Слаще, чем Рай

Когда голос в динамике объявил станцию Шамболово, и парень тоже стал подниматься с места, Игнат понял, что ничего ему не чудилось. Паранойя радостно завопила: «Вот видишь! Вот видишь!», и Игнату стоило большого труда сохранить лицо. Мальчики все вместе вышли из вагона, и, вместо того, чтобы идти по более удобной, но более длинной дороге к озеру, Данька предложил срезать путь узенькой извилистой тропочкой. Игнат тут же замотал головой: - Нет! Где все, там и мы! Андрюха обеспокоенно посмотрел на Игната и спросил: - Ты что? Не перегрелся, часом? Минералки дать? - Не нужно, - выдавил Игнат. – Просто идём там же, где все. Пожалуйста. Андрюха пожал плечами, но чужих тараканов, если от них не было никакого вреда, он привык уважать, поэтому покладисто сказал: - Где все, так где все. Идёмте, пацаны. И они отправились в путь. Боковым зрением Игнат заметил, что примеченный им парень свернул именно на более короткую тропинку, и вроде бы начал успокаиваться. Но тут же подумал, что дорога-то одна и никуда они мимо озера не денутся. Так что расслабляться было рано. Но рассказать ребятам о своих подозрениях стоило, даже опасаясь показаться им истериком, параноиком и трусливой тряпкой. Поэтому, когда парни поотстали от остальных, Игнат сказал: - Слушайте, вы только не смейтесь… Но мне показалось, что за нами следят. - С чего ты взял? – удивился Данька. Андрей же с Артёмом хранили молчание, вовсе не собираясь поднимать Игната на смех. Поэтому Игнат приободрился и рассказал им о парне из маршрутки, особо подчеркнув, что он взял билет до Кокавкина, а вылез в Шамболове и отправился на пляж короткой дорогой. - Может, перепутал просто? – неуверенно пискнул Данька. - Не думаю, - наконец-то отмер Артём. – Думаю, это тот самый… взрывник… Ребята, вы в опасности. - Это скорее ты в опасности, - сердито сказал Андрей. – Но не сейчас. Не будет же он убивать тебя на пляже, на глазах у толпы народа и нас троих. К тому же… Есть вариант получше. - Какой? – напрягся Артём. - Может быть, это просто отец о тебе беспокоится – вот и приставил парня за тобой следить. На всякий случай… Мало ли. - Возможно, - протянул Артём с некоторым облегчением. - Что делать будем? – вклинился Данька. – Если что, через пятнадцать минут обратная электричка в Город пойдёт. Может, смотаемся по-тихому? - И не узнаем, что этому хмырю от Артёма надо? – азартно спросил Игнат. Мальчишки переглянулись. Подумали. В конце концов, их было четверо, на дворе стоял белый день, да и уехать из Шамболова, не искупавшись, было как-то стрёмно. Поэтому решили идти на пляж, но если что – не выпускать из виду странного парня. Народу на пляже на сей раз было довольно много, даже в облюбованном ими, обычно безлюдном местечке валялись на песке чьи-то вещи, а чуть поодаль расположилась молодая семья – блондинка лет двадцати восьми, уютно устроившаяся на пёстром покрывале, маленькая девочка лет трёх, целенаправленно закапывавшая в песок большого пластмассового динозавра, и сам глава семейства – молодой мужчина с круглым, немного простоватым лицом и баночкой пива в руке, слушавший то ли радио, то ли музыку в наушниках. Мужчина и женщина не слишком одобрительно покосились на мальчишек, но ничего не сказали. А те побросали вещи, быстренько разделись и, один за другим, попрыгали в озеро. Тем более что парня, так насторожившего Игната, нигде не было видно. Вдоволь набултыхавшись в тёплой, словно парное молоко, воде, мальчишки потянулись на песок – греться. К этому времени диспозиция на берегу несколько изменилась. Мама с дочкой плескались в воде, папа страховал дочку, не давая ей шагнуть туда, где было слишком глубоко для её невеликого роста, а вот чуть дальше обнаружился тот самый парень из электрички. Он лежал на песке и, казалось, дремал. Но Игнату, продолжавшему исподтишка наблюдать за парнем, показалось, что тот слишком напряжён и что он только притворяется таким – расслабленно-дремлющим, а на самом деле ловит каждое их