Северный мрак

Случилось так, как и предсказывал Илай. Вся компания его друзей ничтоже сумнящеся заявилась в городской особняк маршала. Только графиня Вадей остановилась в своем доме. С ней же остались и дочь Эриса с мужем, бароном Мару. А вот Ларден поспешил сбежать от зоркого ока матери, и предпочел окопаться в жилище приятеля. Тер и Андре сияли довольными улыбками - у обоих жены на сносях, и были вынуждены остаться дома, так что этим двоим ничто не мешало наслаждаться свободой. Каен Денье привез своего юного друга Валентайна, а с ним приехал и неразлучный Майон. Так что в доме моментально стало шумно и тесно. Конечно же, Илай не мог остаться равнодушным к предложению устроить пирушку. Мико отказался принимать в ней участие по вполне объективным причинам - магическая охрана королевской невесты не совместима с шумными сборищами. Так что Санти отправился кутить один. В результате, сиятельный маршал загулял. Появился возлюбленный супруг только на третий день после обеда, то ли уже пьяный, то ли еще пьяный. С синяком на скуле, со сдержанной удалью во взоре, и виноватой улыбкой на губах. Ввалившись в гостиную, где расположились Мико и Наи, каждый со своей книгой, он слегка замялся, явно пытаясь придать своему лицу покаянное выражение, и изрек: - Эммм... Всем привет. Повар постарался сделаться невидимым. Ему до смерти не хотелось покидать комнату, он жаждал увидеть сию семейную сцену, которая по логике вещей должна была сейчас разыграться. Будь на месте Мико жена, скандала не миновать. Но, однако же, Миколай не дама. Даже напротив, персонаж куда более загадочный и непредсказуемый. Мико спокойно отложил книгу в сторону и поднял на Илая совершенно пустые глаза. - Нагулялся? - иронично спросил он. И не поймешь, что он испытывает на самом деле: зол, разочарован или обижен. Наи стал прозрачным. Маршал сник, но присутствия духа не утратил. - Любимый, прости, ради Богов. Оно как-то так вышло... Н-да, объяснение так себе, но что он мог, в самом деле, сказать в свое оправдание? Выглядел маршал презабавно, со своими габаритами и собачьим виноватым взглядом. Илай подошел к креслу, в котором сидел супруг, опустился на колени, положив руки на подлокотник. - Мико, прости. Я виноват. - Вышло, так вышло. Я все понимаю, - Тофок пожал плечами. - Если вспомнить твоих друзей, то ты еще рано вернулся. Сделай доброе дело, пойди проспись, вечером нам нужно быть во дворце. Мне уже надоело объяснять придворным, куда я дел своего супруга. Илай замотал головой. - Не пойду, пока не простишь! Он переместился вперед, почти улегшись на пол, обнял ноги Миколая, и, положив подбородок ему на колени, уставился в лицо. - Мико, а, Мико? Ну, прости, пожалуйста. Я больше так не буду, обещаю. Книга, оставленная на столике, вспыхнула и сгорела за секунду, жалобно зазвенел, разлетаясь в клочья графин с вином, которое мгновенно замерзло. По комнате как рой пчел залетали мелкие предметы. Никогда раньше магия Миколая настолько не выходила из под контроля. - Темные, Илай, - голос парня звучал по прежнему ровно, но лучше бы он кричал. - Ты вообще понимаешь, что я успел передумать, до того как смог успокоиться? Половина Воровской Гильдии искала тебя по всей столице, и хорошо, что они нашли. Мне плевать на твои загулы, но в следующий раз находи время, чтобы сообщить мне, что ты жив. Санти подскочил, выдернул Мико из кресла, сжав в объятиях. - Прости, любимый, - зашептал он, покрывая поцелуями его лицо. - Прости дурака. Такое больше не повторится. Илай сгреб супруга в охапку, и уже вместе с ним уселся в кресло, прижал к себе. - Я болван, - сообщил он Наи, который согласно кивнул. Вокруг повара ничего не летало и не ломалось, более того, понемногу магия начала утихать, успокаиваясь под его влиянием. Вот только Тофоку оказалось не так легко успокоится, холодная ярость, с которой он жил несколько дней, чтобы не чувствовать сковывающего страха, не спешила уходить. - Илай, я все понял и запомнил, а теперь мне лучше пройтись. Вечером все будет в порядке. Но маршал, как известно, отступать не привык. Он знал другой способ успокоиться, куда более приятный, чем прогулка, и гораздо более действенный. Поэтому едва Миколай попытался встать, Илай крепче стиснул его в руках, и ловко дернул, так что парень оказался лежащим спиной у него на коленях, и в следующую секунду закрыл рот супругу яростным поцелуем, а его рука уже оказалась под одеждой, лаская и пощипывая соски. Мико вывернулся и зафиксировал супруга жестким захватом: - В следующий раз я что-нибудь разнесу в щепки, и разгоню к Темным всю вашу веселую компанию. Тебе ясно? В голосе, наконец-то, появились эмоции, очевидно, парень все-таки взял себя в руки. - Яс... но... - пропыхтел Илай, силясь вырваться из стального капкана, в который вдруг превратились ласковые руки Мико. - Яс.. но.. мне... Я все... уяснил... Теперь-то... целоваться... можно? Миколай усмехнулся в ответ и поцеловал сам, отпуская супруга. - Уф, - маршал потер шею. - Ну и силен же! И откуда только такая хватка? Он вновь решительно притянул супруга на колени, и принялся целовать, медленно и нежно, смакуя вкус любимых губ. - Дивное, однако, было зрелище, - раздался вдруг голос Наи, заставив их обоих подскочить. Похоже, повару и впрямь удалось сделаться невидимым. Оба совершенно забыли про него, хотя он так и не покинул кресло. - Подглядывать взялся? - пробурчал Илай. - Чего бы это? - благостно улыбнулся толстяк. - Просто смотрел. Приятно видеть, что хоть кто-то на тебя управу нашел. Санти фыркнул, крепче прижимая к себе Мико. - Ну, что? - продолжил Наи. - Всех парней вы в Тенебрусе перепортили? - Не «вы», Наи, - вздохнул Илай. - Они. Я теперь от измен на веки вечные заколдован. - А тебя это огорчает? - тут же ввернул повар. - Меня? - поднял бровь Илай. - Нет. Он посмотрел на супруга, и ласково погладил его по щеке. - Кто может быть лучше моего Мико? - Но покутили вы знатно, - улыбнулся Тофок. - Только я так и не понял, зачем вы разнесли трактир? Между прочим, он был далеко как не плохой. Илай засмеялся. - Трактир-то неплохой, но вот публика там не лучшая! Да и незачем было трактирщику в ссору вмешиваться. - Он видимо не понял, с кем связался, - сделал вывод Мико. - А что не так с публикой? Маршал прищурился: - Ну, видишь ли, пока мои друзья «портили парней», как выразился Наи, я в одиночестве общался с бутылкой. Что не осталось незамеченным. Кое-кто возымел наглость произнести твое имя в крайне нелицеприятном контексте. Я рассердился. Они обиделись. На шум прибежали Ларден и Каен. Вмещался трактирщик. Итог тебе известен. - Мое имя? - удивился Тофок. - Как графа или..? - Как моего супруга, господин граф, - фыркнул Санти, ласково щелкнув его по носу. - Кое-кто имел дерзость пройтись по моему семейному положению. - Я ему не завидую, - улыбнулся Тофок. - Ладно, давай забудем, и все-таки уложим тебя спать. - Думаешь, надо? - спросил маршал, и тут же отчаянно зевнул. Через пять минут он уже безмятежно спал на кровати, предоставив Мико и Наи счастливую возможность себя раздевать. *** Незадолго до королевской свадьбы, во дворец из особняка Санти принесли письмо. Слуга категорически уперся, отказываясь передать его дворцовым слугам, и потребовал, чтобы ему нашли маршала. Когда Илай появился, слуга передал ему конвертик, завернутый в шёлковый платок. - Это из дома графа Тофок, - шепнул слуга, получил от хозяина золотой за старание и унесся прочь. Маршал поспешил отдать письмо супругу, уже догадываясь, что в нем. Прочитав, Миколай передал лист бумаги Санти. - Итак, наша юная ведьма решилась предстать перед королем, - констатировал Илай, пробежав глазами письмо. - И как мы объясним, что она так долго жила здесь без его ведома? Ох, чувствую, ждет