"Не завершённый морской круиз" или "Моя морская болезнь"

IAMX – This Will Make You Love Again Один лестничный проем - и я уже в светлой спальне, которую по праву можно было назвать "нашей". Так странно, когда человек позволяет быть тебе частью его мира, хоть и не полностью, но хотя бы частично, просто прикоснуться к той стороне, которая для остальных является категорически закрыта в доступе. Когда неведомые стороны души для тебя становятся доступны, и ты можешь, буквально, заглянуть в самую глубь. Конечно, совместная спальня - это лишь маленький пазл на пути к этому, но все же неотъемлемая часть. Вот, я уже могу спокойно находиться в этой комнате, не боясь и не остерегаясь, что меня может кто-то заметить и с позором выгнать. Моя расческа уже давно заняла свое законное место на его столе и почти слилась с творческим беспорядком, в виде разбросанных листов с набросками текстов, каких-то документов, проводов и гаджетов. Среди этого хаоса можно заметить и пару цветастых браслетов, которые выделяются яркими пятнами на остальном фоне. Я совершенно не знаю, что ожидает меня дома, не знаю, надо ли мне собирать вещи. Положение усложняет и то, что большая их часть осталась у Кэти, у которой я проживала официально, а у Джареда они накапливались лишь постепенно, прибавляясь с каждым приездом меня в его дом. Теперь некоторые вещи женского гардероба можно было обнаружить, буквально, в любой части дома. Конечно, это было не результатом моей неряшливости, а лишь неким бзиком Лето. Этот мистер-"все на своих местах", если замечал хоть мою резинку, лежащую на столе и нарушающую его порядок "все по фэн-шую" - тут же перекладывал в другое место, и не важно, что оно могло быть совершенно в другой части дома. И касалось это абсолютно всех моих вещей. Но постепенно Джареду, видимо, это наскучило, глядя, что воспитать таким образом у него меня не получится, и он, так сказать, смирился, уже принимая предметы женского гардероба и аксессуары, как должное. Собираться совершенно нет сил, да и желания, поэтому я сразу же убираю дорожную сумку обратно под кровать, которая до сих пор была не заправленной. Белые скомканные простыни манили прикоснуться к ним, почувствовав тепло, которое еще терпко сохранялось в белье, но ладонь не чувствует ничего кроме холода. Возникает желание уткнуться в смятую подушку, как сентиментальная истеричка, но оно быстро угасает, как только я встряхиваю головой, словно отгоняя наваждение. Перемещаюсь к огромному шкафу, в котором пытаюсь отыскать необходимые вещи, но сделать это среди множественного количества маечек Джареда - не так уж и просто. В голове невольно всплывают воспоминания того дня, когда я выпрашивала у Лето хотя бы одну полочку, с просьбами, чтобы он переместил свои шмотки в гардеробную, но он лишь зашвырнул все мои вещи в шкаф и потащил меня к кровати, не обращая внимания на протесты и крики. Мои майки заметно выделялись серыми и черными пятнами на фоне цветастого принта вещей Джареда, от чего я лишь нервно усмехнулась, вспоминая свои слова, что я никогда бы не одела ни одну из его маек, но уже на следующее утро, нацепив именно эту вещь из его гардероба, которая почти была мне по колени, я шлепала босыми ногами на кухню. С силой задвигаю шкафа-купе и сталкиваюсь с вопросительным взглядом в отражении зеркала, которое было с меня ростом. Брови приподняты в немом вопросе, я, буквально, физически чувствую напряжение, исходящее от его тела и царящее в воздухе. Сам стоит расслабленно, облокотившись о дверной проем и сложив руки на груди, от чего вены на них становятся слишком заметны, и я из последних сил сдерживаю себя от желания подойти и провести пальцем вдоль их контура. - Что ты делаешь? - совершенно ровный и спокойный тон с еле заметной улыбкой, касающейся лишь уголков его губ. - Мне надо домой съездить. Мама звонила... - С вещами? - изгибает он бровь, как обычно, когда изумляется. - Я всего лишь кофту искала, - тут же поясняю и демонстрирую вещь, которую все это время мяла в руках. - Вернешься