Скажи, что любишь меня.

Я был, мягко говоря, удивлен. Прямо сейчас здесь стоит друг Джи – тот самый Билли. Парень вышел из темноты на свет, и мне удалось его рассмотреть. На нем было надето всё черное: куртка, джинсы, кеды. У него были взъерошенные черные волосы, совсем как в детстве, когда я его видел. Из-под челки нахально смотрели темные глаза. Самодовольная улыбка расползалась по лицу. Весь внешний вид парня был отталкивающий. Я перевел взгляд на Джерарда. Он смотрел на Билли с нескрываемой злобой и ненавистью. - Как жизнь, Джер? – спросил Билли тоном под стать улыбке. - До появления тебя, всё было замечательно, - съязвил Джи. - Что же так агрессивно? Мы ведь друзья. - Мы не друзья! И ты это прекрасно знаешь. - Разве? Кажется, когда мы виделись в последний раз, ты очень хотел, чтобы я был твоим другом, - снова едкая улыбка появилась на лице. - Это было давно. Я изменился, Билли. - Ха-ха-ха, серьезно? Интересно! Для меня ты остался таким же жалким, как и был. Что у тебя есть? Семья, дети и друзья? Ну, чего молчишь? То-то и оно, Джи. А это еще кто? – парень перевел взгляд на меня, и мне стало не по себе. - Тебя не касается это. Что ты здесь делаешь? - Давай-ка, вопросы буду задавать я, ок? Что это значит, меня не касается? А, это твой друг, да? Занятно… Из-за старой дружбы я не буду выдавать твоих секретов, Джи. Хах, ты сам ему потом расскажешь. И… - Почему ты тогда бросил меня? – внезапно прервал парня Джерард. - Хороший вопрос. Скажем так, я не хотел общаться с тем, от кого даже мать отказалась. - Ты лжешь! – Уэй пришел в бешенство. - Меня ненавидел только отец! А она всегда меня любила! - А-ха-ха, ты ни капли не изменился! Да весь город знал, что ты получился случайно. И тут случилось то, что перевернуло весь ход вечера. Джерард сделал один шаг навстречу к Билли и нанес хороший удар ему по челюсти. Парень схватился за ушибленное место и медленно произнес: «Ты хочешь драки? Будет тебе драка!» И началась борьба. Я совершенно не понимал, что мне делать. Я был похож на девушку, которая метается между двумя разъяренными парнями. Билли схватил Джи, согнул и наносил сильные удары коленом в живот. Я понимал: если не приду на помощь, то моему другу будет очень плохо. Я подлетел сзади к Билли, схватил его за куртку и оттащил в сторону. Тут я увидел, что он собирается и мне дать в морду, поэтому, не раздумывая ни секунды, я ударил его по яйцам. Парень согнулся, ибо это было действительно больно. Затем подошел Джи и нанес ему еще пару ударов в лицо. У обоих уже текла кровь. - Ну, ладно, Джи, мы еще встретимся! – вытирая красные струйки и отплевываясь, сказал Билли и удалился восвояси. - Джерард, ты в порядке? – спросил я, когда подошел к нему. - Да… да, я в порядке. Я видел, что он ни черта не в порядке. Парень был готов вот-вот потерять сознание. Я перекинул его руку через свою голову, предоставляя ему возможность опереться об меня. Затем я начал лихорадочно соображать: «Так, до дома Джерарда очень далеко, до моего значительно ближе. Значит, самое разумное решение - это отвести его ко мне». Мы поплелись ко мне домой. У Джерарда постоянно закатывались глаза – он был близок к отключке. Преодолев злосчастную входную дверь, я протащил его в гостиную и положил на диван. Джи тут же свернулся калачиком и заснул. Скажу честно, я офигел. Вот это человек! Его избили, я дотащил его до своего дома, а он взял и заснул на диване! Но я только улыбнулся. Принес из ванной пару влажных салфеток и принялся вытирать кровь с лица художника. Уэй спал очень мило: волосы небрежно спадали на его глаза, дышал он ровно и немного улыбался во сне. Я сел на краешек дивана и полюбовался этим лицом. Очень красивое… И как у него еще нет девушки?! Затем я выпил чашечку чая и лег спать на соседний диван в комнате. Меня разбудил тревожный шепот: - Фрэнк… Фрэнк! - Ммм? - Фрэнк, проснись! - Да что случилось? – я с трудом разлепил глаза и начал озираться по сторонам. Я пришел в ужас. Вместе с Джи мы находились уже не в моем доме, хотя заснули в нем. Кругом творилась одна разруха: все перевернуто, какие-то фотографии валяются на полу, выбиты стекла, кругом разбросаны доски и везде слишком много… света. Все светилось