Северный мрак

Бывший советник пошел во двор замка, откуда слышался голос маршала. Скоро закат, идеальное время для тризны. Сегодня все будут гулять на ней, пусть даже не зная, почему маршал так щедро наливает вино своим солдатам. Тофок остановился на краю площадки и стал ждать, пока Илай обратит на него внимание. Санти заметил его почти сразу, сделал знак рукой, и, закончив отдавать распоряжения, подошел к Мико: - Ты чем так озабочен? Что стряслось? Он обнял супруга за плечи, закрывая от сырого ветра. - Он все-таки ударил по Октавию, - тихо ответил Мико. - Если мы не поспешим с погребением, то цель может измениться. Кто знает, кто это будет, юный принц или я? Поэтому предлагаю покончить с этим сегодня. Вот только место для костра нужно выбрать. Не думаю, что Цитадель подойдет. Илай резко помрачнел. - Так... - он помолчал, кусая губы. - С северной стороны на скалах есть уступ, как раз подходящий для погребального костра. Туда ведет довольно широкая тропа, сначала вдоль стены, потом по скалам. Трим, собери мне еще четверых офицеров, не считая себя самого, я пойду шестым. Форма одежды парадная. Здесь остался труп погибшего полководца с древних времен, и его надо похоронить как должно. Приготовьте носилки. Живей, времени мало! - Есть! - капитан кивнул, и бросился исполнять. Подозвав еще кого-то из солдат, маршал приказал собрать дрова. - А что делать с парадным облачением самого полководца? - Мико поддержал ложь маршала. - Мы ведь не можем положить с ним обод, но он последний в своем роду, и мы должны это сделать или назначить преемника по праву родства, вот только где его взять? - Тогда предлагаю тебя, - негромко сказал Илай. - В конце концов, ты королевских кровей, а потом... Что если эти серьги, одну из которых мы нашли в склепе, принадлежали твоим предкам? Не думал об этом? Может быть, именно ты и можешь стать его преемником? - Слабо представляю себе это, - честно признался Тофок. - А что, если корона примет во внимание кровь предателя во мне? Хотя, у нас нет выбора, пусть будет так. - Идем за короной, - решительно сказал Илай. - Только как он должен выглядеть, этот обряд? - Мне кажется, я знаю, кто нам в этом поможет, - улыбнулся Мико, - давай сначала найдем Наи. - А чего меня искать? - раздался сзади ворчливый голос. - Тут я. И во что вы хотите втянуть бедного старого повара? Покою от вас нету... - Ты знаешь, протокол древней коронации? - спросил Тофок напрямик. Наи малость утратил свое обычное благодушие. - Протокол древней коронации? - эхом повторил он. - Зачем он вам понадобился? Вы что затеяли? - На закате мы проведем огненное погребение для последнего короля, но нам нужен его венец, а единственный способ оставить его, это назначить преемника. В том же тайнике, что и тело, мы нашли шкатулку с серьгой, - парень откинул волосы в сторону, давая повару разглядеть, то о чем говорил, - вторая такая хранилась у моей матери, так что есть возможность, что корона меня признает. Так ты проведешь ритуал? Толстяк цепко глянул на него. - Ты понимаешь, что это означает? - жестко спросил он. - Ты станешь королем, по праву первого. Получишь клеймо, но не то, которое есть сейчас, а клеймо Древнего. А вместе с этим в тебе проснется сила и Аратанов, и древних Кандаратов. Ты удержишь такую мощь? И оставит ли тебя в живых Октавий? - А у меня есть выбор? - грустно спросил Тофок. - Этот венец - часть очень важного артефакта, который нам нужен, а погребенный без короны Адриан вернется, и будет еще более зол, при чем уже не только на потомков Аратанов. Если знаешь другой выход, говори. - Дайте мне подумать, - с той же жесткостью ответил Наи. - Пока готовьте то, что необходимо. Мне нужен час. Он повернулся, и пошел в башню, где располагались их комнаты. - Думаю, он что-нибудь придумает, - ответил Илай, - а я пока, в самом деле, возьмусь за подготовку. - Было бы не плохо найти иной вариант. Я пойду в тайную комнату. Нужно подготовить тело и прочитать несколько молитв. Знать бы еще, какой Бог-покровитель был у последнего короля... Ну, ничего, прочту общий канон. Бывший советник просто проговаривал вслух порядок действий, так было легче не думать о ритуале. - Возможно, придется отправиться в ближайший крупный город, сомневаюсь, что здесь найдется подходящая для савана ткань. Так я пошел? - спросил Мико супруга. - Давай, я здесь все организую, - кивнул Илай. Наи же ушел в свою комнату. Он собирался провести весьма сложное заклинание, чтобы получить ответ на возникший вопрос, и не желал, чтобы ему мешали. Запер дверь, накинул на комнату покров тишины. Незачем кому-то слышать, что будет тут происходить. Достал из сундучка мешочек из замши. Извлек из него несколько вещей. На свет божий появились крошечные причудливые лампадки, маленький треножник, чаша, и узелки с травами. Мелом толстяк начертил на полу огромный затейливый узор, расставил зажженные лампадки. Уселся в центре, и, установив треножник, разжег в чаше огонь. Аромат сгоревших трав поплыл по комнате, вплетаясь в тихое пение. Снова и снова Наи выпевал странную молитву, больше похожую на зловещее заклинание. И вот словно отголосок мелодии, едва слышно прозвучал голос: «Вопрошай». Толстяк извлек из сумочки две чистые тряпицы, на которых темнели бурые пятна высохшей крови. Держа на ладонях развернутые лоскуты, Наи снова запел. Высохшая кровь стала влажной, а потом и вовсе, вырвавшись из пут тканных волокон, лежала теперь на тряпицах блестящими глянцевыми каплями. С последним словом напева, Наи уронил обе капли в чистое прозрачное пламя. Взвился дымок, поднялся к потолку жемчужным облачком, на котором лежали рубинами кровавые капли. А потом кровь потекла вниз по струйкам дыма, сплетая затейливый узор, похожий на ветви деревьев. Два древа разрастались, все больше напоминая родовые. Тонкие веточки сплетались, образуя большие, большие становились стволами. Все ниже и ниже, к истокам, из которых пришла заклинаемая кровь. И вот уже два могучих древа мерцают в свете лампад глянцевыми кровавыми стволами. Внимательно разглядев оба дерева, Наи что-то спросил едва слышно, и так же неслышно пришел ответ. Удовлетворенно кивнув, толстяк взмахнул руками. Дым рассеялся. Еще с минуту маг наблюдал, как медленно истаивают в воздухе силуэты генеалогических древ, а потом, устало, вздохнув, поднялся. Мико не стал тратить время на петляние по тайным ходам, сразу же перенесся в комнату, что стала склепом для последнего короля. Он все еще не понимал, зачем нужно было быть настолько жестоким, гораздо проще убить, но заточить, зная, что кто-то умирает долго и мучительно по твоей вине, это слишком. Неужели Адриан сделал в своей жизни что-то настолько страшное, что оправдывает его участь? Что знал первый король новой династии и утаил от потомков? И была ли вообще причина? Тофок осмотрел комнату, кроме венца были еще несколько необходимых при погребении вещей, кольцо с королевской печатью, малый герб, вышитый драгоценностями на рушнике, что должен был хранить древний со дня своей коронации. Нужные вещи нашлись быстро, в маленькой шкатулке на столе, взяв их себе, Мико поспешил перенестись в соседний город. Купив у первого попавшегося торговца отрез тяжелого шелка, который еще называли королевским, он вернулся обратно в комнату. Разложив ткань на очищенном заклинаниями участке пола, он аккуратно перенес на нее тело, больше напоминающее мумию. Было трудно придать ему предписанное для ритуала положение, но парень справился. Кольцо и рушник заняли свое место, можно было начинать молитву. Тишину комнаты разбило пение. Слова, чистые и светлые, легко слетали с губ, руки окутывающие мертвого в саван, двигались подчиненные их ритму. Когда Мико закончил, на его щеках виднелись дорожки от слез, так бывало всегда после прощальной молитвы, если, конечно, она искренна. А Тофок был искренен, что бы не сделал Адриан, он искупил свою вину и заслуживает прощения. Осмотрев свою работу и убедившись, что все верно, парень пошел обратно во двор, по времени все уже должно быть готово, да и Наи вот-вот вернется. Илай тоже уже практически закончил. Солдаты сноровисто складывали погребальный костер, которому полагалось упокоить последнего короля древней династии. Во дворе на углях жарилось мясо, из погребов выкатывали бочонки с вином, бренди и элем. Во двор уже вынесли столы, которые сейчас накрывали, расставляя тарелки, блюда и чаши. - Ты как? – с тревогой спросил супруга Илай, ладонью стерев с его лица, еще не успевшие высохнуть слезы. – Чем так расстроен? - Это ритуал прощания. Тот, кто его проводит, всегда плачет, - как можно независимо ответил Мико. - Я все подготовил, осталось только дождаться Наи. В это время толстяк подошел к ним. Выглядел он заметно уставшим. - Ну-с, ответ есть, - сказал он, тяжело опускаясь на скамью. - И каков он? - тихо спросил Мико. Он чувствовал исходящую от Наи магию, и, если честно, её мощь пугала. Повар слегка озорно усмехнулся. - Мы коронуем Илая, - сказал он. Санти, как раз с удовольствием приложился к кружке холодного эля. Поперхнувшись, маршал фонтаном выплюнул напиток, едва не захлебнувшись. - МЕНЯ?! – завопил он, как только к нему вернулась