к вечеру? - Не знаю. Наверное... - ну, почему я ничего не могу сказать точно? - Я в семь уезжаю. - У меня есть ключи. - Позвонишь? - еле слышно добавляет он, уже развернувшись, чтобы уйти. - Как освобожусь. Конец разговора. Конец зрительного контакта. Связь беспощадно прервана. Совершенно обычная беседа, но душу гложит странное, невыносимое предчувствие. Ужасно плохое предчувствие. Чувство, словно я в сетях, обездвиженная, полностью лишенная выбора. Но что самое страшное - я самостоятельно угодила в эти путы, сама прилетела в гибельные сети. Быстро собираюсь и выбегаю в гостиную, но остаюсь беспощадно поймана стальной хваткой Шеннона. - Куда-то собралась? - Вообще-то домой, - пытаюсь высвободиться, но все попытки тщетны. - Ким, если ты обиделась... - Господи, Шеннон, брось! Мне просто надо домой! Вечером еще увидимся! - демонстрирую добрую улыбку, чтобы доказать всю искренность слов. - Ну, знаешь... Сегодня мы уже вряд ли увидимся, - как же мне уже известен этот хищный взгляд. - Ты же не думаешь, что с ТАКОЙ вечеринки я намерен возвращаться домой, да еще и один? - Какой ТАКОЙ вечеринки? - ненавижу неведение, а ситуация походила на полный кретинизм, когда один собеседник в полном непонимании, а второй считает, что тому все уже давно известно. - Кстати, ты почему не едешь? - будто не услышав меня, продолжает Лето-старший. - Джей категорически отказывался тебя брать... - Значит, Джей отказывался брать... Ну, знаешь, вся эта шумиха в прессе - не стоит привлекать лишнего внимания, а там наверняка фотографы будут? - Ну, это естественно! - Шеннон уже отпустил меня и теперь только мечтательно подкатывал глаза. - Там такие ципочки из всего Голливуда сорбираются... Кстати, насчет вашего скандала! - Ну?! - поторопила я Лето, наблюдая его лицо, которое выражала явный восторг от идеи, которая его посетила. - Чтобы отвести внимание от твоей персоны... ведь дело именно в ней? - Ну! - Так вот! Пусть сейчас Джея поймают с кем-нибудь другим - конец проблемы! Ведь вам только это надо? - Класс, Шеннон! Как Джаред отреагировал? - уже догадываюсь, какой будет ответ, глядя в счастливое лицо Лето-старшего. - Сказал, что надо будет взять этот вариант на "заметку", а именно "как карта ляжет вечером". - Отлично! - показываю вверх большой палец и сглатываю ком, вставший поперек горла. - Я пожалуй пойду... Тороплюсь уйти, как только вижу приближающегося Джареда. Не могу, не хочу находиться здесь. - Джей, ей мой план тоже понравился, - улавливаю уже краем уха в прихожей и слышу поспешные шаги мне вдогонку, но уже слишком поздно. Сразу несусь к заранее подъехавшему такси. - Шеннон, твою мать! - кажется, ругательство Джареда услышали все соседи, но от этого не легче. Конечно, в плане Лето-старшего была некая гениальность, но он не учел одного... Чтобы раздуть новый скандал, его надо было правда устроить. Джареду надо было правда найти девицу и засветиться с ней, ну а там "как карта ляжет" - сказал бы Лето. Безусловно, это тут же отвело бы всеобщее внимание от меня, но почему-то это сейчас кажется совершенно незначительным по сравнению с тем, на что предстоит идти. Да, и вообще! С каких пор меня начинает волновать, что Джареду надо просто засветиться с какой-то моделью. Их же не в постели будут снимать, ей Богу! Пару совместных фотографий было бы вполне достаточно для новых статей и шумихи в прессе. Но сомнения, буквально, выгрызают во мне дыру, не давая даже подсознанию согласиться на эту авантюру. Вот кто бы это одобрил, так это мои мамочка с папочкой... Они бы даже премию выдали семейству Лето за остроумность. Не смотря на всю лихорадочность и гибельность наших отношениях, которые теперь просто весели на волоске, да и вообще были легко разрушаемыми с самого начала - моя природа собственницы не давала покоя. Я не могла даже подумать, что настолько ревнива, но и признаваться в этом самой себе, было невыносимо. Сейчас, будто весь мир был против лишь меня. Такси слишком быстро подъехало к дому, а водитель слишком настойчиво меня