Златовласка

- Я уже бросил своё имя в Кубок, - не без гордости сообщил Седрик на очередном занятии в Забытом Классе. Алиса улыбнулась, вспомнив неудачный опыт Фреда и Джорджа обмануть Стража Чемпионов. - Да уж, не повезло некоторым, - не без сарказма в голосе бросил Малфой, точно прочитав мысли Алисы. – Сразу видно, что это – порода Уизли. - Да будет тебе, - безмятежно отозвалась Луна, которая до этого воодушевлённо объясняла Андре про то, какое значение принимает карта Императрицы в сочетании с Тузом Кубков. – Стоит из-за каких-то пустяков трепать себе нервы? - Это не пустяки, - серьёзно заметил Малфой. – Признаться честно, эти Уизли просто бесконечно мозолят глаза. Куда не глянь – сплошные Уизли. Деваться от них некуда. Алиса возмущенно провозгласила что-то вроде «Перестань», но вышло это как-то неуклюже и скомканно, так, что все рассмеялись. - Это лучше ты перестань, - лениво отозвался Малфой. – Постоянно их защищаешь… И водишься незнамо с кем, с этим Криви, например, как тебе только не надоело помогать этому оболтусу… Ходит вечно со свое камерой, когда ж, наконец, кто-нибудь её разобьёт… - Ты становишься агрессивным, - резонно заметил Седрик. - Это всё от скуки и от одиночества, - буркнул Малфой. – Знаете же, что я не особо горю желанием общаться с кем-то в виду последних событий… В кругу друзей Малфою было проще разговаривать по поводу своего недавнего обращения в хорька. Седрик и Луна отлично его понимали. - Так займи себя чем-нибудь, - Луна услужливо протянула Малфою колоду. – Вытяни вот карту на завтра… На целый день предсказание. Это, кстати, самое что ни на есть интересное времяпрепровождение: интерпретировать пророчества… Кто знает, что имела в виду судьба, подбрасывая тебе некие знаки? - И ты туда же! – Малфой закатил глаза. – Тебя надо поближе познакомить с Паркинсон, она знает толк в вещах более прозаичных, наверняка бы наставила тебя на путь истинный и отвлекла бы от Эмпиреев, в которых ты постоянно витаешь… Тебя даже эта грязнокровка ничему не научила. Луна уже собиралась было обидеться, но Седрик вставил своё замечание весьма вовремя, чтобы остудить пыл товарища: - Драко, у тебя, по-видимому, просто плохое настроение… Не думаю, что это хорошо – портить его другим. - А я и не сбирался… - попытался было возразить Малфой, но тут же притих. Андре зачарованно глядел на нежные, чуть полноватые руки Полумны, когда та отточенным движением вынимала карту за картой, исполняя на поверхности столика небольшой расклад. - У тебя большой талант, Луна, - поддержал Седрик девушку. – Тебе наверняка светит судьба новой Сивиллы, вроде Трелони… Старушка уже не та, что была раньше... - Я бы так не сказала, - задумчиво возразила Алиса. – Знаешь, совсем недавно она изрекла одно пророчество, которое реабилитировало её в глазах общественности… - И что же это за пророчество? – поинтересовался Седрик. - Сейчас расскажу, - Алиса очистила руки после котла, в котором кипел один из тех бесчисленных обеззараживающих растворов, которые Снейп считал жизненно необходимым задавать своим любимчикам на самостоятельное изучение. – Как-то раз я задержалась у Трелони после экзамена… И Алиса поведала приятелю историю про экстаз Трелони, который напрямую отсылал к возвращению Тёмного Лорда. - Было бы просто замечательно, - не без удивления сказал Малфой после минутного молчания, которое установилось в классе после рассказа девочки, - Если бы она нагадала нам, кто же победит в этом состязании… - О таких вещах не часто гадают настоящие пророчицы, - тихо заметила Луна. – Говорят, что подлинное прозрение будущего рождается в тот момент, когда в обществе уже назрели соответствующие способности воспринять то, что продиктовано Судьбами свыше. А о таких мелочах обычно не гадают. Это всё равно, что делать ставки на