способность говорить. - Это безопасно? - поинтересовался Мико. - И что это нам даст? - Безопасно, - кивнул Наи. – В нем есть кровь Кандаратов, хоть она и очень слаба. Но кроме него, другого наследника не найдешь. Не считая тебя, Мико. А тебе такая ноша не по плечу. Во всяком случае, пока. Помимо всего прочего, Илай не маг. И ритуал его магом не сделает. Хотя даст право наследовать Адриану. Что убивает двух зайцев сразу. Дает нам преемника, которого примет древний венец. И не позволит проснуться лишней магии, чтобы Октавий оставался в счастливом неведении. - Ребята, вы с ума сошли?! – в тихом ужасе вопросил Илай, оглядывая сосредоточенных магов. - По-моему, это не плохой вариант, - Мико задумался. - Илай, Наи прав. У нас мало времени, а для коронации нужно твое согласие. Так что скажешь? Маршал крепко призадумался. Он был безоговорочно верен королю, но подобные действия уж слишком разили предательством. И решиться на это рыцарю было, ох, как нелегко. Тофок и без того имел право при определенном раскладе наследовать трон. А вот графа Санти это сразу же делало государственным изменником. Нет, королевского гнева Илай не боялся, но подобные действия за спиной монарха ему откровенно претили. Природное благородство, делавшее его отвратительным интриганом, восставало против того, что нужно было сделать. Прикусив губу, маршал отошел в сторону, скрестив на груди руки, и глядя на пламя костров, разложенных во дворе. Мико несколько минут, не отрываясь, смотрел на него, а потом все же решился. Подошел, обнял со спины, стараясь показать, что он рядом и поддержит любое решение. - Солнце садится, Илай. Каков будет твой ответ? Если ты не хочешь, не делай, что бы ни говорил Наи, я справлюсь с магией и прочим, если это нужно. Если решишь принять венец, я помогу, во всем, что потребуется. Санти положил свои ладони поверх рук супруга, тихонько сжал, безмолвно благодаря за поддержку. Он не сомневался, что Мико справится. Вот только не хотел вешать на него еще и это. И без того парню приходилось волочить на себе нелегкий груз. И все же, перебороть внутренний запрет оказалось очень трудно. Наконец, маршал решился. - Да будет так, - тихо ответил он, - я приму венец Кандаратов. - Ты справишься, - твердо сказал Мико, и ободряюще улыбнулся. - Что еще нужно? - спросил он Наи. - И можно я останусь рядом? - Не только можно, но даже нужно, - Наи решительно поднялся. – Нужно подходящее помещение, корона и свидетель. Остальное у меня есть. Свидетель тоже на месте. А помещение… Воспользуемся старым храмом. От него осталось совсем мало, но для наших целей достаточно. Корона где? - Я принесу, - поспешно проговорил Тофок, - встретимся в храме. Он сделал шаг назад, исчезая в портале. - Идем, - кивнул Наи. Не говоря ни слова, Илай твердым шагом пошел за ним. Старый храм когда-то был очень большим. Здесь короли древности возносили молитвы Богам. Но это было так давно, что уже при последнем короле храм был наполовину разрушен. Сейчас половина его была превращена в подсобное помещение, а остальная завалена хламом. Но здесь все же оставалось достаточно места для нескольких человек. Да и древний алтарь по прежнему возвышался у дальней стены, еще хранившей остатки фресок. Наи подвел Илая к алтарю, и принялся зажигать факелы и светильники. Вскоре все помещение было ярко освещено. Толстяк разложил на алтаре ту самую чашу, и расставил свои лампадки. Сложил в чашу щепочки, побрызгал их каким-то маслом, и зажег огонь. - Подождем Миколая, - сказал он. - Что я должен делать? – спросил Илай. - Сейчас придет Мико, мы все тебе объясним. Тофок не заставил себя долго ждать. Когда он пришел, в его руках сверкал в свете факела не один венец короля, но еще и тот, что они нашли в подземельях. Но парень не сразу подошел к ждущим его у алтаря. Прежде он коротко поклонился одной из фресок, и, самое интересное, что ему ответили. Клубящаяся тьма на миг появилась и пропала, словно это был лишь обман зрения. - Теперь вопрос, мы используем только часть артефакта или весь? Как лучше, Наи? - Весь, - коротко ответил повар. Мико остановился рядом с Илаем, чуть позади, буквально на пол шага, не пристало никому, даже супругу, быть впереди будущего короля. Наи занял место у алтаря. - Тебе нужно будет только отвечать на вопросы, вот только никаких сомнений. Если они появятся, лучше молчи до тех пор, пока не будешь полностью уверен в ответе, - заговорил Наи. - Ты должен мысленно обращаться к своему Богу-покровителю, каждый раз, когда отвечаешь. Если у тебя, его нет, то придется выбрать сейчас, - подхватил Мико. - Он будет гарантом нерушимости клятвы для высших сил, так же, как я буду для людей. Какому Богу ты служишь, Илай? - Ландро, Богу доблести и отваги, войны и рыцарства, Богу силы и защитнику слабых, - ответил Санти, не раздумывая. - Его идол, справа от тебя, - подсказал Наи. – Надеюсь, не нужно напоминать, что коронация - древний магический обряд, и она вписывается в ткань самого мира? Дождавшись кивков, Наи глубоко вздохнул и начал: - Сегодня, в час, когда солнце бросает на землю свои последние лучи, мы собрались здесь, чтобы принять в ряды достойных Илая Раена графа Санти. Волею Богов и народа Арана, он примет венец династии Кандаратов, – голос повара изменился, он разносился по всему разрушенному храму, как прежде ветер, казалось, что они здесь не одни. Весь народ страны собрался за спиной, и хоть не было слышно ни звука, давление чужих взглядов заставляло каменеть. От идолов начало появляться сияние, пока едва заметное, как и тьма, Боги слушали голос своего потомка. - Готов ли ты принять венец древней династии? – твердо спросил Наи, и не было в его облике ничего знакомого, кто-то чужой стоял перед мужчинами, пусть и по какой-то шутке выглядевший, как загадочный повар. Илай стоял, выпрямившись во весь рост, развернув плечи и гордо вскинув голову. Чтобы там ни было, но он служит, прежде всего, Арану и его народу, а уж потом королю. И если так суждено, он примет эту чашу, не ради корысти, но во имя людей, чьи судьбы поклялся когда-то защищать ценой собственной жизни. Приняв решение, он больше не колебался. - Да! – его властный голос прокатился под сводами старого храма, отразившись гулким эхом. - Да будет так, - на губах Наи на миг появилась гордая улыбка, но тут же исчезла. Дальше шел положенный канон на древнем языке, клятвы защищать народ Арана ценой своей жизни, судить справедливо и карать, если того требует закон. Мико легко улавливал общую суть и знал, что Илай, несмотря на то, что не знает языка, понимал каждое слово. Сейчас, когда вокруг бушевала магия, а Боги были так близко к людям. Наи подошел ближе и замер, держа венец над головой маршала. - Готов ли ты, Миколай Арлей граф Тофок, свидетельствовать пред людьми о правильности и правомерности этого ритуала, если возникнет такая необходимость? Мико не раздумывал, он все давно решил, представив прекрасное лицо своей богини, чуть неправильную перевернутую улыбку. Он мысленно заглянул в пустые равнодушные глаза и ответил: - Да, - язычок мрака метнулся к нему, оставляя свой отпечаток, ему еще предстояло узнать, как выглядит эта метка. - Волей Богов и народа Арана, прими венец и правь по древнему закону, – глаза Наи, казалось, горели огнем, а фигуру заволокло сияние, он опустил корону на голову Санти. – Правь с честью, король Илай. Мико знал, что сейчас произойдет, и с трудом удержался от того, чтобы броситься к супругу. Боль от полного клейма должна быть просто невозможной, но это тоже испытание, и пройти его маршал должен сам, еще раз доказав, что достоин носить свой титул. - Правь с честью, – эхом откликнулся Тофок. Ему показалось, что он ослеп от того, как сиял идол Бога Ландро, покровителя Илая. Но вот все законченно, снова тишина и шум ветра в разрушенных сводах храма. Санти был бледен, как сама смерть, но стоял, все так же гордо вскинув голову. И даже руки не дрожали. - Да будут Боги мне судьями, - проговорил он. – И пусть воздадут должное моим деяниям, каковы бы они ни были. Мико улыбнулся, в этих словах весь Илай, из него выйдет прекрасный король, если возникнет такая необходимость. - Думаю, теперь самое время приступить к погребению, и пусть это не омрачит таинство коронации, - тихо сказал он. Санти перевел дух, и только теперь позволил себе скривиться, дотронувшись до поясницы. Снял корону, протянув ее Мико со словами: - Спрячь. Присел на алтарь, глядя, как Наи тушит лампады, и спросил: - С моим клеймом-то как теперь? Аж до шеи, зараза, пропекло. Венец исчез из рук Тофока, словно его и не было, надежно спрятанный там же, где и его кинжалы. - Думаю, твоего клейма не будет видно. Твой статус сейчас очень спорный. Пока Октавий и его наследники живы, ты по прежнему лишь граф, хоть в глазах высших сил король, и в случае чего с тебя спросят не меньше, чем с правящего монарха, - ответил Мико. - Верно, Наи? - Верно, - кивнул толстяк, завязывая сумку. - Ну, это радует, - улыбнулся маршал. – А что спрос велик… Когда с меня мало спрашивали? Не знаю, как вы, а мне сейчас бокал чего-нибудь крепкого не повредит. - Нужно спускаться. Организуйте встречу, я перенесу тело, - Мико