Златовласка

Когда Алиса увидела снова башни и башенки Хогвартса, её охватили трепет и волнение. Из лодки замок казался огромным, непонятным гигантом, возвышающимся своей громадой над холодными водами озера. Новая жизнь, а, значит, и новые возможности открывались перед бесстрашной исследовательницей магии, которая вместе со своими друзьями переходила на четвёртый курс школы чародейства и волшебства. Алиса и думать боялась о том, что её ждало впереди. Неизвестность и манила, и в то же время беспокоила её. Перебирая в уме впечатления прошлого лета, Алиса поняла, что самым ценным и дорогим воспоминанием её были не беспечные деньки в Шармбатоне, и даже не восторги от соревнования в квиддиче, а то, что она хранила в памяти на протяжении всего лета – Малфой и всё, что связывало воедино его и прошлое, будущее и настоящее Алисы. Алиса и рада была увидеть своего друга, и в то же время боялась, не изменился ли он за всё это время. Гарри и Гермиона спрашивали у неё поочередно, не случилось ли что-то с ней, поскольку Алиса почти не разговаривала по дороге, а только смотрела на замок и на его окрестности с задумчивым видом. Алиса отмахивалась от них и отмалчивалась, и настроена была довольно серьёзно. Гермиона не уставала щебетать о том, что она за последние дни, проведённые в норе, успела настрочить ещё пару пергаментов Бинсу, а Рон с упоительным видом жевал шоколадную лягушку, рассказывая между делом о своих планах на весь учебный год. Алиса даже видела Седрика Диггори в соседней лодке, который помахал ей рукой в знак приветствия. Кареты довезли их до школы, и вскоре друзья снова оказались в большом хогвартском холле, в котором уже стояла МакГонагалл с большим свитком, на котором были записаны имена новоприбывших. Алиса улыбнулась, вспомнив себя когда-то, и подумала, что, будь у неё возможность учиться на двух факультетах одновременно, она бы выбрала Слизерин или Когтевран, и ей в голову вдруг пришла идея касательно Маховика Времени, который использовала Гермиона для того, чтобы успевать на все занятия одновременно. «Эта штучка очень пригодилась бы мне сейчас, когда мне снова придётся разрываться между моими друзьями и Драко, с которым наверняка в том году будут сплошные склоки». Алиса уже собралась обратиться к Гермионе, чтобы если не воплотить, то, во всяком случае, обсудить подобную возможность (Алиса знала, что Гермиона любит рассуждать о вещах странных, далеких от жизни и практически невозможных), как двери Большого Зала распахнулись, вспыхнуло множество свечей и вскоре все уже расселись по местам. На кафедру поднялся Дамблдор. Он рассказал о Турнире Трёх Волшебников – выдающемся состязании для тех, кому придётся столкнуться с самыми изощрёнными и искусными уловками, на которые горазды наиболее искушённые волшебники всех времён, и познакомил присутствующих с соглашением стран касательно международного магического сотрудничества в области спорта. Алиса долго не могла поверить, что такому сложному состязанию будут подвергать детей, старше её лишь на несколько лет, и она подумала, что на месте тех, кому придётся быть чемпионами, она никогда не хотела бы оказаться. А уже на следующий день в гости к англичанам пожаловала делегация из Шармбатона и Дурмстранга. Их появление оказалось весьма эффектным, и оно весьма впечатлило внешне сдержанных и рациональных англичан. Карета Шармбатона была расфуфырена в пух и прах, и Алиса, зная о том, что вместе со всеми остальными в ней прибудет и её двоюродный брат, заранее приготовилась к встрече с ним, раздобыв из школьной библиотеки те сведения, о которых они уже успели поговорить с Гермионой. Гермиона, конечно, уже успела наделать делов: она заставила Рона выслушать её лекцию по истории магии, и Рон, сидя со скучающим видом у камина, делал вид, что слушает, хотя по его виду было ясно, что мысли его витают где-то очень далеко. - Если мысль не улеглась в голове, значит, её туда плохо приглашали, - заявил Гарри, который сидел рядом и разглядывал учебники. - Да уж, если мыслям Гермионы не уделять достаточно внимания, то мы рискуем потерять её как друга, - ответил Рон, с подозрением глядя на очередной приготовленный к изложению реферат девочки. - Для вас же стараюсь, - ответила Гермиона. – Знаете, лучше уж сейчас начать заниматься, чем потом навёрстывать упущенное на консультациях. Алиса вспомнила о том, как жаловались мальчики Гриффиндора на Гарри и Рона, когда они тайком изучали древние манускрипты под одеялом, мешая остальным нормально высыпаться. - Я хотела бы вас поближе познакомить с тем, кто составил мне прекрасную компанию на моих волшебных каникулах в Шармбатоне, - Алиса решила снять напряжение среди остальных. - А, это твой брат, тот самый, который так много читает? – Рон был, как Алисе показалось, сильно заинтересован. - Да, и я хотела бы, чтобы вы поделились с ним своими наработками. - Будет сделано! – Рон, казалось, был