Златовласка

На следующие утро Алиса рассказала Гермионе о том, что увидела во сне. Та только пожала плечами, услышав о том, что девочка решила отправиться к Трелони. - Ума не приложу, что тебе может дать эта старая шарлатанка. Ты её уроки помнишь? Бред сивой кобылы. - Ну, а что ты предлагаешь делать? Такими вещами не шутят. Я, конечно, не претендую на истину в последней инстанции, но, если уж мне приснилось нечто из ряда вон выходящее, то это наверняка имеет какой-то смысл. - Да ладно - смысл! Начиталась всякого, вот вся эта дурь и вылилась в сновидение. Алиса хмыкнула. Луна бы, наверное, развернула целую концепцию касательно интуитивных озарений, а вот Гермиона, по-видимому, действительно всегда и во всём руководствовалась исключительно рассудком. - Схожу к ней, а там посмотрим. От меня не убудет, верно? - Иди, если тебе не лень тащиться к ней на её чердак, - Гермиона проводила подругу к выходу сочувствующим взглядом. Алиса, петляя коридорами Хогвартса, добралась-таки до коридора в Северной Башне, откуда разносились вопли известного всему "Хогвартсу" сэра Кэдогана. - Подлые трусы! Жалкие клятвопреступники, забывшие законы чести и долга! - вопил он вслед проходящим с картины на картину монахам, явно удивлённым и ошарашенным таким "гостеприимством". - Здесь есть другой путь? - спрашивали они у алхимика в зелёном плаще, который только отрицательно покачал головой. - Жаль. Придётся проходить мимо этого излишне усердного воина Господнего всякий раз, когда нам позовёт к себе в гости госпожа Антуанетта, - пожаловался толстый монах. - А ведь ещё нам и обратный путь предстоит! - вторил ему монах с короткой бородкой, тащивший в руках бутыли с вином. Все трое вздохнули. - Вы, дочь моя, вижу, тоже держите путь на верхние этажи? - спросил третий монах, высокий, с большими залысинами. Алиса утвердительно кивнула головой. - Мне вас искренне жаль. Хотя, кто знает, может быть, этот пылкий сэр обойдётся с вами соответственно тому кодексу чести, который он нам пропагандировал тут битый час, размахивая своим мечом и не давая пройти. Рита знала сэра Кэдогана: его речи не отличались разнообразием, обычно он называл всех "псами Иерусалима" и "отступниками", почитая своим долгом оповестить всех присутствующих о незавершённых при его жизни славных деяниях. Угрожая всем подряд своим мечом, он проповедовал рыцарские доблести, которых у него, по его мнению, было в избытке, а вот у всех остальных явно не доставало. Хотя он явно заблуждался и отставал в какой-то степени в развитии, в отличие от многих других портретов, приспособившихся к современным порядкам, над ним не смеялись, почитая за одного из тех рыцарей и пиратов красоты и куртуазной любви, которые уже перевелись. Тем более, что к прекрасному полу он относительно снисходительно и почти благоговейно, не упуская возможности отпустить в сторону какой-нибудь студентки изысканный комплимент. Так случилось и на этот раз. - Куда направляется столь юная и столь очаровательная особа в этот утренний час, свободный от занятий? - А вы-то откуда знаете, что у меня нет занятий? - спросила Алиса, не желая игнорировать вежливого сэра. - О, долг рыцаря - не только орудовать мечом, но и знать, когда это делать. А это само собой влечёт за собой то, что я знаю многое из того, что не знают другие. Ну, - тут сэр Кэдоган замялся и покраснел. - Об этом мне рассказал Кровавый Барон, добавив, что я могу не переживать из-за слизеринцев, которые всегда начинают издеваться над моей манерой держать себя. Но я-то знаю, что я - рыцарь, каких ещё поискать! - он надулся и покраснел от гордости. - А Задушенная Леди сообщила мне, что Пивз снова проказничает в кабинете Заклинаний по ночам, и что леди Моргана, та, что висит на первом этаже напротив кабинета Рун, решила снова устроить вечеринку в честь дня своей безвременной кончины... Одним словом, благородный сэр был большим любителем собирать сплетни. - О, в этом я не