буквально кожей чувствовал, как уходит время, словно магия, что бушевала здесь несколько минут назад, дала возможность предвидеть. Наи и Санти кивнули, и поспешили во двор, где уже все было готово к тризне. Несколько приказов маршала, и солдаты выстроились, образовав коридор, ведущий от дверей замка к небольшому помосту, на котором уже лежали носилки, приставшие воину – два копья, с уложенными поперек мечами, покрытые рыцарским плащом. Пятеро офицеров стояли у носилок, готовые отнести погибшего вождя к месту последнего упокоения. Илай встал шестым, у изголовья. Все молчали, лишь шум ветра, да треск факелов встречал короля, покидающего, наконец, свою крепость, ставшую для него могилой. Тофок потратил несколько минут, на то чтобы переодеться, ничего парадного у него не было, но пыльная рубашка и простые брюки явное не проявление почтения. Собрав волосы в простую косу, парень поспешил в запертую комнату. Тело, высохшее словно мумию, почти ничего не весило. Подхватив его на руки, Миколай перенесся во двор, точно за спину Илаю. Осторожно опустив последнего короля на носилки, Мико оступил в сторону. По молчаливому знаку маршала, офицеры подняли носилки на плечи, направляясь к небольшим воротам в стене, откуда начиналась тропа, ведущая к скальному уступу, где возвышалась поленница погребального костра. Впереди шел отряд с факелами и знаменами, сразу за носилками шли Мико и Наи, за ними двинулся еще один отряд. Дальше шли те, кто пожелал присоединиться к процессии. Медленно, в суровом молчании, процессия двинулась вдоль стены по тропе. Носилки водрузили на приготовленное для них место, и, прежде чем хоть кто-нибудь успел сказать положенные в таком случае слова, поленница занялась чистым ненормально ярким пламенем. Оставалось только гадать, что это значило - проклятие или прощение. Когда от костра остался лишь прах, что произошло поразительно быстро, налетел могучий порыв ветра. Взметнул темным облаком пепел, заставив людей зажмуриться, и с пронзительным горестным гулом унес его прочь, развеяв где-то над горами, к склонам которых прижималась древняя Цитадель. Такого прощания с умершим не видел прежде никто из собравшихся. - Покойся с миром, - тихо сорвалось с губ Мико. Он вопросительно посмотрел на маршала, как бы спрашивая: "Что дальше?" - Пусть даруют Боги покой твоей душе, - тихо произнес Илай, он мыслями был все еще где-то далеко. Наи едва слышно пел какое-то заклинание. Но вот Илай встряхнулся, и повернулся к солдатам, ожидавшим его команды. - Идемте, друзья мои! - громко произнес маршал. - Наполним чаши, и воздадим должное тому, кто сегодня, наконец, обрел покой. Пока они спускались обратно в Цитадель, Илай тихо спросил, обращаясь к магам: - И какое имя мы назовем? Ребята захотят знать, кого провожали сегодня, да и не по людски это, поминать безымянного. - Валдис, - так же тихо сказал Мико. - Это его второе имя, известное только родителям и нескольким друзьям, не думаю, что кто-то помнит. - Что ж, пусть будет так. Они вошли, наконец, во двор Цитадели, где уже на столы подавали блюда с мясом. Бочки были открыты, и из них щедро разливали. Маршал произнес короткую речь. Солдаты дружно подняли кубки, и выплеснув часть вина на землю, остальное выпили. И тризна пошла своим чередом. Полагалось вспоминать битвы ушедшего полководца, но о нем никто ничего не знал, и говорили о тех войнах, что помнили из летописей, те, в которых участвовали сами. Илай сидел, в основном, молча, почти не принимая участия в разговорах. Лишь отвечая на вопросы, которые к нему обращали то один, то другой из воинов. Его взгляд, казалось, навечно утонул в пламени костра, горящего рядом со столом, за которым они сидели. - Илай, что с тобой? - поинтересовался Мико, он понимал, что на маршала свалилось сегодня слишком многое, но обычно он был не склонен долго переживать. - Я могу чем-нибудь помочь? Санти чуть улыбнулся, выныривая из своего оцепенения. - Все в порядке. Я просто пытаюсь хоть примерно просчитать последствия нашего поступка. И, признаться, вижу лишь мрачные перспективы. Да и сам факт принятия венца... Я не отступлюсь в любом случае, но все-таки... Это гложет. - У любого решения есть последствия, - протянул Мико, и коснулся руки супруга, стараясь поддержать. - Ты же не собираешься силой забирать у Октавия трон, ты не приступил ни одну из данных клятв, и по прежнему верен своему сюзерену. Не о чем волноваться и переживать. - Да, ты прав, - медленно проговорил Илай, а потом все же встряхнулся. - Не будем больше об этом, - с улыбкой сказал он, поднося руку Мико к губам, и целуя его холодные пальцы. - Замерз? - Здесь всегда ледяной ветер, - улыбнулся в ответ Тофок. Маршал привлек его к себе, прижав спиной к своей груди, чтобы немного согреть, обнял. - Так теплее? Надо побыть здесь еще немного, и можно будет уйти внутрь. Нагреем воды, и я согрею тебя в горячей ванной. - Холод не причиняет мне неудобств. Больше расстраивало твое настроение, но ты снова улыбаешься, так что мы можем оставаться здесь столько, сколько нужно, - ответил он. Илай посмотрел на него, скривив лицо в преувеличено горестной гримасе. - Мико, ты просто невозможен. Вот и старайся о тебе заботиться. Тофок рассмеялся: - Это я еще стараюсь хорошо себя вести, - улыбаясь сказал он, но потом уже серьезно добавил. - Я очень ценю твою заботу. - Мико, Мико, - Илай поцеловал его в висок, рядом с ухом, и крепче обнял. - Мой невозможный Мико. И как так вышло, что никого дороже тебя на свете нет? - Не знаю. Видимо, так было суждено, - сказал Тофок, невольно вспоминая о пророчестве Раена Санти. Маршал, улыбнувшись, повернул его лицо к себе, целуя в губы. Поминальный пир понемногу перерастал в веселую пирушку. Печаль уступала место радости, смерть - жизни. Зазвенел смех, сопровождая шутки и анекдоты. Вскоре зазвучали гитары, флейты. Кое-кто уже начал и танцевать. Мико улыбаясь смотрел на веселящихся солдат, но не мог чувствовать то же что и они. Он все еще слышал прощальную молитву и клятву Илая в тишине старого храма. Принял ли его древний король? Что он хотел сказать, отдав последние силы для погребального костра? - Как ты думаешь, мы уже можем уйти?-спросил Мико маршала. - Нет настроения гулять. - Можем, - кивнул Илай, выпуская его из рук и вставая. - Теперь ты чем-то сильно озабочен. Поделишься? - Я думал, ты не хочешь об этом говорить...- удивился Тофок. - Меня волнует последний жест короля, - признался он, чтобы не заставлять Илая повторять вопрос - Последний жест? - теперь удивился Санти. - Что ты имеешь ввиду? - Он отдал все, что осталось от магии и сущности для костра, - пояснил парень. - Не хотел, чтобы потомки предателя зажгли костер, или, напротив, показал, что нашей вины нет? - Потомки предателя... - задумчиво повторил Илай, поднимаясь по лестнице в башню. - Что-то я запутался. Какое предательство имеется ввиду, Мико? - А как иначе назвать его заточение в цитадели? Аратаны предали его. Если честно, я уже сам запутался, - Мико устало потер лицо ладонями. - Ну, в таком случае, у него не было причин протестовать против того, чтобы я поджег костер, - пожал плечами Санти. - Во мне нет крови Аратанов. Он открыл дверь в башню, и посторонился, пропуская супруга вперед. Массивная дубовая створка закрылась, отсекая звуки пира, разошедшегося во всю. Здесь был лишь треск факелов, пылавших на стенах. - Боишься, что погребение не дало нужного результата? - продолжал маршал. - Но, во всяком случае, наследником он меня признал, судя по клейму. Он повел плечами. Легкая боль от королевской метки все еще ощущалась. - Я не боюсь нападения, он полностью исчез. Просто не понимаю, почему так? - Тофок пожал плечами. - Но, может, действительно не стоит больше об этом? - Не стоит, - подтвердил Илай. - Его больше нет, мы сделали для него все, что могли. Будем думать о том, что еще предстоит сделать. Он окликнул пробегавшего мимо слугу, и велел принести в купальню горячей воды, да побольше, и жестом предложил Мико зайти в спальню, возле дверей которой они как раз оказались. - Значит, решили, - подвел итог Тофок, и присел на кровать, чувствуя как медленно уходит напряжение. - Чем займемся завтра? - Надо закончить с размещением солдат, - ответил Илай, сняв куртку, и снова поморщился. - Боюсь, это займет без малого весь день. А потом мне будет хотеться только одного - завалиться на постель и вытянуть ноги. Что будешь делать ты? Он сбросил рубашку, и изогнулся, пытаясь рассмотреть хоть что-нибудь на спине. Зеркала здесь в комнате пока еще не было. - Не вертись, - улыбнулся бывший советник, - ничего там нет. А я еще поброжу по подземельям, и детально разберу остатки заклинаний на стенах, пожалуй. - Как так - ничего нет? - возмутился маршал. - Тогда какого черта до сих пор болит?! - Оно есть, но увидеть его пока невозможно, - пояснил Тофок. - Если хочешь, можно попросить у Наи какую-нибудь мазь, клеймо - это весьма неприятная штука. - Это я уже понял, - вздохнул маршал. - Потерплю, не будем тревожить Наи, он, по-моему, уже спит. И нам бы не мешало. Только где эти олухи с водой? Он сел рядом с Мико, принявшись разминать его плечи. - Устал? - Немного, - признался