обрадован подобной перспективе. Во время приветственного обеда Алиса увидела Андре, сидящего столом Когтеврана. Брат же её, такой красивый, такой юный, искал её глазами, но так и не увидел. Девочка решила поговорить с ним позднее. *** На следующий день, который начался с занятия у Стеббль, Алиса блеснула своими знаниями. Она довольно много наработала за предшествующий период, и Гермиона даже говорила, что в соперничестве с Алисой невозможно выйти победителем даже Невиллу Долгопупсу, который был, наверное, одним из самых успешных лидеров в этой области. Стебль осталась довольной и присудила Гриффиндору сразу двадцать баллов – за превосходное знание материала и за замечательные практические достижения, которые продемонстрировала девочка. Гарри и Рон посматривали на неё с удивлением, а восторженный невилл на перемене пожал ей руку, сказав, что надеется на плодотворное с Алисой сотрудничество. Алиса была горда собой, и даже не стала перепроверять работу по Травологии, которую сдала в конце урока: она обычно на скорую руку редактировала свои рукописи на пару с Гермионой. Подругу это привело в изумление, однако она ничего не сказала Алисе, только пообещала, что возьмёт реванш на занятиях у Флитвика или у МакГонагалл. В школе тем временем только и разговоров было, что о Кубке Огня да о способах, которыми можно было его одурачить. Много сплетен и домыслов ходило одновременно вокруг предполагаемых кандидатов в чемпионы, на которых, точно на скачках, делались ставки, а также общее удивление множества вызывали неизвестные ранее ученикам Хогвартса обычаи их иностранных гостей. Некоторые уже успели подружиться со студентами Шармбатона и Дурмстранга, и эти некоторые составили этакую элиту, которые ни в какую не хотели подпускать к себе тех, кто, по их понятиям, недостаточно хорошо был подготовлен к восприятию всего того, что стало тайной и составило суть ходячих анекдотов касательно Международного Магического Сотрудничества. Многих это доводило до бешенства, и некоторые английские юные маги даже говорили, что никогда не станут знаться ни с теми, ни с другими, поскольку это, де, только развращает нравы и портит вкус. Среди многочисленных знакомых Алисы одна только Гермиона проявляла терпимость по отношению к иностранцам, утверждая, что, если бы не было новоприбывших, общий уровень культуры студентов Хогвартса был бы гораздо ниже, нежели в случае, когда происходила ассимиляция привычек, верований и увлечений тех, кто учился в английской академии магии, с теми, которыми жили французские студенты и студенты Дурмстранга. Вечером этого дня Алиса решила навестить Андре и поговорить с ним. Карета Шармбатона, казалось, могла украсить собой любую светскую вечеринку: она была настоящим произведением искусства, и, как и оказалось в действительности, внутри этих карет было расположено главное святилище шармбатонцев – их апартаменты и опочивальни. Внутри эти волшебные повозки оказались настоящим дворцом: в них было всё, чего только могла пожелать душа – и кровати, овеянные тонкими тюлями, и большие обеденные столы, на которых красовались многочисленные канделябры, и камины, в которых играл огонь. Были даже небольшие фонтанчики, в которых отражался свет сотен разноцветных свечей, парящих под потолком, изукрашенным изысканной лепниной. Алиса нашла Андре в раздумьях над очередным манускриптом. Он читал в свете большой зеленоватой лампы, и вид у него был самый что ни на есть загадочный. - Привет, - Алиса слегка тронула брата за рукав мантии. Мальчик вздрогнул. - Эй, разве можно… Мерлин, Алиса! Как ты сюда вошла? - Представилась своим именем, назвала твоё, проследила генеалогию – и вошла! – ответила девочка. Ей, действительно, пришлось дать отчёт перед стражем кареты – тонким лакеем с гладко выбритым лицом, в крови которых, по его гордому заявлению, текла кровь древних французских магов эпохи Каролингов. - Ну и замечательно, что ты здесь. Я вчера никак не мог найти тебя… за обедом. Всё высматривал, высматривал… - Я сидела недалеко от тебя, прямо за близнецами Уизли, я тебе про них рассказывала. Они длинные, так что, неудивительно, что ты не смог меня сразу обнаружить. - Всё равно мы не успели бы с тобой поговорить. У нас, знаешь ли, строгий режим. Потенциальным чемпионам просто необходимы всякие формальности для поддержания тела и духа в равновесии. - Вот и прекрасно. Я просто уверена, то ты станешь одним из Чемпионов, - решила поддержать Алиса Андре. – Знаешь, если бы я была твоего возраста, я бы побоялась во всём этом участвовать. Лиса помнила описания Турниров и сопряжённых с ними опасностей, и ещё тогда, на первом курсе, сказала, что, случись подобная заварушка в Хогвартсе, она будет бежать от подобных предложений как от огня. Они поговорили ещё с час на разные темы, Андре угостил девочку великолепным сливовым морсом и вызвался проводить её до гриффиндорского крыла.