Слаще, чем Рай

Как и следовало ожидать, полковник Горбатюк предложение об эксгумации тела матушки Евгении воспринял без энтузиазма, но всё-таки позвонил в прокуратуру и запросил разрешение. В прокуратуре, похоже, впечатлились настолько, что потеряли дар речи, но, когда Горбатюк предложил Литвинову самому объяснить, в чём дело, разрешение было таки получено. Однако полковник заявил: - Мне нужны результаты. Поймите, я могу вас прикрывать только до известного предела. - Прикрывать перед кем? – ледяным тоном спросила именно в этот момент нарисовавшаяся Шаманка. – Мы проводим расследование. И ничего, выходящего за рамки УК РФ, не делаем. Полковник только поморщился и махнул рукой, добавив: - Ребятки, вы приехали и уехали, а мне здесь жить. Вы не представляете, чего мне стоило пригласить вас. И то это удалось только потому, что под угрозой слава святого места и самой Чудотворной. А на паломниках со всей России весь Городок держится. В противном случае всё решилось бы здесь, на месте. Поэтому Христом-Богом прошу – я все ваши просьбы буду выполнять в разумных пределах, но дайте мне результат. Хоть какую-то подвижку. Иначе объявят мне неполное служебное соответствие, а потом просто уйдут. А мне всего год до пенсии остался. Шаманка вздохнула. Немолодого полковника было откровенно жаль – он явно делал всё, что мог, чтобы помочь группе. Но слишком уж всё в этом городишке было связано между собой… женщина моргнула – на мгновение ей почудилась яма, перейти которую нужно было по тоненькой жёрдочке, а на дне ямы шевелился клубок толстых, отвратительно огромных змей. Шаманка мотнула головой, отгоняя чудное видение, и постаралась успокоить полковника: - У нас до сих пор осечек не было. Другое дело, что с серийными убийцами никогда не стоит ждать мгновенного результата. Приготовьтесь к тому, что ещё могут быть жертвы. Увы, это практически неизбежно. Но мы его найдём. До сих пор всех находили. - Только на это и надеюсь, - вздохнул Горбатюк. – И вот ещё что… Вы, товарищ эксперт, - обратился он к Юре Литвинову, - с Колькой не ссорьтесь. А если уж поссорились – будьте начеку. Не самый он хороший человек. И, махнув рукой, полковник удалился. - Настучал уже, - с мрачным удовлетворением заметил Литвинов. - Не поняла… - протянула Шаманка. - Ну, объяснил я этому недоэксперту его роль и место в мире, а также то, как нужно с хорошими девушками обращаться. - Вот как, - деловито заметила Шаманка. – В какой больнице объект? - Галь, да упаси Боже, - отозвался Литвинов, как всегда, умудрившись в одном абзаце затронуть все животрепещущие темы, - об это руки пачкать противно, дрянь-человечишка. И откуда только такие берутся? И вообще – я его и пальцем не тронул, только словесно опустил. Так что теперь он наверняка мстить будет, прав полковник. Хорошо, Маша мне помогает. Толковая девчонка. С нужными рефлексами. А этот козёл ей чуть всю охоту к работе не отбил. Кстати, когда вам результаты экспертиз нужны? По послушнице почти всё готово. - Вчера, - усмехнулась Шаманка. – Сам же понимаешь – чем скорее, тем лучше. Тебя где поселили? - Да в той же гостинице, что и вас с Максом. Только номер поскромнее малость. - Вот и хорошо. Мы сейчас с этим… лучезарным Иринархом к ним отправимся. Поговорим с общинниками, дом осмотрим. Записи камер Макс для экспертизы заберёт. Литвинов схватился за голову: - Ещё и записи? Я что, осьминог? Мне же ещё и эксгумация предстоит, не забыла? - Ты - единственный эксперт, на которого мы можем положиться. И у тебя практически универсальная квалификация. Так что не плачь. А вечером встретимся в гостинице и всё обговорим. Идёт? - Идёт, - кивнул Литвинов. – Не доверяешь местным? Даже Гарину? - Не доверяю, - согласилась Шаманка. – Никому не доверяю. Пусть я переигрываю с паранойей, но в Городке что-то неладное творится. И это словно в воздухе разлито – так, что дышать тяжело. - Заработалась ты, Галь, - ухмыльнулся Литвинов, - вот поймаем Атеиста, и езжай с мужем на Мальдивы или ещё куда-нибудь. Отдохни, коктейлей попей, позагорай… Пацан у тебя самостоятельный, за Алиской присмотрит. - Можно и на Мальдивы, - усмехнулась Шаманка. – Но сначала нужно Атеиста поймать. Ладно, Юр, пойду я. Нужно ещё Гарину ЦУ дать, а потом поедем с Максом в общину неоязычников. Не думаю, что они убийцы, но каким-то боком всё равно с этим связаны. И темнит их Иринарх… Ой, темнит… Актёр ещё тот, вольный сын Перуна… Короче, здесь все знают куда больше, чем говорят, а нам с Максом придётся тыкаться во стороны, как слепым котятам, в надежде нащупать нужную версию. - Ну… - протянул Литвинов, - Макс всё равно что-нибудь придумает. На то у него и логика. - Хорошо бы. Но пока данных мало, - закончила общение Шаманка и отправилась разыскивать Гарина. *** Артём плохо спал последние две ночи – кошмары с подвалом и женским голосом не просто вернулись, они