Линия страха

      Голова болела просто ужасно. С тихим стоном я схватилась за нее после пробуждения.       Чувство дежавю тут же посетило меня, отчего я вымученно улыбнулась. Было бы сейчас здорово снова оказаться в комнате с фиолетовыми стенами…       – Выпей, станет лучше, – сказал мне тот голос, который и вывел меня из клуба вчера. Почему он казался мне таким знакомым?       Я открыла глаза, увидев перед собой руки, одна из которых держала синюю кружку с водой, а вторая – таблетку. Оставалось только подчиниться.       – Ох и много же ты выпила вчера, дорогая, – с едва заметным укором снова начал говорить этот голос, пока я лениво откинулась на подушку. – Хорошо, что я заметила тебя и привезла к себе, а то кто знает, могла бы и влипнуть в какую-нибудь неприятность…       Я молчала, вслушиваясь в этот чарующий голос. Память отказывалась подсказывать, кому он принадлежал.       – Так какой же был повод, если не секрет? – спросили вдруг меня.       – Мой день рождения, – тихо ответила на вопрос я.       Теплая рука коснулась моего лба, а потом очень медленно спустилась до губ, как будто бы хотела поймать мое дыхание. Мне даже захотелось на мгновения поцеловать эти пальцы, но они быстро исчезли.       И странные же мысли посещают мою голову во время похмелья. Больше никогда не буду так напиваться! Ведь каждый раз это будет заканчиваться тем, что я буду просыпаться дома у какой-то незнакомки.       Я все-таки снова открыла глаза. Потолок явно нуждался в ремонте. Штукатурка была облезшей.       – Все никак не соберусь сделать здесь ремонт, – поделилась мыслями моя спасительница, видимо проследив направление моего взгляда. – Так сколько тебе исполнилось лет, если не секрет?       – Семнадцать, – ответила я, наконец-то посмотрев на свою собеседницу.       Ей явно было немножко за тридцать. Но при всем этом выглядела она действительно великолепно: светлый цвет ее волос очень молодил лицо, а в серо-голубых глазах светились подростковая непосредственность. Ее губы были приятного малинового цвета, отчего даже захотелось их поцеловать, чтобы узнать: сладковатые они на вкус или горьковатые, как у Ады…       Ада.       Мне срочно нужно было уходить. Я никогда не предам и не оставлю ее, как сделала это моя мать.       Я вскочила было с кровати, но чужие руки схватили меня поперек талии. Только сейчас я поняла, что на мне была какая-то белая сорочка и ничего больше.       – Как тебя зовут, детка? – уже тихим страстным шепотом спросила она, щекотя дыханием мое ухо.       Отчего-то я представила, как сейчас незнакомка будет меня целовать, оставляя влажные следы на шее, а я буду в этот момент морщиться, желая видеть на ее месте исключительно Аду. Гром вчера наглядно показал мне, что близости хочется, но только от конкретного человека.       – Линия, – честно ответила я, почувствовав, как женщина вдруг напряглась и отпрянула. – Может, теперь пришло время и мне задавать вопросы?       Я посмотрела ей прямо в глаза. Странная женщина ослепительно улыбнулась, очень пристально вглядываясь в мое лицо, словно искала в его чертах кого-то знакомого и родного.       – Меня зовут Инга, – довольно резко сказала она, но потом, видимо, справившись с эмоциями, продолжила уже ласково. – Спрашивай все, что хочешь.       Я вскочила с кровати, оглядевшись вокруг. Находились мы в небольшой комнате, которая явно нуждалась в ремонте. Или же просто она долгое время была нежилой. Складывалось впечатление, словно Инга только что приехала сюда. Чемодан, стоявший недалеко выхода из комнаты, натолкнул меня именно на эти мысли.       – Вы недавно приехали? – спросила я, посмотрев на женщину.       – Да, – коротко ответила она. – И называй меня, пожалуйста, просто Инга. Тебе приготовить завтрак, дорогая?       – Приготовь, Инга.       Имя ее было очень необычным. Если, конечно, не сравнивать с моим.       И перед завтраком я первым делом отправилась в душ, куда мне указала женщина, вручив выцветшее и, похоже, любимое махровое полотенце. Стоя под теплыми струями воды, я пыталась собраться с мыслями.       Гром. Выпивка. Поцелуй. Бар. Виски. Рука. Инга. Такси. Утро. Ада.       Ада…       Ада никогда уже не будет со мной.       Я заплакала. Вода стекала по моему лицу, смешиваясь со слезами, продолжала свой путь вниз по телу, исчезая в сливе.       Отчего же только сейчас я чувствую глухую тоску и пустоту, от осознания того, как жестоко обошлась со мной судьба? Я влюбилась, чертовски глупо отдав собственное сердце человеку, которому оно было и не нужно. Почему Ада так поступила со мной?       Почему она меня не любит?       Инга отдернула занавеску и выключила воду. Как маленькую девочку, она укутала меня в полотенце и помогла вылезти из ванной. Я снова отчаянно всхлипнула, когда она кончиком полотенца стала утирать мне слезы.       – Ну же, успокойся, дорогая. Какова бы причина не была, это не стоит твоих слез, – успокаивающе заговорила Инга, а я отчего-то подумала, что именно в такие моменты каждая из нас, девушек, нуждается в заботе и поддержке. Каждый человек нуждается в матери, которая примет его любого: глупого, абсолютно бездарного или с разбитым сердцем и ненавистью ко всему миру. Только мать способна любить и принимать своего ребенка таким, какой он есть.       Но вот только матери у меня не было. А Одетта впервые за много лет интересовалась собственной жизнью, пусть я за это ее совсем не виню: ведь слишком много она потратила времени на меня, а я же даже не дочь ей.       Мы с Ингой отправились на кухню. Я так и оставалась замотанной в полотенце, влажные кончики волос холодили шею и заставляли ежиться, но было все равно. Кухня, в отличие от предыдущей комнаты, была очень тесной, но уютной.       Инга протянула мне кружку чая, пододвинула тарелку с гренками и вазочку с яблочным вареньем. Я посмотрела на подоконник, где стояла прозрачная пепельница и лежала пачка сигарет с зажигалкой. Отчего-то вспомнилось прошлое, и я взглядом попросила разрешения у хозяйки, на что она кивнула.       Я так давно не курила. Сделав первую затяжку, закашлялась.       – Рассказывай, – просто попросила Инга, сложив руки на груди и пристально посмотрев на меня, показывая всем своим видом, что готова внимательно слушать.       И я заговорила. Поразительно, но все становится абсолютно ясным, когда рассказываешь это другому человеку. Появляется возможность взглянуть со стороны и понять, правильно ли ты поступил в той или иной ситуации.       Потому, еще до того, как я услышала мнение Инги, я уже знала, что должна сделать.       А она сказала всего шесть слов.       – Ну и чего же ты ждешь?       Я улыбнулась.       Впервые у меня появился четкий план действий. И уже ничего меня не остановит.