Слаще, чем Рай

Когда Макс и Вилен вошли в кабинет Гарина, тот, занятый просмотром каких-то файлов на экране своего компьютера, поднял голову, поздоровался с Максом и ехидно поинтересовался у Вилена: - Какими судьбами, гражданин Тютьков? Хохлатку у вас для жертвоприношений со двора свели, или ваши песнопения вконец руководство местной ячейки КПРФ достали? Вилен готов был взвиться, но Макс, сделав успокаивающий жест, сказал Гарину: - Ты погоди, Ангел, ехидничать. Парнишка у них пропал. Похоже, похитили его… Гарин открыл рот… и тут же закрыл снова, ибо выражение лица Макса можно было интерпретировать только так: «Заткнись и слушай!» А Макс доброжелательно произнёс: - Расскажите как можно более коротко и ясно, как было дело, Вилен. Надо отдать должное – Вилен сумел уложиться в три минуты, коротко рассказав о вчерашних приставаниях Красавина к Ярику и о сегодняшнем его исчезновении. - Красавин? – задумчиво произнёс Ангел. – Ну да, этот может. Это упырь того сорта, который уверен, что он – высшее существо, а остальные – только грязь под ногами. - Что делать будем? – мрачно спросил Макс. - А сам-то как думаешь? – ответил Ангел. – Собственности у этого гада – чуть ли не по всему району, улик у нас никаких, кроме слов гражданина Тютькова, где искать парня – неизвестно, санкции на обыск нам никто не даст… И вообще, гражданин Тютьков, вы уверены, что пацан не решил таким способом поправить своё материальное положение и не поехал к Красавину в гости добровольно? Лицо Вилена стало каменным. Он развернулся к двери. Холодно произнёс: - Не смею больше вас задерживать, - и уже готов был уйти. Макс, почуявший что Гарин просто бутафорит, хотел уже вмешаться, но тут высказался сам Гарин: - Ладно, простите, перегнул. Видел я это ваше чудо лохматое, когда его Макс допрашивал – чисто дитё. Так что будем нарушать закон, гражданин Тютьков, вы готовы? - То есть? – удивился Вилен. - Будем действовать без санкции. Ты как, Макс? Согласен? - Я-то согласен. А вот тебе какая корысть? - Месяца полтора назад парнишку одного так же увезли. Из местных. Его потом на свалке обнаружили. В таком виде, что не приведи Господи… Живого, правда, но почти невменяемого. Изнасиловали его, поиздевались всяко-разно… И выкинули, как тряпку использованную. А у парня всей родни – только мать да бабушка. Нищета-нищетой, одна учительница на пенсии, другая в библиотеке работает. Хотел я дело открыть. Даже с парнем беседовал, когда он оклемался малость. Из его разговоров я и понял, что Красавин это его так… Просто вечером затащили в машину, на дачу к нему привезли и… трое суток над ним измывались… Красавин и охраннички его. Башибузуки хуевы. - А чего же не открыл? - Да парня и родных его так запугали, что он до сих пор нос на улицу высунуть боится. Спит плохо, кошмары у него… Заявление писать отказался категорически, я так понял, что ему угрожали всё это повторить… Я пытался что-то сделать, но что я могу? Полковник запретил это делать категорически, сказал, что улик ноль, парень психически не совсем нормален, а я, если рыпаться буду, буду дело о пожаре расследовать и трёх трупах, потому что раскрутить такое мне не дадут ни за что. Я не трусил. Только вот мысль о том, что я не себя – других погублю, которым и так досталось… Короче, отступился я. А теперь думаю – хватит. Когда-то со всей этой шайкой-лейкой заканчивать пора. Понятны мои резоны? - Вполне, - ответил Макс, - думаю, надо Гале позвонить. - Не стоит, - мрачно проронил Вилен, - Ждан с ребятами снаружи ждут. В микроавтобусе. - Вот даже как… - протянул Гарин, - всё интереснее и интереснее, господа неоязычники. Загадочные вы ребята, право слово. - Если нам удастся спасти Ярослава и хотя бы задержать Красавина… Я эту загадку разрешу, - медленно произнёс Вилен, – и кое-какую доказательную базу смогу вам подкинуть. И по нынешним делам, и по прошлым… Только, умоляю вас, ближе к делу. - Ближе, так ближе, - вздохнул Гарин. – Беда только в том, что недвижимости в Городке и районе у Красавина, как у дурака фантиков. И увезти парнишку он мог куда угодно. - Давай логически размышлять. Где с одной стороны близко, а с другой – лишних глаз и ушей нет? – быстро сказал Макс. - Думаю, - вмешался Вилен, - что этим вашим требованиям удовлетворяют два недавно приобретённых Красавиным дома. Один - на Охотничьем кордоне, второй – в деревне Большие Бздыри. В первом случае – там вообще никто из местных больше не живёт – егерь месяц назад уволился, а другого ещё не нашли, а в Больших Бздырях на всю деревню две бабки остались и дед парализованный. Не думаю, что их можно считать серьёзной препоной к чему бы то ни было. Логично предположить, что именно туда Ярослава и повезли. - Ого! – с некоторым уважением протянул Гарин. - Про Охотничий кордон даже я не знал! - Месяц назад он дом приобрёл. Неделю назад там ремонт закончился, - невозмутимо сказал Вилен. - Откуда ж вы умные такие на мою голову? – поинтересовался Гарин. - Люди говорят. Мы слушаем, - пожал плечами Вилен. - Всё логично, - схватился за голову Ангел, - одна беда: Большие Бздыри и Охотничий кордон прямо в противоположных направлениях