торопил покинуть теплый салон. Хотелось, чтобы, как в каком-то фильме - машина попала в пробку или просто закончился бензин. Расстояние до дома оказалось слишком коротким, а ключи нашлись в сумке с первой попытки, и даже замок как-то слишком легко поддался. Все было таким родным, но и таким далеким. Как странно, что я слишком быстро отвыкаю от дома, забываю некоторые элементарные вещи, и слишком долго привыкаю, вливаюсь в его привычную атмосферу. Внутри было все как и раньше, но нутро подсказывало, что уже ничего не будет так, как когда-то. Или я изменилась, или у меня лишь сейчас глаза открылись... Но все окружающее пространство вызывало у меня лишь отвращение и неприязнь. Даже счастливых воспоминаний не осталось, связанных с этим местом, а лишь те, которые уходили далеко в прошлое, настолько глубокое, что они уже не казались реальными событиями, произошедшими со мной когда-то, а только плодом моего воображения. Не заостряя внимание на отдельных деталях, я сразу же проследовала в кабинет, где должна была находиться мама. Казалось, она даже дома не избавляется от своего костюма, делающего из нее неприступную бизнес-леди. Если она мне желает того же, то я уж лучше пойду в официантки. Своим обычным жестом подзывает меня, чтобы я подошла и поцеловала ее. Наверное, если бы не ее сдвинутые брови, то я решила, что конфликт улажен и езжать на другой континент мне не обязательно, но папка с названием германского университета в миг разрушает все надежды. - Ты вовремя! - тут же указывает мне на кресло напротив стола. - Меня интересует одно, как долго вы еще будете решать за меня? Вы собираетесь мне портить жизнь, пока мне не исполнится двадцать один? - вся желчь, что собиралась во мне долгие годы требует выхода, а плотина, возведенная не малыми стараниями, рушиться. - То, что мы решаем с отцом, как для тебя будет лучше, не означает, что мы портим тебе жизнь, - будто не замечая всей ненависти в моих глазах, спокойно продолжает мама. - Но если эта жизнь не для меня! - до конца взрываюсь я, не контролируя уже повышенный тон. - А какая для тебя? Быть подстилкой сороколетнему рокеру, который тебя выбросит, как только надоешь? Такая жизнь для тебя? - Это намного лучше, нежели... - Нежели счастливое будущее для тебя и для твоих детей? - Вы лишаете меня выбора... Прошу, хоть один раз в жизни, дайте принять мне решение! - Мы подобрали прекрасную квартиру для тебя, - грамотно проигнорировав мои слова, спокойно перевела тему. - Какая квартира, мама? - Съемная! Ты же не собираешься жить в общежитии... - Даже тут вы не поинтересовались моим мнением! Ситуация, явно, уже начинала выводить из себя не только меня. Я видела, как мама старается привести дыхание в норму, пытаясь не повышать голос, оставаясь спокойной, но у нее это плохо выходит. - Если бы ты занималась чем-то, помимо того, как спать с Лето, то мы бы решили этот вопрос вместе! - Я пересылала тебе документы в университет Нью-Йорка! - А потом поехала туда прогуляться с Джаредом на обозрение всей прессе! Все! Достаточно! - Почему ты считаешь, что я не в состоянии сама принимать решения? - в моих глазах мольба, и я уже давно отбросила все стереотипы. - Твои поступки за тебя говорят. Твое воспитание... - У меня нет воспитания, мама. Вы меня не воспитывали, уж прости, - качаю головой, наблюдая, как на ее лице перебегает спектр самых разнообразных и противоречивых эмоций. Я вижу боль от того, что она понимает свою вину. Я - отражение всех ее лет, которые она с отцом посвятила карьере, а не своей дочери. - Билеты заказаны на двадцать пятое число, - продолжает мама, громко сглатывая, от чего мне становится правда ее жаль. - Надеюсь, это ты не забудешь. Забери вещи у Кэти... Ведь ты у нее живешь? - У нее. - Думаю, с Лето вы усвоили, что больше не появляетесь вместе... - Можно вопрос? - я внимательно наблюдаю за лицом, которое за несколько минут вернуло себе прежнюю каменность и непроницаемость. - Вы с Джаредом друзья... - Друзья? Всего лишь деловые партнеры, а дела семьи и работы