Скажи, что любишь меня.

Я открыл глаза. Я пришел в некоторое замешательство, увидев, что лежу в странной красной комнате, но потом я вспомнил события вчерашней ночи… Точно, я в спальне Уэя. Забавно звучит, не так ли? Я перевел взгляд на самого обладателя дома и увидел, как Джи мирно спит, прислонившись головой к моему плечу. Это настолько умилило меня, что я боялся пошевельнуться, дабы не разрушить его сон. Я принялся осматривать комнату. Лучи солнца ломились в большие окна. Тяжелые бордовые шторы не были задернуты, поэтому вся комната освещалась ярким солнечным светом. Напротив кровати стояли темно-ореховые комоды, на которых царил легкий беспорядок. Я увидел несколько фотографий, рассмотреть их мне, к сожалению, не удалось. Рядом со мной стоял шкаф с одеждой. Со стороны Джерарда стояла тумба. На ней лежало тоже что-то непонятное… «Фрэнк, Фрэнк», - отчаянно прошептал Джи и лихорадочно обнял меня. Я сначала пришел в ступор от такого поворота событий, но потом до меня дошло, что Уэй по-прежнему спит. Значит, он обнял меня во сне. Теперь Джерард уже спал на моей груди, крепко обняв меня за торс. Я улыбнулся и, перекинув руку через его голову, мягко обнял парня в ответ. Ну, не могу же я потревожить его сон! Как ни странно, но мне было хорошо. Просто лежать вот так, чувствуя, как на тебе спит Джи, как он обнимает тебя, и хочется, чтобы этот момент длился подольше… Так, Айеро, ты с ума сошел? Какой нахрен Джи, какой подольше? Он же твой друг! У тебя девушка есть! Я же не гей! Мне вспомнилась сцена вчерашней ночи. Да, черт возьми, сцена поцелуя. Почему я не мог пойти чуть дальше? Что меня держало? Страх? Что я как пятиклассник какой-то? Но почему я не смог по нормальному поцеловать его… Почему надо было отпрянуть от художника, как от ненормального? Джи, наверное, обиделся. Да нет… он совсем не обидчивый. Я сам себе боялся признаться, но я изо всех сил противился, чтобы в моем мозгу всплыл еще один вопрос. Ну, вот всплыл… Что я вчера почувствовал? ЧТО? Почему мне стало так хорошо, как и сейчас? Так, мне надо разобраться, что я чувствую к Джи. Ну, конечно, он мне друг. Всё. Не больше. Больше и быть не может. А тем временем он сейчас так сладко спит на мне. Такой невероятный и беззащитный. Этот ненормальный Билли уже пообещал его убить. Пусть только пальцем дотронется до него. Если понадобится, я сам убью его. Джерард нуждается во мне. Даже сейчас. «Я обещаю тебе, что пока я буду тебе нужен, я всегда буду рядом», - прошептал я, смотря прямо на спящего Джи. Его черные волосы хаотичным колтуном разбросались по лицу. Я аккуратно, кончиками пальцев, собрал их и увел за ухо. Я заметил, что мне очень нравится убирать его волосы. Все, Айеро, ты конченый придурок. Наконец и Джерард открыл глаза. Первые пять секунд он ничего не понимал. А затем он резко разорвал свои объятья и испугано посмотрел на меня: - Фрэнк… Почему мы в одной кровати спим в обнимку? - Так ты ничего не помнишь? – я решил посмеяться над Джи и немного поиздеваться. - Ничего такого, чтобы приводило к такому концу, - Уэй нервно сглотнул, - А что-то было?! - Ооо, - я театрально закатил глаза и пододвинулся к нему поближе, - о том, что было даже неприлично разговаривать, - я закусил губу и пробежался взглядом по его телу, заострив свое внимание на самом интересном месте. Джерард с ужасом распахнул глаза. Он открыл рот и снова закрыл. Художник даже порозовел от смущения. Представив, какие картины он уже нарисовал в своей голове, я не выдержал и расхохотался. Смотря на меня, Джи был в полной растерянности, и уже