Златовласка

Алиса играла с белым котёнком, который подарил ей Снейп. Она назвала его просто - Пушок. Он, действительно, напоминал рождественскую снежинку: чистый-чистый, белый-белый. Алиса звонко смеялась, сидя на таком же пушистом белом коврике, в котором котёнок порой терялся, утопая в его ворсистом море. Часы пробили одиннадцать. Алиса внезапно вспомнила, что она не закончила ещё длинную домашнюю работу: Стеббль велела перечислить и описать тридцать пять видов применения болотного лука, славящегося тем, что мерцает ярким светом между корней больших деревьев и который иногда путают с цветом папоротника. Оставив котёнка перекатываться с боку на бок на ковре, она уселась за стол и обмакнула перо в чернильницу. Делать ничего не хотелось, и Алиса, задумавшись, нарисовала на клочке пергамента Малфоя, улепётывающего на метле от бладжера. Картинка выглядела уморительной: под оживляющими чарами Драко то и дело получал по затылку сильный удар, от которого у него из глаз во все стороны рассыпались искры. Кое-как переключившись на задание, Алиса собрала всё своё внимание, чтобы не пропустить ни одного пункта, но сама не заметила, как заснула прямо на большом свитке, не заполненном даже до половины. Спустя минуту портрет Полной Дамы отъехал в сторону, и в гостиную, переговариваясь, зашли Фред и Джордж. Котёнок побежал к ним, встречая их с радостным мяуканьем. - Какой красавчик! - восхитился Фред. - Интересно, чей он? - полюбопытствовал Джордж. - Как чей? Алисы, конечно. Ей Снейп подарил. То, что Алиса - племянница зельевара, было уже ни для кого не секретом. Некоторое время студенты и приятели шушукались по этому поводу у неё за стеной, но вскоре к этому привыкли, тем более, что все достижения в этом многотрудном предмете были исключительно результатом её собственного трудолюбия и прилежания (все видели её - в бибилиотеке, в гостиной, в подвалах Снейпа - за пергаментами и пробирками), и пересуды утихли сами собой. - Ладно, пошли спать! - скомандовал Фред. Близнецы удалились, не заметив, как котёнок в самый последний момент умудрился проскочить в коридор под удивлённый возглас Полной Дамы. - А ты куда? - поздно спохватилась она, уже задвинувшись. Часы пробили полночь. Минуя все преграды и препоны, оставляя за собой повороты и галереи, котёнок спустился по бесконечным ступенькам в самое сердце замковых подвалов: кошачье любопытство не знает пределов. С такой же лёгкостью эти независимые создания уходят на поиски приключений, с какой впоследствии возвращаются домой, сколько бы миль не лежало между отправной точкой их местонахождения и домом их хозяина. Там-то его и обнаружил Драко Малфой, вспомнивший, что забыл в библиотеке весьма важное сочинение по той же травологии, сдвоенная пара которой была у них завтра с гриффиндорцами. - Эй, а ты кто такой? - поманил он к себе котёнка. Тот мяукнул и доверчиво подошёл к нему, потеревшись носом о пальцы руки Драко. Малфой рассмотрел медальон на шее котёнка. Гриффиндорский лев с непонятными в свете тусклых факелом инициалами - и больше ничего. "Гриффиндорец, значит", - подумал Драко, но, пожалев животное, не желая оставлять его в холодных подвалах без присмотра, взял котёнка на руки и отнёс в гостиную Слизерина. "За конспектом завтра утром забегу", - решил он. В тусклом свете зелёных ламп, среди холода, царящего в подземелье, холода, который даже в летнюю жару не мог разогнать жар от большого камина в центре красивой комнаты, котёнок явно чувствовал себя неуютно. "Нет, здесь ему делать нечего, - думал Малфой. - Не ровён час, наступит на него Гойл или какой-нибудь другой толстозадый кретин. Заберу-ка я его к себе в спальню". Котёнок, вцепившийся когтями в рубашку Драко, успокоился только тогда, когда слизеринец затащил его под полог своей кровати. Зеленоватые свечи мерцали в воздухе, освещая всё пространство под кроватью тусклым, безжизненным светом, придавая бледной коже слизеринца ещё более мертвенно-бледный вид, чем обычно. - Чем же мне тебя накормить... - размышлял вслух Малфой. - А ну-ка... Он щёлкнул пальцами. Спустя несколько секунд в воздухе рассыпался сноп искр, и перед Малфоем появился кухонный эльф-домовик. - Чего желаете, сударь? - пропищал он. - Тише ты... Ну-ка, быстро гони на кухню и принеси сюда колбасы, - приказал Малфой. Маленькая привилегия эксплуатировать эльфов-домовиков сохранялась традиционно за студентами Слизерина, во многом благодаря им Крэбб с Гойлом не худели, несмотря на то, что их родители надеялись на то, что учёба в Хогвартсе отвлечёт