Спи, родная

Он нехотя отстранился и вновь взглянул в её глаза. - Всё хорошо теперь, - он широко улыбнулся, - он ничего не узнал. Тебе не о чем беспокоиться. Он так крепко обнял её, что она думала, что задохнётся. И она обняла его в ответ. Она не стала расспрашивать его о значении его слов. - Тебе стоит переодеться, заболеешь, - заботливо произнесла она. - Забыл дома зонт? - Не планировал идти пешком, - ухмыльнулся он. - Я принесу сухую одежду, - она улыбнулась и, опустив голову, побрела в комнату. Он проследил за ней взглядом, с застывшей на губах ухмылкой и не стал интересоваться, откуда в ее квартире мужская одежда. Она была так заботлива, что казалась ему существом совершенно нежным. Без тени иронии он мог признаться теперь, что эта девушка греет его душу. ___________________ Она считала секунды. Одна, две - она у шкафа. Три, четыре - достаёт с дальних полок залежавшиеся мужские штаны и футболку. Пришлось хорошенько потрудиться, чтобы дотянуться до них. Пять, шесть, семь - встряхивает футболку, отложив штаны. Так и не решилась выбросить. Пусть, это было неважно, раз теперь эта одежда могла послужить ещё. Восемь, девять - встряхнула штаны, осматривая, и, закинув их и футболку на руку, потянулась за полотенцем. Десять, одиннадцать - закрыла шкаф и уже быстрым шагом направлялась к нему. Будто боялась, что он исчезнет. Но он стоял. Там же, в прихожей. И подарил ей еле заметную улыбку, как только она вошла. - Что же ты стоишь, Джеймс, снимай мокрую одежду, - она взяла его за руку и повела в гостиную. ___________________ Он был не в себе после этой встречи с Шерлоком. Давил в себе с каждой секундой растущее раздражение. - Джеймс, ну же, ты заболеешь. Надень сухую одежду, - она стояла прямо перед ним и никогда, никогда он ещё не видел её настолько взволнованной. Он осторожно взял из её рук одежду и медленно поднял на неё взгляд. Он бы сказал, что любит её, но было в этом что-то не так. В нём играла глубокая, неконтролируемая привязанность к ней. Но назвать эту потребность в ней любовью никак не мог. Из принципа. Он начал осознавать то, о чём отказывался думать ранее. Игра идёт, в ней нет места для слабостей. ___________________ То же было и с ней - она бы никогда не смогла признать тот факт, что влюбилась. Им обоим было легче любовь не называть любовью. Каждый верил в это. - Мы верим не в те вещи, - вдруг начала она. - Это погубит нас. Он был разбит. Сегодняшним днём и её словами. Очень часто она говорила что-то, иногда невпопад, иногда просто в шутку, и он мог долго думать над её словами. - Я устал, - просто сказал он, шумно выдохнув. Через какое-то время они просто сидели на диване и смотрели фильм. Телевизор у неё был маленький, да и, откровенно говоря, никогда она им раньше не пользовалась. Изображение было не очень чёткое и слегка засветлённое, так что ей приходилось немного щуриться. Он сидел рядом, вытирая волосы полотенцем. Она вдруг отвлеклась от фильма и посмотрела на него, всё так же обнимая колени. Он её баловал. Роскошью для неё был покой. Роскошью, которую она непомерно любила. С ним было удобно молчать. Ведь всегда это очень трудно. А он как будто умел поддерживать эту немую беседу. Вот и сейчас посмотрел на неё так, будто знал о всех её мыслях. Она покраснела, смутившись, и решилась сделать то, за что, ей казалось, он просто убьёт её, такой серьёзный вид у него был. Она села ближе, взлохматила его волосы и улыбнулась, ожидая его реакции. Он сузил глаза, выждал секунду и вдруг накинулся на неё, щекоча. Это был её лучший вечер из всех, проведённых в этой квартире. Отсмеявшись, они оба облокотились на спинку дивана, а ещё чуть позже она предложила ему лечь к себе на колени, видя его усталость. И он лёг. Медленно перебирая его волосы, она, окрылённая мелодией тишины, запела. И её голос стал идеальной песней его жизни. _________________ И совсем было неважно, что они совершенно, по мнению окружающих, не подходили друг другу. Их не волновало: ни его, ни её. Он совсем уже и не помнил, как отошёл от привычной жестокости. Жестокости ко всем, без исключения. Только вот теперь этим исключением была она и, как ни крути, ему совершенно не хотелось ничего менять. Не хотелось, но ведь его желание играло не самую важную роль в развязанной им ранее игре. Однажды, закурив, она сказала ему кое-что очень странное. Они обсуждали что-то несуразно-философское, когда она вдруг замолчала, посмотрела на него в упор и произнесла: - Они контролируют тебя. - Кто? - через секунду опомнившись спросил он, в изумлении поднимая брови. Она не отвечала долгое время. - Я думала, ты и сам давно знаешь об этом, - спокойно ответила она, отставив в сторону кружку чая и причмокнув губами. Он даже не заметил, как она докурила сигарету и взяла со стола свою кружку с зелёным чаем. Напиток уже успел остыть, но, что казалось ему странным, она никогда не пила ничего горячего - ни чая, ни кофе. Даже когда было очень холодно. Вообще никогда. Она не стала дожидаться его вопроса, предполагая, что его молчание подталкивает её к дальнейшим пояснениям. - Твои чувства. И твои желания. Они тебя контролируют. Причём каждое из этих чувств в тебе сражается за власть. - Верно, - качнул головой он. - Я вижу, что тебе чужды чувства, которые ты испытываешь ко мне, - без утаек сказала она, - но я также знаю, что ты хочешь меня рядом. Что я нужна тебе. - Верно, - повторился он, лишь на секунду замявшись. Он вновь обратил на неё взгляд. Она делала очередной глоток чая, и он приметил, что её вечно жёлтая кружка, из которой она неизменно всегда пила, сменилась обычной белой. Она увидела его совсем небольшую озадаченность и пожала плечами. - Разбилась, - пояснила она. _______________ Он видел в ней сильную женщину. Ту, что даже в своём затворничестве может справиться со своими проблемами. В конце концов, разве её замкнутость могла быть чем-то плохим? Он был, в некотором роде, похож на неё. Не доверял никому, кроме себя, был крайне осторожен и разборчив. Он видел в ней ту, что умеет простить. Или смолчать, если что-то не так. Она ведь всегда так делала. Никогда не говорила о своих проблемах. Часто он видел по её глазам, как трудно ей приходится. Он видел её опасения. _______________ Она всегда предполагала, что он опасен. Смертельно. И часто умоляла сама себя прекратить всяческое общение с ним. Но это навязчивое чувство опасности вдруг заменялось диким, неконтролируемым желанием быть настолько близко к нему, насколько это вообще возможно. И отнюдь не о физической близости тут речь. Из-за этих подозрений её мысли казались неправильными. Ошибочными. _______________ Он как-то сказал, что ей нужно лечиться. От этой неистовой боли в её взгляде. Он понимал, что в чём бы ни заключалось её прошлое, она не может оставить его позади так просто. В этом была вся она. Девочка, что цепляется за прошлое.