Златовласка

- Ты уже определилась с предметами, которые будешь изучать дополнительно в будущем году? - спросил Гарри у Алисы, когда она, напившись, перекрыла воду колонки. - Наверное, Нумерологию и Маггловедение, как и Гермиона. Что-то подсказывает мне, что вместе всё же лучше изучать что-то, чем поодиночке. К тому же эти два предмета довольно интересные: математическая точность нумерлогических дисциплин даёт понимание связей и отношений, а это для уяснения принципов высшей магии, как ты и сам знаешь, самый важный критерий. Маггловедение - тоже довольно интересный предмет, узнаю побольше о другом мире... Тот, в котором жил ты, пока не узнал о "Хогвартсе". - О, тебе предстоит узнать много чего интересного, - улыбнулся Гарри. - В качестве наглядного пособия можешь использовать Дадлика, если, конечно, сумеешь поймать его после сегодняшнего случая. Алиса рассмеялась. - Да уж, твой Дадлик - прекрасный объект для научных экспериментов... Как бы мне хотелось испробовать на нём парочку недавно сваренных Снейпом зелий... Так, разговаривая обо всём на свете, они дошли до кромки леса, где Алиса остановилась, чтобы найти ту тропу, по которой они шли. - Да вот же она! - сказал Гарри, указав на едва заметную в хитросплетении лесных дорожек тропинку. - Здесь мы и гуляли в прошлый раз. - Ага, она самая, - отозвалась Алиса, пытаясь припомнить, с какой стороны она заметила в прошлый раз кустик того самого растения, о котором говорил ей дядя. Солнце вовсю припекало, когда они вошли под прохладную сень леса. Распевали птицы, освежающая прохлада лесного царства благотворно повлияла на самочувствие Алисы, привыкшей находиться в доме, где, хотя и было не так жарко, как на улице, но где всё же царила духота, от которой некуда было деться, если только не сойти в дядюшкины казематы. Среди многочисленных цветов и странных вьющихся растений, оплетавших стволы дубов и вязов, она, наконец, обнаружила маленькие цветочки на тонких длинных стеблях - те самые, изображение которых она закрепила у себя в памяти. Подойдя поближе, она рассмотрела их. Это были розовые цветы о пяти лепестках, источающие тонкий аромат, который трудно было с чем-то сравнить: смешение лимона и шалфея, и какой-то другой, неведомый ей прежде запах, бодрящий и резкий одновременно. Алиса собрала небольшой букетик, перевязала его синей лентой и уложила в специальный мешочек на длинном ремешке с вышитыми на нём рунами. - И как называется это чудо? - спросил Гарри, завороженно глядящий на то, как Алиса перебирала в руках стебельки колдовской травы. - Не знаю даже. Снейп продиктовал мне название на латыни, но оно оказалось таким длинным, что мне не захотелось спросить, как его называют в народе. - Понятно... И теперь наш профессор будет священнодействовать, чтобы получить какой-нибудь чудодейственный отвар, влияющий на ход самой истории, - возвышенным тоном продекламировал Гарри. - Он так любит распространяться об этом на своих парах! - Ну да, так оно и есть, - несколько раздражённо ответила ему девочка. На самом деле зелья обладают властью тем большей, чем большей верой в них обладает человек, изучающий их свойства. Это первый закон Громма, если ты не забыл. И история наглядно и не раз демонстрировала то, как то или иное снадобье переворачивало жизнь целых династий и устанавливало новые порядки в государствах, а уж про отдельные виды наиболее мощных и трудноприготовляемых зелий я вообще молчу. С чего ты так скептично настроен по отношению к предмету Снейпа? - Да ну не очень-то и скептично, - несколько удивлённо ответил Гарри, явно не ожидавший такой реакции. - Просто отношение студентов к предмету прямо пропорционально отношения преподавателя дисциплины к самим студентам, - попытался сострить он, но, увидев, как Алиса насупилась, замолчал. - Да нет же, - добавил он с полминуты спустя, когда они развернулись, чтобы идти назад. - Я ничего не имею против Снейпа, и зельеварение мне даже нравится в какой-то степени. Просто эта наука, как мне кажется, не для меня создана. Квиддич - вот это в самый раз по мне. Когда метла под твоей рукой, как живое существо, когда ветер свищет за спиной, развевая плащ... Тебе это должно быть понятно, ты же тоже теперь - член команды. - Да, как и ты - член Оборотного братства, - пошутила Алиса, вспомнив про их приключения в гостиной Слизерина под личиной приятелей Малфоя. - Да уж, в этом году нам не было недостатка в приключениях, - как бы повторив мысли Алисы, подытожил Гарри. Когда они выходили из леса, на солнце набежало большое тёмное облако. Накрапывал мелкий дождик, такой слабый, что испарялся, не доходя до земли. Не доходя до автострады, Алиса расчихалась: пыль от проезжающих машин была отвратительна - настоящим удушающим