Златовласка

В один из прекрасных октябрьских вечеров, когда осень еще не вступила в свои права в полной степени, а лето ещё не отошло в прошлое насовсем, Алиса и её друзья объявили внеплановое собрание Ордена Забытого Класса. Седрик Диггори собирался продемонстрировать одну замечательную вещь, о которой в своё время в школе слагали легенды, но потом подзабыли, и история об этом замечательном артефакте стала притчей во языцех. Осторожно вытащив из обёрточной бумаги старинный кубок, Седрик принялся а описание его свойств. - В этом кубке можно сварить любое зелье, причём два раза быстрее, чем в простом котле. Представляете, какое поле для деятельности это открывает для нас? Малфой в это время рассматривал большую колоду карт ТАРО у Луны, которая в последнее время взяла обыкновение пророчить будущее членам клуба. Луна что-то живо объясняла не особо внимательному Малфою, но, когда он заговорил, оскорблённо обиделась и замкнулась в себе: во всяком случае, это было видно по её лицу, ставшее сегодня более, чем обыкновенно, бледным, бледнее, чем лунный диск на ночном небосводе. - Просто потрясающе! - Драко едва не выхватил кубок из рук Седрика. - Мне трудно поверить, что эта вещь существует в действительности: о ней так часто говорили, особенно на наших сходках... Но, зуб даю, что почти никто и ныне живущих слизеринцев её воочию не видел. - Немудрено, - усмехнулся Седрик. - Дело в том, что эта замечательная штуковина была обнаружена, исследована и использована впервые нами, пуффендуйцами. Она передавалась, так сказать, "по наследству" лучшим ученикам факультета Пенни. Кажется, и у вас должна быть подобная замечательная штуковина, - Седрик бросил взгляд в сторону Малфоя. Малфой довольно улыбнулся. Алиса вспомнила, как Драко демонстрировал ей чудеса удивительного напитка, который они вдвоём использовали для того, чтобы прозреть своё будущее. - Так вот, - продолжал Седрик. - Я думаю, вам небезынтересно будет узнать то, как правильно использовать этот предмет. Обычно его употребляют тогда, когда становится уж совсем невмоготу на учебном поприще, и необходимо улучшить академические достижения. Невинный стимулятор, правда, обладающий особенным действием на того, кто использует его с чистым сердцем. - Ты говоришь загадками, как всегда, - улыбнулась Алиса, а Луна как-то странно посмотрела на Седрика. - Ну, всё станет ясно, когда вы сами испробуете этот напиток, - Седрик достал из своей сумки набор каких-то колбочек и большую старинную книгу. - Вот, смотрите. Здесь собраны старинные предания, которые необходимо выучить. скажем, к уроку Бинса, а у вас для этого слишком мало времени. Используя мои наработки, можно повысить качество вашей успеваемости, по крайней мере, вдвое. - Бедные наши головы, - улыбнулась печально Луна. - Чему нас здесь только не учат, я имею в виду Хогвартс... Не говоря уж о тех, кто собирается принять участие в Турнире. - Да уж, - выдохнула Алиса. - Сколько не парься, а выше головы не прыгнешь... И, хотя я не признаю подобные «стимуляторы», я был бы не прочь отведать этого напитка, хотя бы для того, чтобы... - ... Узнать то, что лежит за пределами достижимого, - закончил за неё Малфой. - Вот видите, вы прекрасно поняли суть нашей пуффендуйской тайны, улыбнулся Седрик. - Это зелье поможет вам узнать то, на что не способны ваши мозги. То есть, зелье способно просто улучшить качество работы ваших мозговых аппаратов. - Гермиона была бы явно этим недовольна, - заметила Луна. - Не люблю все эти искусственные подспорья, - сказал Малфой - Однако, если грамотно его употребить... - Посмотрим, - Махнула рукой Алиса. - Может, и взаправду что-нибудь, да получится. Седрик принялся за изготовление напитка, в это время остальные тренировали свои навыки в чарах Рассеивания, которые Флитвик задал на изучение четвёртому курсу. Это были странные чары, особенно тяжёлым была вторая часть заклинания, когда необходимо было максимально сконцентрироваться, и, тем самым, отдать часть своей незримой витальной силы для того, чтобы расщепить объект на множество невидимых атомов. Пока Малфой, которому это далось проще, чем всем остальным, объяснял девочкам, что к чему, Седрик возился с бутылочками и страницами книги, истории из которой он намеревался выучить наизусть. - Это просто большая шпаргалка, которая укладывается в голове, а потом выветривается из неё, как песок, - объяснял Диггори. - Это не совсем честно по отношению к преподавателю, который вкладывает душу в то, чтобы обучить нас тому, что знает сам, - для Алисы, которая с такой лёгкостью согласилась на эксперимент, всё же казалось несколько непривычным подобные методы работы с первоисточниками. Вот и посмотрим, что ты скажешь, кода из тебя рекой польются сведения о