нас серьезная нахлобучка от монарха. Он поднялся, подошел к бару, налил им обоим вина. - Может, скажем, что она моя протеже? И кстати, Октавий не мог почувствовать, что она в столице? Она ведь тоже маг? - Она не собирается скрывать свою личность, - спокойно сказал Мико, - так что придется говорить так, как есть. А почему мы ее не представили - не успели, он же нас сам из столицы отправил прочь. Хотя свое недовольство он, конечно, выскажет. А насчет магии, вспомни, он не может чувствовать ту, которая идет не от Древних. - Так северяне тоже ведь древний род? Нет? Илай опустился на шкуру возле камина, вытянувшись спиной к огню. - Ладно, бесы с ней, этой вашей магией. Значит, завтра с утра отправляемся за принцессой? Или сначала спросим у Октавия, захочет ли он ее принять? - Древний, но не тот, - улыбнулся Мико. - Давай сначала Октавия в известность поставим, получим нагоняй, а уж потом отправимся за Алирой. - Эх-хе-хе, - вздохнул маршал, - стар я для этих штучек. - Я могу пойти один, - пожал плечами Мико. Приступы дурного настроения короля обычно не вызывали в нем страха. - К тому же Октавий знает о моей особенности, - докладывать только о том, о чем он сам спросил. Хотя мог и отвыкнуть уже. - Вместе пойдем, - отозвался Илай, лениво потягиваясь на полу. - Когда? Сегодня отправимся? Или уже завтра с утра, со свежими силами? - Наверно, сейчас, - подумав, сказал Мико. - Он вроде сегодня в хорошем настроении. Пойдем? - Тогда переодеваемся и пошли, - заключил маршал. Однако его ленивый вид, так же как и широкий зевок, не соответствовал столь решительным словам. Он снова потянулся всем телом. - Илааай, - протянул Мико. - Не сбивай меня с рабочего настроя. Все равно же идти придется, и лучше раньше, чем позже. Тофок открыл шкаф, выбирая, что бы одеть, привычные серые вещи пришлось забыть, пока они были во дворце. Выбрав что-то нейтральное в цветах рода, парень повернулся к все еще лежащему супругу. - Вставай уже, – с мягкой улыбкой попросил он. Проурчав нечто невразумительное, Илай вскочил стремительным прыжком опытного бойца. Тоже подошел к шкафу. Через несколько минут он был одет. - Готов, - сказал он, застегнув портупею, и загоняя меч в ножны. - Пройдемся по коридорам, попугаем придворных? - предложил Мико, за последнее время произошло еще несколько покушений на Нику, и аристократы действительно стали немного нервными, и присутствие маршала Санти явно не прибавляло им силы духа. Они гордо прошествовали по анфиладе королевских покоев, сквозь группки придворных, неизменно начинавших шептаться им в след. Но на такие мелочи супруги уже давно не обращали внимания. Вскоре они оказались в приемной. Паж выслушал их пожелание увидеть короля, и с поклоном поспешил к камергеру. Тот выплыл навстречу, с некоторым удивлением на лице. Он уже привык, что эти двое в нарушение всяких правил этикета приходят и уходят по своему усмотрению, да еще и какими-то тайными ходами. Выслушав повторную просьбу, он склонил голову: - Я передам Его Величеству вашу просьбу, - и направился в королевский кабинет. Октавий сидел в кресле, прикрыв глаза, он никого сегодня уже не ждал, но оставалось еще несколько дел, которые требовали его внимания, поэтому появление слуги его немного удивило, а уж услышав, кто именно явился к нему на ночь глядя, король не сдержался и приподнял бровь. - Попроси маршала Санти и графа Тофок войти, - приказал он. В голове Октавия было слишком много предположений, но он так и не смог определиться, какое из них более верно. Поэтому решил просто дождаться появления своих самых непредсказуемых слуг. С тем, что его ожидает очередное открытие, он уже смирился, оставалось понять, приятное оно или нет. Мужчина застыл в кресле, с виду равнодушно глядя на дверь. Оба дворянина вошли, склонившись в официальном приветствии. - Сир, - начал Санти, - мы явились к вам по поручению одной царственной особы, которой волею Богов нам пришлось оказать покровительство. Теперь же, названная особа просит вас великодушно принять ее, и позволить ей просить о покровительстве уже вас, вверяя свою судьбу вашей королевской воле. Октавий с трудом удержался от раздраженного шипения, такого поворота он не ждал. - Позвольте узнать, господа, о какой именно царственной особе вы говорите? – жестко спросил он. - Мой государь, принцесса Алира, Северная ведьма, и наследница Северных земель, просит у вас помощи и защиты, - снова поклонился маршал, и сделал знак Мико, чтобы тот передал королю прошение Алиры. Тот взял бумагу и быстро пробежал глазами. Отложил в сторону и несколько раз глубоко вздохнул, чтобы не наорать на своих подданных. Он знал, что дела в Северных землях идут не очень, но даже понятия не имел, что произошло нечто такое, что заставило принцессу покинуть свой дом. К тому же несовершеннолетнюю принцессу, что только усугубляло положение. - Как я понимаю, раз она здесь и обратилась с подобной просьбой, значит весь ее род уничтожен. Вопрос в другом. Когда вы собирались мне об этом сказать? – под конец фразы он все же не удержал равнодушную интонацию, и в голосе появился тот самый опасный лед, которого так боялись все придворные, за исключением, наверно, только тех двоих, что стояли перед ним сейчас. - Вы не спрашивали, Ваше Величество, – спокойно сказал Мико. Если бы король мог, он бы разразился площадной бранью. - Миколай, я знаю вашу привычку говорить только по делу, но не до такой же степени! Сколько вы еще от меня скрываете? А впрочем, не отвечайте, – он раздраженно взмахнул рукой и обратил свое внимание на Илая. – Но вы-то, Санти, должны были понимать насколько это важно. - Каюсь, государь, - склонился маршал, - признаюсь, поначалу я не придал этому значения. К стыду своему, я слишком мало знал о правителях Северных земель, чтобы оценить всю важность данного факта. Кроме того, ее высочество в свою очередь, не торопилась обратиться к вам. Скорее, она предпочитала скрываться. Теперь же, после долгих раздумий, решилась просить вашего покровительства. Мы оказали принцессе всю возможную помощь, сир, как того требует рыцарский кодекс. В комнате заметно похолодало, глаза короля засветились от злости. То, что сказал Санти, было логично, но Октавий очень не любил узнавать важные новости последним. Хотелось выместить злость хоть на ком-то, но он понимал, что наказывать графов в данной ситуации было бы неразумно. Пока они слишком необходимы, быть может потом он и вспомнит этот разговор. - Я услышал вас, маршал, – ровно сказал он, Мико достался тяжелый давящий взгляд и ледяная улыбка. – Я приму ее высочество завтра, в двенадцать. Надеюсь, вы передадите это ей. И еще: мне не хотелось бы, чтобы ситуация на севере получила огласку, поэтому вы проведете принцессу в мой кабинет. Приказ ясен, господа? Мико кивнул, отмечая, что глаза монарха почти перестали светиться, а значит, с гневом он справился. - Государь, - маршал снова поклонился. Оба графа поспешили убраться с глаз короля. - Фух, чуть не убил, - выдохнул Илай, глядя на Мико смеющимися глазами. - Бьюсь об заклад, что сейчас в мире нет людей, любимых монархом более, чем мы. - Я бы даже рискнул предположить, в какой именно позе любимых, - сдерживая смех, ответил Тофок. - Пойдем, обрадуем Алиру? - Я думаю, Октавий не упустит случая поставить нас в ту самую позу, при первой же возможности! - взрываясь смехом, ответил Санти. - Он, зараза, мстительный. Ладно, идем к нашей маленькой принцессе. Мико улыбнулся и открыл перед супругом портал. - Чувствую было бы его желание, умирали бы мы, мой драгоценный маршал, ооочень долго, – подвел итог походу к монарху парень. - Желания у него в избытке, да нельзя! Видит око, да зуб неймет! - все еще смеясь, Илай шагнул вперед, и снова, как и в прошлый раз