слово. Мальчишки же слопали пирожки, прихваченные Андреем, запили их «колой» и «минералкой», а затем достали карты и затеяли играть в «дурака» на желание. Желания у них были самые разнообразные, и скоро вся компания хохотала до колик, когда кто-нибудь из них, проиграв, прыгал на одной ножке до озера и обратно, изображал самых разнообразных представителей флоры и фауны, а также таинственную букву «зю» или вопил, обращаясь к небесам: «Земля имеет форму чемодана!» В процессе этого они как-то не заметили, когда собралась и ушла молодая семья, да и народу на пляже заметно поубавилось. Парень же упорно никуда не уходил – несколько раз, правда, он сбегал окунуться в озеро, раза три курил и пил минералку из большой бутылки, читал какую-то газету… и… всё. На мальчишек внимания не обращал, никакого желания вступить в контакт или враждебности не выказывал, и даже Игнат постепенно перестал обращать на него внимание. А потом Андрей глянул на часы и заявил, что если они сию же минуту не соберутся, то не успеют на нужную электричку, и некому будет забрать Малого с Алисой. Мальчишки торопливо засобирались, но тут Игнат ощутил зов природы и крикнул, чтобы они шли вперёд, а он догонит по короткой тропинке, а сам ломанулся в кусты мимо тоже вроде бы начавшего собираться парня. Ломануться-то он ломанулся, но убежал недалеко. В песке обнаружилась какая-то верёвка, об которую Игнат запнулся и шлёпнулся прямо рядом с парнем. Тот недовольно что-то проворчал, но Игнат уже настороженно замер. Рядом с рюкзаком лежала видеокамера, направленная именно на то место, где сидели они. И глазок камеры мигал – значит, съёмка велась. И тут Игнат отколол одну штуку – он изогнулся, словно пытаясь подняться, талантливо изобразил, что нога у него словно подломилась, и рухнул прямо на хрупкий корпус видеокамеры. Изделие трудолюбивых японцев крякнуло и приказало всем жить долго и счастливо. Глазища у парня стали бешеные: - Ты что натворил, гадёныш? Ты ж мне камеру сломал! - У меня нога подвернулась… - пискнул Игнат, - я нечаянно! - За нечаянно, - злобно ухмыльнулся парень, - бьют отчаянно! Игнат понял, что надо сваливать, пока из его шкурки не набили чучело, быстренько перестал изображать боль в ноге, вскочил и попытался удрать. Не тут-то было. Парень догнал его в три прыжка и навалился сверху: - Слишком ты, гадёныш, сообразительный, - зловеще протянул он, - сейчас мы с этим разберёмся… Игнат стал отчаянно и безнадёжно трепыхаться: - Сейчас ребята вернутся! – пискнул он. - Вот и хорошо, и с ними поговорим! – зловеще улыбнулся парень, но тут раздался чей-то незнакомый, слегка пьяный бас: - Эй, мужик! Ты чего с пацаном делаешь? Игнат скосил глаза и разглядел возникших из кустарника незнакомых парней – бритых, накачанных и слегка нетрезвых. Это был шанс, и Игнат использовал его на все сто. - Дяденьки, помогите! – пропищал он. – Я не знаю, чего он от меня хочет! При этом он так ловко изобразил поруганную невинность, что купился бы кто угодно. Да и выглядел Игнат в этот момент лет на тринадцать, а в огромных голубых глазах его трогательно задрожали непролитые слёзы. - Ты что творишь, урод? – рявкнул самый здоровый. – А ну, отпусти дитё, педофил грёбаный! - Да он камеру разбил! – попробовал оправдаться мужик. - А зачем тебе камера на пляже? – поинтересовался второй с лицом, отягощённым некоторым интеллектом. – Детишек снимать? Или взрослых почти нагишом? Ах ты, извращенец! После этих слов первый сдёрнул мужика с Игната как кутёнка – за шкирку и добрым голосом сказал: - Ты беги, беги, мальчик. А то на электричку опоздаешь! Игнат не заставил просить себя дважды. Выдавив «спасибо, дяденьки» нежданным заступникам, он понёсся по короткой тропинке, как трепетная лань, успев на перрон за пару минут до прибытия электрички. - Ты чего встрёпанный такой? – удивился Артём. Игнат торопливо рассказал, мальчишки расхохотались, но тут подошла электричка, и они быстро заняли места у окна. - Смотрите! – неожиданно крикнул