парень. - А ты вообще должен с ног валиться после такого сумасшедшего дня. И откуда в тебе столько энергии? Илай хитро улыбнулся: - Скажу тебе по секрету: я просто удачно делаю вид. А на самом деле мне хочется упасть на постель и не просыпаться, желательно до обеда. Я бы уже уснул, но не хочу ложиться не искупавшись. Эта коронация выжала из меня все соки. * * * Едва с размещением нового гарнизона было покончено, маршал тут же погнал солдат разгребать завалы в подземельях. Инженеры, каменщики, плотники работали, не покладая рук, восстанавливая коридоры, стены, туннели, орудия. Нашлись, наконец, чертежи огромных катапульт, которые так жаждал получить Санти. По всей Цитадели разносились стуки топоров и молотков, визг пил, звон металла, грохот камней и деревянных балок. Илай с Мико продолжали шариться по заброшенным башням и коридорам крепости, находя все новые и новые интересные вещи. Однажды, в процессе своих поисков, они оказались в помещении, которое явно использовалось когда-то как пыточная. Но здесь все было завалено обломками каких-то бревен, ящиками, железом. Из-под этих обломков выглядывали древние орудия пыток. Лишь посредине, попадая в луч света, падавший из крошечного оконца, свисали с потолка кандалы. Все было покрыто могучим слоем паутины и пыли. Но возле двери стоял стол, с разложенными на нем пыточными причиндалами. И пыли на нем было совсем чуть-чуть. - Судя по всему, - констатировал Мико, - Криан хотел сделать здесь комнатку для своих забав, но не успел. Илай лишь хмыкнул в ответ. - Представляешь, сколько криков слышала эта комната? – спросил Мико, потрогав кандалы. Сверху слетело облачко пыли. Парень улыбнулся, и просунул руки в расстегнутые наручники. - Представляешь, сколько несчастных здесь висело? Он улыбнулся маршалу, и, взявшись за цепи, повис на них, подогнув ноги, и откинув голову, словно обессилел от долгих мучений. Илай глянул на него, и вдруг отвел потемневшие глаза. - Не надо, Мико, - тихо попросил он. - Почему? – протянул парень, с интересом уставившись на супруга, который перебирал предметы на столе, изо всех сил стараясь не смотреть на Тофока. – Илай… Почему? Маршал хмыкнул. - Потому что, подобные зрелища пробуждают темную сторону моей натуры. - Хм… А у тебя есть темная сторона? Я бы не отказался ее увидеть, - промурлыкал Мико, снова обвисая на цепях. - Не надо… Парень в ответ лишь медленно провел языком по верхней губе. Он давно уже выучил, что подобная провокация сносит супругу голову. Глаза Илая стали совсем черными. - Что ж… Не обессудь. Ты сам напросился, - жестко сказал он, и шагнул к Мико, срывая с плеч рубашку. Маршал обмотал своей рубашкой руки Миколая, чтобы грубые кандалы не повредили тонких запястий супруга, и защелкнул браслеты. Отошел в сторону. Скрежет, лязг металла, и цепи натянулись. Теперь руки Мико были жестко вытянуты вверх. Маршал отошел к столу. Раздался зловещий, словно змеиный шорох, и по полу развернулась кожаная лента бича. Парень сглотнул, и едва успел зажмурить глаза. Раздался свист, оглушительный щелчок бича, кожаная лента на мгновение обвила тело Мико, и тут же исчезла, разорвав рубашку в клочья, и оставив на коже багровую полосу. Парень закричал. - Больно, я знаю, - спокойно сказал Илай, подходя к нему, и проводя пальцами по вспухшей полосе на коже. Мико дернулся, но его удержали властной рукой. Губы и руки Илая скользили по телу вдоль багрового следа, принося и удовольствие и боль. Парень застонал, и от этого звука в глазах маршала распахнулась бездна, заставив Миколая невольно сглотнуть, подумав, что же он разбудил? Санти отошел. Снова зловещий шорох, оглушительный грохот бича, и шерстяные брюки Мико превратились в клочья, оставив на бедрах горящую огнем полосу. Маршал подошел к своей жертве. Сбросил с его тела ошметки ткани. Вытащил кинжал, и медленно провел им по телу Мико, до кожаного пояса брюк, так и оставшегося на нем. Лезвие плашмя прижалось к коже, обжигая холодом, и скользнуло под пояс. Парень замер, тяжело дыша. Он знал, что Илай не причинит ему вреда, но тело вопило об опасности, чувствуя прижавшийся клинок, словно ласкавший кожу, прежде чем безжалостно ужалить. Рывок, и разрезанный пояс падает на пол. Теперь Мико остался лишь в сапогах. Илай прижал его к себе, впиваясь пальцами в рубцы оставленные бичом. На мгновение Мико потерялся. Внутри всколыхнулось темная сила, требуя немедленно освободиться. Серые глаза затянуло черной пеленой. К счастью, маршал смотрел ему в очи, и успел увидеть опасную перемену. Он стремительно отскочил, за пределы досягаемости. Минута, две, и вот парень взял себя в руки. В посветлевших глазах появились испуг и боль. - И что это было? – с мрачной усмешкой произнес маршал. – Бунт, как я понимаю? - Меня накажут? – тихо спросил Мико, проводя языком по пересохшим губам. - Обязательно. Илай шагнул к нему, и стиснул одной рукой за талию. Вторая взлетела, и мощным шлепком опустилась на ягодицы Мико. Парень взвыл. Рука у маршала была очень тяжелой. А какой она еще могла быть, привыкшая держать меч, и поводья норовистых лошадей? Шлепок ложился за шлепком. Миколай кричал, бесполезно дергаясь в железных тисках супруга. Когда Илай, наконец, остановился, ощущение было такое, словно парень сел голой задницей на раскаленную печь. Санти довольно усмехнулся, и погладил ладонью пылающие ягодицы. На белой коже Мико шлепки горели алым пламенем. - Твоя попка сейчас такая румяная, - промурлыкал он. Парень лишь простонал в ответ. Илай обошел его, встав спереди, и усмехнувшись, стиснул горящие ягодицы. А в следующую секунду, он упал на колени, и поймал губами член Мико. Парень выгнулся, не понимая от чего. То ли от боли, то ли от удовольствия. Он изо всех сил толкался в рот супругу, пытаясь избежать прикосновений к своей пылающей заднице. Но Илай не отпускал, продолжая мучить болью и удовольствием. Наконец, он прекратил сладкую пытку. Но за ней началась новая. Блестящий клинок кинжала скользнул по груди, прошел по животу. А потом самый кончик лезвия прочертил полосу поперек внизу живота, вдоль линии волос, оставив очень тонкий, но все же порез. И тут же Санти, отбросив кинжал, сжал бедра супруга и прижался губами к ранке, слизывая капельки крови. Язык вылизывал порез, тонко обжигая своими жесткими прикосновениями. Мико лишь поражался сам себе. Он словно бы забыл о своих способностях. Не мог вырваться, не мог абстрагироваться от боли. Словно и не был никогда сильным магом. Пальцы супруга проникли в него, и парень изогнулся, вцепившись руками в цепи, в голос застонал. Язык супруга обвивал член, губы сладко терзали, заставляя молить об оргазме. Ладони терзали горящие ягодицы. Рука Илая внутри его тела отыскала нужную точку, и Мико попросту взвыл, насаживаясь изо всех сил на пальцы, массирующие его простату. Он кричал и метался, не в силах больше контролировать свои чувства. Оргазм буквально подбросил его вверх, так что он поднялся на цепях на секунду, чтобы потом упасть вниз, обвиснув всем телом под лязг кандалов. Сердце стучало о ребра, грозя проломить их. Дыхание с трудом рвалось из грудной клетки, натянутой из-за подвешенного положения. Маршал отошел. Раздался лязг цепей, и Мико опустился вниз, оказавшись стоящим на коленях. Но руки все так же были вздернуты вверх. Илай остановился перед ним. Расстегнул брюки, освобождая член. - Давай, малыш, поработай, - приказал он, притягивая голову Мико к себе. Парень покорно открыл рот, принимая огромный орган, расслабился, позволяя ему скользнуть себе в горло. - Да, - выдохнул Санти, - давай, малыш. Я знаю, ты умеешь. Его рука сжалась на затылке парня, но Илай не давил, давая Мико самому контролировать процесс, что было более чем милосердно. Что ж, Тофок не был против такой забавы. Наоборот, его собственный член вновь начал наливаться силой, ясно говоря, что ему нравиться происходящее. Постанывая, Мико ласкал член супруга, всхлипывая, роняя капельки слюны. Очень хотелось помочь себе руками, но нельзя, и это пьянило еще больше. Парень невольно сжимал и разжимал кулаки скованных рук, даже не представляя, как сильно это зрелище заводит его супруга, который сегодня явился ему совсем иным, но столь же желанным. Внезапно Илай оттолкнул его, а уже через секунду мощный рывок цепей вновь вздернул Мико в воздух, так что парень потерял опору под ногами. Санти подхватил его ноги, закинув себе на талию, и насадил на свой член. Тофок закричал, окончательно теряясь между болью и наслаждением. А супруг уже яростно двигался в нем, пробуждая в теле безумное удовольствие и заставляя кричать в голос, как никогда еще не кричал. Лязг цепей, влажные шлепки плоти о плоть, собственные крики и стоны супруга… Мир улетел в тартарары, свет померк, распалась на осколки память… Остались только страх и страсть. Боль и безумное наслаждение. И финальный крик, больше похожий на отчаянный вопль. То ли мольба о пощаде, то ли торжество жизни… А может, и то, и другое вместе. Илай расстегнул кандалы, руки Мико упали ему на плечи. Парень, так и не открывавший глаз, всем телом прижался к супругу, чувствуя, как тот подхватил его на руки. - Мико, - шепнул маршал, - открой