остановился, увидев у своей груди меч северянина. - Еще раз посмеешь наставить меч на меня, и получишь его себе же в брюхо, - зловеще пообещал маршал. Охранник принцессы понятливо кивнул и скрылся с глаз, видимо спеша предупредить свою госпожу о приходе хозяина дома и его супруга. - Не стоит злиться на них, – попросил Мико, опускаясь в кресло. – Они же не знают, кто появится из портала. - А то сложно догадаться! - фыркнул Илай. - Кто еще может появиться из портала в доме мага, защищенного заклинаниями? Не люблю я, Мико, когда в меня острыми клинками тычут. Могу ведь и в ответ ткнуть. Ладно, вот и наша принцесса. Он повернулся на встречу появившейся девушке. - Добрый вечер, Алира, – улыбаясь, сказал Тофок. - Мы встретились с Его Величеством, он согласился принять вас завтра в двенадцать. Пока ваше присутствие останется тайным, но думаю, вы понимаете необходимость этого, так же как и вашу выгоду. - Благодарю вас, - улыбнулась в ответ принцесса, - но все же, я не могу избавиться от тревоги. Прошу вас, господа, обещайте, что не оставите меня без своей защиты. - Не переживайте, принцесса. - Мико старался говорить как можно мягче. Он понимал, что королю сейчас в любом случае не до гостьи и заботу о ней он поручит ему и Илаю, так что по сути ничего не изменится. - Октавий очень умный человек и способен принимать верные решения. - Решение может быть верным, но при этом никак не соответствовать моему благополучию, - с легкой горечью возразила девушка. - Но что гадать? Завтра я узнаю, как его величество решит распорядиться моей судьбой. Пока же я покину вас, мне надо привести себя в порядок перед завтрашней аудиенцией. - Хорошего вечера, принцесса, – сказал Мико, слегка склоняя голову в знак прощания. Илай проводил ее глазами. - Хм, - задумчиво произнес он, - служение прекрасной даме, бесспорно, благая цель. Но, что делать, если она пойдет вразрез с вассальной присягой? - Следовать присяге, - спокойно ответил Тофок, для него все было очевидно. - Какие у нас планы на вечер? - Как какие? - хитро улыбнулся Санти. - Как всегда, королевский ужин, а потом усердное исполнение супружеского долга. - Первое я бы с удовольствием пропустил, - признался Мико. - У нас еще есть время до ужина, пройдемся пешком? - А, да! Я совсем забыл тебе сказать! - воскликнул Илай. - Сегодня же должны принести наши свадебные костюмы. Приходил слуга портного. Так что надо поспешить. - Темные... - простонал Мико, открывая портал. - И почему в мое обучение не входили пытки с помощью портных? Нужно подсказать Мастеру. - Не надо, будь милосерден! - с непритворным ужасом отозвался маршал, следуя за ним. - Такого кошмара я не пожелаю никому. Разве что первому наследнику. Как там его? Натаниэль? - Именно, - в голосе Мико вновь появились нотки настоящей яркой ненависти. - Но думаю, для него найдется что-нибудь более интересное, - добавил он. Портного еще не было, а значит несколько спокойных минут им было гарантированно. Маршал решил воспользоваться этими тихими минутками. Сел в кресло и потянул к себе супруга, усадив на колени. Обнял, прижимая к себе, запустил пальцы в волосы, лаская затылок. Он не пытался возбудить Мико, просто хотелось тепла и близости, пока их никто не трогает. Немного того блаженного покоя, который наступал только в объятиях любимого. Мико был рад этой передышке, так же как и тому, что тему Первого наследника они опять закрыли. Сколько бы раз Илай ни говорил, что он не виноват в случившемся, Тофок все равно чувствовал это каждый раз, когда упоминался Натаниэль. Отбросив в сторону грустные мысли, он теснее прижался к супругу, задумчиво играя с волнистыми прядями. Их идиллию разрушил стук в дверь, показавшийся особенно резким и неприятным. Санти скривился, но делать нечего. Стоило открыть дверь, как вся комната наполнилась шумом и гамом. Великий и ужасный мэтр Нимаш, королевский портной, вкатился с таким видом, словно оба аристократа должны были немедленно пасть ниц от восторга, но почему-то этого не сделали. - Пф! Спасибо, что удостоили меня своим вниманием! - сварливо заявил он. - Ваши наряды готовы, господа, и я надеюсь, вы сможете достойно носить те шедевры, которые я создал! Помощники раскрыли две огромные коробки, и принялись раскладывать по постели детали двух костюмов. - Потрудитесь озаботиться достойными драгоценностями, - высокомерно заявил шарообразный мастер ножниц и иголок. - Всего доброго! Через секунду вся эта орава исчезла, быстрей, чем Мико в своем портале. Илай, как всегда, ошеломленный их визитом, так и остался стоять посреди комнаты, пытаясь собрать чувства воедино. - И что это было? - Тофок был не менее ошарашен. – Наверное, он действительно лучший мастер во всем Аране, иначе ему уже давно подсыпали бы яд, придворные это любят. Радует только то, что он быстро ушел. У нас есть время посмотреть на творения мэтра или сделаем это после ужина? Маршал потряс головой, словно конь, сбрасывая шок, и с опаской поглядел на разложенные на кровати наряды. - Давай потом, - хмыкнул он. - А то я что-то побаиваюсь их трогать. Вдруг тоже начнут требовать драгоценностей, и возмущаться, что мы их помнем. Мико представил себе эту картину и громко рассмеялся. - Да уж. Я постараюсь больше не встречаться с этой личностью, - он отошел за одеждой, к ужину стоило явить себя как минимум в родовых цветах, и уж никак не в любимом неприметном сером костюме. Быстро переодевшись, Мико обратился к супругу. - Очень надеюсь, что ужин пройдет спокойно, так сказать, в качестве компенсации за потраченные нервы. - Я тоже, - кивнул Илай. - И с этим типом я больше не желаю иметь ничего общего. Я его боюсь. Маршал подошел к шкафу, сбросив свою привычную куртку, принялся переодеваться. - Кто бы мог подумать, что нас испугает обычный портной? - Мико продолжал улыбаться. - Мне интересно, с Октавием он себя так же ведет? И если да, то, как король его еще не прибил? Хотя он наверно, как и мы, не успевал опомниться. Парень застыл перед зеркалом, проверяя все ли в порядке, и достаточно ли безобидно он выглядит. Илай расхохотался: - Я думаю, король тихо молчит и терпит, чтобы не получать лишних иголок в бок при каждой примерке! А еще, я думаю, что он специально к нам его подослал. В отместку за наши выходки. - Это похоже на правду. Палача не получилось, так хоть этого мучителя, - Мико позабавило это предположение. - Ты готов? Я хотел прогуляться открыто, что-то мне не нравится поведение некоторых аристократов. - Почему? И чье именно? - тут же уточнил Илай, застегивая воротник рубашки брошью. Он всегда ходил с распахнутым воротом, и терпеть не мог подобные удавки. Но положение обязывало. Наконец, брошь заняла свое законное место. - Готов, - вздохнул он, расправляя манжеты. - Канцлера, - поморщился Мико. - Только я не могу до конца понять, против нас с тобой он что-то задумал или против Ники, стоит быть внимательными. Пойдем? *** Королевская столовая встретила их как обычно - жужжанием шепотков. - А вот и вы, Санти, - канцлер встретил Илая улыбкой, которая должна была бы быть милой, но на деле смотрелась как отвратительная гримаса. - И ваш очаровательный супруг. Странное дело, но в его взгляде, которым он окинул Мико, вполне ясно читалась алчность. Если ухмылку в свой адрес Илай пропустил, не задумываясь, то в отношении супруга он подобное спускать не собирался. - Оставьте Тофока в покое, господин канцлер, - холодно произнес маршал. - Я уже говорил вам, что мне не нравится ваш интерес к нему. Не доводите до беды. Его рука сжалась на рукояти кинжала. Царедворец отшатнулся: - Вы совсем сошли с ума, Санти? Лично меня ваш щенок абсолютно не интересует! - Щенок? - зимние сумерки в глазах Илая стали превращаться в ночь. - Щенок? - Ах, маршал! - подскочил