Данька. Игнат, Артём и Андрюха глянули в окно и снова расхохотались. Парень умудрился-таки удрать от блюстителей морали и сейчас на всех парах поспешал к электричке. Глаз у него был подбит, футболка разорвана, но выглядел он вполне дееспособным и злющим, как неудовлетворённый олень в брачный период. - Ой, что сейчас будет… - вякнул Данька. Остальные пригорюнились, но, по счастью, электричка тронулась, парень не успел каких-то полтора десятка шагов, но попытка догнать транспортное средство успехом не увенчалась. А из кустов, окружающих платформу показались бритоголовые ловцы педофилов. Мальчишки ещё успели заметить, как при виде их парень длинными скачками понёсся к стоящим у ларька машинам местных, подрабатывающих частным извозом. - Не догонят? – с некоторым испугом спросил Данька. – А то они такие большие… и злые… - Не, думаю, не догонят, - уверенно сказал Андрей. – На такси уедет. И вообще, зачем ему понадобилось нас снимать? Не думаю, что Тёмкин папа настолько параноик, что требует подробного видеоотчёта. Артём кивнул, соглашаясь. - Но тогда… - задумчиво произнёс Игнат, - это всё-таки взрывник? Или человек с ним связанный? Интересно, его кто-нибудь на телефон снять догадался? - Я, - бодро отозвался Данька, - я догадался. - Хорошо, - уверенно сказал Андрей. – Тогда скинь ММС мне и Артёму. Я Вадиму покажу, а Артём – отцу. Может, что и узнаем… Не нравится мне всё это. - Меня же отец тогда дома запрёт. Или вообще куда-нибудь подальше отправит… - жалобно произнёс Артем. - А что делать? – вздохнул Андрей, которому тоже не улыбалось расставаться с любимым, но его безопасность была превыше всего. - Андрей, ну давай ты с Вадимом поговоришь… а потом уже я с отцом. Он ведь и вправду меня запереть может. Для безопасности. Андрюха в ответ только вздохнул: - Ладно. Но если что – завтра отцу всё расскажешь. Артём кивнул и заулыбался. *** Детский дом был именно таким, каким его описывал Клюквин – кирпичным, трёхэтажным, с фальшивыми белыми колоннами на фасаде. Выглядел он не новым, но достаточно добротным, штукатурка не осыпалась, забор был тщательно покрашен, клумбы ухожены, игровая площадка подновлена. Похоже, это был не совсем обычный детдом – на игровой площадке носились малыши и младшие школьники, на спортивном поле гоняли в футбол подростки, а в песочнице возились под присмотром нянечки и двух старших девочек двух-трёхлетние карапузы. Но все без исключения дети отреагировали на появление незнакомых мужчины и женщины одинаково – с тревожным ожиданием и надеждой в глазах. Это уже потом они разглядели и полицейский «уазик», и кобуру под мышкой у Шаманки, чей расстёгнутый пиджачок некстати распахнул порыв ветра. Разглядели это и взрослые, гулявшие с детьми. Одна из воспитательниц подошла к Шаманке и Клюквину, вежливо поздоровалась и осведомилась о цели визита. Шаманка показала своё удостоверение и попросила организовать ей встречу с директором детского дома по делу, не терпящему отлагательства. Воспитательница, представившаяся Мариной Геннадьевной, не стала откладывать дело в долгий ящик, а просто провела Шаманку в кабинет заведующей, оказавшейся дамой пожилой, но весьма энергичной и с хорошей памятью. Примерно через час Шаманка вышла из её кабинета, неся в руке файлик с ксерокопиями каких-то документов, вырвала Клюквина из цепких лапок детдомовской малышни, распрощалась со всеми и, усевшись в машину, велела Клюквину ехать в местное отделение полиции. А когда машина тронулась – сразу же позвонила Максу. *** Макс уже собирался открыть калитку дома неоязычников, как вдруг ожил его мобильный: «Идёт охота на волков, идёт охота…» Макс заметил высветившийся на дисплее номер Шаманки, поднёс трубку к уху, поздоровался… и внимательно слушал минут десять. Потом он сказал: - Вот оно как… Что ж, я всё понял, спасибо, Галя. Молодец. Такое сложно было предположить. Пусть теперь наши братья-славяне изволят объясниться, и одной проблемой для нас будет меньше. И решительно толкнул калитку.