Redemption

Гарри последовал в дом за мной. Сначала он стал за мной, когда я закрыла заднюю дверь, и ждал, пока вертолет перестанет летать вокруг нашего дома. Он долетел до конца нашей улицы и вернулся обратно. Этого времени было недостаточно, чтобы Гарри перебежал улицу и вернулся домой. Если они поймают его, они проверят все его документы. Думаю, копы отличат неподлинные бумаги. Думаю, тот человек, который проверял неподлинные документы Гарри, был «профессионалом» в этом деле, поэтому нам повезло. Я повернулась к Гарри, у которого на лице было удивление, он выглядел очень мрачно. Гарри быстро прошел по коридору. После того, как мы ушли оттуда, вы пошли наверх, и я привела его в свою комнату. — Почему вертолет следит за тем, есть ли люди на улице, — сказала я Гарри, когда он закрыл дверь в мою комнату. — Когда начался комендантский час? Он пожал плечами, не слушая меня и осматривая глазами мою комнату. — Не знаю, может, решили приукрасить первый день. Кстати, милая комната, — сказал он. — Не видел ее раньше? Гарри подошел к двери балкона и резко остановился. — Ох, забыла об этом, — сказала я и подошла к нему. Я наклонилась и подняла большой осколок, а Гарри ахнул и осторожно забрал у меня его. — Что? — спросила я. — Ты можешь порезаться, — ответил он. — Не то… не то, чтобы мне не все равно, просто… Остановись, позволь мне сделать это. Я закатила глаза и села обратно на кровать, смотря, как он поднимает осколки стекла с пола. — Подожди минуту, — сказала я и вернулась к нему. — Как я могу быть убеждена, что ты не ранишь меня одним из осколков? — Мне не нужны осколки, чтобы ранить тебя, — вздохнул он. — О чем ты? — спросила я, и он подмигнул. Он ничего не сказал. — Какое бы оружие ты не имел при себе, я хочу, чтобы ты избавился от него. Положи его туда, где я смогу видеть его. — Нет, мам, — сказал он. — Гарри, — прорычала я. Он снова вздохнул и распахнул куртку, показывая рукоятку ножа, скрывающегося во внутреннем кармане. Он вытащил нож и бросил его на пол. Потом с другого кармана он достал пистолет. Я вздрогнула, когда он положил это на мой стол и наклонился, чтобы достать еще один нож, прикрепленный к его ноге. — Это все? Он кивнул, и я подняла бровь из-за недоверия. Он отбросил голову назад и простонал, доставая еще один нож, спрятанный в рукаве, и бросая его на стол. Гарри снял куртку с себя и бросил ее на кровать. — Выглядит так, будто ты собираешься ограбить кого-то, — сказала я. — Это просто, ты понимаешь… это помогает мне оставаться в живых, — сказал он. — В живых? — нахмурилась я. — Если меня поймают, что я обычно делаю? Убегаю? Я прошла около него и стала на колени, поднимая единственный, большой осколок. — Да? — Думаю, убийство является более точным, — фыркнул он. После того, как я убрала осколок в сторону, я шагнула на балкон, но Гарри схватил меня за руку. — Что ты делаешь? — спросил он хриплым голосом и потащил меня на себя. — Я просто хочу посмотреть, где вертолет, — сказала я и вытащила свою руку из его хватки. Он позволил стоять мне возле того, что когда-то было дверью, и смотреть, как вертолет летит от одного дома к другому. Я услышала вздох, слетевший с его губ. Через несколько секунд он был близко, прямо возле меня. Я перестала следить за вертолетом и сфокусировалась на нем, беспокоясь о том, что он может сделать что-то, потому что он был слишком близко и, откровенно, он изменить свое решение о трех днях до десяти секунд. Глухой шум вертолета раздавался где-то, пока он парил по небу. Свет продолжал искать кого-то в темноте ночи, но потом неожиданно прекратился. Я услышала, как Гарри сделал глубокий вдох и положил руку мне на плечо. — Эвелин, — пробубнил он, смотря на вертолет, — … закрой жалюзи. Я нахмурилась, медленно хватаясь за конец занавесок. Холодный воздух дул через дыру в окне, когда я закрывала шторы. Закрыв их, я закрыла нас. — Эвелин, — еще раз прошипел Гарри, когда я оставила небольшую щель и продолжила смотреть