зловонием по сравнению с тем раем, откуда они с Гарри только что вышли. - Давай, я провожу тебя интересным и, возможно, не самым обычным путём, - предложил Гарри. - Каким таким путём? - спросила Алиса, удивлённо глянув на него своими большими, красивыми голубыми глазами. - Сейчас увидишь, - ответил ей друг. Из-за поворота показались длинные трубы, уходящие вдоль автострады на север, к той части городка, где находился Принц-менор. Гарри поднялся на них с помощью железной лестницы, приставленной к большой бетонной перегородке, и протянул руку Алисе. Вид с труб был несколько необычен: поросшие снизу высокой травой, уводящие далеко вперёд, к горизонту, лазурная синева которого растворялась в белых пушистых облачках, они оказались странной дорогой, по которой путешествовать было и опасно, и интересно. На пути им попался тоннель, в котором Алиса едва не подскользнулась на шкуре дохлой кошки. Изрядно попотев от усталости, она в итоге с облегчением спрыгнула на землю возле поворота к большой вышке, стоящей невдалеке от улицы Прядильщиков. - Чем тебя привлекают эти трубы? - спросила она у Гарри. - По-моему, в этом году нам труб было предостаточно. - В них есть какое-то невыразимое очарование, - протянул приятель, глядя в сторону шоссе. - Как будто попадаешь в иной мир, отличный и от мира магглов, и от волшебного мира. Помяни это в каком-нибудь сочинении по маггловедению, если будете писать что-нибудь про канализацию. - Обязательно, - заверила его Алиса, целуя на прощанье в щёку. - Удачи тебе! Если Дадли будет приставать, скажи, что я пообещала приглядывать за ним. Авось и прижмёт хвостик. Поросячий! Оба, рассмеявшись, обнялись и разошлись по домам. *** Прошёл месяц с тех пор, когда Алиса пригрозила Дадли превратить его в поросёнка. Всё это время Алиса провела в поместье, готовясь к новому учебному году. Были, конечно, и другие события, как то дни рождения снейповских приятелей или посиделка в баре с МакГонагалл и другими преподавателями, решившими выбраться в странное местечко под названием "Дырявый котёл". Минерва пригласила своих коллег, чтобы развлечься и развеяться, и, хотя Снейп и прохладно относился к подобного рода увеселениям, он не мог отказать своей коллеге, хотя и наставнику факультета-соперника. Алиса чувствовала себя несколько скованно, она не могла понять, почему дядя вытащил её на эту вечеринку, предназначенную только для педсостава. Девочка потягивала сливочное пиво и слушала рассказы из хогвартской жизни, а то и многомудрые рассуждения Флитвика о заклинаниях. Разбавляли атмосферу весёлые анекдоты мадам Трюк, сыпавшиеся из неё как из китайского волшебного ящичка. В Принц-меноре Алиса продолжала упражняться в трансфигурации, зельеварении и истории магии, памятуя об их внеклассных сборах в заброшенном кабинете. Не забывала она и о Малфое, периодически отсылая ему письма, которые старалась писать как можно более изящным почерком, вроде того, каким писал ей обратные послания Малфой - витиеватые закорючки напоминали манеру письма XVI века, и расписные миниатюры на манер средневековых, изображавшие сценки из жизни Драко вызывали у Алисы восхищение. Она только и могла, что высылать приятелю пару-тройку колдографий, сделанных ею во время прогулок по вечернему Литтл-Уингингу. С Гарри она виделась всего лишь раз, когда тот тайком решил погулять, пока Дурслей не было дома: они забыли ключ в двери чулана под лестницей, и Гарри удалось, просунув газетку по дверь, протолкнуть его наружу и открыть замок. В тот день, как бы предчувствуя разлуку, они гуляли дольше обычного по окрестностям городка, собирали цветы и делились впечатлениями о новой книге Матильды Браун - пособии по зельеварению, которую им принесли совы из Министерства в качестве ознакомительной теории для третьего года обучения. В августе Алиса намеревалась погостить в Норе, и, хотя Снейп долгое время не хотел отпускать племянницу в гости к Уизли, Алисе удалось настоять на своём, и вот, в назначенный час она уже стояла у камина в гостиной с очередной горстью Летучего Пороха и коробкой с шоколадным тортом для семейства. Торт был довольно вкусный, его Алиса часто покупала в ближайшем от Принц-менора маггловском магазинчике. Она была уверена, что он понравится Артуру, главе семейства, падкого на всё, что изобретено не-магами. Бросив порох в камин, она вступила в зеленоватое пламя, и спустя несколько секунд уже стояла перед Роном и братьями Уизли, чихая и отряхивая пепел с серебристого платья. Молли приготовила поистине прекрасный обед - талант кулинара было у неё не отнять, и вскоре Алиса под всеобщий гомерический хохот рассказывала о том, как ей удалось приструнить брата Гарри, который, по свидетельству последнего, косился на Гарри с