портал в спальню. Радужная пленка засветилась, но Тофок ее уже не увидел, погружаясь в прострацию. Очнулся он уже на ложе. На теле уже не было следов забав, рубцы не болели, смазанные чудодейственной мазью Наи. В душе царили легкость и покой. Илай мягко массировал ему натруженные плечи. Сильные пальцы нежно разминали мышцы, даря чудесное удовольствие. - Пить хочу, - прошептал Мико, улыбаясь, и все так же, не открывая глаз. Уже через секунду его губ коснулось, холодное стекло. Тофок с удовольствием напился. - Все хорошо? – спросил Илай. - Да, - парень, наконец, открыл глаза, и посмотрел на супруга сияющими смеющимися глазами. – Но в следующий раз, я подумаю, прежде чем будить твою темную половину. И забрался под бок супругу, положив голову на плечо, а ладонь на грудь Илаю, чтобы полнее ощущать ровный и сильный стук родного сердца. Илай тихо рассмеялся, натягивая на них большущее пуховое одеяло. Укутал Мико. - Спи, любимый. Спи спокойно. Я с тобой. - Я знаю… *** Уже дня три они разгребали завалы на одном из нижних этажей Цитадели. И все три дня Илая не покидало странное чувство дежа-вю. Здесь, в этом зале, было темно. Лишь горели факелы, которые закрепили на стенах солдаты. Свет огня выхватывал из мрака то кусок стенной мозаики, то колонны, то резьбу, украшавшую проем. Но Илая не оставляла мысль, что если бы он увидел этот огромный подземный зал полностью освещенным, он вспомнил бы, где он его видел. Где? Смешно! Где можно было его еще видеть, как не здесь? Но маршал точно знал, он тут впервые. Так откуда же чувство, словно он здесь уже был? Илай помотал головой, отбрасывая с лица влажные от пота волосы. Только что они пробились через какой-то проем, и буквально ввалились в коридор, заваленный обломками обрушившегося потолка. Прямо перед ними оказался очередной завал. Но за ним, судя по звуку, было большое свободное пространство. - Лери! – раздался голос Трима. – Поострожней там, слышишь?! - Да слышу я! Угомонись! – отозвался лейтенант, перебравшийся через завал. - Что там? - Да подожди ты! Факел дайте, кто-нибудь! Илай стоял, разглядывая огромный проем, в который они влезли, и упорно пытаясь понять, почему это место, тонущее в кромешной тьме, кажется таким знакомым? - Млять! – раздался голос Лери. - Что там? – голос Трима. - Что это? Это что, зеркало, что ли? Врожденное чувство опасности мгновенно заставило маршала скомандовать: - Все назад! Его командный голос заставил всех тут же перебраться обратно и сгрудиться вокруг него. Илай, взяв связку факелов, сунулся через завал. Огляделся. И выругался. Потом выбрался назад, прошелся по темному залу, провел факелами по периметру полуразрушенного проема. - Черт… Узнавание прошло по телу холодной волной. - Кто-нибудь! – приказал маршал. - Позовите сюда графа Тофока! Немедленно! За завал никому не лазить! К зеркалу не подходить! *** Солдатик, обвешанный паутиной и щедро присыпанный пылью, влетел в кабинет, где Мико ломал голову над восстановлением очередного заклинания. - Господин граф! Вас маршал зовет. Он что-то нашел в подвале, и хочет, чтобы вы взглянули! Мико перевел на него задумчивый взгляд, не замечая, как побледнел парнишка, но быстро опомнился, и мягко улыбнулся. - Хорошо. Сейчас иду. Мико поднялся на ноги, еле заметно разминая затекшие от долгой неподвижности мышцы. - Ну, что ты так на меня смотришь? - обреченно спросил он гостя. - Брысь отсюда. Сам того не замечая, для последней фразы он скопировал интонации супруга. Когда солдат выскочил из кабинета, Мико тихо ругнулся: - Прибил бы того идиота, который распускает обо мне слухи... Глубоко вздохнув, он поспешил туда, где дожидался его Илай, которого он без труда чувствовал. Супруг ждал его с факелом в руках, и со странным выражением на лице, от которого у Мико сразу возникло нехорошее предчувствие. Едва увидев Тофока, маршал поджег еще один факел. - Добавь магии, - попросил он. Парень выполнил пожелание. Магический огонь горел ярче, чем обычный. Когда огонь разгорелся в полную силу, Илай сказал: - Смотри. И швырнул факелы куда-то через завал из балок и камней. Пролетев через него, факелы упали на пол, почти у самой стены. Пламя на миг угасло, а потом запылало вновь, и в его ярком свете Мико увидел трапецевидную арку, края которой были сплошь усеяны рунами. А в ней ртутью переливалась зеркальная завеса. Мико выдал длинную фразу, целиком, состоящую из неприличных слов. А потом перевел взгляд на Илая, в глубине серых глаз пряталась паника, почти не различимая за решимостью: - Мы уходим отсюда, не просто из зала, из Цитадели. И пока наследник не будет мертв, стоит забыть о ней. - Почему это мы уходим? - удивился Илай. - Думаю, обстоятельства далеки от тех, что мы видели в видении. Стоит ли пороть горячку? Может, лучше разобраться, что к чему? -Да, конечно, - едко выдал Мико, - давай сразу притащим твой родовой меч и драконов, что уж тянуть! Санти оглядел притихших людей, окружающих их, и твердо попросил: - Господа, оставьте нас, пожалуйста. Дождался, пока просьба была выполнена, и повернулся к супругу. - И что означает этот тон? - холодно спросил маршал. - Например, то, что я за тебя волнуюсь, - уже спокойно ответил Мико. - И могу думать только о том, чтобы держать тебя как можно дальше от этого всего. Он сделал неопределенный жест в сторону портала. - Держать меня подальше от всего этого? - прищурился Илай. - Может, мне вернуть королю маршальский жезл, снять рыцарские шпоры, и сидеть дома, чтобы ты был спокоен? Что за ерунда?! Миколай, все должно быть в меру! Мне, безусловно, приятно твое беспокойство, но не перегибай палку! - Илай, - тихо, но как-то очень весомо, сказал парень. - Мы уедем отсюда, даже если для этого мне придется вырубить тебя, а потом держать в каком-нибудь подвале, подальше от всех. Санти, казалось, чуть дара речи не лишился от такого заявления. - Что-о-о?! - протянул он. - С каких это пор ты взялся за меня решать?! Посмей только! Даже предполагать такого не смей! Можешь уезжать хоть сейчас, но я останусь здесь! Не вижу ни малейшей причины для твоей паники! - Вот как? Не сметь решать за тебя? Знаешь, что, дорогой мой, когда ты решал за меня, я молчал, понимая, что ты знаешь лучше, но я не говорю, что это мне нравилось. А теперь я знаю, что так нужно, - голос звучал спокойно, но Мико опять выдала магия, по стене зазмеилась трещина, с потолка посыпался песок. - Это когда я за тебя решал?! - взвился Илай. - Знаешь, я не имею привычки записывать. Но если ты дашь себе труд задуматься, то поймешь все сам, - Мико внезапно стало как-то иррационально обидно. Нет, он понимал, что Санти всегда хотел как лучше, но перекроить жизнь другого человека даже не заметив этого, все же немного слишком. - Что ты имеешь в виду, Миколай? - потребовал Санти ответа. - Начал говорить, говори до конца! Мне казалось, что все наши решения мы принимали вместе! Я так серьезно ошибался? - Вмеееесте, - задумчиво протянул Мико, словно пробуя слово на вкус. – Видимо, я слишком тихо говорил и быстро отступал, что ты так решил. Я не спорю, большинство наших решений были действительно совместными, но иногда я сам себе больше напоминаю куклу, чем разумное существо. Но знаешь, сейчас меня волнует не это, мы отклонились от темы. Эти слова полоснули Илая побольней плети. - Куклу? - тихо переспросил он. - Вот как, значит... Что ж, извини, если так. Знаешь, я не умею читать мысли, и еще меньше умею читать в твоем сердце. Может, тебе просто стоило меньше отмалчиваться за своими тайнами, и почаще говорить со мной? Он помолчал, отвернувшись, и скрестив руки на груди, потом твердо сказал: - Я никуда не поеду, Мико. Я останусь здесь. Парень устало вздохнул и потер ладонями лицо. - Илай, я же прекрасно понимаю, что если выполню свою угрозу, ничего хорошего не произойдет, и ты вряд ли когда-нибудь это простишь. Но я просто не могу подобрать нужные слова. Темные! Как же мне убедить тебя, что это действительно необходимо? Что тебя вообще держит здесь? Я понимаю, что ты маршал, и твой долг для тебя важнее всего прочего, но обернись и посмотри туда, - он указал на древний портал. - Мы оба знаем, чем может закончиться твой поход через эти врата. Я бы разнес их в прах, если бы мог. С каждым словом парень говорил все громче и громче: - Завалил бы этот зал и стер из памяти. Но я не могу, разрушить настолько сильные чары! Мико замолчал, словно наткнувшись на какое-то препятствие, когда с удивлением понял, что кричит. Продолжил он уже гораздо спокойнее: - Я же не прошу тебя прекратить поиски, или отступиться. Просто это можно делать и в другом месте, не здесь, подальше от всего этого. Там, где есть хоть иллюзия безопасности. Тофок вглядывался в лицо маршала, тщетно пытаясь найти там хоть искру понимания. - Прекрати истерику, - жестко оборвал его Санти. - Может, ты и чувствуешь себя куклой рядом со мной, а вот у меня чувство, что ты считаешь меня идиотом. С чего ты решил, что я собираюсь туда лезть, в этот портал? Ты, в самом деле, считаешь, что я совсем тупой солдафон, напрочь лишенный и осторожности, и чувства самосохранения? Твоя зацикленность на магии и древностях, мешает тебе видеть то, что