Златовласка

Алиса и Гермиона не без опаски добирались до тайной комнаты: их задержал Филч, прицепившийся к ним в коридоре по каким-то так и не понятым девушками причинам. Они уже порядком опаздывали, и Гермиона беспокоилась, что их может обнаружить Инспекционная Дружина, обычно шныряющая по коридорам в это время. Взволнованная произошедшим, Гермиона повела Алису другой дорогой. Алиса не знала этого пути, а Гермиона объяснила, что когда-то его показал гриффиндорке призрак одного учёного, с которым она разговорилась о волшебниках Реконкисты. Путь петлял странными, узкими, едва освещёнными коридорами, довольно мрачными, однако это был гораздо менее длинный путь, чем тот, каким бы они шли, если бы ступали привычным маршрутом. В итоге коридор вывел в небольшую крытую галерею, совсем рядом с Выручай-комнатой, и девочки облегчённо вздохнули. Панель, которая скрывала вход в туннель, из которого они вышли, незаметно задвинулась, так, что прохода, казалось, и не бывало вовсе. В Выручай-комнате царило большое оживление: Гарри, как выяснили девушки, не спал прошлой ночью, как они думали, а готовил ребятам один очень интересный сюрприз: заклинание Косноязычия «Мимбл Вимбл», которое Гарри видел в книге Виндиктуса Виридиана «Как наслать проклятие и защититься, если проклятие наслали на вас» ещё когда впервые попал в Косой Переулок, он за ночь сумел усовершенствовать до такой степени, что поражённый этим заклинанием путал соратника с врагом, и, ввиду того, что нормально он произносить заклинания уже не мог, получалось что-то невообразимое: жертвой этих изначально шутливых чар создавались самые причудливые его варианты, от которых трудно было увернуться. Гермиона осудила это нововведение и осталась в стороне. Ей казалось, что Гарри борёт на себя большую ответственность, когда подвергает такому риску членов Отряда: неизвестно было, что выкинет поражённый заклинанием Косноязычия в следующий раз. Вполне могло статься, что этим может оказаться что-то довольно опасное, ведь, как известно из истории магии, многие очень действенные и сильные заклинания открывались совершенно случайно, в процессе нечаянного эксперимента, когда маг отключал логику и импровизировал, или вообще – когда первооткрыватель занимался какой-то рутиной и от делать нечего пытался разбавить унылую скуку будней какими-то нововведениями. Аналогию можно было провести с тем, как когда-то магглами был открыт йод*. Однако эти столь невинные на первый взгляд забавы приглянулись почти всем, и около часа в Выручай-комнате стоял громоподобный хохот, когда у кого-нибудь из Отряда вырастали ослиные уши, или нос удлинялся до невероятных размеров. Один раз получилось так, что Фред, попавший под заклятье брата, начал сыпать сентенциями Амбридж, которыми та любила потчевать гриффиндорцев на своих парах, да так похоже, что долгое время сам Фред не хотел, чтобы с него снимали наложенное волшебство. Вскоре, однако, раздражённая и обеспокоенная Гермиона взяла ситуацию в свои руки, предложив Гарри немного отдохнуть. Гарри с любопытством наблюдал за манипуляциями Гермионы, когда та, с обычным своим серьёзным видом демонстрировала то, что она наработала с Алисой за прошлый вечер. - Что-то я не очень хочу, чтобы мои мысли путались, - обеспокоенно проговорил Невилл после объяснений сути того, чему гриффиндорка хотела обучить членов Отряда. Алиса его прекрасно понимала: его родители пережили вряд ли излечимую психическую травму, и это оставило незаживающую рану в его душе. - Не беспокойся, - Гермиона, услышав это, отошла от помоста, на котором стояла, и наклонилась к Невиллу. – Я учла то, что это заклятье может быть опасным, поэтому максимально упростила его. Не знаю, почему Гарри сегодня вёл себя так беспечно… - А по-моему, получилось очень весело, - Луна, всё ещё раскрасневшаяся от упорных тренировок по накладыванию заклинания Косноязычия, была удовлетворена больше всех остальных: ей удалось открыть немало новых и ценных эффектов, которым она тут же обучила близнецов и Чжоу. Последние явно не ожидали такой прыти от своей соратницы, а Лавгуд сочла, что то, что предложил ей Гарри для обучения – сфера, где она смогла раскрыться во всей полноте, и была этим просто счастлива. – Наверное, я похожа на свою мать. Она пострадала из-за того, что была большой любительницей экспериментов. Невилл и Луна понимающе переглянулись. Все помнили то, что Лавгуд рассказывала о своей погибшей матери. В общем, подсуетившись, Гермиона сумела убедить всех испробовать разработанную ей систему. С лёгким сердцем к этому приступили только Фред и Джордж, остальные же долго не решались сделать первый выпад. К удивлению многих, первым, кто взмахнул палочкой, оказалась Кэти Белл. Она безошибочно произнесла заклинание, и спустя несколько секунд глаза Джорджа уже ничего не выражали: его взгляд стал пустым, слова контрзаклинания, которым он пытался воспользоваться, превратились в бессвязное бормотание, а сам гриффиндорец зашатался, и, не сумев устоять на месте, совершил несколько кривых пируэтов по комнате, очень напоминая собой забулдыгу-пьяницу. Сделав несколько отчаянных взмахов руками, долженствующих изобразить попытки установить защиту или послать что-то в ответ, Джордж повалился на пол. Гермиона взмахом палочки ловко подкатила под него большой мат, а затем вывела его из состояния безумия. На многих подобное произвело сильное впечатление. Несколько секунд