бессильной яростью и с долей опасения за свою поросячью шкуру. После обеда Рон повёл Алису в сад, где показал, каким способом избавляются от садовых гномов. Алисе это занятие показалось малоувлекательным, хотя и забавным, и она спросила Рона о том, что он думает касательно эльфов-домовиков. Она ответил, как и многие из волшебников, что если бы домовики сами бы не хотели служить волшебникам, не было бы череды присяг, принесённых ими волшебному сообществу ещё в далёком XVII веке, и что всё, что домовики делают для людей - лишь дань традиции, которые они добровольно наложили на себя для поддержания мира в своей жизни, до этого являвшего собой неупорядоченный хаос. Алиса долго удивлялась и рассказам Рона о своём старшем брате Чарли, приручавшего драконов в Румынии. По его словам, его брат был настоящим героем: он проявлял интерес ко всему таинственному и опасному ещё со школьной скамьи, поэтому ему ещё уже на последнем курсе предложили связать свою профессию с магическими существами. - Вот подожди, ещё у нас будет Уход за Магическими Существами, мне Фред рассказывал. Говорят, жутко интересный предмет. Один раз, если Фред не врёт, в школу приводили гигантскую Хвосторогу, которая едва не спалила теплицы мадам Стеббль. Алисе почему-то показалось сомнительным то, что в школу завозят таких опасных тварей, но она решила промолчать: кто знает, что на уме и близнецов, и когда они врут, а когда - говорят правду. Алиса спросила у Рона, на какие дополнительные курсы он записался. Тот только зевнул в ответ и сказал, что пока ещё не думал об этом. Зато с большой охотой рассказал о своём путешествии в Египет, и этих рассказов хватило бы на несколько больших школьных сочинений по истории магии. Рон говорил о целебных свойствах порошка, добываемого из мумий, о проклятьях фараонов и о странных пророчествах, которыми были исписаны стены египетских гробниц. Говорил он про Александрийскую библиотеку, многие сочинения которой, как утверждали тамошние волшебники, вовсе не сгорели, а были сохранены посвящёнными в тайне, и Рон не без гордости заметил, что ему показывали кое-какие из этих манускриптов. Он говорил о чудесах оазисов и про опасные ловушки, расставленные древними жрецами в зарослях редких пальмовых лесов - для тех, кому взбредёт в головы покуситься на сокровища, сохранённые для вечной жизни воителей и царей былого. Алиса пожалела потом, что ей не пришло в голову записать эти бесценные сведения из жизни далёкой страны, чтобы потом, на досуге, извлечь из них практическую пользу или поделиться с Гермионой своими наработками. Однако она утешила себя тем, что когда-нибудь древние истины египетских мистерий откроются ей через другие источники, не менее авторитетные, чем те, о которых рассказывал ей приятель. Когда Рон затащил её наверх, в свою комнату, он показывал ей фотографии и письма Гермионы из Франции, они были несколько другими, чем те, которые были высланы Алисе подругой. Это были, в основном, фотографии из потаённых отделов Лувра, по-видимому, Гермиона решила приобщить своего друга к тайнам провансальских колдунов. На некоторых из этих фотографий виднелись гранитные стеллы, привезенные Наполеоном из Египта, содержание которых не было распознано маггловскими учёными-профанами, но которое оставалось вполне доступным для большинства магов, которые не поленились изучить наследие нильской колыбели человечества. Фотографии сопровождались подробнейшими комментариями Гермионы, которая, по ходу дела, сочинила целую диссертацию для Бинса, и Алиса невольно улыбнулась. Гермиона так искренне верила в науку, в её способность преобразить человечество к лучшему... Она так доверяла своему рассудку, что почти не замечала другой стороны вещей, не лежащей на поверхности. "Было бы здорово пригласить её в наш клуб и свести с Луной - наверняка они многому научились бы друг у друга", - думала девочка, пересматривая страницы, исписанные ремарками и формулами заклинаний. Остаток вечера они посвятили квиддичу. Вернулись только в двенадцать ночи, когда уже совсем стемнело. Фред и Джордж попивали втихаря пива, и в результате им пришлось тайком пробираться к себе в комнаты, минуя вознегодовавшую миссис Уизли, которая, однако, обошлась с Алисой ласково и попросила её "больше не пугать таким долгим отсутствием". Несмотря на всё хорошее, что пережила Алиса за этот день, мысли о том, что она не пишет Малфою вот уже четвёртый день, не давали ей успокоиться, и она, не сдержавшись, излила на бумагу половину того, о чём не хотела никому говорить и писать, о чём не хотела возвращаться даже в мыслях, и поскорее, чтобы не передумать, вытолкнула Стрелку из окна. Задув пламя свечи, она долго думала о том, что ждёт её и друзей в будущем учебном году.