через нее. — Подожди. Вертолет медленно возвращался, поэтому мы могли видеть его, и неожиданно свет был направлен прямо на нас. Мы с Гарри ахнули в одно и тоже время. Я отклонилась, тем самым врезавшись в Гарри, поэтому мы оба упали на пол. Он простонал, когда я ударилась плечом ему в грудь, пытаясь упасть, не причинив себе боль. Но все произошло слишком быстро, и я упала ему на живот. — Черт, — проворчал он и положил руку на меня, поэтому я перестала двигаться. — Хватит, хватит, хватит, или я клянусь, ты сломаешь мне что-нибудь, — его голос был пронизан болью. Я развернулась и увидела, как свет был направлен на комнату Холли, все еще оставляя световые полосы на моем полу и немного на наших телах. — Отодвинься в сторону, — настояла я. — Они все еще могут… Гарри поднял руку и закрыл мне рот. — Тише. Я убрала его руку и открыла рот, чтобы сказать ему о том, чтобы он отпустил меня, когда его спина ныла от боли, и он сжал челюсть. Мои колени были возле его бедер, пока он держал меня, но потом он приподнялся с пола с болью. — Эвелин, — бешено дышал он. — Эвелин, стекло. — Черт, — пробубнила я и скатилась с него. Он взял мою руку, и я оттащила его и усадила на край кровати. — Где? Гарри снял футболку со своего тела, бросил ее на пол и повернулся ко мне спиной. — Все плохо? — торжественно спросил он. Три небольших осколка были в его спине. Из ран текла кровь. Должно быть, они врезались в кожу, прорвав его футболку, когда он упал. Также на его плечах были большие, красные царапины, полученные из-за стекла. — Жди здесь, — сказала я и вышла из комнаты. Я вернулась с влажным полотенцем, спиртом, с небольшими бинтами и с пинцетом, который взяла на всякий случай. — Это должно быть больно, — прошептала я и аккуратно вытащила один из осколков пальцами. Он сжал челюсть и схватился за мои простыни, но, на удивление, ничего не сказал. Я успешно удалила все три осколка и протерла раны, удалив кровь. Я промокнула ткань в спирт и трясущейся рукой стала дотрагиваться до его ран. — Жжет, — сказал он. — Потому что это спирт, — ответила я и продолжила промывать раны. Его мышцы расслабились, когда я наклеила лейкопластырь на порезы. — Все сделано. — Все из-за этой чертовой картошки. — Ты виноват, — сказала я, и он пожал плечами. Я обошла около стекла и полностью закрыла шторы. — Что мы будем делать? — пробубнил он. — У нас вся ночь впереди, а мы не можем спать, — это прозвучало недолжным образом, и я почувствовала, как Гарри усмехнулся. — Хочешь поиграть в приставку моего брата? — Нет, я не хочу пройти через это снова, — ответил он. — Посмотреть телевизор? — Что будет на этот раз? — Фильм? — Скучно. — Может прогуляемся? — предложила я, а он нахмурился. — Ну что такое? На улице такая хорошая погода, и нам не стоит волноваться о том, что нас могу убить, потому что ты убийца и можешь вырубить… — Комендантский час, Эвелин. — Чертов комендантский час, — прошептала я. — И все эти камеры, которые полиция установила вокруг твоего дома. И все эти камеры, которые полиция установила вокруг твоего дома. — О Боже, Гарри, — прошептала я и стала перед ним. — Камеры! Они видели нас! Он просто беспечно посмотрел на меня. — Гарри! — я вполне уверена, что камеры сразу же отправляют снимок того, кто вошел или вышел из дома. Было уже слишком поздно. — Что? — сказал он. — Они узнают, как ты выглядишь, — сказала я и стала ходить по комнате из стороны в сторону. Вертолет летал над домом, но я игнорировала его. — Думаешь, что я такой тупой? Я выключил их, не беспокойся, — он посмотрел на меня. — Но есть те, которые спрятаны, — он не мог найти все камеры. — Доверься мне, — сказал он. Нет. — Ох, Боже, я не знаю. Как ты можешь быть уверен, что нашел все камеры? — У меня есть свои пути. Ну, так что? — спросил он и встал с кровати. — Придумаешь что-нибудь другое, или хочешь услышать мои предложения? Я попыталась подумать. — Спать. — Нет. — Почему, черт возьми? — Может нам следует поспать, — сказал