. Что еще мог сказать владелец «Портала», когда много-много собранных им героев нуждались в помощи, а те, что могли стоять, шатались без подготовки и связи по печально знаменитому Подгорью? О чем еще он мог попросить? — Возьмите, — лекарь протянула мне несколько амулетов. Судя по алому, тихо звенящему заряду, в них заключались телепорты. — Берегите их. Не палочка-воскрешалочка, но все же полезно. Перекиньте тех четверых ко мне, когда найдете, ладно? — Договорились, — я взвесила амулеты в руках. Тяжелые, по карманам не распихаешь. Сейчас бы ох как пригодились зачарованные сумки. Вот так. Будем притворяться, будто все хорошо и бравая четверка застряла на первом же повороте Подгорья. Будем надеяться, что один пробьется там, где не смогли пройти сразу четверо. По крайней мере, в это силился верить Дурнан, когда просил меня отправиться за невервинтерскими героями в Подгорье, ибо никто больше этого делать не захотел или не мог. Но время на подумать он мне тоже дал, пусть и предложил для этого прогуляться наверх. На словах — найти компаньона понадежнее, на деле — впечатлиться последствиями нападениями. Подумать не получилось. Задание от Аялы никто не отменял, угроза со стороны дроу была более чем реальной. Ну и, хотя бы потому, что мы столько времени бок о бок жили в одном фургончике, мне нужно было срочно найти Лину. Теперь главное — как-то дотащить все барахло, упакованное в рюкзак, до Подгорья. А его, барахла, было ой как много, собирали меня всей гостиницей. Кто-то вручил лечебные зелья; в вещах также затесались фляга с водой, сушеное мясо, рыба (досталась от приключенцев с севера), травы, снимающие боль и усталость (постарались эльфы), и так далее — на первое время хватит. Ах да, один крошечный плюс. Мне наконец удалось избавиться от изрядно пострадавшего платья Тамсиль — благо, хозяйка уже отлеживалась на верхних этажах и не могла предъявить счет. Ботинки на шнуровке, штаны и куртка со множеством карманов грели душу куда сильнее, чем предыдущий наряд. — Можете открывать, Дурнан. Я готова, — кивнув взмыленному хозяину «Портала», я не по ситуации твердым шагом направилась к подвижной площадке под куполом. Однако топот по лестнице заставил меня остановиться и оглянуться. — Босс, подожди! Дикен опять все пропусти-и-и-л!!! — покачиваясь под весом собственных крыльев, по железным ступенькам скатился кобольд. — Зачем вернулся, кобольд? Тоже хочешь сгинуть в Подгорье? — проворчал Дурнан, от неожиданности выпустивший из рук вентиль. Его пришлось выкручивать заново. Дикен оскалился: — Не-е-е. Дикен слишком долго готовился к этому путешествию, копил чернила и бумагу, — но бросив взгляд на меня, он почему-то сник. — И он должен помочь Босс найти пропавших героев! Босс, Дикен может пойти с тобой? Только этого не хватало! Лишние руки-лапы всегда нужны, но втягивать в эту историю еще и Дикена мне не особо хотелось. Хотя с другой стороны, он, как и я, прошел через достаточно неприятные местности… — Дикен, ты не обязан идти со мной. В Подгорье очень опасно. — Тяжеленный рюкзак с барахлом уже оттягивал плечи. В конце концов его пришлось снять и поставить на пол под пристальным взглядом глаз-бусинок. — Я могу не вернуться. Мы оба можем. Но кобольд, придерживая свою наплечную сумку, все равно осторожно подошел ко мне, глядя снизу-вверх. — Босс, ну пожалуйста! Дикен должен закончить вторую книгу. И знаешь, Босс с Дикеном когда-то были крутой командой! Уже вторую, простите? Хотя даже новость о первой раздражала меня не так сильно, как… — Мы были крутой командой ровно до того момента, как ты меня бросил, — сердито буркнула я, давая выход раздражению. Крылья кобольда печально обвисли, на морде появилась виноватая гримаса. Это мы уже проходили, хватит. — Дикен слишком боялся, что навреди… Остаток фразы кобольда потонул в механическом треске — машина, с которой управлялся Дурнан, пришла в движение, платформа наконец поднялась вверх, купол раскрылся. Дурнан с хрустом зафиксировал вентиль, потом махнул мне. — Все. Можете спускаться, — он размял руки, наблюдая, как ерзает на месте кобольд, и поморщился, обращаясь ко мне. — На вашем месте я бы не стал отказываться от помощи кобольда. Никто не знает, что ждет в подземельях. Они меняются. Постоянно меняются. — Босс, теперь Дикен будет хорошим и верным, правда-правда! И мешать не будет! — кобольд едва не кинулся обниматься к Дурнану. — Дикен даже может петь по вечерам, если Босс станет скучно! Перед глазами всплыли силуэты