сомневаюсь, почтенный сэр Кэдоган, - поспешила уверить его Алиса. - Может быть, вы знаете, свободна ли профессор Трелони, и находится ли она у себя в кабинете в данную минуту? Рыцарь расплылся в довольной улыбке. - Всегда приятно общаться с человеком, который правильно воспитан. Разумеется! Прорицательница сейчас в башне, занимается своим ремеслом, и, возможно, нагадает мне когда-нибудь новые славные подвиги! Вы не представляете, как скучно порой бывает в замке, в котором все увлечены то воспоминаниями, то попойками, то какими-то своими мыслями - сплошные зануды! Представляю, какими они были при жизни... Алиса незаметно прошмыгнула мимо полотна к площадке, на которой студенты обычно дожидались уроков Прорицания. - До встречи, прекрасная леди, думаю, ваша красота разгонит мрак, клубящийся вокруг сердец многих благородных мужей... - пропел ей вслед рыцарь. К удивлению Алисы люк был распахнут, а вниз свешивалась верёвочная лестница, как бы приглашая девочку войти. Алиса вскарабкалась в кабинет пророчицы. Странное помещение было, как всегда, заполнено дымом благовоний, подсвечено льющимся из-за драпировок светом, было жарко, как если бы топили несколько каминов сразу. Пока Алиса осматривалась, из-за разрисованной арабесками драпировки незаметно выскользнула Сибила Трелони: в нескольких шалях, накинутых одна поверх другой, глаза блестят из-за стёкол гигантских очков. - О, дорогая моя, я знала о вашем приходе ещё вчера. Прошу вас, присаживайтесь! - профессор кивнула на один из столиков, на котором возвышался самый большой хрустальный шар из множества, расставленных по другим столам. - Чай скоро поспеет, и мы сможем поговорить с вами в неформальной, так сказать, обстановке. Алиса поняла, почему пророчица пользуется такой популярностью у многих студентов: она умела расположить к себе. Тон её был подкупающим, движения - плавными, от хогвартской Кассандры исходили волны приятного тепла, и какой-то тонкий, изысканный аромат, который почему-то напомнил Алисе Восток с его негой и наслаждениями, с его лунными ночами и пламенными страстями... Хотя, возможно, это просто разыгралось её воображение, и немудрено: вся обстановка комнаты склоняла к этому. Алиса одёрнула себя, боясь, что заснёт, загипнотизированная внимательным взглядом изучающей её женщины, смотрящей будто бы сквозь неё. - Что вас привело ко мне? - загадочным, как она сама, голосом спросила Сибила. - А вы не знаете? - Алиса пыталась угадать, действительно ли Трелони заинтересована в общении со своими студентами, или ей просто хочется разузнать побольше о хогвартской жизни, чтобы потом строить версии происходящего и возможные варианты развития событий, предлагая возбуждённым слушателям наиболее вероятный их итог. - Нет, увы, это скрыто от меня. Могу предположить, что вы видели сон или видение, имеющее значимость для вас и для ваших близких или друзей. - Как вы... - глаза Алисы расширились от удивления. - О, это моя профессия, - Трелони чуть улыбнулась. - То, что значимо для нас, но скрыто от нашей братии, обычно находит выход в экстатических видениях или ночных грёзах, явленных тому, кто не в силах самостоятельно расшифровать знаки, которые судьба посылает нам... Очень часто, когда интуиция подсказывает нам что-то через символы, с которым сознание человека не привыкло работать, моя наука помогает распознать их или хотя бы дать верное направление мыслям моих клиентов. Вы, насколько я помню, учитесь на третьем курсе? В следующем полугодии мы как раз будем изучать сновидения и всё, что с ними связано, и, если вы будете внимательными, то можете многое узнать о скрытой стороне вещей. Алиса ещё раз напрягла волю, чтобы не заснуть. Голос ясновидящей буквально заставлял погрузиться в подобие транса. - Расскажите, что смутило вас? Что заставило вас усомниться в силах собственного разума и обратиться ко мне за помощью? - голос Трелони звучал глухо и как-то издалека. - Они... Все четверо... Все