вижу я. Эта Цитадель - будущий форпост в войне с немерами. У нас мало времени, и к тому моменту, когда грянет буря, эта крепость должна быть в состоянии отразить любой удар. Вот что держит меня здесь. Мне на хрен не нужен и неинтересен этот портал, куда был он не вел. Не знаю, почему я прыгнул туда в видении, но сейчас мне абсолютно безразлично, что за ним. Я не брошу крепость, в которой мне, скорее всего, придется сражаться, только потому, что мой супруг вне себя от страха. - Да, конечно, маршал Илай Санти не отступает, как я мог забыть, - в голосе должна была быть издевка или нотка сарказма, но нет, лишь пустота и спокойствие. - Я вижу магию, ты видишь удобную крепость, каждый зациклился на своем. А еще есть одно милое видение... Предположим, мы сделали все, чтобы это не произошло. Ты умный человек и не полезешь туда, где тебя ждет смерть. Но ситуации бывают разные, может случиться и так, что ты как миленький сиганешь в этот проклятый портал, и еще рад будешь. Я не говорю о ментальной магии или принуждении, просто о жизни, которая очень любит вносить свои коррективы. Мы здесь не нужны сейчас, Илай, все, что нужно, вполне могут сделать твои солдаты, а зачаровывать лучше отремонтированные стены. Дай мне хотя бы возможность, хоть несколько недель, я найду все, что есть в архиве моей семьи о вратах Древних, и хотя бы запечатаю их. Ведь, если уничтожить их твоим фамильным клинком, то от Цитадели мало что останется. - Да, черт подери, маршал Илай Санти не отступает, - скрипнув зубами, ответил Илай. - Вот только жаль, что у тебя это вызывает насмешку. Но такой уж я есть. Хорошо, я уеду. Прямо сейчас. Не дайте Боги, опять смогу настоять на своем. Он развернулся, и пошел к выходу из подземелья. Мико обессилено прислонился к стене, стараясь не обращать внимания, как что-то внутри дернулось, когда Илай сказал, что уезжает только он. Что ж, главного он все-таки добился, и сейчас не время рассуждать, какой ценой. Он не торопился подниматься из подземелий, шел по тому пути, который в видении прошел Илай. Жадно вглядывался в роспись на стенах, пытаясь найти там ответ, вот только иногда казалось, что вопрос уже совсем не тот, что был вначале. Бывший советник уже не был уверен, что стоило поступать, так как он поступил. Задумавшись, он не заметил, как повернул не туда. Стоя перед покрытой трещинами стеной, он совершенно не понимал, как здесь оказался, его врожденное чувство направления словно отказывало ему. Мико прикоснулся к камню, чтобы проверить, не морок ли перед ним, но нет, под пальцами была обычная порода, но почему тогда ему отказывает дар? Неосторожное движение, и из небольшого пореза оставленного острой гранью, появляется капелька крови. Ее хватает, чтобы активировать спящее до поры заклинание. Перед Мико в воздухе, едва светясь, кружат буквы пока, наконец, не складываются во фразы на древнем: «Потомки предателя не могут узнать слова Зова Дракона» Тофок прикусил губу. Если он понял верно, то под неуступчивым заклинанием скрывается то, что поможет найти крылатых королей неба, но его кровь не подходит, а значит… Парень стремительно развернулся, и пошел прочь из тупика, оставив на выходе метку. Он перенеся туда, где находился Илай. К счастью, маршал еще не успел отбыть. Стоит спиной к Мико копаясь в бумагах. - Илай, – окликает его Тофок, силой воли преодолевая нерешительность, в конце концов, то, что он собирается сказать, не менее важно, чем портал. – Я еще кое-что нашел в том туннеле. Скорее всего, это заклинание призыва драконов, но мне оно не открылось. Быть может, это получится у тебя. Мико замолчал, ожидая реакции супруга на свои слова. Маршал сложил в кожаную папку бумаги, которые намеревался взять с собой, и повернулся к супругу. Слова Мико задели Илая очень сильно. И как теперь себя вести, он не знал. То, что было совсем недавно до предела простым, вдруг стало невыносимо сложным. Но ссориться еще больше Санти определенно не желал. Поэтому он ровно ответил: - Хорошо, идем, посмотрим, что я смогу сделать. Мико тут же открыл портал, не заставляя маршала ждать. Уже в подземелье зажег факел, подал его супругу, сам же пошел вперед к стене, которая вновь ничем не отличалась от обычной. Но странное ощущение, будто магия больше не подвластна, не пропало. Он отступил в сторону, пропуская Илая вперед, протянул ему один из своих кинжалов. - Нужна капля твоей крови, на эту стену. Моя не подошла. Он старался не смотреть на маршала, и не говорить лишний раз, больше всего его пугала мысль, что Илай может передумать, остаться в Цитадели. Не говоря ни слова, Санти взял кинжал, и надрезал палец. Провел по стене. В душе шевельнулся интерес, на миг, отодвигая на задний план поселившуюся в душе боль. Мико магией попытался притушить факел, тихо сквозь зубы ругнулся, когда этого не вышло. - Потуши свет, пожалуйста, - попросил он. Руны были едва видны, недостаточно для того, чтобы все точно разобрать. Илай быстро завернул факел в плащ, гася его. Наступила кромешная тьма. - И что дальше? Буквы наконец-то сложились в слова, Мико победно улыбнулся, запоминая заклинание призыва. - Твоя кровь подошла, и теперь, при желании, мы сможем вызвать дракона. Точнее, ты сможешь, - поправился Тофок. - Если уж со мной не хочет общаться бездумное заклинание, то от разумных существ меня вообще следует держать как можно дальше. Посмотри на фреску, - парень указал на рисунок, что появился вместе со словами. - Узнаешь это место? - Да, сложно не узнать бухту, куда ты меня окунул, - кивнул Илай. - Этот же рисунок был и в видении. Нужно выяснить, что это за место. Где оно находится. Ты ведь говорил, что нашел эту бухту случайно. И что именно там должны сделать драконы? Мико мимолетно улыбнулся, вспоминая, но тут же вновь стал спокойным. - Я думаю, это что-то вроде места встречи. Может, от него драконам лететь близко, или туда им легче перенестись с помощью магии. Я посмотрю в архивах, - Тофок попытался зажечь факел, зная, что Илай не видит в темноте, но опять ничего не вышло, он едва слышно раздраженно зашипел сквозь зубы. - Давай уйдем отсюда, чувствую себя слабее новорожденного. У тебя есть, чем зажечь огонь? Раздался шорох, щелчок огнива, и факел снова вспыхнул. - Значит, твоя магия здесь не работает? - уточнил Илай, предлагая ему жестом пройти к выходу. - Именно, - мрачно подтвердил Мико. Шагнул вперед, подсознательно стараясь, оказаться как можно дальше от этого места. - Что ж, - голос Илая оставался все таким же ровным, - надо попросить Наи посмотреть, что здесь к чему. Хотя... Он, скорее всего, решит поехать со мной. Они поднялись, наконец, наверх, и маршал воткнул факел в скобу, оставляя догорать. И решительно зашагал к своему кабинету, чтобы забрать оставшиеся бумаги. - Думаю, Наи спокойно сможет там колдовать, - сказал Мико, останавливаясь в дверях. Он все никак не мог решить, что лучше сделать - уйти и не мешать Илаю собираться, или все же попытаться поговорить. - Может быть, - лаконично отозвался Санти. Завязал папку, сложив, наконец, бумаги, которые перебрал уже раз пять. Потом на мгновение прижал пальцы к вискам. Слова про куклу, упрямо не шли из головы, и он подумал, что сейчас, действительно, лучше уехать, чтобы обдумать все сказанное друг другу. В мозгу был ступор. Впервые в жизни, Илай, никогда не лазивший за словом в карман, чувствовал, что язык прилипает к небу. До этого ему не приходило в голову, что Мико могут не нравиться их отношения, что что-то может быть не так. Ведь все выглядело идеальным. Одно он знал точно. Ему сейчас абсолютно не интересны ни сама Цитадель, ни загадки, которыми она напичкана, ни судьба Аранского государства. - Что ж, мне пора, - произнес он, все с той же ровной интонацией, беря со стула куртку. - Надеюсь, ты разберешься в этих тайнах. Мико едва заметно улыбнулся, стараясь загнать подальше рвущиеся с губ слова. Он хотел, чтобы маршал уехал. Что ж, он уезжает, а то, что от этого горько и плохо, это абсолютно не важно. Главное, Санти будет далеко от этого проклятого портала, а остальное можно преодолеть. - Илай, я... - он запнулся, но все же продолжил фразу, - люблю тебя, что бы ты не думал сейчас, просто помни об этом. Счастливой дороги. Он повернулся в дверях и, не дожидаясь ответа, побрел прочь. И в этот момент в спину ему ударили слова, которых меньше всего можно было ожидать в такой момент: - Мико, почему ты никогда не приходишь сам? Ты мне не отказываешь, но сам никогда не проявляешь инициативы. Почему? Тофок остановился. Прежде чем повернуться, с трудном вернул на лицо спокойное выражение. - Не хочу навязываться, быть может? Или отвлекать от чего-то более важного... - он вовремя замолчал, не сказав последнего: "знаю свое место", ведь с Илаем это не было правдой. - Или просто по привычке. Ты думаешь, мне пора бы поступать иначе? Парню действительно было интересно. Илай уже отгрыз язык, но вопроса назад не вернуть. - Да, нет, - тихо ответил он, - просто теперь уже у меня чувство, что это я тебе навязываюсь. Глаза Мико удивленно расширились, лишь на миг, но вполне достаточно, чтобы Илай успел заметить. - Я не думал об этом в таком ключе, - признался