их от любимого занятия - поедания всего и вся, но надеялись они зря. Спустя полминуты перед Малфоем появился до блеска начищенный поднос с аккуратно разложенными на нём кусочками колбасы. Драко сунул одну в рот, и протянул несколько котёнку. Тот с жадностью их умял. - Привык видимо, наедаться впрок. Не думаю, что тебя морили голодом: такая красивая шёрстка, и этот медальон... Раздевшись, Малфой улёгся в постель. Мурлыкающий Пушок удобно пристроился у него на груди. Под его довольное мурлыканье слизеринец вскоре отошёл в царство снов. На следующее утро, когда все в гостиной дописывали последние поправки к контрольной Стеббль, Малфой выпустил его погулять среди экзотических растений и бронзовых статуэток, представляющие собой настоящие джунгли в одном из углов слизеринской комнаты. Там-то его и застала Пэнси Паркинсон. - Ага! Вот ты где, блондинчик!.. Доброе утро! - она потрепала его по волосам. - Что за выходки, Паркинсон! Мы с тобой не парень с девушкой! - ответил Малфой на нежности подруги. - Я же по-дружески, неужели непонятно? - обиделась Пэнси. Но тут она увидела котёнка. - Ах, Мерлин меня подери... Прелесть, такой пушок... Пенси подхватила котёнка на руки и её взгляд упал на гриффиндорскую печать с теперь уже явно различимой надписью "Снейп". - Пушок... Так вот, значит, как его зовут... Котёнок громко мяукнул. Коты порой бывают очень понимающими существами, к тому же слизеринец волею случая догадался о настоящем имени котёнка. - Не знаешь, случаем, чей он? - спросил он задумчиво у Пэнси. - Знаю, - быстро ответила она. Она сразу догадалась, чей. Снейп котов не держит, а, значит, это любимец той заносчивой гриффиндорки, что всё время разрушает её планы. Она оказалась, как это ни было бы странно, племянницей их преподавателя по зельям, скорее всего, он подарил её ей на какой-нибудь праздник. На Рождество, судя по возрасту животного. В её голове тут же сложился план действий. - Мой. - А, ну тогда ладно. Он, по ходу, выбежал вчера из гостиной, хорошо, что я нашёл его. А, кстати, - по лицу Драко пробежала тень подозрения. - Что-то я раньше не видел его у тебя. И при чём тут метка Гриффиндора? - Вот блин... Мне его вчера утром прислала тётка. А ошейник - от блох, я не хотела бы подхватить эту заразу. Выцыганила у одной дурёхи с Гриффиндора за сикль, где мне ещё подскажешь добыть эту роскошь, пока мы в замке? - Ну... - недоверчиво протянул Малфой. Его всё ещё не оставляло ощущение, что дело тут нечисто. - Ладно, давай уже, собирайся, Стеббль с нас три шкуры сдерёт, если мы явимся невовремя, да ещё и без сочинений. А мне ещё в библиотеку надо! - Ага, только кота занесу в спальню. Котёнок громко и жалобно мяукнул, оказавшись на пышной груди Паркинсон. Вцепившись в её мантию, он никак не хотел отпускать коготки. - А, блин... Чёртов кот! Ну-ка, брысь! - злилась Пэнси, наконец-то сбросив его на кровать. - И сиди тут, не вздумай высовываться, пока я не приду. Сунешься - заколдую нафиг! И с облегчением выскочила из спальни, догоняя своего приятеля, в которого уже давно была безнадёжно влюблена. Наступил первый день весны. В этот день был день рождения Рона, и Алиса как следует подготовилась к нему. Подарок она выбирала долго и тщательно, ей хотелось сделать приятное доброму другу. А поскольку с зельеварением у Рона было туго, то она последовала примеру Гермионы и решила выбрать Рону подарок из области прикладной науки, в частности, она заказала по большому каталогу, присланному ей одной из рекламных сов из "Флориш и Блоттс" прекрасное издание по теории и практике зельеварения с красочными приложениями и оригинальными, затейливыми рецептами - как говорится, на каждый день. Переплетя подарочек разноцветными лентами, на спрятала его в небольшую деревянную шкатулку для разных разностей, и живая книга то и дело дёргалась вместе со шкатулкой из стороны в сторону. На этот раз платье на Алисе было светло-розовое, переливающееся в солнечных лучах мелкими блёстками и золотистым бисером: смотрелось оно более или менее изящно в свете восходящего солнца. Поскольку ответственность за проведение основного мероприятия лежала на братьях Уизли, а за торт отвечал Гарри (он самолично сходил на кухню к домовикам с рецептом от миссис Уизли), Алиса разрешила себе с часок-другой, до тех пор, пока мальчики проснутся (по выходным девушки-гриффиндорки почему-то вставали рано, а парни, наоборот, предпочитали поваляться в постели) посидеть на подушках с одним романом восемнадцатого века, написанного необычным, почти простонародным, и