Ах, этот город Сочи...

Троица направлялась на ледовую арену, когда Хавьер резко остановился. «Что – то я совсем перестал понимать ситуацию…» - Ханю? - нахмурив брови, позвал он японца. Тот обернулся и со смехом отвесил поклон, - Чем могу быть полезен, Господин Фернандез? Раз Вы так официальны. - Ты ничего не хочешь нам рассказать? – С серьезным видом подходя ближе, спросил испанец. – Например, твои ночные похождения? - Да, да, Юзуру, все в подробностях, пожалуйста! – встрепенулся Денис. Юзуру открыл от удивления рот, - да откуда вы все знаете!? – Возмутился юноша, сверля гневным взглядом своих друзей. Тен ослепительно улыбнулся, - подрабатываем купидонами по ночам! – Повернувшись к Хави, он тому подмигнул. Испанец расплылся в ответной улыбке, - ждем, Юзу, ждем. «Ну, что за люди?» - Пронеслась обреченная мысль в голове у юноши, и с тяжким вздохом, он достал из кармана платок. – Видите? - Указывая на надпись, спросил японец. Платок был бледно-желтого цвета из хорошей ткани и, вероятно именной, так как в углу красивой коричневой нитью, были вышиты инициалы «PC». Ханю испытующе посмотрел на Фернандеза. - Нуу, это платок Патрика Чана, разве нет? Прям как принц с принцессой, точнее рыцарь со своей прекрасной дамой! – Испанец еле сдерживал смех. - Хватит ржать, Хавьер! Это я нашел в комнате, а Дайске – семпай сказал, что Патрик приходил ко мне… Мне кажется он очень помог мне… Потому что мое самочувствие по сравнению с вчерашним, как небо и земля… Но все как в тумане… - Погоди, Юзу! Ты… Оу, - улыбка сползла с лица Фернандеза – не стоит, наверное, осведомлять Юзуру о его ночных действиях. - Что ты знаешь, Хави? – Снова нахмурился японец. - Только то, что Чан действительно тебя навещал, очень удивился, узнав, что ты болеешь. И сидел с тобой, ухаживал, пока температура не спала. Заботливый наш, - подмигнул испанец. Денис с интересом на него посмотрел, ведь тот явно не договаривал. - Лучше бы он этого не делал, - зажмурившись, тихо проговорил Юзуру. - Что? Почему? – Забеспокоился казахстанец, но Ханю лишь покачал в ответ головой. Затем он бережно сложил платок и положил в карман. Сердце Хавьера сжалось от этого зрелища. «Патрик быстрее! Это же чистой воды обожание!» Подойдя поближе, он сгреб в охапку своего младшего друга, - Хави? – растерялся тот. - Ты такое сокровище, Юзу, - гладя японца по голове, прошептал испанец, - смелости бы тебе побольше, хоть и не мне такое говорить… И определиться с тем, что ты хочешь... Денис все это время стоял и напряженно смотрел на двоих друзей. Юзуру для него сейчас представал отражением самого себя. Сомнения, трагизм, нерешительность, правда, в гораздо большей степени. Это немного успокаивало… И жутко раздражало. Он почувствовал себя лишним, хотя лишним по всем правилам здесь должен быть именно японец. И обнимать Хавьер должен Тена и называть сокровищем только его! Резко тряхнув головой, Денис отогнал противные мысли и, сглотнув, довольно громко произнес, - То чего так сильно хочешь, Юзуру, ты и боишься больше всего, верно? Парни обернулись и увидели перед собой серьезное лицо казахстанца. Ханю потрясенно молчал, а Хавьер не мог оторвать взгляд от Дениса. Сердце забилось с бешеной силой. «Денис…» - Так что… - Тен вздохнул и, дернув плечами, произнес, - пойдемте уже, правда, все так достало, - и развернувшись он зашагал ко входу на арену. Другим ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. В воздухе царило напряжение. Чего им еще ждать от этого дня?