к ним барон Доэ. - Канцлер сегодня совсем не в духе, совсем не в духе. Не гневайтесь, молю вас. Не будем ссориться. Простите его, он просто не подумал. Барон поспешил увести канцлера прочь от разозлившегося Илая, слишком хорошо зная буйный нрав последнего. - Сошли с ума вы, Фалент! - зашипел Доэ на ухо канцлеру. - Вы кого злите?! Хотите, чтобы он пришиб вас на месте? Канцлер раздраженно выдернул рукав из цепких пальцев барона. - Правильно Турон называл его мордоворотом! - процедил он. - Тупой солдафон! Никакого понятия о манерах! - Ну, какие манеры в военном шатре, канцлер, - увещевал его Доэ, - какие манеры? Но не будем уподобляться ему. А кстати, чего вам и в самом деле так понадобился Тофок? - Он понадобился не мне, - проворчал канцлер. - Он понадобился моему сы... моему племяннику. Тофок прекрасная партия, чтобы присовокупить к своему гербу графскую корону. А заодно и маршальский жезл. Что ж, время не за горами. - Заткнитесь, ради Богов, безумец! - в ужасе прошипел Доэ. - Успокойся, Илай,- тихо попросил Мико, глядя вслед уходящим. Мало кто заметил мелькнувший в серых глазах опасный огонек. - Боюсь, его величеству придется искать нового Канцлера. Теперь у меня нет сомнений, что он копает под нас. Интересно, что бы сказал наш милейший Фалент, если бы знал, что я читаю по губам? - Ему такое и в голову не придет, в его самодовольстве, - фыркнул Санти. - И что он удумал? Мне категорически не нравится, как эта скотина пялится на тебя. Еще раз посмеет - лишится глаз. - Он решил сделать своего сына маршалом, а меня его счастливым супругом, - мурлыкнул Мико, прижимаясь к маршалу. С виду казалось, что он его едва касался, но на самом деле хватка была железная, парень опасался реакции на свои слова. И не ошибся. Он буквально почувствовал, как в жилах Илая вскипела кровь, обжигающим потоком бросившись ему в голову. Только руки Мико, державшие крепче капкана, заставили Санти остаться на месте. С виду он был спокоен, но глаза стали чернее ночи, крылья носа раздувались, костяшки пальцев побелели на рукоятке клинка, который Илай готов был выдернуть из ножен. Однако, маршал оставался на месте. Несколько глубоких вздохов, и он взял себя в руки. - Мы не в том положении, чтобы позволить себе вызвать его на дуэль, но думаю, что король не откажет в маленькой любезности. Заглянем в гости к Канцлеру ночью… - во время своей речи Мико продолжал безмятежно улыбаться. - С удовольствием, - злобно прошипел Илай. Наконец, появился король в сопровождении невесты. Ужин прошел в штатном режиме. А после него, когда все встали из-за стола, Октавий подозвал Мико к себе. Король хотел знать, удалось ли бывшему советнику выяснить что-то про того убийцу, которого Тофок остановил на галерее. А заодно поинтересовался, каким образом Миколай намерен осуществлять охрану графини во время брачной церемонии. Занятый разговором, Тофок на минуту потерял супруга из вида. Он встревожился, было, но увидел его в компании престарелого виконта, который в свое время прославился немалыми ратными подвигами. Миколай успокоился, но продолжал держать маршала в поле зрения. Как раз, когда Ника вновь принялась уточнять подробности церемонии, Санти подали бокал с вином. Кто и как, Мико разглядеть не успел, лишь увидел краем зрения, как Илай подносит бокал к губам. Тофок не понял почему, но сердце пропустило удар. К счастью, он стоял не очень далеко, да и выучки помогла, он успел перехватить руку супруга в последний момент, не очень заботясь о том, как это выглядит. Хвала Богам, Илай не стал сопротивляться, спокойно опустил руку. Миколай сделал вид, что шепчет что-то на ухо Илаю, а сам поменял бокалы местами. - Я все объясню позже, - сказал он, вновь возвращаясь к королю. Тофок извинился за свой поспешный уход перед Никой и королем и продолжил разговор. Он немного отпил вина и убедился в своих подозрениях: едва заметный привкус подсказал наличие смертельной дозы яда. Теперь уже Мико с трудом сдержался от того, чтобы броситься на Канцлера, он не сомневался в том, чья это работа. - Ваше величество, - очень спокойно обратился парень к монарху. - Я вынужден поставить вас в известность, что сегодня ночью Фалент исчезнет. Ника замерла с приоткрытым ртом, и взглянула на Октавия. Король лишь приподнял бровь. - Почему? - спокойно спросил он. - Разве любезный канцлер в чем-то замечен? Или это ваше личное пожелание, Миколай? От короля не укрылся стремительный бросок Мико. И пусть для всех это выглядело мальчишеским порывом, Октавий хорошо знал цену этим порывам, которые ему самому неоднократно спасали жизнь. - Он очень хочет видеть своего сына с маршальской цепью, - ответил Тофок. - Хотя больше - это мое личное пожелание. Несколько минут назад Канцлер чуть не убил моего супруга, а значит, и меня самого. - Что ж, - с тем же спокойствием ответствовал государь, - убийство двух столь высокородных аристократов, это, несомненно, тяжкое преступление. Действуй, как считаешь нужным, мой Мико. Иди, я больше не задерживаю тебя. Миколай коротко поклонился королю и его будущей супруге, и поспешил вернуться к маршалу. Парень видел победный блеск в глазах канцлера и пообещал себе, что умирать тот будет долго. Он прижался к Илаю теснее, чем следовало, но ничего не мог с собой поделать, сердце еще стучало где-то в горле от страха за него. - Мы можем уйти? - еле слышно спросил он. Маршал обнял его за плечи, так же тихо ответил: - Думаю, да. У короля к нам вопросов нет. Пойдем. И когда они уже шли к дверям, внимательно посмотрел на Тофока. Никто другой не заметил бы ничего, кроме холодно-вежливой маски, но Илай уже слишком хорошо знал своего супруга. Да и стук сердца, так же как и пальцы, крепко державшие за руку, ясно говорили - что-то не так. - Что случилось, Мико? - Илай с тревогой вгляделся в глаза супруга, едва они оказались в своих покоях. - В твоем бокале был яд, - в тихом голосе было слишком много безразличия. - И ты чуть не сделал глоток. Я убил бы канцлера и за меньшее, теперь он будет умирать очень медленно и болезненно. Сказав это, Мико вздрогнул, маска рассыпалась и страх, что он испытал отразился в глазах. Парень вцепился в супруга, практически повис на нем, и лихорадочно зашептал: - Темные, я чуть было не потерял тебя. Я так люблю тебя.... Даже если бы не было клятвы, моё сердце все равно остановилось бы, если бы с тобой что-нибудь случилось. - Ну, тише, тише, - Илай сжал его в объятиях, подхватывая на руки, и садясь вместе с ним в кресло, крепко прижал к себе. - Все хорошо, малыш. Я с тобой. Ты справился. Чудо мое, ты в который раз спасаешь мне жизнь. Спасибо, мальчик мой. Любимый мой, все хорошо. Маршал гладил его по голове, по плечам, губы нежными поцелуями касались лица Миколая, продолжая тихо шептать: - Я с тобой, Мико, все хорошо. Все в порядке, любовь моя. - Все хорошо, - сказал Тофок, успокаиваясь в теплых объятьях, - давай выпьем нормального вина и пойдем, навестим канцлера. - Может быть, лучше бренди? - спросил Илай, и дождавшись утвердительного кивка, пересадил Мико в кресло, а сам встал. Наполнив бокалы, протянул один супругу, и вдруг весело усмехнулся: - А может, прикинуться умирающим? И посмотреть, что будет? А? - Хочешь поиграть?- мурлыкнул Мико.