прокручивались каждую ночь, как пущенные по замкнутому кругу бобины в старом магнитофоне. Если бы не ежедневное общение c Андрюхой, парень бы точно свихнулся. Но он всё отчётливее понимал, что нуждается в помощи – самому ему не справиться. С отцом и матерью Артём говорить на эту тему не хотел – с отцом не давал иррациональный страх, а мать с её поздней беременностью он просто не хотел волновать – и так она себя чувствовала не слишком хорошо, даже отец стал проявлять нехарактерную для него обеспокоенность. Но что делать – Артем не знал и долго бы ещё мучился, если бы не Андрюха. Вечером после кино они вместе шли домой через парк, и Андрей неожиданно сказал: - Смотри, вон беседка, зайдём, поговорим. Думаю, что нам давно нужно было это сделать. Сердце Артёма глухо стукнуло и пропустило удар. В голове мгновенно пронеслась куча причин, по которой Андрюха вдруг решил поговорить по душам. И все они сводились к одной: «Слушай, думаю нам нужно расстаться… Я встретил парня… девчонку… и понял, что это судьба». Всё это мгновенно пронеслось перед мысленным взором Артема, и он сдавленно охнул. - Ты что? – обеспокоенно спросил Андрей. – С тобой всё в порядке, Тём? Побледнел вдруг… - В порядке, - выдавил Артём. – Давай, говори уже. А сам подумал, что если Андрей и вправду скажет то, что он, Артём себе напредставлял – то жизнь просто потеряет смысл. И все его проблемы решатся сами собой. Он просто не будет просыпаться, останется в этом сером коридоре с осклизлыми, сочащимися влагой стенами… Потому что без Андрюхи никак. Совсем никак. Но Андрей сказал совсем другое. Когда они вошли в решётчатую, заплетённую плющом беседку, он спросил: - Что происходит, Тём? Ты в последнее время сам не свой… Это из-за того, что отец тебя в Англию отправить хочет? Ты не волнуйся, я с Вадимом поговорил. Он меня в ту же школу запишет, если что. - Правда? – вырвалось у Артёма. - Ага, - кивнул Андрей. – Так в этом дело? - Да. Нет. Не только, - попытался пояснить Артём, запутался и беспомощно посмотрел на Андрюху. - Спокойно, Тём. Соберись. Начни сначала, - сказал тот, присев на скамью рядом и обняв Артёма за плечи. Беседка, слава Богу, была достаточно закрытой, так что это можно было позволить. Артём вдохнул. Выдохнул. И начал говорить: - Знаешь, я отца боюсь… Просто ужас как боюсь… Особенно в последнее время… А начав говорить, Артём не мог остановиться, пока не сказал всё. Андрей внимательно слушал, не перебивал, только обнимал за плечи и порой поглаживал, успокаивая. Артём очень боялся, что Андрей отшатнётся, скажет насмешливо что-нибудь язвительное, но нет. А когда Артём замолк, Андрюха высказался: - Как же жалко, что Макса нет. Он бы тебе смог помочь. - Может быть, его и дождёмся? – тихо спросил Артём. - Не думаю, - решительно сказал Андрюха. – Я так понял, дело там серьёзное, в неделю не решится. Знаешь, а пошли к нам. С Вадимом поговорим, он плохого не посоветует. - Слушай, а может, ты у меня ночевать останешься? – с надеждой заговорил Артём. – Отец с матерью днём в Швейцарию улетели, мать себя хуже почувствовала, вот отец и повёз её в клинику. Он только завтра прилетит, дома одна домработница. Поехали, а? Почему-то у Артёма была железная уверенность, что с Андрюхой ему никакие кошмары сниться не будут. Побоятся. Но Андрей помотал головой. - Тём, ты только не обижайся… Но неуютно мне у вас как-то. Давай ты сейчас со мной поедешь, мы с Вадимом всё обговорим, а потом ты у нас ночевать останешься. Вадим разрешит, он всё понимает. Макса только второй день дома нет, а он скучает уже. Очень. Артём вздохнул… и согласился. Собственная квартира с некоторых пор тоже стала казаться ему странно неуютной. Разговор с Вадимом затянулся, как и предполагал Андрей, и Артём действительно остался ночевать. Их и вправду никто не беспокоил – уснувшего Малого нельзя было разбудить и пушками, а Вадим их тем более не беспокоил. Так что ночь была… потрясающей, и никакие кошмары Артёму не снились. Впервые за последние несколько дней. Но вот утром, когда сонные Артём и Андрюха выбрались наконец на кухню, их встретил обеспокоенный Вадим: - Я не стал вас с утра будить. Когда Малого в группу отводил – включил местные новости. Сейчас снова будут этот выпуск крутить. Смотрите. На экране появилась заставка хроники происшествий городского телеканала, и хорошенькая ведущая сообщила: - Сегодня в три часа ночи жильцы дома номер сорок четыре по улице Вернадского были разбужены внезапно раздавшимся взрывом. Серьёзно пострадала одна из квартир, пожарные обнаружили в сгоревшей квартире труп женщины. К счастью, взрыв был не слишком мощным, соседние квартиры практически не пострадали. Причины взрыва сейчас выясняются, хотя бы потому, что в этом доме не было подводки бытового газа, он был оборудован электроплитами… - Вернадского, сорок четыре, - выдохнул Андрюха, - Тёмка, это же твой адрес!