так сильно, что мне показалось, будто я попал в рай. Но на рай – это было, мягко говоря, не похоже. - Джерард, где мы? – потрясенно произнес я. - Я знаю, где мы, но не могу тебе сказать. Сейчас мы здесь не для этого. У нас слишком мало времени. Пошли, - он протянул мне руку. Не понимая, что происходит, я взял Уэя за руку, и он повел меня из этой комнаты. По дороге я раз десять споткнулся. Наконец, он остановился и потянул ручку двери. Мне открылась совершенно темная комната. - Заходи, - спокойным тоном сказал Джи. - Джер, я не понимаю… - Фрэнк, быстрее заходи! Я повиновался. Я зашел в темную комнату, следом зашел Джерард и закрыл дверь. Мы оказались в полной темноте. Я уже хотел сказать насчет света, но через пять секунд комната осветилась маленькими лампочками. Эта была просто белая комната, лишенная мебели. - Наконец-то! – Джи посмотрел на меня. - Что наконец-то? – я чувствовал, что начинаю нервничать. - Ничего. Фрэнк, я в беде. - Что? В какой беде? - Всё из-за тебя! Ты! Ты - причина моей беды. - Джи, я ничего не понимаю! - А тебе и не нужно понимать, - медленно произнес Джерард, прижимая меня к стене и убирая челку с моего лица, - ты просто послушай. Если мне плохо – уходи. Не жалей. Когда я счастлив – брось меня, кидай. Когда наступит тот день – нанеси мне смертельный удар. Не давай мне повода, шанса. Не давай надежды. Я умру – ты не плачь. Я буду молить о помощи – не слушай. Я буду ползать перед тобой на коленях – не верь. А если буду умолять – ты ударь меня и уходи. И никогда не возвращайся! Не слушай свое сердце. Оно погубит нас обоих… - Что ты несешь? – мои глаза округлись до размера блюдца, наверное. - Ничего, - он блуждал своим взглядом по моему телу, и от этого мне становилось страшно, - Ничего, Фрэнк. Я болен. Я несчастен. Я разбит, - прошептал он и потянулся ко мне. Резкий и настойчивый стук в дверь остановил его. «Проклятье!», - выругался Джерард, отпустил меня и пошел открывать в дверь. Увиденная картина перевернула мой мозг еще больше. В комнату ворвался еще один Джерард Уэй. Точно такой же, как и тот, который минуту назад хотел поцеловать меня. Только у нового Джи глаза были светлее. - Что ты тут ему наговорил? – угрожающе спросил он двойника. - Ничего, - ответил другой Джи. Он все время так отвечает что ли?! - Фрэнк, забудь всё, что он тебе сказал, - Джерард обратился ко мне. - Забудь всё, что здесь было. Запомни: слушай свое сердце. Только оно поможет тебе сделать правильный выбор. Время на исходе, - посмотрев на часы, сказал светлоглазый Джи. Два Джерарда Уэя посмотрели друг на друга. Два Джерарда Уэя синхронно кивнули и вытащили два ножа. Оба направились ко мне. - Вы чего? – опешил я. Но оба Джерарда замахнулись и вонзили мне в сердце два ножа. По всему моему телу растеклась острая боль. «Просыпайся»,- ласково сказал Джи со светлыми глазами. Я смотрел на него. Затем он начал расплываться, мутнеть, и чернота осталась у меня перед глазами. «Ну, вот! Опять они свет вырубили!»,- подумал я. А затем… В холодном поту я проснулся. Это был сон! В ужасе я перевел взгляд на художника. Он тихо спал на диване и иногда вздрагивал во сне. Может ему тоже сниться кошмар? Я встал и пошел умываться. Сделав себе крепкого кофе, я только тогда вышел из моего чертового сна. Однако я помнил все, что там произошло. И даже слова «темного» Джерарда. - Фрэнк! – испуганный голос вернул меня в реальность. - Что, Джи? – я чуть ли не бегом устремился к дивану. - Где я? - У меня дома, - рассмеялся я. - Отличная квартира! – облегченно сказал Уэй и, улыбнувшись, сел на диване. Но я снова заметил, как уже в который раз тонкая струйка крови вытекла из носа Джерарда. - Давай, я помогу? – не дожидаясь ответа, я подошел к художнику, помог ему подняться и повел в ванную. - Фрэнк, не надо, я сам. - Ну, что ты все сам да сам? Могу я хоть раз тебе помочь? Я открыл холодную воду, смочил маленькую тряпочку и заботливо приложил к струйке. Джерард с меня глаз не сводил. Он выглядел очень потрясенным. - Вот, - я улыбнулся, - на, держи. Теперь сам! Я вышел из ванной в самом хорошем расположении духа. Но этот гребаный кошмар прочно засел в моей памяти. «Нужно рассказать моему другу», - решил я.