основатели факультета приснились мне этой ночью, говорили о том, что будет с избранными, и о том, какой знак они должны будут им подать в условленное время. И они не знали, что придумать, чтобы материализовать вещь, которая, по их мнению, сумеет донести до этих избранных суть их послания, - вкратце изложила Алиса, и это позволило ей убедиться, что она не спит. - О, отцы-основатели... Это большая честь, что силы былого обретают в ваших снах подобие формы, да ещё и явленной вам в момент сакрального... - Я с трудом понимаю... - О, вы поймёте, когда придёт время. Каждый ученик несёт в себе какое-то скрытое дарование, недаром основатели измыслили распределять студентов по факультетам. Темперамент, характер, врождённые наклонности - всё это в своё время должно принести свой плод и развиться в деятельность, которую может принести пользу всему человечеству. И четвёрка Великих прекрасно это понимала. Они знали, что когда-то им придётся завершить свой жизненный путь, и когда-нибудь им придётся передать часть своих сил, своей сущности, той, что остаётся на земле, не умирая, до прихода последышей, тем, кто этого наиболее достоин. Но кто это будет - не в силах были определить даже самые сильные из провидцев прошлого. Нам не известно, что определит их выбор - наследственность ли, заслуги родителей, путь самих избранных - так уж, простите, привыкли называть этих счастливцев или, наоборот, носителей тягостного Бремени... Может, это будут те, чья судьба или деяния заговорят сами за себя, и через них Наследие Основателей проявит себя в полной степени... Никто не знает. Однако тот факт, что вам явилось это удивительное видение, уже о многом говорит. Если вы и не явитесь одной из четырёх продолжателей дела Основателей, то, возможно, станете знаменитым пророком, который предвещает этот чаемый многими из нас день... Алиса вздрогнула. Ей не очень-то хотелось походить на мадам Трелони, которая ведёт такой странный образ жизни и вообще отличается большой эксцентричностью. - В любом случае, - будто прочитав её мысли, вдруг спокойно и холодно заявила гадалка, - Этого не мне и не вам решать. Ту информацию, которую вы получили от Основателей, вы не должны разглашать никому, даже самым близким людям... - Но я уже рассказала... Гермионе... - промолвила Алисе. - А, мисс Грейнджер... Помню-помню... Это ещё хорошо, что вы рассказали именно ей, но веры в сверхличное для неё - почти никакой. Под сверхличным я подразумеваю то, что неподвластно умственному контролю, составившему славу нашей, европейской цивилизации. Разработками в этой области занимается Когтевран, я как раз пишу статью на эту тему... Ну да ладно. В любом случае, вы должны взять с неё обещание, что больше она никому об этом не расскажет. Если то, что вы видели, имеет настоящую силу, а я уверена, что это так, - то вы получите указания, что делать, в самом скором времени. Древние не привыкли медлить с важными поручениями. И могу похвалить вашу рассудительность... Да-да, не удивляйтесь, нужен незаурядный ум, чтобы догадаться о том, что для изучения вашей ситуации нужен именно ум, а не интуиция. Другой ум, более осведомлённый в вещах, лежащих за пределами вещей, простите уж за каламбур. Одна голова хорошо, а две - лучше! - улыбнулась она, на этот раз просто и безо всякой таинственности. - Желаю вам удачи в ваших изысканиях! Профессор Бинс рассказывал, что вы делаете большие успехи в истории магии. Я не специалист в этой области, скажу только, что историю я в годы своей учёбы очень любила. Она - подлинный источник мудрости и уроков жизни. Иногда, изучая эту дисциплину, делаешь открытия, к которым приходишь в изучении Прорицаний гораздо позднее. "И эта наука есть царица наук", как сказал бы Роджер Бэкон, не так ли? Алису снова начало клонить в сон. - Я вижу, вы устали, - вновь заговорила Трелони. - А я вас даже чаем забыла напоить. - Что вы, не стоит так себя утомлять... - произнесла Алиса, но Трелони