древних культурах, - подмигнул ей Седрик. Тем временем у Луны уже стало получаться что-то стоящее: она сумела развеять по ветру большую хрустальную вазу, которая пылилась на шкафу, Малфою едва удалось вернуть её в изначальный вид. - Вот и отлично, - Луна смотрела на творение рук своих не без тени самодовольства. - Думаю, если всё так пой дёт и дальше, мы намного опередим Когтевран. - Ох уж это факультетское соперничество, - со странной иронией в голосе сказал Малфой. – Когтевран и Пуффендуй соперничают между собой гораздо ожесточённее, чем любые известные мне чистокровные дома Европы – в спорте или в других областях… - Да, но ты не забывай, что подобного рода соперничество существует и между нашими факультетами, - сказала Алиса, подразумевая вошедшее в поговорку противостояние между Гриффиндором и Слизерином. - Забудешь тут, - проворчал Малфой. - Особенно после того, как Снейп поощрил тебя на последнем занятии двадцатью балами. - Я же их честно заработала, - невинно сказала Алиса, возвращая расщеплённую Малфоем статуэтку в изначальный вид. Собирающие чары, как и Малфою, удавались ей лучше всего остального, и ей нравилось лишний раз демонстрировать самой себе собственное мастерство. Ещё с час они занимались этими странными превращениями, а у Седрика уже почти готов был бульон, который источал ароматы смолы и древесных листьев. Осторожно налив в кубок варево, Седрик прошептал что-то себе под нос и отхлебнул глоток. Издав странных всхлип, пуффендуец откинулся на спинку большого кресла и закрыл глаза. Спустя несколько секунд он уже выдавал тираду за тирадой из "Кельтских сказаний", да такие сложные, что Алиса изумилась: выучить их было делом нелёгким, тем более, за такое короткое время, за которое, как убеждал Седрик, эта книга пролежала у него на прикроватной тумбочке. Малфой был более чем удивлён, и Алиса и моргнуть глазом не успела, как он уже наливал себе зелье и готовился разучить "Стандартный курс заклинаний для четвертого курса", который только что выудил из сумки. *** Действие этого зелья Алиса увидела на второй паре у профессора зелий, на которую она с Малфоем отправились после обеденного перерыва. Малфой похвалялся тем, что он, де, сумеет теперь дать фору всем, кто прежде опережал его в таком сложном предмете, как Зельеварение, а, если понадобится, то и на Заклинаниях и Истории Магии он тоже продемонстрирует свои глубокие, хотя и сомнительным образом приобретённые познания. Алиса негодовала, но поделать ничего не могли, поскольку это непременно выдало бы их общую тайну, существование Клуба Забытого Класса раскрылось бы, и все узнали бы об их посиделках. Алиса этого допустить не могла, поэтому, скрепя сердце, решила во что бы то ни стало поднапрячься и не дать Малфою вырваться вперёд. О том, что Алиса лучше слизеринца разбирается во многих заклятиях, знали они оба, да все остальные, поэтому Алисе ничего не оставалось, кроме как делать ставку на собственные ум и интуицию. Первыми парами шло Зельеварение, на котором Снейп поручил студентам приготовление мудрёного отвара под названием «Прометеева Искра». Особенность варева заключалась в том, что оно напоминало собой нечто вроде жидкой плазмы, и способно было гореть бесконечно долгое время. Открыто это варево было довольно давно, но волшебники редко им пользовались, разве что за неимением волшебной палочки где-нибудь в глухом лесу, но Снейп настоял, чтобы и это зелье ученики знали, как свои пять пальцев. Алиса никогда прежде не готовила его, и поэтому она надеялась только на своё безукоризненное чутьё в соперничестве с тем, кто мог бы добавить Слизерину приличную партию изумрудов и, тем самым, отодвинуть надежду на успех в межфакультетском соревновании на неопределённо долгое время. Малфой подмигнул ей, когда Снейп бросил: «Начали!». Алиса с каменным сердцем, памятуя о том, что дело безнадёжное – соревноваться с тем, у кого в памяти весь сборник «Стандартного курса зельеварения», всё же понимала, что у неё есть вероятность вырваться вперёд хотя бы потому, что некоторые зелья ей давались особенно легко за счёт понимания тех связей, которые не прописаны ни в каких учебниках, а даются лишь в процессе долгого изучения этого предмета, и, возможно, приобретаются с наследственностью. Малфой, хотя и был мастак в зельях, всё же порой не мог уловить те тонкости, на которые была горазда Алиса, доводящей свои зелья до совершенства и порой удивляя самого Снейпа необыкновенными свойствами, которые шли в дополнение к основным, тех зелий, которые она готовила в одиночку. И Алиса спешно считала головки лука и граммы тёртых копыт гиппопотама в надежде, что и в этот раз она выйдет победителем. Понимание сущности зелий – это редкий дар, и даётся он не каждому. Возможно, именно