лошадей во время скачек. - Ахха! – рассмеялся Малфой. – Только не приседайте мне на уши! Я недавно был в Хогсмиде, и слышал, как Трелони пророчила страшную судьбу нашему лесничему, который собирался, по-видимому, нализаться вдрызг. Она сказала, что если он не воздержится вечером от спиртного, то его за углом подстережёт Грим. - Да ладно, не утрируй, - бросил Седрик. – Так прямо и сказала? - Не веришь – пойди и уточни, - обиделся Малфой. – Я же говорю, ничего особенного она из себя не представляет. Может, когда-то она и имела некоторые способности… - Давайте уж закончим этот вековечный спор, - предложила Луна, миролюбиво положив руку на ладонь Андре, который собирался сказать что-то касательно хогвартской Кассандры, в кабинет к которой не преминул возможностью заглянуть, чтобы узнать, как пройдёт его отпуск по обмену. – Никто никогда не узнает о том, что являет собой Трелони до тех пор, пока она не угадает что-нибудь ещё. Она часто напоминает мне гигантскую пещеру с тысячью переходов, в которых можно запутаться, но в которой можно обнаружить неиссякаемую жилу. Никогда не знаешь, куда тебя выведет от или иной поворот. На этом все и успокоились. Луна ещё долго говорила с Андре: было видно, что эти двое прониклись друг к другу большой приязнью: Андре был необыкновенно разговорчив, да и Луна в общении уже не казалась такой отстранённой, как обычно. Седрик с воодушевлением пересказывал Алисе и Малфою то, что прочитал в книгах касательно прошлых Турниров Трёх Волшебников. - Представляете, в 1733 году все участники погибли, и весь денежный приз ушёл на организацию их похорон… А столетие спустя, кажется, в 1832, когда в качестве испытания была предложена полоса препятствий на пересечённой местности, и был использован магический туман, один несчастный почти рядом с конечным пунктом ушёл слишком далеко от тропы и разбился на смерть о камни ущелья… Другие до финиша тоже не дошли, так что славу он всё-таки приобрёл, пусть и посмертную… Алиса слушала внимательно, и ей становилось немного не по себе. - Жаль, что мне нет ещё семнадцати, - сказал Малфой. – Я бы точно стал победителем. - Не особо зазнавайся, дружок, - не удержавшись, подколола его Алиса. – Помню я, кто победил в соревновании по зельеварению. Малфой посмотрел на неё как-то странно. - Победителей не судят… - глядя сквозь Малфоя, добавила Луна. – А вот победители могут судить только самих себя. В таких же рассуждениях прошёл остаток вечера. Вскоре, уже на следующий день, узнали о том, кто будет Чемпионами. Среди них оказался и Седрик Диггори, и, ко всеобщему недоразумению, разочарованию и даже озлоблению, Гарри Поттер. Слухи поползли по Хогвартсу, точно змеи, строились самые невероятные предположения о том, каким образом Мальчик, Который Выжил сумел одурачить Кубок. И почти ни на кого не произвело особого впечатления авторитетное заверение Грюма по поводу того, что школьники в силу своего возраста не могут овладеть заклинанием «Конфундус», которое одно способно повлиять на решение этого древнего артефакта. *** Гермиона на очередном сборе в Забытом Классе только и делала, что говорила о своём новом увлечении. С недавних пор она стала одной из частниц, а, если уж говорить наверняка – главным председателем организации с «необыкновенно говорящим», по выражению Рона, называнием: «ГАВНЭ». Рон только и делал, что постоянно подшучивал над Гермионой, на что та только огрызалась, что невольно заставляло Алису и Гарри постоянно одёргивать рыжеволосого. Если уж Гермиона чем-нибудь и увлекалась, то это было надолго и затрагивало все сферы жизни гриффиндорской гостиной. На этот раз объектами её изучения и покровительства оказались домовые эльфы, которые, по словам лучшей ученицы, не знали, как себя защитить. - Вот поэтому я и горда тем, что сама