уже достала с полки красивую чашку, разрисованную цветами и бабочками. - Не правда ли, красивый рисунок? - она повертела в руках свою чашку. - Напоминает о лете... Особенно о позапрошлом. А вам не напоминает? - пророчица лукаво прищурилась. Алиса смутилась: - Что вы имеете в виду? - От меня не утаишь, милочка, таких простых вещей, как сердечные тайны... Хотя бывают и такие, которые не понять и самой Смерти, а она, как известно, знает всё... Вот почему говорят, что Любовь сильнее Жизни и Смерти... Трелони щёлкнула пальцами, и чашки наполнились до краёв ароматным чаем. Алиса почувствовала запах бергамота и ещё чего-то экзотического. Она с удовольствием отхлебнула. Чай её немного взбодрил. - Да, чай отличный, недавно прислала приятельница, отправившаяся в Индию в паломничество. Она нагадала нынешнему Министру его пост, и он в знак благодарности проспонсировал её поездку. А я-то знала об этом сразу, как только узнала о существовании Корнелиуса Фаджа! Ну, я как всегда упускаю хорошие шансы и возможности... - Лаванде Браун очень нравится ваш предмет, - заговорила Алиса. - Она постоянно сверяется со справочниками, которые вы редактировали, и всегда гадает нам на кофейной гуще по вечерам. - Лаванда? А, конечно, я её помню. Старательная девочка, думаю, при правильном применении её энергии она может развить свою интуицию... Настоящей Кассандры, кончено, из неё не выйдет - у неё недостаточно для этого способностей, но, думаю, погоду она предсказать сумеет. Алиса рассмеялась. - Переверните-ка чашку, - сказала Трелони. - Только для начала повращайте ей немного, как я вас учила... Так, семь раз против часовой стрелки... Правильно... Трелони ловким жестом опрокинула свою чашку на блюдечко, у Алисы получилось не так хорошо. - Давайте-ка, я посмотрю... Трелони долго рассматривала рисунок, образованный чаинками. - Ну вот... Вижу неприятности... Не волнуйтесь, совсем небольшие.... А вот на любовном фронте явно нечто интересное... Вижу парня. Он по вам сохнет. Именно сохнет, другие, вижу, увлечены вами, но не настолько... А вот тут - ваш враг. Не бойтесь, он только лишь набирает силу и будет действовать через кого-то, кто вам очень интересен... Будьте бдительны, - гадалка отвалилась на спинку плетёного кресла. - Ну, я думаю, вам пора. Через несколько минут начинаются пары у Минервы МакГонагалл, а она, насколько я знаю, не терпит опозданий. Алиса встрепенулась и посмотрела на часы, висящие над шкафом. Действительно, до начала занятия оставалось всего минут пятнадцать, а ей ещё за домашним задание заскочить в спальню надо... Поблагодарив Трелони, она поторопилась спуститься и, сорвавшись с последней перекладины верёвочной лестницы, больно ушибла себе ногу. Пробегая мимо Кэдогана, Алиса услышала вслед массу комплиментов и почти физически ощутила, как у неё покраснели уши: как-никак, а вежливость всегда подкупает, даже от такого типа, как сумасшедший рыцарь. *** За обедом Алиса рассказала Гермионе о том, что узнала от Трелони. - Вот видишь, я же говорила... Эта старая перечница только напустит мороку, туману, и оставит тебя размышлять над совершенно бесполезными вещами. Нет, Прорицания - не моя стезя. - Кто бы сомневался, - хмыкнула Алиса. Гермиона сделала вид, что не расслышала. Рон, который слышал всё, о чём разговаривали девочки, покачал головой: - Не знаю даже, что и сказать на это... С такими снами надо обходиться серьёзно. Ты бы была повнимательней, Алиса, мало ли что... Вот папе как-то раз приснилось, что сместили Министра Магии, а на следующий день в их отделе была грандиозная проверка. Хорошо хоть, что мой отец добросовестно относится к своей работе. Однако вечером, когда Алиса и Гермиона вслух читали пятый раздел "Трансфгурации для третьего курса", пытаясь разобраться в хитросплетениях высших разделов магических искусств, произошло нечто очень удивительное. Медальон, висевший на шее Алисы, внезапно вспыхнул: по бороздкам, образующим