- Вызвать придворного врача? Илай озорно сверкнул глазами. - А что? Вызывай! - Ты слишком хорошо выглядишь для умирающего, - раздался благодушный голос Наи. - Цвет лица, знаешь ли, не тот. Толстяк степенно вплыл в комнату. - Ты мне что-нибудь дашь, чтобы я выглядел соответственно, - тут же нашелся Илай. Наи пожал плечами: - Могу и дать. И они оба вопросительно уставились на Миколая. - Я согласен, но потом я убью эту тварь, так как сочту нужным - поставил условие Мико - Вы не против? Санти подошел, взял его лицо в ладони: - Мой прекрасный злючка. Ты волен сделать с этим гадом все, что пожелаешь. Я лишь поддержу тебя. Ну, что? Побежишь за врачом? - Конечно, - парень улыбнулся. И вдруг смертельно побледнел, в его глазах появилась паника, но голос оставался ровным. - Я побежал? Илай весело кивнул. - Ну, умирающий, так умирающий, - на губах Наи появилась его обычная благостная улыбка. Он чуть коснулся рукой плеча маршала, и тот, не сдержав возгласа изумления, рухнул на диван, ощутив страшнейшую слабость. Потом слабость прошла, но его лицо осталось смертельно бледным, губы посинели. Если бы не озорной взгляд, можно было подумать, что ему и впрямь очень плохо. Мико вылетел из комнаты, он бежал быстро, но выбирал путь так, чтобы его видело как можно больше людей. Так же как и его возвращение с королевским лекарем. - Вот, - с ужасом в голосе сказал он, указывая на супруга.- Ему стало плохо и я не знаю, что делать. Тот засуетился вокруг высокородного пациента. Наи с легчайшим презрением во взоре, наблюдал за этой суетой. Наконец, лекарь оторвался от маршала, который вытянулся на постели, с трудом дыша, и обливаясь потом. Под глазами у него залегли черные тени, сердце колотилось. Врачу и в голову не могло прийти, что это не более, чем искусная инсценировка. Побледнев, не хуже Илая, он посмотрел на Мико: - Господин граф, боюсь у меня очень скверные новости, - он снова взглянул на Санти. Все симптомы были на лицо. Признаки этого яда врач хорошо знал. - Ваш супруг, господин маршал... Он отравлен. Нужно немедленно сообщить королю, и вызвать дознавателя. К несчастью, я вряд ли могу что-то сделать. Только чуть продлить жизнь. - Что? – в голосе Тофока была паника. Серые глаза, ставшие вдруг огромными, наполнились слезами. – Разве ничего нельзя сделать? - Увы, господин граф, - лекарь развел руками, - я слишком хорошо знаю этот яд. Я не в силах помочь. - Ты, сука, - прохрипел Илай, - ты что сейчас сказал? Я подыхать не собираюсь! Он приподнялся, было, и захрипев, снова рухнул на подушки. Наи бросился к нему с влажным полотенцем. Слезы потекли по бледным щекам Мико, он бросился к супругу, упал на колени рядом с его постелью. - Что я могу сделать для тебя? - и тут же обратился уже к Наи: - Вы не могли бы сходить за Ренвилом, доктор прав, ему нужно сообщить о случившемся. - Конечно, конечно, - заметался толстяк, - немедленно, уже бегу. И выскочил прочь. - Я могу немного облегчить страдания, - снова произнес врач, - больше ничего. Это ужасно, ужасно... Врач смешал какое-то питье. Мико решил, что оно может причинить вред при отсутствии яда, поэтому дрожащим голосом попросил: - Позвольте мне, я справлюсь. Лекарь кивнул, протягивая чашу. Он действительно был очень опечален происходящим, и хотел помочь хотя бы в такой малости. Стоит ли удивляться, что он не заметил, как лекарство заменило бренди. - Выпей, пожалуйста, - всхлипывая, попросил Тофок, и аккуратно приподняв голову супруга поднес питье к его губам. Губы у Илая дрожали. Видно было, что он с трудом удерживается от смеха. От души глотнув бренди, он лукаво зыркнул на Мико, и закатил глаза, со стоном уронив голову. "Как я?" - спросил он беззвучно. "Доктор впечатлен", - так же ответил Мико, а вслух сказал: - Держись, хорошо? - Не волнуйся, - выдавил из себя Илай, изображая тяжелое дыханье, - все будет в порядке. Я не оставлю тебя одного. Врач едва не прослезился. И тут дверь распахнулась, и в комнату широким шагом вошел капитан гвардейцев. За ним семенил Наи. - Это просто невозможно! - воскликнул Ренвил, подходя к ложу, наклонился над маршалом. Видимо, Наи ему объяснил в чем дело, поскольку он подмигнул Илаю. Потом состроил скорбную гримасу, и обратился к Мико: - Крепитесь, граф. Короля уже известили? - Нет, - тяжело вздохнув ответил Миколай, он вцепился в руку маршала и бросил на капитана больной взгляд. - Я не подумал об этом. Он оглядел собравшихся, и уже открыл, было, рот, чтобы сказать что-то еще, но из глаз снова потекли слезы, он прижался лбом к руке супруга. Плечи парня вздрагивали, словно от рыданий, хоть на самом деле это был смех. Нужно было спровадить доктора, но Мико не мог этого сделать, не выходя из роли. На помощь пришел Илай: - Ренвил, друг мой, - с трудом проговорил он, - отправь отсюда лекаря. Если уж умирать, то на руках супруга. Врач все-равно ничего не сделает. И прошу тебя, скажи королю о том, что случилось. - Я все сделаю, Илай, - Ренвил печально покачал головой. - Ты береги силы. - Для чего? - едва слышно прошептал маршал. - Я уже не смогу обнять моего возлюбленного Мико. Иди к королю, капитан. Оставь меня. Тофок уже просто сотрясался от смеха, который он никак не мог сдержать. Врач еще раз окинул их взглядом и, с горестным вздохом, поспешил вслед за Ренвилом. Супруги остались одни, не считая Наи. Едва дверь закрылась, как толстяк набросил пелену тишины, и вовремя, потому что Илай разразился хохотом, который больше не смог сдерживать. - Ты бесподобен, - сквозь смех сказал Тофок. Он, наконец, поднял голову и стер слезы с лица. - Подождем, пока новость дойдет до канцлера? - Конечно, - Илай тоже утер лицо. Наи с таким умильным видом вытирал глаза платочком, что молодые люди снова расхохотались. - Подождем, и посмотрим, как он будет скорбеть. А потом порадуем его моим счастливым спасением. - Надеюсь, без моего появления на людях мы обойдемся? - спросил Мико. - А то я прибью кого-нибудь. Ладно, у нас есть несколько часов, а потом нужно будет действовать. Кстати, нам завтра еще Алиру представлять. - Ну, Алиру мы приведем незаметно. А пока... - Илай поднялся. - Как думаешь, через пару часов до канцлера уже дойдет приятная новость? Или подождем совсем уж ночи? - Подождем немного, - сказал Тофок, - пусть проникнется и успеет начать праздновать. - Тогда, может быть, мне пока утешить своего безутешного супруга? - лукаво прищурился маршал, проводя кончиками пальцев по щеке Миколая. - Мне нравится твое предложение, - ответил Мико с нежной улыбкой. - Будем считать это платой за пережитое. Илай ловко опрокинул его на постель, навис над ним. - Там, за дверями, судя по звукам, собралась немалая толпа, ждущая, когда объявят о моей преждевременной кончине. Как думаешь, примут они твои стоны за выражение скорби? Глаза маршала смеялись, а руки ловко расстегивали одежду Мико. - Вот и проверим, - рассмеялся парень и потянулся к губам супруга. Они так и не вспомнили о Наи. Толстяк покачал головой, с нежностью глядя на слившихся в поцелуе супругов, и тихонько исчез, предварительно накинув на комнату пелену тишины. *** Канцлер Фалент развалился в кресле у камина. В руке он лениво покачивал бокал с вином, глядя как бордовое марево растекается по стеклу. У канцлера было на редкость хорошее настроение. Давно уже он не чувствовал себя столь превосходно. План удался. Слуга, подсунувший маршалу яд, уже отправился в мир иной, проторив дорожку для Санти. При этой мысли Фалент улыбнулся. - Чему вы так радостно скалитесь, канцлер? - с легким раздражением произнес его собеседник. - Нам еще пока не сообщили, что Санти умер! - Вот именно, - буркнул сын канцлера, Сатор. Это был мужчина сорока лет, среднего роста и весьма объемный. Правда, этот объем достигался не за счет жира, а за счет могучих мышц, но общая несуразность фигуры делала его на вид нескладным и неуклюжим. Что однако, не соответствовало истине. Сатор Фалент был могучим и искусным воином. В свое время он рассчитывал заполучить маршальский жезл, и надо сказать, не без оснований, пока в один, далеко не прекрасный день, его не подвинул молодой выскочка по имени Илай Санти. И столь вожделенный жезл уплыл у него из рук, а с ним и власть, которой так жаждал Сатор. Отношения с новым маршалом у Фалента не сложились