это сделало профессора Зельеварения таким раздражительным, ведь все мы имеем обыкновение свысока относиться к тем, кто менее нас развит, и легко выходим из себя, когда что-то, по нашему авторитетному мнению, делается неправильно. Вот и в этот раз черноволосый преподаватель, как всегда, эффектно размахивая полами плаща, повторял свою излюбленную процедуру: незаметно подкрадываться сзади к столам, на которых кипели котлы, и резко гаркать над ухом: «Высушить!». Снейпу это дело нравилось, и Алиса, вокруг которой творилась подобная инсценировка всякий раз, когда дело доходило до сложных зелий, в другое время бы растерялась, но теперь ей было не до этого. Необходимо было срочно обнаружить заменитель долгого процесса вываривания стеблей бамбука и процесса выпаривания солей из второй части приготовления зелья. Покопавшись в памяти, она сумела найти выход: она заменила бамбук аналогичным по свойству корнем горицвета (в сочетании с багульником он давал – поразительно! – в точности такой же эффект), а выпаривание солей ускорила тем, что добавила в котёл катализатор – сложную смесь из редких трав, запас которых она ещё хранила у себя на дне сумки на крайний случай, в то время как у всех её сверстников он уже кончился: они использовали его почти сразу, как только Снейп ввёл в обыкновение устраивать задания на скорость. Луна посматривала на Алису с надеждой, Малфой же и ухом не повёл, когда уставшая Алиса пробралась к шкафу, где лежали крылья летучей мыши. Он только улыбнулся и бросил в её сторону: - Подумать только, и как, скажите мне, мы должны доставать бамбук и всё остальное, чтобы просто развести костёр в лесу?.. Алиса не могла с ним не согласиться, хотя на душе у неё скребли кошки. Соревнование продолжалось ещё час, в результате которого Малфой застопорился на деликатном процессе смешения разнородных порошков, а Алиса успела это сделать в два раза быстрее, чем он, просто заменив порошки настойкой некоторых трав, которые в изобилии стояли у Снейпа на одной из верхних полок. Правда, чтобы достать их, пришлось потрудиться, и Алиса едва не соскользнула со стремянки с банкой огромной лиловатой жидкости, в которой плескалось что-то осклизлое и мерзкое, на пол (банка закрывала ящичек с настойками), зато про себя она удовлетворённо заметила, что заметно приблизилась к уровню Малфоя. Между тем умудренный пуффендуйским зельем мальчик дал слабину и надменно поглядывал на Алису, которая вся взмокла. Сделав вид, что она только начинает дело, Алиса добавила ещё одну ноту превосходства в симфонию малфоевского неоправданного самомнения, чем изрядно била его с толку. За последней фазой приготовления зелья Малфой наблюдал спустя рукава, и Алисе это дало те шансы на успех, которых прежде у неё не было и не намечалось быть. Едва зелье настоялось те должные пять минут, что отделяли Алису от финиша, она незаметно набрала бутылёк и юркнула к столу, пока Малфой увлёкся беседой с Гойлом, у которого, кстати, ничего не задалось с самого начала, только воняло от его котла на весь класс. - А, у нас объявилась победительница, - заметил Снейп. – Я даже не удивляюсь, поскольку эта девочка знает зельеварение лучше, чем кто-либо другой со старших курсов. Уверен, из тебя выйдет великолепная ведьма, милая моя, - улыбнулся ей дядя. Малфой, который безмятежно беседовал со своим приятелем, подпрыгнул, как ужаленный, и уставился в свой котёл, который только-только начинал приобретать должный окрас, говорящий о том, что зелье доведено до готовности. - И у вас, мистер Малфой, я вижу, всё тоже замечательно, - промурлыкал Снейп. – Ставлю вам пять баллов за такое совершенство… Кто бы мог подумать, что вы сделаете успехи тогда, когда от вас этого никто не ожидает… Не обижайтесь, просто в последнее время я начал беспокоиться… Мне показалось, что вы не прилагаете достаточных усилий в изучении моего предмета, но теперь вижу, что ошибался на этот счёт. И всё же, победитель уже объявлен. Алиса тихо улыбнулась. Уставшая, вспотевшая, но довольная и гордая, она сделала вид, что разговаривает с Лавандой, которая в это время, забыв обо всём, повернулась к Алисе и тихо и радостно поздравляла её с успехом. Алиса не хотела, чтобы Малфой видел её торжество. Между тем мальчик стоял, как громом поражённый, и видно было, что триумф Алисы ему изрядно досадил. - Вот ведь как можно обойти древние сомнительные средства достижения успеха, - улыбнулась Парвати. – Честь тебе и хвала, хотя бы просто потому, что ты трудишься ради правды и четности! Польщённая, Алиса почувствовала, что краснеет. Но впереди было её одно соревнование – занятие у Бинса, победить в котором Алисе представлялось гораздо более сложным предприятием, чем то, в котором она только что одержала победу.