рисунок знака воздуха, будто пробежали ручейки синего пламени. Гермиона поспешно достала из кармана жилета свой. С ним происходило то же самое, только цвет пламени был зелёный. - Ну разумеется, это цвет стихии земли! - воскликнула она, выразив мысль, витавшую в головах обеих. Тем временем рождественские сувениры начали дрожать, как если бы какая-то сила изнутри пыталась вырваться наружу. Сияние разгоралось всё ярче, пока за этими потоками света едва не перестали быть видны сами символы. Щелчок - и Алиса почувствовала, что её обволокло что-то необычайно нежное, как будто она на мгновение погрузилась в тёплые летние морские воды. Лёгкая волна пробежала от груди до лодыжек. Она не успела удивиться, как увидела, что на Гермионе вместо школьной формы появилось удивительной красоты платье, из тех, что теперь уже не шьют. Оно сочетало в себе изысканность и роскошь старины и современную лаконичность - лиф удерживала одна лишь лямка, переброшенная через плечо, ткань была расшита множеством серебряных нитей, так что казалось, что платье было соткано из частиц утреннего тумана, окутывавшего росистый майский луг. Линию подола обегала прелестная вышивка: рисунок её составляли странные символы, не то руны, не то какие-то другие незнакомые Алисе магические знаки, странный, вьющийся рисунок поднимался по диагонали от талии к вороту. Гермиона в этом платье напоминала какую-то древнюю кудесницу, не то Аэндорскую волшебницу, не то Нимуэ в лучшие годы жизни. Гермиона во все глаза таращилась на Алису. Алиса перевела взгляд на грудь и осмотрела, наконец, то, что заставило её будто бы задышать чистейшим горным воздухом. Она тоже была в необыкновенной одежде. Но то было голубое платье, нежно-лазурное, с узором из солнечных лучей - так блистали и переливались в свете свечей золотые нити, образовавшие сложнейший и тончайший рисунок-орнамент ткани юбки. Поверху платье скреплял корсет но настолько невесомый, настолько лёгкий, что прежняя школьная форма показалась Алисе настоящей робой. На тон светлее наряда, он был изукрашен узором из синих нитей, сплетающихся и расплетающихся в невероятных сочетаниях, так, что они напоминали, скорее, миниатюры в каком-нибудь древнем магическом трактате. На мгновение Алиса почувствовала себя холстом, на котором летописец прошлого запечатлел деяния давно минувших дней. Некоторое время девочки не могли вымолвить ни слова: настолько сильным оказалось удивление и восхищение перед чудом волшебства, сумевшем так облагородить их внешность. Они казались друг другу взрослее года на три, и необычайно похорошевшими. - Обалдеть! - Симус Финниган, чинивший свою метлу за соседним столиком, глядел на них во все глаза. - Когда вы успели переодеться? У нас что, какое-то празднество? - Гермиона, никогда бы не подумала, что ты обладаешь таким отменным вкусом, - с искренним восхищением и даже с ноткой зависти выразилась Лаванда, оторвавшись от переписывания у Парвати домашнего задания по трансфигурации. - И какое эффектное появление! Вам бы работать в департаменте по международному магическому сотрудничеству, как раз в отделе модной индустрии! Все остальные недоумевали, какое волшебство могло сотворить такое чудо, и были явно поражены. По гостиной то и дело проносились шёпотки и воркованье сплетниц - они оживились и стали громче сразу после того, когда Алиса и Гермиона отправились в спальню, и великолепие нарядов было явлено всей гостиной. Подруги были настоящими принцессами, особенно эффектно выглядело то, как они поднимались по полуспиральной лестнице в спальню девочек. Весёлые близнецы Уизли, которые завалились в гостиную, что-то бурно обсуждая, замерли с открытыми ртами, так что Полная Дама возмущённо протараторила что-то по поводу того, что ей не хотелось бы получить очередной нагоняй за то, что она держит проход открытым слишком долго. Алиса поторопила Гермиону, и они поскорее скользнули в спальню, поплотнее прикрыв за собою дверь.