никак не должны друг друга касаться. Ведь такой должен быть вопрос? Здесь никого не связывает ничего, кроме карьеры и денег. - Значит денег? - Еще слава. Ты еще слишком мала, Кимберли, и наивна. Будто не знаешь этого мира, хотя выросла среди него, ты выросла в нем... но как-то умудрилась отгородиться, - усмехается, будто поражаясь всей нелепости моих слов. - Я выросла далеко от всего этого... - Кстати, твой Лето не такой уж и белый-пушистый, как ты, наверное, думаешь. - Я как раз-таки никогда его таким не считала! - Двадцать пятое, дочка! Ты же привезла документы, которые требуются? Молча отдав все бумаги, которые не имеют для меня абсолютно никакого значения и глобального смысла - удаляюсь. Конечно, она права. Я очень глупа, наивна и прочие эпитеты, которые подходят для описания моего кретинизма... Возможно, я слишком заигралась в игры с Лето, упуская нечто важное своей жизни, но и многое я приобрела, что отпустить теперь, конечно, не в силе. Сейчас бы я, наверное, отдала все, чтобы оказаться на каком-либо острове, вдали от цивилизации, где нет всех этих проблем. Я еще слишком не готова для подобных и глобальных решений. Появляется сильное желание пройтись до дома подруги пешком, но оно быстро угасает, как-только на меня срываются первые капли дождя. Произвольно передергиваюсь от прохладных порывов ветра, который уже приближен к осеннему, и оглядываюсь в поиске такси, но мое внимание перехватывает сосед, яро, жестикулируя около своего новенького Ниссана. Эндрю всегда был добрым пареньком, готовым помочь всеми силами, и его предложение меня подвезти было очень кстати. Уже через полчаса я была на пороге квартиры Кэти. - Это бесчестно! - восклицает подруга, когда я рассказываю ей всю историю, сидя на кухне. - Согласна, - улыбаюсь, но эта улыбка уже скорее вымучена. - Бизнес и право? - с презрением щурит глаза, - Тебе ведь даже костюм не подойдет! Меня лишь передергивает, когда я представляю, что мне придется париться в каком-то душном офисе в этом ужасном дресс-коде. - Ты всегда хотела быть дизайнером... - не унимается Кэти, заставляя вспомнить старые стремления. - Думаю, мне потом ничего не помешает получить второе образование, - цепляюсь за единственную надежду, которая остается в данном положении событий. - А что Джаред? - Что Джаред? - Ну, как он отреагировал? - На Германию? - подруга сдержанно кивает, и кажется, что она даже затаила дыхание. - Он знает, - безразлично пожимаю плечами, умолчав о вчерашних разборках. - И все? А как же "Давай сбежим!" или "Я тебя все равно выкраду!" или просто "Мы что-нибудь придумаем!" - у Кэти от возмущения, вроде, даже глаз задергался, от чего я не могла удержать нервный смешок. - Нам что по пятнадцать клясться друг другу в вечной любви и "будем вместе навсегда"? - Знаешь ли, некоторые и в тридцать это делают! Вы просто так разъедитесь? - У группы, тем более, тур начинается с осени... Нам все равно пришлось бы расстаться. - Я так понимаю, ничего вместе вы не решали? - Нет, - слишком много безразличности в моем голосе, хотя внутри бушует целое торнадо из вопросов. - Вы - ИДИОТЫ! Два упертых барана! - вот, по такой Кэти я, определенно, буду скучать. - Если бы ты знала, как ты права, - уже открыто смеюсь, пока та лишь грозно раздувает ноздри. - Обещай, что поговоришь с ним! - тыкает в меня пальцем. - Когда там твой самолет? Двадцать пятого... О Господи! - Двадцать пятого, - киваю, наблюдая как у подруги перекосило лицо. - Это уже так скоро... Слушай, прям сегодня поговори! - Сегодня Джаред укатил на вечеринку, - не скрывая своего раздражения, фыркаю я. - А тебя почему не взял? - поднимает в удивлении бровь подруга, и я знаю, что сейчас последует длинная тирада о ненормальности таких отношений. - Фотографы. - Знаешь, что?! Ты уже месяц ведешь образ жизни затворницы! Когда мы последний раз были в клубе? - Ты же знаешь, что я только "за"! - Мы собрались завтра на пару деньков с Моникой в Вегас - давай с нами! Девичник - это то, что тебе нужно! Тем более, потом так долго