***

Когда парни вошли внутрь ледовой арены, то увидели несметное количество людей, казалось, свободных мест уже просто нет. - А девушки то популярней нас будут, - пошутил Хави, - мне что-то даже страшно, хорошо, что на нас такое количество людей не смотрело. - Грандиозно, - подхватил Денис, радостно озираясь по сторонам, атмосфера катка вернула его в позитивное русло, - тут должен быть Абзал на северной трибуне, думаю, он занял пару мест. - Я сяду вон там, - Юзуру показал рукой на угловое место на лестнице и, кивнув друзьям, поспешно сбежал вниз. Денис и Хави обеспокоенно переглянулись, но молча согласились, что если Юзу хочет побыть один, никто ему навязываться не станет. - Смотри, - показал Тен, на машущих Ге и Рахимгалиева, - не самый лучший угол обзора, но не такой уж плохой. - Как будто это важно, - улыбнулся ему Фернандез. Он разделяться с Денисом уж точно не собирался. Приближаясь к своим друзьям, Тен чувствовал все нарастающую неловкость – ведь он, Бог знает, что надумал на Мишу и злился на того без причины. Сердце вдруг пропустило удар. «Мы с Хави как можно быстрее должны поговорить». - Ну, Денис, - на русском обратился Ге, - вот значит ты какой, старых друзей забыл, гуляешь со своим испанцем, ай –йа –йай, - делая разочарованный вид покачал головой фигурист. - Ничего я не забыл и он не мой испанец! – Резко выпалил Тен и пожалел, так как лица друзей озарила коварная ухмылка. - Ммм… Ой, Хави, - поприветствовал взмахом руки испанца Ге, - вот два места держим специально для вас… - Спасибо, Миша, очень великодушно с твоей стороны, - без улыбки кивнул Фернандез и уселся на свободный стул, что был дальше от эксцентричного фигуриста. На вопросительные взгляды своих друзей, Тен отмахнулся, - не обращайте внимание, день сегодня такой. Денис сел вплотную к Хави, который достал мобильный и что-то печатал. Устремив взгляд в потолок Тен собирался с мыслями. То, что произошло не давало ему покоя. «Это я. Я, я, я. Я тот самый человек! Давно? Когда?», - мучился юноша. «А когда я стал чувствовать нечто подобное к нему? Когда мы стали проводить вместе кучу времени? Или раньше?» - Тен осторожно посмотрел в сторону Хавьера, тот все еще возился в своем телефоне. «Год назад мы толком не общались. Раньше так вообще встречались на соревнованиях, да и только. Выступали всегда в разных разминках. Помню, как удивился, когда он обнял меня на пьедестале чемпионата мира. Такой добрый и открытый. Даже слишком! - раздраженно вспомнил Денис всех тех, кого на его глазах обнимал и тискал Хавьер. – Ладно! – отмахнулся сам от себя, сейчас неважно, - у Хави еще отличное чувство юмора... Наверное, все началось тогда, в 2013, с восхищения. Только вот, что он во мне нашел… С ним тот же Юзуру постоянно рядом… Черт! Еще ничего нет, а я уже ревную». Мысленно уняв царивший в голове беспорядок, Денис подбородком лег на плечо Хавьера, заглядывая тому в телефон. - Что ты там делаешь? – Тихонько поинтересовался он. - Патрику писал, - быстро ответил Хавьер, наслаждаясь приятной близостью, - попросил не обращать внимания на глупенького и стеснительного Юзуру. - Что он ответил? - Что Плющенко его снова бесит, - хмыкнул испанец. - Ахаха, да уж, чувствую Юзуру еще не раз об этом пожалеет! - Посмеявшись, Денис замолчал, не зная, что еще бы сказать. А в голове Хави царил хаос. Слова Дениса, реакция Дениса - все говорило о том, что тот о Хавьере думает, причем думает в определенном смысле. Верилось с трудом, но все же, очень хотелось. И то, как близко они сейчас сидят друг к другу. Вряд ли друзья так сидят или он просто раньше не обращал на это внимание, никто другой и не вызывал у него подобных мыслей и желаний. «Что лучше всего сейчас предпринять?» Гул с трибун усиливался, предвещая начало соревнований, когда испанский фигурист почувствовал, как Тен уткнулся ему в плечо. Сердце пропустило пару ударов. « Вот блин. Я же не какая-то девчонка малолетняя», подумал Хави, подавляя в себе желание снова прижать Дениса к себе. Вряд ли это хорошая идея, на глазах у тысяч людей, тем более, что их, как известных фигуристов, попеременно показывали на больших экранах. - Скоро все начнется, - прошептал тот, о ком думал испанец, но даже в таком шуме Хави его услышал.