Гарри. — Потому что кто-то начинает капризничать. — Неправда, — сказала я. Это было правдой. — Тогда ты стала ругаться больше, потому что… — он поднял руки в воздух и остановился, ожидая, пока я закончу его предложение. — Ты заставляешь меня, — сказала я. — Дерьмо, — он закатил глаза. — Тише. Ты разбудишь Холли, — от упоминания ее имени он вздохнул. — Она уже собиралась просыпаться, — сказал он. — О чем ты? — Ничего. Я осмотрела комнату и увидела фотографии, висящие на стене. Будто прочитав мои мысли, Гарри неожиданно появился с моей камерой в руках, и сделал снимок меня, пока я смотрела на стену. — Гарри, — проворчала я и стала перед ним, чтобы забрать камеру. — Вау, работает, — ахнул он, когда картинка появилась на экране, и он потряс камеру в воздухе. — Эй, она стоит денег! — я стала прыгать, но он увернулся от меня и запрыгнул на кровать, чтобы быть выше. — Нет, подожди, я хочу увидеть… Ох, Эвелин! — Я ударю тебя снова. Отдай мне камеру! — Эй, ты выглядишь мило на этой фотографии. — Покажи! Это было фото девушки, смотрящей на другие фото. Ее лицо было закрыто волосами, и на ней были шорты и куртка. — Да, очень хорошо, Гарри. Прекрасно. Он держал камеру в воздухе и радовался. — Ох, да. Я могу быть чертовым фотографом! — он пробежал по комнате и сделал много фотографий стен и фотографий других фотографий, а потом сфотографировал себя улыбающегося. — Эй, хватит! — взвизгнула я и побежала за ним. Кто-то постучал в стену четыре раза, говоря нам быть потише, и мы замерли. Я вздохнула и села на кровать. Гарри вытянул камеру перед собой и сделал фото своего обнаженного торса. — Последнее, — усмехнулся он. — Можешь надеть свою футболку? — я не могла думать нормально, когда мы были одни в комнате, и он уже был наполовину голым. — Давай сделаем так: ты снимешь свою футболку, — предложил он. — Не для тебя, — шутя, ответила я и улеглась в кровать. Я немного устала, но не хотела спать. Гарри лег ко мне. — А для кого? Для Финна? — огрызнулся он. — Это была шутка, — я посмотрела на книжную полку и увидела «Множество Катерин». Я все еще не дочитала ее. — Эй, — сказала я, — мы можем почитать, — я встала с постели и взяла книгу. Гарри закрыл глаза и потер руки. — Я — парень, который получает все, что захочет, — сказал он. — И я в постели в комнате моей избранницы, желаю секса, когда она хочет читать. Я бросила книгу в него. — Как будто я буду заниматься с тобой сексом, когда мои родители рядом, — он услышал эти слова и нахмурился. — Так, — он начал медленно говорить, — мы бы занялись сексом, если бы твоих родителей не было рядом? Я осознала тему нашей дискуссии и покраснела. — Н-нет, — я не думала об этом. Я думала, он хотел поцеловать меня или просто быть рядом, что было прекрасно, но я не хотела… — Это то, о чем ты говорила, — улыбнулся он. Он был в хорошем настроении. — Мы должны заняться чем-нибудь, пока я не стала читать, — сказала я, но он не закончил. Гарри взял книгу, когда я перевернула страницу, и убрал ее из моих рук. Я спросила его, что он делает, но он отказался говорить что-либо, и положил книгу на столик возле моей кровати. Он лег на кровать и потянул меня за собой. Я упала к нему, и он наклонился. — Остановись, — я прижала руку к его груди, и он остановился в двух сантиметрах от моего лица. Его глаза не смотрели в мои. — Что? — спросил он обычным хриплым голосом, медленно шевеля губами, чтобы соблазнить меня. — Я… я не хочу делать этого, — прошептала я и посмотрела вниз. Он был все еще без футболки, поэтому все тату на его теле были видны. Он замазал только те, которые были на руках и на спине. — Все нормально, малышка, — пробубнил он. Гарри приближался еще ближе, и его рука была на моей талии. — Гарри, пожалуйста, — слеза скатилась по щеке. — Все хорошо, не беспокойся, — Гарри потерся носом о мой нос, тяжело дыша. — Я просто хочу поцеловать тебя, — медленно прошептал он и улыбнулся. Гарри наклонился ко мне и прижал свои губы к моим.