стал красным. Я решил больше не мучить своего друга и, давясь от смеха, произнес: - Да ничего не было, успокойся. Я вчера нашел тебя на улице, привел домой, мы выпили, затем я выполнил условие спора, то есть поцеловал тебя, а после мы легли спать вместе, потому что домой мне возвращаться было бесполезно - было 4 утра. А утром ты во сне обнял меня. Вот и все, - я улыбнулся. - Ах ты, мерзавец, - расплылся в ответной улыбке Джи, - Ну, ты у меня сейчас получишь! Он схватил подушку и принялся колотить меня ею. Я смеялся, как полный придурок. Затем он отбросил подушку и кинулся на меня уже с кулаками, но в шутку. Быстро схватив меня за запястья, Джи опрокинул меня на спину и навис сверху. Мы хохотали оба, но постепенно смех стих, а Джерард по-прежнему держал меня за запястья и смотрел сверху. - Ну и что ты собираешься сделать? – я решил подурачиться еще немного, ибо меня ужасно забавляло, когда Джи смущался. - Даже и не знаю, - видимо, Джер решил мне подыграть, - Может, займемся чем-то плохим? Например, будем делить на нуль? - Аха, нет, - на моем лице сверкнула ухмылка, - для тебя у меня есть кое-что другое противозаконное… - И что же это? – художник стал медленно сокращать расстояние между нашими лицами, приближаясь к моим губам. - Пошуметь в библиотеке, ха-ха-ха! - мы снова засмеялись, и Джи сел прямо на мои ноги, не давая возможности встать, - Ладно, хватит придуриваться. Больше я с тобой на пошлые темы разговаривать не буду! Джер, ты все-таки от меня кое-что не утаил… - Хм, что? Я заинтригован. - Я немного помыслил и догадался, что у тебя ночью встал. У Уэя взлетели брови вверх. Он ничего не ответил, а только перевел взгляд на окно. - Так я прав? – мне снова было смешно. - А что я должен на это ответить? - Хах, да, ладно. Но почему, Джи? Почему? - А я, по-твоему, не мужчина? – Джерарда вдруг страшно заинтересовала простыня. - Да я не про то! Должна быть причина. Вот я и интересуюсь. - Ну, я кое-что вспомнил. Тебя, надеюсь, не нужно в подробности посвящать?- художник улыбался. - Нет, - в свою очередь улыбнулся я, - Просто есть более приятные способы снимать возбуждение, нежели душ. - Да иди ты! Джерард соскочил с кровати и стал одеваться. Я последовал его примеру. Висела неловкая тишина. Зря я, наверное, заговорил об этом… В конце концов это очень личное… Да, наверное, я не прав. - Завтракать будешь? – голос Джи вытащил меня из своих мыслей. - Если тебе не трудно, то я не откажусь. - Отлично. Подожди, я сейчас приготовлю. Мы ушли на кухню, и Джерард стал варить кофе и делать яичницу. А я сидел вразвалочку на стуле, думая о том, как же я счастлив. Ведь у меня такой замечательный друг. - Ты на меня не обиделся? – спросил я, чувствуя угрызения совести. - За что? – Джи, высунув язык, старательно переворачивал яичницу на другую сторону. - За то, что я заговорил с тобой… ну о… ты понял о чем. - Да забей! С кем не бывает. Лучше угощайся, - он поставил две тарелки с завтраком на стол и улыбнулся. Я схватил вилку и уже хотел воткнуть ее в еду, как вдруг послышался резкий, нетерпеливый звонок в дверь. Джерард замер и нахмурился, недоверчиво косясь в коридор. - Ты разве кого-то ждешь? - Нет, - Джи бросил полотенце и пошел открывать дверь. Художник скрылся за стеной, но я слышал, как он распахнул дверь. Вдруг он сделал три медленных шага назад, и мне стало его видно. Почуяв недоброе, я поспешил к входной двери. Остановившись рядом с Джерардом, я понял причину его поведения. На пороге, прислонившись к дверному косяку и сложив на груди руки, с самодовольной ухмылкой стоял Билли.