сразу, а позже Илай и вовсе велел ему убираться из армии, лишив полковничьего чина. Санти терпеть не мог этого громилу за его жестокость, и чудовищные шутки, которые тот творил над солдатами. Сатор обратился к королю, чтобы добиться справедливости, но монарх не стал даже слушать, заявив, что не собирается вмешиваться в армейские дела. Ничего не дало и заступничество канцлера, крайне возмущенного таким отношением к сыну. И вот теперь, наконец, справедливость восторжествовала. Еще немного, и сын займет полагающееся ему место. - Успокойтесь, друзья мои, - спокойно отозвался канцлер. - Санти здоровенный бугай, даже этому яду нужно время, чтобы сожрать его изнутри. - Его супруг весь в слезах, бегал по коридорам в поисках врача, - произнес третий собеседник, барон Фена. - Пошли стражу, - буркнул Сатор отцу, - пусть Тофока приволокут в мою спальню, сразу же, как Санти сдохнет. Я утешу этого щенка как следует. К утру он и думать забудет о своем муженьке. - Говорят, у него весьма искусный лекарь, - возразил барон Фена. - Что, если он сможет помочь? - Да, угомонитесь вы! - с досадой воскликнул канцлер. - Никакое искусство не поможет совладать с этой отравой. Надо просто подождать. Занятые разговором мужчины не обратили внимания на еле слышный скрип, что издает долго не открывавшаяся дверь. Это позволило Мико и Илаю оставаться незаметными, до той поры пока обоим это было выгодно. - Мне интересно, дорогой мой супруг, – холодный голос, зазвучавший из-за спин, заставил заговорщиков если не вздрогнуть, то обернуться точно. На их лицах появилось изумление, а у барона Фена еще и ужас, – не будет ли его величество против, если вместо одного трупа он получит три? Граф Тофок, небрежно прислонившийся к стене, был похож на кого угодно, но не на безвольного мальчика, а уж маршал, сверкающий черными от гнева глазами, вообще был способен вызвать священный ужас. - Не думаю, - хмыкнул Илай, стоявший в столь же непринужденной позе. - Один вор, один убийца, и один садист, охочий до чужих супругов. Что, Сатор, привычка утешать чужих вдов и здесь пригодилась? Младший Фалент опомнился первым: - Не сдох, значит? Что ж, я тебя сам успокою! - СИДЕТЬ! - приказал маршал. В его голосе прозвучало нечто такое, что заставило Сатора опуститься обратно в кресло. - Ну, а вы, канцлер? - насмешливо продолжил Илай, глядя на Фалента. - Как вы могли допустить такую ошибку? Вы ведь умный человек, и осторожный. Неужели, так и не поняли, кто мой супруг? А вы ведь видели его, и не раз. Эдакая тень короля... Канцлер вгляделся в черты лица графа Тофок, и узнавание накрыло его ледяной волной ужаса. Мужчина тихо застонал от страха. - Что происходит? - вопросил Сатор, глядя как отец на глазах состарился лет на двадцать. - Ваш отец совершил роковую ошибку, и так как мой супруг любезно разрешил мне убить его, так как захочу, будет расплачиваться за нее очень болезненной смертью, - со своей фирменной улыбкой ответил Тофок. Канцлер даже не пытался спорить, он только побледнел еще больше, а вот его сын вскочил на ноги. Мико не дал ему даже шага ступить, сверкнули иглы и Сатор упал на пол без движения. - Илай, я думаю, ты сам захочешь объяснить младшему Фаленту, как он не прав, верно? А барон Фена, упадет с лестницы в своем особняке, – он с нежностью, которая казалась дикой в такой ситуации, посмотрел на супруга. – Он кажется самым разумным здесь, и вполне заслужил легкой смерти. Однако барон не стал дожидаться расправы. Быстро рванув воротник, он прикусил край зубами. Илай рванулся вперед, но было поздно. Раздался тихий хруст, а уже через секунду барон посинел, на губах выступила пена и он рухнул на пол. Для него все было кончено. Презрительно хмыкнув, маршал повернулся к Сатору. - Мико, освободи его, пожалуйста, - попросил Илай. - С ним я расправлюсь по своему. Санти был склонен позволить Мико быстро и безболезненно прикончить негодяя, но тот совершил фатальную ошибку - покусился на самое дорогое, пусть и в помыслах. От одной только мысли, что Сатор возмечтал прикоснуться к Миколаю, все добрые намерения испарились напрочь. - Здесь или может отправимся в темницу? - предложил Тофок, он понимал гнев супруга, поэтому и предложил самому выбрать наказание для сына Канцлера. - Думаю, королевский палач не будет против, если мы вломимся к нему без приглашения. - Давай в темницу, - решил маршал, - не будет устраивать здесь шум. Ни к чему лишние разговоры. Он легко поднял тушу Сатора, взвалив ее на плечо. - Молю вас, - прохрипел канцлер, - молю, пощадите сына. Это лишь моя вина, лишь моя! - Я бы может и пощадил, - медленно ответил Мико, но равнодушие, с которым он говорил, выдавало истинное отношение его к этому вопросу. - Но вас же предупредили, что мой супруг очень не любит излишнего внимания к моей особе, а именно его неосторожно высказал ваш сын. Так что боюсь, с этим уже ничего не сделаешь, за свои поступки нужно отвечать, Канцлер. Вставайте и пойдем, не заставляйте меня тащить вас на себе. Тофок открыл портал и указал на него Фаленту. Улыбочке Илая позавидовала бы и акула. Он без церемоний швырнул в портал безвольного Сатора, и уставился на канцлера, приподняв бровь. Тот шагнул в портал, и... едва оказавшись по ту сторону, бросился бежать, куда глаза глядят. И врезался в появившегося на шум палача, тот привычным движением вырубил беглеца и уже потом посмотрел, кто собственно перед ним. Выражение его лица было сложно описать, но потом увидев, тех кто привел сюда Канцлера он тяжело вздохнул и прикрыл глаза. - Господа, с вашим появлением в столице у меня явно прибавилось работы. - Доброй ночи, Хоган, - с холодной усмешкой сказал Мико. - Не переживайте, на этот раз нам нужна только ваша пыточная. Палач махнул рукой, его жест можно было перевести как: "Делайте, что хотите, только оставьте меня в покое". И вдруг обернулся: - Постойте-ка, маршал. Прозвучала новость, что вы при смерти. А вы бодры, и даже намерены развлекаться. Или слухи, как всегда, сильно преувеличены? - Слухи преувеличены ровно на столько, на сколько нам это было нужно, - любезно ответствовал маршал. - Понятно, - дознаватель на миг прикрыл глаза. - Что ж, веселитесь. А я с вашего позволения, спать. - Доброй ночи, Хоган, - искренне пожелал Мико. По тому как вздрогнул дознаватель, он понял, что после его пожелания ночь для мужчины будет какой угодно, только не доброй. Подняв Канцлера, Тофок пристегнул его к кандалам. - Я предпочту, чтобы он видел смерть своего сына. - жестко сказал он, выливая на Сатора ведро ледяной воды. - Увидит, - зловеще пообещал маршал, и приказал Фаленту: - Вставай! Сатор поднялся, разминая мускулы, на его губах появилась злобная усмешка. - Так уверен, что справишься? - процедил он, сверля Санти глазами. - А я вот думаю, что нет. Сейчас я придушу тебя, а потом займусь твоей подстилкой. Илай только оскалился в ответ и поманил его к себе, предварительно расстегнув пояс, на котором висел кинжал, и бросив его Мико. С рыком Сатор бросился на Илая. Драка была короткой, но страшной. Сатор Фалент слыл опасным бойцом. Он был ловок, силен, и не брезговал запрещенными приемами. У него были все шансы на победу, но не в этот раз. Сейчас его противником был маршал Санти, и вот его-то Сатор недооценил. И в какой-то миг его бычья шея попала в стальной захват Илая. Сатор захрипел, пытаясь вывернуться, мышцы на плечах Илая вздулись буграми. Секунды страшного противостояния, а потом раздался хруст ломающихся костей. Глаза младшего Фалента остекленели. Маршал разжал смертельные объятия, и тело мешком повалилось на пол. Канцлер, вскрикнул, а потом тихо на одной ноте завыл, было видно, что он полностью сломлен увиденной картиной. Мико нахмурился. - Я думал, с вами будет интереснее, Фалент, – тихо