чего-то многоногого, разбегающегося в ужасе под аккомпанемент вдохновленных подвываний кобольда. Мои губы против воли растянулись в улыбке, чего Дикен просто не мог не заметить. — Босс и Дикен снова стали одной командой! — с этими словами кобольд начал стаскивать со спины сумку. — Босс, вытряхивай свой рюкзак… Платформа под ногами ходила ходуном, вокруг все трещало, тряслось и дрожало. Дикен пригнулся, вцепился в бортик, с недоверием глядя себе под ноги, а я, наоборот, наконец смогла распрямиться: на мою спину более ничего не давило. По счастливой случайности сумка кобольда оказалась зачарованной, а значит, внутри была сильно больше, чем снаружи. Нужно было видеть глаза Дурнана, когда мы с Дикеном перекладывали припасы из моего объемного рюкзака в Дикенову котомку. Зато ходить удобно, и руки свободны. Наконец платформа опустилась окончательно, встав в металлические пазы. Взгляду открылась пещера — крутой обрыв и спуск вниз, к воротам в лабиринт. С потолка свисали острые кристаллы, от которых исходил тусклый свет, где-то капала вода, пахло пылью, плесенью и чем-то еще. Знакомый такой запах, с оттенками серы и гнили. Едва мы сошли с платформы, навстречу, из темноты, появилась фигурка чуть выше Дикеновой — именно от нее исходил этот странный запах. Хорошо, что она тут же оказалась на свету: мое извращенное пустыней Анаурох воображение тут же нарисовало картинку с махоньким мертвяком в главной роли. Но нет, это был не зомби. Сжавшись, как перед броском, к нам на полусогнутых приближался самый настоящий гоблин! — Осторожно, Босс! Дикен читал, что в Подгорье все чуть-чуть не в себе, — предупредил кобольд, дернув меня за штаны повыше колена. Я кивнула. Но опасным гоблин все же не выглядел — скорее побитым, ободранным, исхудавшим и дико напуганным. При взгляде на лицо гоблина — череп, обтянутый кожей, — возникало острое желание откормить и вылечить. Он, подозрительно глядя на нас, остановился на почтительном расстоянии; после того как я приглашающе махнула рукой, медленно побрел вперед. Не бесшумно, со сбивчивым, лихорадочным бормотанием. — Ты… ты не фея, нет-нет-нет… Но ты не работаешь на людоеда, нет! И Гровел не видел тебя раньше. Он бы запомнил, наверно… — шептал себе под нос бедолага. Наконец он оторвал взгляд от пола — на меня уставились два мутноватых желтых огонька. — Ты не работаешь ни на кого из них? Да? Нет? Я опустилась на корточки, чтобы не так пугать, однако гоблин из-за моего движения отшатнулся, прижав уши и по-собачьи оскалившись. Лапа с острыми серыми когтями тут же потянулась к кинжалу на поясе. — Ты пришла за Гровелем? Гровел не сдастся просто так, нет-нет-нет! Вблизи гоблин выглядел еще более жалко: накидка из крысиной, кажется, шерсти поизносилась и опадала клочьями, по всему телу расползлись язвочки и струпья, половину уха кто-то отгрыз. — Успокойся. Я не собираюсь на тебя нападать. Видишь? У меня даже нет оружия, — чтобы успокоить Гровеля, мне пришлось протянуть вперед обе ладони. Вряд ли он различит во мне мага. Подействовало. Гоблин снял лапу с рукояти, шумно вздохнув. — Это хорошо. Хорошо, хорошо… Тут, внизу, все сошли с ума, сражаются, убивают, ловят Гровеля. Но только не ты, нет-нет-нет… Человек не причинит вреда Гровелю, нет? — Обещаю. — Вот, так лучше. Не хотелось бы начинать путешествие с кровопролития. Махнув рукой Дикену, который уже был готов возмутиться, я начала осторожный допрос. — Кто ты? Как ты тут оказался? — Я — Гровель… теперь — ничего важного, — в дребезжащем голосе гоблина послышалась тоска. К моему удивлению, он уселся прямо на землю. — Когда-то Гровель был советником короля Кровавого Зуба, а потом попал в Подгорье… — Кровавый Зуб — большой и страшный вождь гоблинов, Босс, — уточнил кобольд, внимательно слушающий Гровеля. — Дикен читал о нем. Его племя доставляло старому Мастеру большие неприятности, пока однажды полностью не исчезло. Исчезло? Так вот как Халастер заполнял свои подземелья. — Гровель, — обратилась к гоблину я. Тот вздрогнул от звука собственного имени. — Халастер перенес всех вас сюда, так? — Халастер? Безумный маг, да-да-да! Он всегда так поступал! А племя погибло почти полностью, и Гровель не знает, остался ли еще кто-нибудь. Гоблины в Подгорье — лишь пища для других видов… — Дикен тебя понимает, — тут же откликнулся Дикен. — Старый Мастер тоже ел племя, когда заканчивались закуски, а потом жаловался на изжогу и плевался льдинами. Дикену приходилось прятаться… Ладно, ребята, общайтесь. А