Тофок. - Прости, постараюсь измениться, если это причиняет тебе неудобство. - Что за бред?! - заорал Илай, срываясь. - Какое неудобство?! О чем ты?! Неудобство? И это все, что ты можешь сказать? Ты что, спишь со мной только ради того, чтобы мне было удобно?! А как насчет тебя самого? Или это тоже заставляет тебя чувствовать себя куклой для моих утех?! Мико отшатнулся, словно его ударили. - Мне казалось, моё отношение к тебе очевидно, и все вопросы по этому поводу мы давно разрешили. Выходит, что нет, - он замолчал, подбирая слова. - Я с тобой по своей воле, и лишь потому, что мне хорошо с тобой. Но я привык жить в тени, мне приятнее сидеть за книгой, чем общаться с людьми, кроме тебя, конечно. Ты же вытащил меня на свет, даже не предупредив о том, что стоит зажмуриться, чтобы не ослепнуть. Я не хотел, чтобы ты представлял меня слугам в поместье, но понимал, что это не правильно, поэтому промолчал. Твои друзья прекрасные люди, я благодарен тебе, что ты познакомил нас, но я вполне мог бы обойтись без этого. Это так глупо, на самом деле, - зло хмыкнул он, - и я это понимаю. А ты понимаешь, как нужно жить в этом мире, поэтому я послушно следую за тобой. О чем я и хотел сказать. Видимо, подобрал не те слова. Надеюсь, я ответил на твой вопрос? Илай покачал головой, подошел, взяв его за плечи: - Мико, просто не надо молчать, и молча делать что-то, что не нравится. Я смутно представляю твою жизнь до нашей встречи, я не знаю, что может тебе не понравиться. И если ты не скажешь, я так и не буду знать. Ведь мы всегда можем поговорить. Снова и снова я повторяю тебе это, и снова и снова мы натыкаемся на одно и то же. - А что, если я сам не знаю, что мне нравится? Ты думал об этом? - Мико упрямо вскинул подбородок. - Я не могу всю жизнь просидеть в кабинете, мне нужно общаться. Я понимаю это, так же как и то, что мне не обязано это нравиться. Он глубоко вздохнул, успокаиваясь. - Поговорили, легче стало? - немного иронично, но уже не зло, спросил он. - Сложно со мной? - Сложно, – кивнул Илай, – но я люблю тебя таким. Я прошу, только не молчи. Вдвоем мы справимся со всем на свете. Только не бойся делиться со мной. - Сколько раз я тебе уже говорил, что постараюсь? - с легкой, но искренней улыбкой, спросил Мико. – Но, судя по всему, получается у меня не очень. Может, мне дневник завести? - он вопросительно приподнял бровь, в глазах появились смешинки. - Я буду его заполнять, а потом давать тебе читать, чтобы ты точно знал, что происходит в моей голове? – О, Боги! – воскликнул Илай. – Ну, что за фантазии! Нет уж, предпочитаю говорить с тобой. Он с улыбкой посмотрел на Мико и спросил: - Так мне уехать прямо сейчас? - Да, - твердо ответил Мико. На душе полегчало, хоть предстоящая разлука не радовала, но ему будет спокойнее, если Илай будет как можно дальше от этого места. - Я тоже не собираюсь задерживаться, на всякий случай. Поселюсь в особняке Орта, и буду приглядывать за строительством, а заодно искать нужную информацию. До встречи? - тихо спросил он. Илай покачал головой: - Упрямец. Хорошо, я уезжаю, – он прижал Мико к себе, страстно целуя, а потом решительно оттолкнул, и подхватив плащ вышел. Через полчаса он вместе с Наи покинул крепость. *** Жизнь в родовом поместье текла мирно и привычно. Вот только Наи видел, что любимец уж слишком рьяно занят домашними делами. Парень, явно, пытался от чего-то отгородиться. В конце концов, повар не выдержал. Слишком хорошо он знал любимца, и понимал, случилось что-то скверное. Камин трещал вишневыми поленьями, вино рубином горело в бокалах. Маршал молчал, гипнотизируя взглядом огонь, словно пытался выжать из него ответы. - Илай, может, расскажешь мне, что у вас там произошло? – мягко спросил Наи. Маршал мрачно глянул на него. Потом вскочил, прошелся по комнате. - Не хочу это рассказывать, - вздохнул он. – Не хочу говорить, словно это сделает ссору неслучившейся. - Но она случилась, - констатировал Наи. – И закончилась не совсем мирно. Верно? - Верно, - снова вздохнул Илай. Помолчал, но все же решился, и передал Наи их разговор с Мико, после которого он покинул Цитадель. - Выходит, - говорил Санти, глядя в огонь камина, - что все далеко не так радужно, как мне казалось. Неужели я настолько слеп? И почему он не сказал мне, что что-то не так? Я не знаю теперь, что мне делать и как поступать. Как вести себя с ним? Он потер лицо руками. - Что мне делать теперь? Наи извлек изо рта щепочку, которую жевал, и ответил: - Ну, прежде всего, оставаться собой. Именно таким он тебя и любит. Илай грустно улыбнулся. - Почему он не сказал мне обо всем? Неужели, думает, что со мной нет смысла говорить о чем-то? Он снова прошелся по комнате, и с горечью сказал: - Это больно, узнать, что любимый человек считает себя твоей безропотной куклой. А я чувствую себя сволочью. Но мне и в голову не приходило, что что-то идет неправильно. С этой поездкой на озеро… Он выглядел таким заинтересованным, радовался, когда оленя подстрелил… И я, как дурак, радовался. Устроил развлечение. Порадовал любимого супруга. Маршал посмотрел на толстяка: - Оказывается, что ему все это было не нужно. Это что, мастерское притворство? Зачем? Для моего удобства, как он выразился? Выходит, я заставляю его постоянно делать то, что он не хочет? А если он лгал, то когда? Тогда или сейчас? Но самое главное – зачем? Для чего? Почему же не сказал мне? Наи пожевал свою щепочку, и, подумав, ответил: - Тебе не приходит в голову, что Мико сказал эти слова нарочно, чтобы заставить тебя уехать? Илай с минуту смотрел на него, потом с той же горечью произнес: - Прекрасный способ, лучше не придумаешь, - и повернулся спиной, давая понять, что разговор окончен. Толстяк снова сунул палочку в рот, глядя на спину любимца, упрямо смотревшего в огонь. Очень хотелось найти одного сероглазого дуралея, и накостылять ему как следует. Интересно, думал Наи, а понимал ли Мико, какой мощный клин вколотил между ними? Вольно или невольно, но он сделал худшую из всех возможных ошибок. Теперь Илай, до этого безоглядно веривший ему, станет постоянно сомневаться в правдивости его слов, чувств, поступков. Ничего глупей просто придумать нельзя. Нельзя с маршалом так играть. Он сам никогда никому не лгал. Даже в своих военных кампаниях. Все знали, что если маршал Санти дал слово, он его сдержит. Конечно, Илай всегда помнил, что есть место и обману, и предательству, и на этот случай имел запасные варианты. Но всегда предпочитал играть честно. Многие считали его прямодушным дураком, презирая за неумение играть, интриговать. Но дураком он не был никогда. И выигранные войны это доказывали. Илай Санти был истинным рыцарем, до мозга костей. И, наверное, можно было смело сказать – последним рыцарем Арана. Он презирал закулисную возню, ненавидел и не прощал предателей. И это странным образом уберегало его от попыток втянуть в заговор, или оклеветать. Слишком хорошо король знал, насколько крепки преданность и верность его маршала. И в отношениях с другими людьми Илай всегда был открыт и честен. Наи ничуть не сомневался, что он, в самом деле, был уверен, что все в порядке. И вот теперь Мико сморозил такую глупость, заронив в его душу зерно сомнения. С другой стороны, Наи был стар, мудр, проницателен, но не всемогущ. Он ни за что бы, ни поручился, что знает об истинных мыслях, живущих в голове сероглазого парня. Тофоки всегда были загадочной семьей, скрытные, не допускавшие к себе никого. Их души темней мрака. А уж Миколай, который сам по себе был ярким представителем своей семьи, да еще и с его воспитанием, был и того сложней. Кто знает? Может быть, Мико действительно, в пылу ссоры сболтнул то, что думал на самом деле? Хотя, учитывая его выучку, поверить в это было непросто. Скорее, он действительно сделал глупость, торопясь вытурить упрямого супруга из крепости. Наи вздохнул, покачивая головой. Илай очень любит Мико, и не оставит никогда, даже если будет возможность. Он отдал свое сердце сероглазому парню, и не станет спрашивать, где тот его хранит. Но горький червячок сомнения так и будет точить душу Илая. Если только Мико не поймет – что-то не в порядке, и не попытается выяснить отношения. *** Илай сидел в удобном кресле, с чашкой кофе и книгой. С Мико они расстались уже больше двух недель назад, и смело можно было сказать, что маршал извелся. Он настолько привык к постоянному присутствию супруга рядом, или хотя бы в пределах досягаемости, что теперь не находил себе места. Мико окопался в поместье Орти, оттуда проводил свои изыскания. Несколько раз уже Илай порывался приехать к нему, но Мико каждый раз с такой категоричностью требовал, чтобы супруг сидел в родовом гнезде, что маршал смирялся. Скрипел зубами, но смирялся. Читая книгу, мужчина периодически неосознанно потирал брачный браслет, как напоминание о любимом, и поэтому не сразу осознал, что под браслетом начало ощутимо покалывать. Наконец, неприятное ощущение стало невозможно игнорировать. - Что за черт, - пробормотал Илай, пытаясь просунуть палец под браслет. Покалывание начало перерастать в жжение, а вскоре запястье начало ломить. Боль становилась все сильней. Илай