встала на их защиту. Первой. По самодовольному виду Гермионы было видно, что она изрядно попотела над изучением этой проблемы: такое выражение лица наблюдалось у девочки всегда, когда она после долгих поисков обнаруживала в библиотеке Хогвартса что-нибудь интересное для всех, включая самых нерадивых студентов факультета. - А до этого что, никто этим не занимался? – с подозрением спросил Гарри. - Представляешь, нет! – у Гермионы округлились глаза. – Ты не поверишь, но несчастные эльфы гнули спину на своих господ всю историю их существования. - И ты думаешь, что деятельность твоей организации поспособствует тому, что они все сразу возьмут и бросят привычный труд? – спросила Алиса. - Ну, не сразу… Я надеюсь пробудить в них, так сказать, расовое самосознание… Чтобы они сами поняли, в каком положении находятся. А позже они сами разберутся со всем остальным. У меня тут висит проект предоставления оплачиваемых рабочих мест для домовиков… Конечно, он ещё сырой, но я думаю, что, если над ним поработать... - И кого же ты собираешься приобщить к этому проекту? – Рон посмотрел на Гермиону с иронично-скептическим видом, на что девочка только фыркнула. - А это уж моя забота. У меня есть на примете пара человек, сердце которых не настолько очерствело, как твоё. Алиса, например. Луна. Или Седрик Диггори, в конце концов. Я наслышана о его доброте, и уверена, что он знает об эльфах, но вам, мальчикам, всегда надо для начала дать хорошего пинка, чтобы вы взялись за какое-нибудь дело. - Если дело стоит того, - резонно заметил Рон. - Если тебя послушать, то домашнее задание – это дело, не стоящее того, чтобы им заниматься, - парировала Гермиона. Гарри стоял рядом и смеялся, вертя в руках небольшую астролябию. Отчего-то рассмеялась и Алиса: по-видимому, она вспомнила последний урок у Трелони. - Представляете, что она мне нагадала? – сказала она, чтобы немного разрядить обстановку. Девочка уже привыкла выступать в роли дипломата и посредника между друзьями. – Сказала, что я роду от бедного музыканта пятерых детей и буду кочевать с ним из страны в страну пока не кончатся наши деньги и я не умру с голоду на какой-то свалке… Ужас! Иногда мне кажется, Гермиона, что ты была права, свалив тогда с Прорицаний. - Никогда не поздно последовать моему примеру, - спокойно глядя на Алису, ответила подруга. – Я всегда говорила, что у этой шарлатанки на уме только одно: как бы кого надуть. - А я так не думаю… - Луна неожиданно подошла к Алисе сзади, да так, что никто её не заметил сразу, а, тем более, того, как она очутилась в гостиной. - Луна, ты такая… Луна, - натянуто улыбнулся Рон. – Никогда не знаешь, что с тобой случится в ближайшее время и какой сюрприз ты готовишь на этот раз. - А я знала, что вы будете говорить о Трелони, - как ни в чём не бывало, отрапортовала девочка. – Я только что была у неё в башне, и она сказала мне, что вокруг её персоны в последнее время ходят самые грязные сплетни, а тебя, Гермиона, - указала она на девочку, - В ближайшее время ждёт большая неприятность. - Кто бы сомневался, - хмыкнула гриффиндорка. А в ближайшее время Алисе пришлось сидеть вместе с Гермионой у входа в больничное крыло, дожидаясь того, пока медсестра отпустит какого-то первокурсника, который отравился настойкой на уроке Снейпа: дело было в том, что схватка Гарри и Малфоя в коридоре школы отразилась на соратниках горе-дуэлянтов. У Гойла прыщи покрыли весь нос, а у Гермионы отрасли огромные зубы. Ей трудно было говорить, поэтому негодовала одна Алиса, для которой подобные выяснения отношений в стенах школы опротивели до чёртиков. - Ну всё, они оба меня довели. С Малфоем я теперь долго разговаривать не буду. - Хах ты воохще сх ним дхужишь? – спросила Гермиона, глядя на девочку. - Сама не знаю, - задумчиво ответила Алиса.