в то же время несколько неестественным, вычурным слогом, рождающим ассоциации с чем-то почти дьявольским. Такие вещи помогали отвлечься от школьной суеты, которая иногда утомляла Алису, а этот роман оказался на удивление захватывающим. Спустя полтора часа она спустилась в гостиную. Алиса радостно предчувствовала впечатление Рона от подарка, и её настроение было приподнятым. Вскоре Рон в подаренном миссис Уизли свитере спустился по лестнице, ведущей из спальни мальчиков. Его встретили хлопушки и фейерверки близнецов, поздравления от Лаванды и большой праздничный торт с украшением в виде поля для квиддича. Не было только Гермионы, это печалило всех, даже шутников Фреда и Джорджа. Без неё в гостиной Гриффиндора было как-то неуютно и пусто. Подарок от Алисы Рон принял не без удивления, но, узнав, что книга живая, весьма порадовался: ему нравились всякие необычные волшебные штуковины. *** Алиса, Рон и Гарри направлялись в больничное крыло, где лежала Гермиона. Положение Гермионы оставляло желать лучшего; мадам Помфри ничего не говорила о том, скоро ли Гермиона вернётся в своё нормальное состояние, и это было единственным, что омрачало радость девочки по поводу произошедших событий, излившихся на почву её каждодневного бытия как дождь на иссохший в зное луг. Гермиона лежала, глядя в потолок остекленевшими глазами, не подавая никаких признаков жизни. Алиса задумалась о том, что же видит она в этом полусне-полуоцепенении, и что за странная сила могла лишить деятельности эту неугомонную в жажде познания девчонку, чьи каштановые волосы рассыпались по подушке. Гриффиндорский значок на мантии Гермионы слабо поблескивал в отсветах витавшей в воздухе свечи. Внезапно Рон воскликнул: - Смотрите, что это?! Алиса посмотрела туда, куда указывал взволнованный мальчик. В сжатой в кулак ладони Гермионы виднелся маленький клочок пергамента. Осторожно вытащив его и развернув, друзья рассмотрели старинную иллюстрацию, выполненную с большим изяществом, и кусок текста под ней. Осмотрев бумажку на наличие дополнительных сведений, они вскоре смекнули, что к чему и выскочили из кабинета под недоумённый взгляд медсестры. Дальнейшее было таким забавным каламбуром, что Алиса потом долго вспоминала эти дни со смесью страха и удивления перед поразительными поворотами судьбы. Она помнила бледного, как простыню, Златопуста Локонса, которого они втроём отправили в гигантскую водосточную трубу под одной из раковин в туалете Плаксы Миртл, её собственное долгое плавное скольжение по необычайно длинному подземному пути - судя по всему, одному из тех, которыми когда-то вёл её Малфой, стремясь показать свой секрет. В итоге они вчетвером оказались в тоннеле со стенами, покрытыми потёками ила. Алисе невольно вспомнилась недавняя стычка с Пэнси Паркинсон. Последняя перехватила Алису в коридоре с доспехами, и пульнула в неё исподтишка каким-то неведомым проклятьем, во всяком случае, Алиса не видела такого цвета луча, вырвавшегося из её палочки. - Вот гадина! - воскликнула Алиса, и подбежала к Паркинсон, чтобы хорошенько её отутюжить. Дальше обычных девчачьих тасканий за волосы дело не пошло, поскольку на шум явилось разгневанное привидение какого-то древнего колдуна, которого отвлекли от его привычного созерцания грохот, вопли и ругательства озлобленной Пэнси, не гнушавшейся никакими методами борьбы, в том числе и грязными. Такие "баталии" вовсе не были в духе Алисы, предпочитавшей благородное сражение цивилизованными методами, однако и её в конце-концов слизеринка достала окончательно, попытавшись нахлобучить ей на голову откатившийся древний шлем от старых доспехов. - Ах, блин! - только и успела вымолвить Пэнси, получив в ответ порцию "Инкацеро". Что произошло дальше, Алиса не знала, поскольку к связанной по рукам и ногам слизеринке вовсю спешил привлечённый грохотом доспехов Филч, а Алиса знала, что добром подобные встречи с завхозом не кончались. Что сталось с коварной Пэнси, девочки не знала, однако в ближайшие три дня она не встречала её после занятий: наверняка Филч сорвал на ней свою злобу и, не разобравшись как следует в обстоятельствах, заставил Пэнси начищать котлы или что-нибудь в этом духе. "Ну и поделом", - с неожиданным для себя злорадством подумала Алиса, и ей в то же время было жаль свою соперницу - жаль просто потому, что она не хотела причинять её неприятности, и, если бы не привидение и ворчание Филча, эхом отдававшееся по коридору, она бы никогда не применила к Пэнси подобного контрзаклинания, да деваться было некуда. Пэнси