находятся. Если пустышку потянем – можем не успеть. Жалко, что у этого вашего пацана в телефоне ни маячка, ни прослушки… Можно было бы вычислить, куда его везут точно. Вилен начал медленно краснеть. - Что такое? – поинтересовался Макс заботливо. – Что-то не так? - Есть… - пробурчал Вилен, - есть прослушка… Ждан поставил на всякий случай. А ноут у него с собой… вроде бы. Макс покачал головой: - Так чего мы ждём? Поехали быстрее! *** Утешив себя этим, Ярик стал спокойно ждать, чем закончится спор между невидимыми собеседниками. Он продержится. Его спасут. Всё будет хорошо. Между тем, голоса приблизились. Один, точно принадлежавший Красавину, упрекал второго в том, что от перестарался и не рассчитал с дозой. «Ого! - сообразил Ярик, - значит, мне ещё и дрянь какую-то вкололи – то-то мозги как ватные!» Второй, похоже, давешний телохранитель, вяло оправдывался тем, что доза стандартная, просто объект слишком уж тощий. - Тощий! – фыркнул Красавин. – Много б ты понимал! Хорош пацан, жаль только, что староват немного – годочков-то явно поболее двадцати! «Ты даже не представляешь, насколько поболее, козёл ублюдочный! - злорадно подумал Ярик. – Ладно, будем устраивать цирк с конями, исходя из обстановки!» Но гадский Боря не преминул высказаться: - Да он, похоже, очнулся! Вон, ресницы дрогнули! - Похоже, - согласился любитель юного тела, и тут же щёку Ярика ожгла несильная пощёчина. - Эй, открывай глаза, хорош дурковать! Ярик приоткрыл глаза, талантливо изобразив почти полное непонимание происходящего, и пролепетал: - Где я? Красавин… Всё- таки именно Красавин хищно улыбнулся и ответил: - Ты у меня в гостях, малыш… Думаю, тебе тут понравится. Словечко «малыш» прозвучало в его устах настолько пошло, что Ярика ощутимо передёрнуло. Однако Красавин и Борис приняли это за неподдельный страх, и бизнесмен ласково продолжил: - Я не люблю, когда от моих предложений отказываются. Ты непослушный мальчик, тебя следует наказать. Но если ты исправишься, будешь послушным и ласковым, то ничего худого с тобой не произойдёт. - Угу, а как же… - ехидно ответил Ярик, справедливо рассудив, что терять ему, в общем, нечего, - только я думал, что в гости по желанию приходят, а не душат у сортира. Вы бы, дядя, сразу сказали, мол, так и так, с потенцией беда, только на молоденьких пацанов и встаёт, да ещё и цену бы озвучили, я бы, глядишь, и впечатлился – сам бы прискакал. А то непорядок – придушили у сортира и привезли дохлой тушкой. Ни цветов тебе, ни лимузина, ни романтики… Нехорошо как-то. Красавин, похоже, слегка подзавис. Он привык, вероятно, что жертвы его сразу же пугаются до истерики и начинают рыдать в три ручья, умоляя их отпустить, а этот… И он поинтересовался с некоторой брезгливостью: - Ты что, шлюха, что ли? - Ага, - выдал Ярик, - Вася Шлёп-нога,* дедушка русского минета. Не слыхали? Приехал к вам с прощальной гастролью, вечерней лошадью отбываю в Голландию, говорят, у них там такая трава, что с одного косяка на неделю вштыривает. Телохранитель сдавленно хрюкнул, но тут же замер, видимо, боясь хозяйского гнева. А Красавин побагровел от злости: - Издеваешься, гадёныш? «Не всё ж тебе!» - подумал Ярик и нагло хмыкнул в ответ. - Значит, так, Боря, - обратился Красавин к телохранителю, - юмориста этого подготовить к наказанию. Посмотрим, что он запоёт, когда настоящую боль почувствует. - Не беспокойтесь, - угодливо произнёс Борис, - подготовим в лучшем виде. Шёлковый будет. Ярик мысленно проклял свой длинный язык, но потом подумал, что результат был бы один и тот же в любом случае, и ещё раз нагло ухмыльнулся: - Да, Боря, подготовь меня полностью… Ты такой большой и горячий, просто дас ист фантастиш! Обожаю БДСМ, чтоб вы знали. Боря, не забудь, моё стоп-слово «экзистенциализм»! Только с эмпириокритицизмом не перепутай, ты ж интеллектуал, я вижу! Красавин плюнул, развернулся и вышел, рявкнув Борису: - Подготовь его побыстрее! Телохранитель же приблизился к Ярику и начал развязывать его со словами: - Не брыкайся, парень! Ты хозяина здорово разозлил, смотри, не пожалей потом! *** С утра Ивана разбудил звонок в дверь. Он глянул в глазок. На площадке мялся охранник Игорь с каким-то пухлым белым конвертом в руке. Игоря Иван знал, в том, что он никаким боком не может быть связан с его недоброжелателями, не сомневался, поэтому, убедившись, что тот на площадке один, дверь открыл. Игорь протянул конверт и сказал: - Вы уж простите, что разбудил. Такая рань. Это посыльный принёс, сказал, что здесь документы какие-то важные. Хотел наверх подняться, да я не пустил, мало ли что. Сказал, сам передам. - Хорошо, спасибо, Игорь, - отозвался Иван, взял конверт, машинально отметив, что там нащупывается довольно толстая пачка фотографий, и запер дверь. *Шлёп-нога – очень известная московская путана ещё советской эпохи. Подрабатывала подобным образом уже и в немолодом возрасте, за что получила прозвище «Бабушка русского минета», кличку Шлёп-нога ей дали завистливые коллеги из-за характерной походки. А теперь о грустном. Люди, у меня опять проблемы на работе, продолжение будет выложено только в субботу-воскресенье))) Прошу прощения.