сказал он. – Но главное вы поняли, это уже радует. Смотрите! – хлесткая пощёчина. Тонкие, обманчиво хрупкие пальцы сжимаются на подбородке заговорщика, не давая отвернуться от тела на полу. – Именно это вы хотели сделать со мной, уничтожить смысл моей жизни, но вышло так, что сами испили своего яда. Зачем, Темные? Вы столько лет были верны королю и Арану, так что изменилось теперь? Неужели вы не понимали, куда могут привести ваши честолюбивые мечты? Канцлера вдруг обуяла ненависть. Он уставился в серые холодные глаза. - Какое мне дело до тебя, до смысла твоей жизни, ты, жалкая королевская шавка? Мне нужно было уничтожить Санти! Мой сын должен был быть маршалом, а этот выскочка отобрал у него то, что принадлежало ему по праву! То, что он заслужил, верой и правдой служа королю! Но эта сволочь, - он перевел горящие злобой глаза на маршала, - не только отняла у него маршальский жезл, но и запятнал его имя позором, обошелся с ним, как с последним жалким служакой! Ненавижу! Будь ты проклят! И канцлер изо всех сил плюнул в сторону Илая. - Вот как... - Мико нежно улыбнулся, при этом глаза его оставались обжигающе холодными. В следующий миг он почти незаметным движением воткнули иглу в один из болевых центров на теле Канцлера, и пока тот корчился, пытаясь сдержать крик, продолжил. - А я ведь хотел вас убить быстро решив, что вы уже получили свое. Видно, стал слишком сентиментален. Он покачал головой, словно сокрушаясь по этому поводу. Парень старался не смотреть на супруга, то, что он собирался сейчас сделать, никто ранее не наблюдал. На постороннего человека Мико было наплевать, но реакция маршала немного пугала. В руках бывшего советника появился кинжал, которым он быстрым слитным движением срезал рубашку с Фалента, не задев при этом кожу, лишь после этого Мико убрал иглу. - Вы знаете, удар ножом не обязательно убьет человека, но причинит достаточно сильную боль, чтобы он начал мечтать о смерти. Кончик кинжала коснулся кожи канцлера, Тофок спокойно наблюдал, как тот инстинктивно пытается отодвинуться, а потом слегка надавил, остро отточенная сталь медленно погружалась в тело. По своему опыту парень знал, что не боль сейчас сводит с ума Фалента, а ощущение бессилия перед палачом. - Я понял, что вы ненавидите Илая, - мягко сказал Тофок, когда крик оборвался. - Но почему так долго выжидали? - Я не обязан тебе ничего говорить! - прохрипел мужчина, изо всех сил борясь с болью. - Делай свое дело, тварь, дай мне сдохнуть, и будь проклят вместе со своим маршалом! - Лучше отвечайте на его вопросы, Фалент. Не злите Мико еще больше, он и так очень зол, - раздался вдруг спокойный голос Санти. - Вы на самом деле не представляете, в какую беду вляпались. И не представляете, НАСКОЛЬКО хуже может быть, чем сейчас. - Я могу убивать вас месяцами, Канцлер. - Мико не хвалился, он просто озвучивал факты. - Даже если бы я не знал хорошего лекаря, а так как я знаю его, то вы можете умирать бесконечно долгое время. Кинжал вновь вошел в плоть, вызывая вспышку острой боли. - Но если вы ответите на мои вопросы, то я обещаю, ваши страдания прекратятся с рассветом. Силы неожиданно покинули мужчину, вместе с яростью. Устремив полный тоски взгляд на тело сына, он, казалось, уже не ощущал боли физической. - Думаешь, ты можешь сделать мне больней, чем уже есть? - с тихим отчаянием произнес он. - Какие страдания пересилят эту боль? Он посмотрел прямо в глаза Мико. - Я выжидал лишь удобного случая, не более того. Для всего свое время. И для этого тоже. - И почему это время подошло лучше другого? - светским тоном поинтересовался Тофок. - Знаете, я когда-то тоже думал, что мне невозможно причинить большую боль, мне доказали, что я ошибался. Если придется, я докажу это и вам. Я не верю, что вы решили действовать сейчас без каких-либо дополнительных факторов. Будете дальше молчать или все-таки расскажете? - Какая разница? - выплюнул канцлер. - Тебе-то что с того? Условия сложились благоприятно. Он обмяк и вдруг изо всех сил подался вперед, пытаясь насадить себя грудью на лезвие кинжала. Мико успел убрать оружие, прежде чем канцлер причинил себе непоправимый ущерб. - Не так быстро, Фалент, - Тофок покачал головой, - вы уйдете не раньше, чем я вам позволю. Я думаю, барон Фена не спроста нас так стремительно покинул, существует нечто, за что он был готов отдать свою жизнь, лишь бы не поделиться с нами, - пояснил причины своей настойчивости Тофок. - И у меня есть все основания полагать, что если вы не в курсе всего этого, то уж точно имеете свое мнение. И еще, канцлер, не упрямьтесь больше, у вас ведь еще дочь есть, вы ведь не хотите, чтобы она посетила нас здесь? - Сука! - взвыл канцлер. - Не смей трогать ее! Этого тебе Боги не простят! А что до Фена, так надо было остановить его, а не меня! Он сказал мне, что сейчас самый благоприятный момент, чтобы избавиться от Санти. Почему, я не знаю. Вопрошай его тень. Я не знаю ответа на вопрос. И даже если ты замучаешь мою дочь насмерть, он не станет мне известен! - Поверьте, Фалент, моя Богиня мне простит и большее, а одобрение других Богов никогда не было важно. Мико сделал шаг назад, демонстративно потянулся и размял руки. В полумраке комнаты засиял портал. - Я не верю, что вы ничего не пытались вызнать, это не в вашей натуре. Так что весь вопрос в том, вести сюда только вашу дочь, или прихватить еще и любовницу? - Фена говорил, что северные племена пойдут войной на Аран. Но если Сатор обеспечит им захват некоторых земель, они сдадутся на выгодных для Сатора условиях, что обеспечит ему славу и богатую добычу. А в качестве гарантий против возражений Октавия приводил аргумент, что с немерами идет могучий маг, которому король не чета. - Ведь было совсем не сложно, правда? - мертвая улыбка в ответ на признание канцлера. Портал гаснет, пленник едва заметно переводит дух. - До рассвета осталось чуть больше часа, - сообщил Мико подходя к столику с инструментами палача. - Как только взойдет солнце, вы умрете. Илай, может, ты вернешься в комнату? - не надеясь на положительный ответ поинтересовался Тофок у супруга, который усиленно делал вид, что его тут нет. - Думаю, так будет лучше, - отозвался Илай. - Открой мне, пожалуйста, проход. *** Вернувшись в их апартаменты, маршал, не раздеваясь, лег на постель, ожидая Мико. Сна не было ни в одном глазу. Нет, его не шокировала жестокость Мико, хоть он и считал ее излишней. Но в конце концов, парню надо было спустить пар. Как ни крути, но профессионального убийцу не превратишь в пушистого котенка за какой-то год, если такое вообще, возможно. И так Миколай столько времени не пускал в ход навыки, держа под спудом свою натуру. Пусть расслабиться, и снимет нервное напряжение. Гораздо больше его волновал тот факт, что канцлер оказался замешан в Северном заговоре. Фалент был еще тем мерзавцем, интриговавшим против всех, и безжалостно сжиравшим противников. Но все же он всегда верой и правдой служил Арану. Упрекнуть его в измене было нельзя. А еще канцлер был человеком очень умным и осторожным. И вдруг ввязаться в столь сомнительную авантюру. Конечно, смерть Санти была ему более, чем выгодна. Но как он мог не понять, что за всей этой комбинацией стоит гораздо больше, чем захват северными племенами каких-то, пусть и очень богатых земель? Как мог допустить подобную глупость? И сколько еще из сановников и министров оказались в той же ловушке? *** На рассвете, как и обещал, Мико добил канцлера, спокойно и без всяких эмоций. Он хотел сразу вернуться в комнату к Илаю, но с сомнением посмотрев на свою одежду и руки, открыл портал в свою бывшую комнату. Его не удивило ни то, что она оставалось пустой, ни то, что его ждала наполненная ванна. Вода, конечно, остыла, но