в Выручай-комнате царило тягостное молчание. Первым подал голос Невилл: - Что-то это мне напоминает «Империус». Во всяком случае, выглядит со стороны так, как если бы его наложили. - Не переживайте, никаких сдвигов с ним не произойдёт, - утешила всех Гермиона. – Это просто так несколько жутковато смотрится. Но я старалась специально для того, чтобы те из Пожирателей, кто видит это в процессе боя, были... деморализованы, что ли. Про это заклинание мало кто слышал, кажется, его в одном из декретов от 1478 года вообще запретили на некоторое время. Но, исследовав вопрос, я пришла к выводу, что в то время оно произвёло похожий эффект в среде магической научной общественности. В общем, тогда учёные мужи тоже немало трухнули. А так это всё вполне безобидно и безвредно, и очень, надо сказать, действенно. Во всяком случае, гораздо более безвредно, чем то, что нам сегодня демонстрировал Гарри. Слава Мерлину, что сегодня всё ограничилось ослиными ушами и мерзким голоском Жабы. А ведь могло быть гораздо хуже. - Давайте продолжать, - Джордж был доволен эффектом заклинания. Казалось, ему даже нравилось то, какое впечатление он произвёл, несмотря на то, что стал его первой жертвой и на то, что он всё ещё отходил от пережитого. Его энергия передалась остальным. Все осмелели, и вскоре Выручай-комната заполнилась странными звуками, издаваемыми теми, кто стал жертвой наложенных чар. Чжоу надвигалась на оторопевшего Гарри, подобно зомби, и, казалось, одним своим видом испугала его, так что Гермионе снова пришлось заниматься возвращением Чжоу в нормальное состояние. Вскоре Рон и Гермиона, которые более или менее овладели заклинанием, поняли, что передать это знание остальным не так-то просто, и спустя полчаса они сидели, вымотанные, устало наблюдая за тем, что происходит на поле боя: Гермиона научила остальных пользоваться на время тренировки ещё более ослабленным, чем изначально, видом этих чар, так, что те, на кого они были наложены, очень скоро приходили в себя. - Мы слегка перегнули палку, - сообщила девочка, как всегда, не полностью довольная результатами. – Может быть, «Confusa» и хорошее средство нападения, однако требуется время, чтобы её усвоить, это явно не дело одного занятия. Рон, который предоставил Гарри координировать занятия, устало ей поддакнул и выпил большой кубок сливочного пива, несмотря на протесты подруги. - Вообще ты молодчина, - Алиса, которая только что обезоружила сразу двух нападающих, сделала комплимент подруге дабы подвернулся удобный случай – она проходила мимо стола, где сидели сегодняшние мастера чар. – Даже не думала, что можно такое донести до остальных. Хорошо хоть, что мы хоть отчасти справились с их страхами и нерешительностью. - Ну да, - Гермиона мечтательно откинула голову. – Честно говоря, не думала, что это прокатит, боялась, что подобное просто не примут. Но Отряд Дамблдора оказался куда сильнее духом, мне надо перестать сомневаться в вас. Вскоре Гермиона, отдохнув, вступила в общие ряды, но она уже настолько мастерски владела обнаруженным ею заклятьем, что не нашла другого выхода, как перевести отработанное остальными на более высокий уровень. Она усложнила чары, вернув их к тому их виду, который был наложен на Джорджа в начале занятий, и теперь все старательно разрабатывали движение кистью: очень уж сложным был финт, который необходимо было провернуть, чтобы успеть и наложить заклинание, и вовремя его снять. Во время испытаний был обнаружен интересный эффект: когда мысли после наложения чар путались в голове, потом надо было довольно долго приходить в себя. Гермиона, под конец сама испугавшаяся того влияния на рассудок, которым обладала «Confusa», сообщила всем, что некоторое время тренировок в этом заклинании не состоится: ей необходимо было изучить магическую механику заклинания до самых её основ, чтобы убедиться в её безопасности для членов Отряда. Всем было ясно, что использовать те средства, которыми пользовались обычно Пожиратели во время своих бессовестных схваток, нельзя, чтобы не уподобляться им и не скатиться к тому, чем они себя явили миру. Гермиона, которая долго размышляла над возможностями, которые таило в себе открытое ей, предположила, что, вполне вероятно, можно модифицировать заклинание до такой степени, что оно может на какое-то время заставить забыть Пожирателя механизм наложения Запрещённых Заклинаний. Придя к этой мысли, окрылённая этой возможной большой находкой, Гермиона решила идти до конца во что бы то ни стало и выжать из «Confusa» всё, на что оно было вообще способно. _____________________________ * В 1811 году французский химик-технолог и фармацевт Бернар Куртуа открыл йод. Друзья его рассказывают любопытные подробности этого открытия. У Куртуа был любимый кот, который во время обеда сидел обычно на плече своего хозяина. Куртуа часто обедал в лаборатории. В один из дней во время обеда кот, чего-то испугавшись, прыгнул на пол, но попал на бутылки, стоявшие около лабораторного стола. В одной бутылке Куртуа приготовил для опыта суспензию золы водорослей (содержащей йодид натрия) в этаноле, а в другой находилась концентрированная серная кислота. Бутылки разбились и жидкости смешались. С пола стали подниматься клубы сине-фиолетового пара, которые оседали на окружающих предметах в виде мельчайших черно-фиолетовых кристалликов с металлическим блеском и едким запахом. Это и был новый химический элемент йод.