вскочил, перехватив руку пальцами другой, повыше браслета. Запястье уже горело огнем, а боль поднималась вверх по руке. Заломило локоть, и вдруг обжигающая волна плеснула по плечу на затылок, и потекла по спине. А в следующую секунду боль скрутила все тело, заставив подкоситься ноги. - НАИ ! – заорал Илай, падая на ковер. На его крик, прибежал слуга, и, увидев хозяина, корчившегося на полу, с белым, как смерть лицом, кинулся на кухню, где повар как раз собирался заняться пирожками. - Наи! - Чего орешь? – недовольно вопросил толстяк, который терпеть не мог подобной суеты, тем более на кухне. - Там хозяин в гостиной! На полу! Ему плохо! Отшвырнув фартук, Наи бросился наверх со скоростью, которую в его округлом теле было сложно подозревать. Когда он влетел в гостиную, Илай уже хрипел, корчась в конвульсиях, и едва не ломая пальцы, пытался содрать с себя браслет. - Боги! – выдохнул толстяк, на мгновение, застыв от страшной догадки. Но вопль боли, сорвавшийся с губ любимца, заставил его опомниться. - Илай! – он попытался удержать за плечи бьющегося на полу мужчину. Какое там! - Прекрати это, - прохрипел Илай. – Прекрати, прошу тебя. Сделай что-нибудь… Его снова выгнуло от боли. На губах выступила пена. Перепуганный Наи, отчаянно бормоча: - Если бы я мог, если бы я мог… Как же так? Как же так?! – попытался хоть как-то помочь, воздействуя своей силой, но бесполезно. Как он не пытался, боль не утихала. - Потерпи, потерпи, - шептал Наи, понимая, что Илай его все равно не слышит. Все, что смог сделать Наи, это навести завесу тишины, чтобы слуги не слышали диких криков хозяина. Но заткнуть себе уши толстяк не мог. Страшные вопли Илая выворачивали его сердце наизнанку. Свернув в несколько раз салфетку, он буквально запихнул ее в рот мужчине, с ужасом видя, как она тут же начала пропитываться кровью. - Терпи, Илай! Терпи! Держись, мальчик мой! Держись! Это скоро кончится! Терпи! Минута уходила за минутой, а легче не становилось. Наоборот. Все становилось еще ужасней. Тогда Наи, прикрыв глаза, пустил в ход всю свою силу, чтобы не дать умереть тому, кого считал своим сыном. * * * Мико отчаянно скучал. Нет, он не бездельничал, работы у него было много. Он усердно собирал информацию, и самое главное, о портале. Да обо всем! Но он скучал по Илаю. Как же ему не хватало любимого рядом! И пусть Илай не мог помочь ему в магических изысканиях, само его присутствие вселяло покой, и уверенность в душу. Те письма, которыми они обменивались, только еще больше расстраивали, оставляя на пальцах запах духов. Такой родной! Иногда Мико втихаря утыкался лицом в лист бумаги, хранящий запах любимого, который оставили на ней руки Илая. Как же парню хотелось оказаться в этих руках! Таких сильных и нежных одновременно. Почувствовать, как они сжимают тебя в объятиях. Илай много раз порывался приехать, но Мико категорично останавливал его, не желая рисковать жизнью дорогого человека. И все же, где-то в глубине души жила надежда, что Санти не станет послушно сидеть дома. Что его непокорный нрав заставит все бросить, и примчаться к любимому супругу. Как же сильна была эта надежда! Такая неправильная, но такая желанная… И вот однажды, возвращаясь в замок Орти, где он окопался, Мико вдруг увидел во дворе оседланную лошадь, которую уводил конюх. Сердце совершило кульбит. - Кто приехал?! – крикнул Мико. - Маршал Санти, господин, - откликнулся конюх. Парень вихрем взлетел в башню. - Илай! Супруг повернулся к нему, улыбаясь и протягивая руки: - Здравствуй, мой хороший. Мико бросился на ему на шею. - Я так скучал, - прошептал Мико, закидывая голову, и глядя ему в глаза. Только сейчас он осознал, насколько, на самом деле, соскучился. Илай прижал его к себе, целуя. - И я скучал. Настолько, что, послав все к черту, примчался к тебе. Мико тут же нахмурился: - Мы же говорили, что это опасно для тебя. Ты не должен был… - Не должен? – теплая рука накрыла его губы. – Я должен быть рядом с супругом. Тем более, что я уже с ума схожу от тоски по тебе. И Санти принялся страстно целовать его, прижимая к себе, пробираясь ладонями под одежду. Они раздевали друг друга, нетерпеливо срывая одежду. А потом Мико с глубоким стоном выгнулся в руках супруга, ощутив его ладони на своем теле. Уже рухнув на кровать, и приняв на себя тяжесть любимого тела, парня кольнула тонкая игла беспокойства, словно что-то было не так. Но он решил, что это просто беспокойство за любимого. А потом Илай овладел им, и Мико стало все безразлично, кроме этой восхитительной, обжигающей страсти, по которой так стосковались его тело и душа… Когда Мико вынырнул из блаженной полудремы, в которую его погрузил бурный оргазм, первое, что он ощутил – Илая нет рядом. Это заставило его нахмуриться. Такого не бывало, чтобы супруг ушел, оставив его после любви одного. Он приподнялся на локтях, огляделся. Санти стоял возле окна спиной к нему. Отчетливое ощущение, что что-то не так, не правильно, пронзило сердце насквозь. - Илай? – с тревогой позвал Миколай. Супруг не обернулся, продолжая постукивать пальцами по подоконнику. Свет, падавший из окна, играл на каштановых кудрях. И Мико заметил то, чего не увидел сразу, слишком захваченный радостью. Сердце сжал ледяной ужас. Волосы Илая НИКОГДА НЕ ОТЛИВАЛИ БРОНЗОЙ! Руки дернулись, но вместо привычной тяжести клинков пальцы ощутили только пустоту, а на запястья лег холод магических кандалов. А потом Мико понял, что не может подняться с постели. - Кто ты такой? – помертвевшими губами прошептал парень, в глубине души уже зная ответ. Человек у окна поиграл пальцами, и произнес: - Глупая штука – любовь. Сколько потрясающих по своему величию ошибок совершают те, кто поддается этому чувству. Желай, владей. Но не люби. К концу фразы голос совсем изменился, став выше, холодней. - Я думаю, ты уже и сам догадался, - продолжил незнакомец. – Ты ведь умный мальчик. Во всем, что не касается любви. Каштановые кудри вдруг рухнули вниз, укрывая тело рыжим водопадом. Мужчина повернулся. Фигура, хоть и высокая, стала тоньше, изящней. Темно-синие глаза стремительно светлели, и вот в них уже голубой искристый лед. Лицо, аристократически тонкое, красивое. Белая, перламутровая кожа гибкого стройного тела. - Ты знаешь, кто я, - незнакомец с интересом наблюдал за попытками Тофока вырваться из магических пут. – А мое имя тебе знать не нужно. Не дергайся, ловушка растает сама, когда я уйду. Он рассмеялся красивым, но холодным смехом. - Как же бездарно ты потратил свое право на измену, которое выкупил у Богов! Что ты будешь делать теперь, граф Миколай Арлей Тофок, телохранитель короля и спаситель мира? Как думаешь, твой супруг пережил твою измену? Сколько мы с тобой кувыркались? Долго… Он снова рассмеялся, и, разведя руки в стороны, щелкнул пальцами. Его фигура расплылась серебристым туманом, который растаял, оставив после себя изморось. А в следующий миг исчезли путы, державшие Мико. *** Парень вскочил на ноги, и едва натянув брюки, открыл портал, используя как ориентир Илая. Единственное, что он знал точно - маршал жив. Вот только надолго ли? Практически, вывалившись в центр гостиной, он упал на колени рядом с потерявшим сознание супругом, не обращая внимания на Наи - Как я мог не заметить… - тихо сорвалось с губ. Сейчас, видя перед собой настоящего Санти, Мико не понимал, как мог купиться на подделку. Мико протянул руку к смертельно бледному лицу, но не коснулся, не смог. Он чувствовал себя грязным, хотелось сорвать с себя кожу. А еще лучше, пройти сквозь пламя, чтобы выжечь чужие прикосновения. Мико прикусил губу, чтобы не заорать в голос, он не понимал, что нужно сделать, как помочь, и можно ли помочь вообще. - Как он? – спросил парень у толстяка, не поднимая глаз, не находя в себе сил смотреть ему в глаза, после того что натворил. - Уйди, - тяжело обронил Наи. – Ты потом объяснишь мне, что это было. А сейчас -уйди. Он посмотрел на Мико темным взглядом, в котором отражалась вся тяжесть прожитых лет, и кровь всех убитых, и Тофок осознал, что перед этим человеком он просто щенок. Никогда еще Мико не был так близок к смерти. Наи был готов удавить подлеца на месте, и удерживало его только то, что этот человек дорог Илаю, и он захочет, как минимум, услышать объяснения. Толстяк тяжело дышал. Он был измотан до предела. Последние минуты он изо всех своих сил заставлял биться сердце Илая, готовое остановиться от немыслимой боли, а потом лечил, пытаясь снять последствия чудовищной пытки. Теперь страх за жизнь любимца улегся. Санти будет жить. Но вот видеть сейчас рядом Мико, Наи совершенно не желал. - Уйди прочь, - отрывисто повторил толстяк. Мико еще раз посмотрел на бледного Илая. Слова Наи били больнее плетей, что он не раз получал, сердце спорило с разумом, который говорил, что нужно уйти, потому, что это опасно. А сердце кричало, от страха, что все может повториться вновь, выдавая свое вечное, а что если? В какой-то миг, парень захотел остаться, решив, что толстяк, находясь в том состоянии, как сейчас, его обязательно убьет, и маршал будет свободен, но тут же одернул себя. С трудом, поднявшись на ноги, Мико сделал шаг назад, уходя через портал.