не увидимся! - в глаза Кэти столько мольбы, что мог позавидовать любой щенок. - Эта та, которая минуту назад кричала, что мне над сегодня же поговорить с Джаредом, - лишь усмехаюсь я. - Ну, я же не знала тогда, что Лето укатил развлекаться, даже не взяв тебя. - Посмотрим... - Отказов не принимается! Просидев еще в компании подруги пару часов, я все же засобиралась домой. Конечно, было глупо надеяться, что в девять Лето уже сбежит с вечеринки, но почему-то подсознание заставляло его ждать. Какой все-таки бред... Подруга была права, распинаясь как глупо, что я стала затворницей, живя с Джаредом. Конечно, это был первый случай, когда он куда-то уехал, а я осталась, но обычно мы вообще сидели дома. Это было сначала совершенно не выносимо, особенно для меня, не привыкшей к семейным посиделкам за телеком, но глядя на уставшего Лето, тащить его куда-то совершенно не было желания, а одну меня, естественно, никто не отпускал. Вот тут-то и сказывалось наше различие, в первую очередь, конечно, в возрасте и в разных ритмах. Если для Джареда было спокойней сходить на выставку или прогуляться по пляжу, то для меня, скорее, был ближе более подвижный ритм времяпрепровождения. Конечно, Лето не вел себя, как старый дед, и часто искал приключения и адреналин, но почему-то я никогда в этом не участвовала. Господи, да мы даже в с выбором каналов спорили, поэтому всегда смотрели что-то нейтральное, под что каждый засыпал... Обитель Лето встречает меня непривычной чистотой. Надеюсь, это братья так постарались, а не домработница... Хотя о чем это я! Удивила и тишина, что было совершенно несвойственно этому месту, ведь даже когда братьев нет дома, то в студии могут находиться работники или Эмма, засидевшаяся с документами и бесконечными звонками. Но сейчас настолько пустынно, что даже настенные часы было слышно, которые я вообще впервые заметила. Местом моего временного пребывания, где я включила режим Хатико, стал уже родной диван, с которым у меня было гораздо больше общего, чем с любой другой вещью. Он с радостью принял меня в свои холодные объятия, к которым пришлось привыкать, но я предпочла еще и помощь со стороны, а именно клетчатого пледа. Сначала я правда пыталась отвлечься от наблюдения за временем, смотря любимые программы и сериалы, но моя нетерпеливость все же взяла вверх. В голове, как на зло, всплыло, что Джаред спрашивал, позвоню ли ему я. Не став больше задумываться, хватаю телефон и набираю номер, придумывая себе оправдания, почему я не позвонила раньше. Но как оказалось - они не потребовались... Ни один из братьев не брал трубку, что было весьма странно, ведь они никогда не расставались со своими гаджетами даже в крайних случаях. Конечно, варианты, что там была громкая музыка, а телефон разрядился, были намного привлекательней, чем "Кимберли, они не слышат твои звонки, потому что трахают моделей". Стрелка часов уже прошла не исчисляемый по счету оборот, известив, что время за полночь. Глаза слипались, но я всеми силами отгоняла сон, продолжая гипнотизировать экран телевизор, где шла какая-то передача о звездах. Никакой полезной информации, снова какая-то новая благотворительная акция, а у Кэти Перри очередная награда. Но сон, как рукой сняло, когда на экране появились уже знакомые фотографии, сменяющие друг друга быстрым слайд-шоу. Внимание отказывалось фокусироваться на словах, какие были произнесены телеведущей, лишь некоторые обрывки фраз всплывали в сознании: "Новая пассия" - никогда не замечала, что это может настолько задеть. "... Неужели сердце одного из самых завидных холостяков Голливуда наконец-то смогли покорить? Напомним, что за последние годы музыкант не отличался постоянством в отношениях, а обходился лишь короткими романами с девушками из модельной индустрии. В любом случае будем надеяться, что это не очередное временное увлечение..." Бред. Полный бред. Я лишь успевала кривлять девушку, пока та говорила что-то о том, что Лето уже сорок, а он до сих пор холост, что поклонники ждут детей, а имя "таинственной незнакомки" остается секретом. Но окончательно мое терпение кончилось, когда блондинка заикнулась о грядущей свадьбы. С трудом подавив в себе порыв, чтобы бросить в плазму пульт, я лишь сдержано выключила телевизор и перевернулась лицом к спинке дивана. В любом случае это лучше, чем еще хоть минуту слышать этот мерзкий голос телеведущей. Мой сон оборвался от тихого скрипа двери. Конечно, тихим он был лишь по началу. Уже через мгновение последовал грохот, от чего сразу пришел вывод о том, что что-то разбилось. Затем были кряхтения, думаю, просто не трезвый Шеннон пытался убрать осколки, от чего мне сразу его стало жаль, и я поторопилась к нему на помощь. Ну, не буду описывать свое удивление, когда я увидела на полу Джареда, пытающегося снять ботинок. Не просто Джареда, а Джареда, который был просто в хлам. Первый и я думала последний раз видела его выпившего на острове, и то... думаю, тогда он напился именно от безысходности. - Ким... - он попытался подняться, но вышло у него это лишь с третей попытки, да на троечку. - Ки-и-им! Ты все-таки пришла! Уже через мгновение Лето меня стискивает в объятиях, утыкаясь носом в область шеи, и начинает громко сопеть. Если бы не его не разборчивый бубнешь, то я решила бы, что он уснул, но Джаред что-то мне доказывал, что-то, что уходило в далекие галактики за рамки моего понимания. - Джей, надо спать, - гладя его по голове, отстраняюсь и умоляюще на него смотрю, - Пошли, я тебя уложу! - Какая ты у меня хорошая, - улыбается тот во все тридцать два. - Пошли, пошли... Предприняв не маленькие усилия, мне все же удалось затащить Джареда в спальню, а то, что он еще и еле стоял на ногах, более усугубляло положение. Но привести его в комнату было одним делом, а совершенно другим - уложить спать. Конечно, как только Лето увидел кровать, он сразу же завалился на нее бревном, но рот его еще долго не мог закрыться. Пока я стягивала с него оставшийся ботинок и куртку, он уже перешел с обычных пьяных бредней на философию и обратно. - Ким, вот скажи, - Джаред замолчал, от чего я уже понадеялась, что он наконец-таки уснул, но он всего лишь ожидал моего ответа. - Что? - прикрыв глаза от усталости, я села рядом с ним. - А я боялся, что ты обиделась! - Спокойно ночи, Джаред, - хочу уже уйти но его стальная хватка не дает. - Вот, Шеннон весь вечер мне говорил про свой план, а я ни-ни! - Лето начал жестикулировать, а я не могла сдержать глупой улыбки, глядя на его глаза, которые были словно у провинившегося ребенка. - Молодец, Джаред! А теперь спать! - Не-е-ет! Я не хочу спать! - начал протестовать тот и пытаться подняться. - Я уехал, между прочим, только ради тебя! - Я тоже устала! - почти прохныкала я, чувствуя, как все тело начинает болеть. - Кимберли! Я люблю тебя! - смотрит на меня широко распахнутыми глазами. - Я тоже люблю тебя, Джаред! А теперь спи! - Любишь? - тут же начинает хихикать, словно злобный гений. - Раньше не говорила... - Ты все равно не вспомнишь, Лето, - треплю его за волосы. - Вспо-о-омню! Ты такая хорошая! - Ты мне уже это говорил! - А ты выслушай еще раз! Ты правда хорошая! - Я же Стерва, Лето! Забыл? - Ты хорошая Стерва, Кимберли! Выйдешь за меня? - Ага, Джаред. Повторишь мне это завтра! - Не ве-е-еришь! - обиженно от меня отмахивается. - Верю, верю... - в голове рождается план поиграть на доброте Джареда. - Кстати, я завтра с девчонками в Вегас поеду... - На девичник? - Да, Джаред, на девичник! - Да, пожалуйста, - уже зевая и переворачиваясь бормочет тот. - Спокойной ночи, Лето. - Только не уходи, Ким. - Хорошо, Джаред. И пофиг, что от тебя несет перегаром... - смеюсь я, но все же устраиваюсь рядом. Хоть я и без сил, но засыпаю я еще не скоро. Лето начинает что-то бормотать о дамочках, которые к нему подкатывали, а потом перечислять их имена. Конечно, он часто повторялся, и немного раздражало, как он пытался их вспомнить, опираясь на внешность и размер груди, но когда список закончен, он спокойно посапывает. Мы никогда не поговорим с ним серьезно.