же, скорее всего, костерила за тазами и котлами на чём свет стоит свою конкурентку, поскольку Алиса, верящая в приметы, весь день икала, а за столом на ужине у неё и вовсе скрутило живот. Ночью ей приснился кошмар с участием всё той же персоны, во время которого они обе пытались вырвать друг у друга белую сову с большущими изумрудными глазами, и что-то подсказывало Алисе, что этот образ не был плодом её разбушевавшейся ночной фантазии. Утром девочка проснулась в ужасном настроении, обнаружив попутно, что потеряла своего любимого котёнка Пушка. Когда Рон уведомил её, что сегодня на трансфигурации МакГонагалл будет проверять сочинения, которое Алиса не успела дописать, девочка не выдержала и разрыдалась от досады и огорчения. - Да что ты, Алиса... Ну сейчас не сдала, сдашь завтра... Алиса просто не хотела подводить любимую преподавательницу, которая с недавних пор прониклась к ней своеобразной симпатией, и вот теперь, накануне экзаменов, вынуждена была, как казалось Алисе, разочароваться в своей искусной подопечной. Рону это казалось чем-то совсем уж не заслуживающим внимания, однако, как подсказывал Алисе опыт и здравый смысл, потерять авторитет было намного проще, чем завоевать его. Златопуст Локонс попытался вывернуться, перехватив палочку Рона, но случайно навёл заклятье Забвения на себя самого. Алиса ещё не опомнилась от пережитого страха, когда она увидела кости животных и остов того, что когда-то было кожей гигантского змееподобного существа, как с потолка начали валиться каменные глыбы. Бросившись к Гарри, отпихнув его подальше от увесистого куска, грозившего размозжить голову мальчика, Алиса оказалась отрезанной от Рона и Локонса завалом. Впереди их с Гарри ждало неизвестное и, скорее всего, не самое приятное зрелище, если, конечно, они не прогадали с Тайной Комнатой. Алиса дрожала, когда они пробирались по тёмным переходам, освещённым лишь тонким светом их палочек. Рука Алисы сама собой потянулась к запястью, и, когда Алиса сообразила, что делает, серебряный браслет свернул в темноте бледно-серебристым светом, и в голове у девочки раздался удивлённый возглас Малфоя, разбуженного после обеденного сна. Драко Малфой подпрыгнул на кровати, когда его запястье точно огнём обожгло. В голове помимо обрывков впечатлений от сна витали самые невообразимые картины: ему на миг представилось, что он видит в одночасье всё исполинское переплетение подземных переходов и труб, которыми была испещрена скала под замком, и - ещё ниже, вглубь земли, там, где кончался уровень озера и разверзались неведомые, пугающие полости, куда ещё никто не отваживался спускаться. На мгновение он увидел лицо Алисы, тускло освещённое неизвестным источником света. Что-то говорило ему, что она в опасности, в большой опасности, и это впечатление не отпускало Драко, когда он пытался отогнать его, считая бредом навязчивой дрёмы. "Нет, свойства этого браслета не изучены до конца..." - думал он, поспешно одеваясь и быстрым шагом направляясь к выходу из гостиной. Малфой отправился прямиком к профессору Снейпу. Лучшего помощника и советчика он пока в своей жизни не знал. Малфой застал профессора за чтением "Пророка". Зельевар, поглядывая на котёл, анализировал статью о последних разработках в области своего предмета. Магический вестник нет-нет да и помещал научные статьи между сплетен о знаменитостях и скандальными статьями Риты Скитер что-нибудь относительно стоящее. - Здравствуйте, профессор, - Малфой не сдерживал волнения. - У меня к вам важное дело. - Что такое, Драко? - холодно спросил Снейп. Он не любил, когда его отвлекают от любимых занятий. - Случилось... нечто очень важное для всей школы. - Ну и что именно? - Снейп смотрел на него угольками глаз. - Алиса... Алиса Снейп... Я чувствую, что она попала в какую-то переделку. Снейпа будто бы огнём обожгло. - И какую это значимость ваши предчувствия имеют для школы? - стараясь держаться как можно спокойнее, спросил он. - Я не могу сказать, какую Я просто это чувствую, и у меня есть на это основания. Взгляните! - Драко протянул Снейпу браслет. Тот внимательно оглядел его. Теперь он встревожился не на шутку. - Идёмте, - коротко сказал он, отбрасывая газету на столик и взмахом ладони гася каминное пламя, нагревающее котёл. - Попытайтесь разыскать её - любыми путями. Я пойду в учительскую. Вскоре они уже шли быстрыми шагами по подземельям, забирая всё выше, к верхним ярусам "Хогвартса", где располагалась комната для учительского персонала и где обитали все остальные факультеты.