***

Патрик, пожелав удачи Кэйтлин поднялся на места, где сидели канадские спортсмены. Найдя Скотта и Тессу, пробрался к ним. - Мы тебе заняли место, где ты ходишь? – недовольно спросил Мойр. – А что еще более интересно, где ты был вчера ночью? - Ты не представляешь, Патрик, - встряла Тесса, многозначительно глядя на друга, - каких трудов мне стоило уговорить его не идти искать тебя по всей деревне. - Я же потом ответил на сообщения, - удивился Чан. - Да, спустя три часа, спасибо, что не забыл! - Скотт отвернулся и наигранно обиженно продолжил, - оставил значит меня одного, в темной холодной комнате… - Да ладно тебе, - дергая того за плечо, рассмеялся Патрик, - Думаешь, я не скучал? – С силой сжимая Скотта, смешно промурлыкал парень. Мойр потрепал его по шевелюре в знак примирения, - но ты все равно нам все расскажешь, Пичиди. - Да уж, куда я денусь, - вздыхая и поудобней усаживаясь рядом с Мойром, проговорил Чан, - у меня для вас подарки есть, - достал матрешек Патрик. Друзья рассмеялись и принялись вытаскивать из больших матрешек маленьких Патриков. - Какая прелесть, Пичиди, - умилялась Тесса, - где ты такое нашел? - В одном магазинчике, вот еще есть, посмотри, - мягко улыбнулся Верчью Чан. За последние сутки он практически не разговаривал со своими лучшими друзьями. Они не в курсе того, что происходит в его душе… И это весьма угнетало. Патрик лег корпусом на Скотта, кладя голову на колени Тессе. Та по привычке стала перебирать его волосы и, отложив пакет в сторону, обменялась беспокойными взглядами с Мойром. Пара глазами договорилась обязательно выяснить позже, что тревожит их драгоценного друга в последние дни. Совсем недавно Чан сам выступал на этом льду и собирался забрать самый высший трофей. Не все получилось так, как он задумывал. Далеко не все. Возможно, если бы не было японского мальчика, никто бы и не оспорил его лидерство. Но, Юзуру весь последний год его просто шпынял из стороны в сторону, заставляя нервничать и лишая былой уверенности. Никому этого не удавалось раньше, даже прославленным и более опытным соперникам. Да и вообще, никто раньше не заседал так плотно в его мыслях. «Мне бы в пору его ненавидеть… А я творю непонятно что…» В голове снова и снова проносились слова Хавьера, Дайске, самого Юзуру. Неужели ты никогда не замечал, как восхищенно он смотрит на тебя? Как теряется в твоем присутствии и как стремится кататься все лучше и лучше, с каждым разом, лишь бы ты признал его, наконец?! Дело в медали, Патрик! Ты не можешь себя простить! Юзуру – кун никого кроме тебя не видит. Не убегай. Патрик! Стой! Плющенко! Можно мне Плющенко! Чан крепко зажмурил глаза. «Юзуру… Либо выходи из моей головы, либо действительно смотри только на меня… Все или ничего. Для меня только так». - Вряд ли у нас здесь медаль, ребята, - грустно проговорила Тесса, вырвав Патрика из раздумий. - Ничего, - весело вторил ей Скотт, - мы в хоккей всех порвем! Русские слились, так что мы всех сделаем без труда! – С этими словами Мойр выставил вперед две ладони и получил по каждой пятерню. Патрик приподнялся и огляделся вокруг, высматривая черноволосую шевелюру. Понимая, что на многотысячном стадионе это практически невозможно, он все же пытался. Взгляд Чана ухватился за желтую куртку Тена, сидевшего на смежной трибуне вместе с Хави. Казахстанец, положив голову на плечо испанцу, что-то говорил. Довольно далеко, но разглядеть можно. «Ух ты, а у кого-то вроде все неплохо. Потрясающе, если так… Эти двое идеально подходят друг другу». Радуясь этим мыслям, Патрик продолжил искать Юзуру. Поводив еще взглядом по трибуне, он наткнулся на тощую фигуру, скрючившуюся в углу. «Вот он». Ханю не выглядел веселым, бледность тоже не придавала его облику живости. Чан вспомнил семнадцатилетнего мальчика, улыбчивого, счастливого, прыгающего от радости за бронзу чемпионата мира 2012 года. Такого… смешного… И, уже повзрослевшего олимпийского чемпиона, светившегося от радости всего неделю назад. Мысли о том, что было бы лучше, не будь его вообще, сейчас показались Патрику глупыми и нелепыми. Вот чего не должно быть, так это грустного лица японца. Хватит. «Пора заканчивать хандрить, Юзуру».

***

Ханю скромно сидел в углу, ожидая начала соревнований женщин – одиночниц. В голове проносились десятки мыслей и образов. Прикосновения. Что если Патрик был с ним почти всю ночь? Не сделал ли Юзуру что-нибудь не то? Не сказал ли? Потому что после того, что он выдал сегодня… «Я ему на глаза не хочу попадаться…», - думал Ханю, по привычке поправляя себе волосы. Это движение вызвало отголоски новых воспоминаний. Юноша прикоснулся к своим губам. Какие-то скрытые ощущения. Нечто тонкое, немного шершавое… Желанное. Юзуру резко потряс головой. «Прекрати!» Но вместо этого, юноша достал из кармана платок, в принадлежности коего уже не сомневался. Обычный кусок ткани, но для него самый красивый в мире. Большим пальцем он обвел вышитые буквы. Вещь Патрика Чана. Похоже, она теперь вместе с винни будет его талисманом.