я посижу, послушаю. — О, Гровель тоже умный! — закивал гоблин. — Прячься. Наблюдай, и ты выживешь. А теперь, когда Халастер исчез, Гровель может даже сбежать, верно? Стоп. — Халастер исчез? — Даже то, как это прозвучало, мне очень не понравилось. И не только мне: Дикен, сделав страшные глаза, уставился на Гровеля, смущенного таким вниманием. — Халастера ушел, и Гровель не знает, где он. Но его давно уже нет, да-да-да, — возбужденно затараторил гоблин. Лапы его сжались в кулаки, глаза начали лезть из орбит. — Вот почему все в Подгорье убивают друг друга. Он заставлял всех сжить в мире и согласии, но теперь людоед и феечки сражаются, а гоблинам приходиться прятаться. В Подгорье стало еще опасней, да-да-да… Значит, все-таки исчез. Ушел и не вернулся, просто бросив Подгорье — свой лучший эксперимент? Сомневаюсь. Тогда его наверняка кто-то удерживает. Даже думать не хочу, как с этим связаны дроу. А придется. Тем временем гоблин уже подскочил на ноги и схватил меня за куртку. В лицо ударил запах гнили, от которого тут же запершило в горле. Где-то за спиной взвыл Дикен, тут же рванувший защищать Босса, но взмах руки его остановил. — Гровель хочет уйти из Подгорья. Человек поможет Гровелю? Гровель не хочет сражаться, он хочет жить, да-да-да… Небольшая услуга за важную информацию. — Можешь подняться наверх, к людям. Но учти, там все зависит от тебя. От моих слов гоблина передернуло, однако, оглянувшись во тьму, на врата, он согласился. — Гровель пойдет. Гровель уже никого не боится. Все что угодно, лишь бы не идти обратно в Подгорье, да-да-да… — Тогда скажи господину Дурнану, человеку у колодца, что тебя послала Тарина Дрогансон. Ты его узнаешь. Я подергала за железную цель, и платформа начала подниматься, унося с собой Гровеля, раскачивающегося из стороны в сторону в такт движению. Буду надеяться, Дурнан не станет принимать поспешных решений. — Босс сошла с ума, — с грустью констатировал кобольд. — Дикен так и запишет: «Еще в начале путешествия храбрый кобольд начал беспокоиться за здоровье начальника…» Настроение почему-то поползло вверх. Что ж, буду считать, эта встреча — хороший знак. — Да ладно тебе. Если бы я не чокнулась еще в Хиллтопе, тебя бы уже не было в живых. Дай ему шанс, что ли. Кобольд фыркнул, первым спускаясь в обрыв. Я осторожно последовала его примеру. — Как думаешь, Босс, мы еще увидим Гровеля? — Не знаю, Дикен. Мы все-таки в Подгорье, а не на прогулке. Зато будет стимул поскорее вернуться обратно — вот тогда и проверим. Надеюсь, Дурнан не откажется приютить такой… такое… ну ты понял. Если, конечно, преодолеет первое желание утопить в кровище очередного монстра, поднявшегося из подземелий. — Господин Дурнан — добрый и справедливый человек. Он пустил Дикена переночевать, когда никто не хотел с ним даже разговаривать, — скатившись по каменной горке к подножию врат, кобольд выпрямился, но оборачиваться не спешил. — Дикен уверен, он обязательно возьмет Гровеля к себе! Может, даже работу даст. — Дикен замолчал, ожидая, пока я спущусь и подойду к нему. — Если бы Босс тогда не помогла Дикену, многого бы не случилось, верно? Дикен бы не стал путешествовать, не написал книгу… — И мы бы не травились твоей стряпней всю дорогу через пустыню. Огромное упущение, как же. Дикен даже не обиделся. Высокие, не взятые ржавчиной ворота доверия не внушали — слишком странно, слишком вычурно. Ни один кузнец не смог бы выковать такое: жутковатого вида цветы переплетались с клинками, края украшали медные фигурки монстров, ручки — из серебра, судя по всему. Плюс следы в пыли, четыре разных по размеру цепочки. Да еще аккуратная кучка человеческих костей — глядя на нее, я даже улыбнулась. Если все ловушки в Подгорье окажутся такими, путешествие выйдет не слишком сложным. Стоило подойти ближе, как кости с противным хрустом начали собираться во всамделишный скелет, который первым делом схватил с пола ржавую железку — бывший меч. А зря. Долго хрустик не прожил. — Дикен, ты до сих пор хочешь идти со мной? Подумай еще раз, пока есть время. Во взгляде, которым ответил меня кобольд, возмущения было столько, что спрашивать снова я не стала. Ну, вот и все. А хотя… Подумав, я покопалась в карманах и вытащила реликвию. Змейка весело поблескивала в свете факелов, косясь изумрудным глазом на остатки скелета. Но стоило одеть медальон на шею, как он тут же нагрелся, будто насторожившись. Не подведи меня, ладно? — Тогда пошли, — махнула я Дикену, и мы вошли в лабиринт.