это было такой малостью, что Тофок даже не обратил внимания. Быстро ополоснувшись и переодевшись в костюм, нашедшийся в шкафу, парень глубоко вздохнул и перенесся туда, где его ждал супруг. Илай лежал с закрытыми глазами, но явно не спал, на лбу появилась тонкая морщинка, о чем бы ни думал маршал, это явно его очень заботило. - Доброе утро, – нарушил тишину комнаты Мико, осторожно присаживаясь на край кровати. – О чем задумался? - О том, много ли таких, как Фалент, и как глубоко Натаниэль ухитрился пролезть? А еще о том, что боюсь, мы здорово ему проигрываем. Мы его недооценили, - ответил маршал, не открывая глаз. - В любом случае, мы не можем допросить каждого придворного, так что остается только гадать и внимательно смотреть по сторонам, - Мико мимолетно нахмурился. - Мы слишком мало знаем о Натаниэле, поэтому не сможем оценить его верно. Но я предполагал подобную возможность, хоть и не думал, что Фалент будет в числе сторонников. Тофок хотел бы успокоить супруга, заверить, что они со всем справятся, но сам не был в этом уверен. Илай резко сел, глядя на него: - Нельзя больше тянуть, Мико. Нужно переходить в наступление. И немедленно. Пока мы тут нянчимся с королевской любовницей, этот гад плетет свои сети, и судя по Фаленту, успел зайти далеко. Надо возвращаться в Цитадель, надо выдвигать войска на позиции, надо искать драконов, и как можно быстрей. - Ты прав, - спокойно сказал Тофок. - Но мы все-равно никуда не денемся до королевской свадьбы и тебе это прекрасно известно. Да, мы можем часть дня проводить в Цитадели, просмотреть документы, что остались от последнего древнего, может там есть что-то о вызове. Но пока на лоб Ники не ляжет венец королевы, она главная моя забота, хоть я и понимаю, что это не правильно. Илай посмотрел на Мико совершенно нечитаемым взглядом. У парня сложилось впечатление, что супруг только что с большим трудом удержался от крайне нелицеприятных высказываний. Только что Тофок воочию наблюдал сцену, которую обычно описывают словами «вовремя прикусил язык». Стиснув зубы, маршал встал и принялся сдирать с себя одежду. - Пойду помоюсь, - бросил он. - Думаю, у нас есть несколько часов, чтобы поспать, перед тем как привести к Октавию Алиру. Имя монарха он произнес с какой-то едва уловимой интонацией, от которой в комнате ощутимо повеяло грозой. Мико прекрасно знал, как раздражает Илая его преданность королю, но сейчас дело было не в ней, а в данном слове. Тофок не хуже супруга ощущал, как утекает сквозь пальцы время, но если сейчас они начнут метаться, разрываясь между тысячей дел лучше не станет. Парень подумал, что о драконах вполне можно спросить Наи, конечно, сильно надеяться на это не стоило, но чем Темные не шутят? Так же не стоило списывать со счетов архив семьи Тофок, предки Мико собирали информацию из всех доступных источников. Он решил заняться поисками, после того как состоится представление Алиры королю. Маршал быстро прошел в купальню, едва удержавшись, чтобы не хлопнуть дверью со всей силы. Вездесущий повар уже ждал его с ведром горячей воды. - Полей, что ли? - буркнул Санти, становясь в ванну. - Ты чего бешеный? - со своим всегдашним благодушием изрек Наи, поливая из ковшика его плечи. Илай принялся, было, натираться куском мыла, и вдруг со всей дури швырнул его в стену, так что несчастное мыло превратилось в плоскую лепешку. - С-сука! - выплюнул маршал. - А?! - ошарашенный толстяк даже отступил, при виде ярости, исказившей лицо любимца. - Ненавижу сволочь! - прошипел Илай. - Нику ему, видите ли, охранять надо! Можно подумать, он никого другого себе не найдет! Как же! Свадебку он, млять, затеял! А то я не знаю, кого ему на самом деле трахать хочется! Вот и ищет любые способы, чтобы Тофока при себе держать! А тот, словно ребенок, ни черта не понимает! Наи выплеснул ему в лицо ковшик воды, чтобы слегка остудить. - Уймись, - твердо велел повар, - не след здесь такие слова говорить. И потом, Октавий свой выбор сделал, да и уже успел охладеть, я думаю. - Ага, как же! - ядовито отозвался Илай, но на тон тише. - Охладел он! То я не вижу, как он на Мико смотрит! - Да равнодушно он на него смотрит, - ответил Наи, подавая другой кусок мыла. - Так равнодушно, что в это не верится, - фыркнул маршал. - Слишком равнодушно, Наи, слишком! - Ладно, угомонись, - наставительно сказал толстяк. - Мико тебе не изменит, ты это знаешь. Смири свою ревность, и посочувствуй монарху. Подумай, каково ему видеть, что сей прекрасный юноша принадлежит не ему, и никогда принадлежать не будет. При любом раскладе. Выбрали-то тебя, а не его. Экая досада-то для короля. Иди в спальню, ревнивец, и убедись в очередной раз, что Мико безраздельно принадлежит тебе. Иди, ждет уж, поди. Илай снова фыркнул, но успокоился. Наи быстро обтер его полотенцем, и толкнул к двери: - Иди. Мико как раз размышлял, а стоит ли вообще ложиться спать на несколько часов. По опыту он знал, что отдохнуть не успеет, сделает только хуже. Решив, что лучшим будет позавтракать и заняться чем-нибудь полезным, он поднял голову, глядя на вернувшегося супруга. Глаза Илая странно сверкали. - Что-то еще случилось? – уточнил Тофок на всякий случай. - Случилось, - кивнул Санти, сгребая Мико в объятия, и закрывая ему рот страстным поцелуем. Выпустив губы парня из плена, когда тот уже начал задыхаться, продолжил, шепча ему на ухо: - Случилось то, что я недалек от переворота, и убедить меня отказаться от этой мысли можешь только ты. - Я? - ошеломленно выдохнул Мико, пока супруг вытряхивал его из одежды, словно куклу. - Но... Чем?.. Как?!... - Своей любовью, - рыкнул маршал, впечатывая его в постель. - И покорностью своему супругу. Тонкие запястья, стиснутые стальными кулаками, быстро занемели. Темные очи Илая были прямо перед ним. Никаких игр, никаких ласк, это Мико понял сразу же, взглянув в его глаза. Вдруг вспомнилась сцена в Цитадели, и по телу потекла волна сладкого страха, превращаясь в извращенное удовольствие. Удовольствие, которое может испытывать только раб, лишенный воли, и которому остается только одно: наслаждаться своим пленом, своим рабством, упиваясь властью хозяина. Не отводя своих глаз от глаз Илая, Мико легко вскинул ноги вверх, закидывая их на плечи супругу. Он знал, будет больно, но жаждал этой боли, ибо за ней придет удовольствие, как самая лучшая награда за терпение и покорность. Чуть рыкнув, Илай одним рывком вошел в него, зная, что делает больно. Но серые глаза не закрылись ни на миг, лишь дрогнули ресницы, а губы едва заметно шевельнулись: «Давай». И маршал сорвался в стремительный жесткий ритм, терзая супруга болью и удовольствием, смешивая этот обжигающий коктейль прямо в его крови. Мико, практически сложенный пополам, кричал и мотал головой, больше он ничего не мог, почти полностью лишенный свободы. Нет, не правда! Мог! Он мог поддаваться навстречу своему возлюбленному, двигаться навстречу ему, в той же безумной жажде наслаждения, утверждая свою власть, ибо и подчиняясь, он властвовал. И распахнув глаза, обрамленные иголочками намокших от слез ресниц, Мико встретил взгляд любимого, горящий торжеством и любовью. Этот взгляд принадлежал ему, ему одному! Только Мико мог видеть эти бесподобные глаза, сверкающие такой яростной страстью! «Я! Только я!» - торжеством вспыхивала в голове мысль, и было плевать, что больно, потому что было немыслимо хорошо. Исхитриться выгнутся еще сильнее, еще сильней раскрыться, задыхаясь от наслаждения, и кричать в голос от оргазма, ощущая, как любовник последними яростными движениями загоняет в него свою страсть... Догоравшие свечи одна за другой гасли с тихим треском. Ни Мико, ни Илай, лежавший рядом носом в подушку, не могли пошевелиться. - Хочу пить, - вдруг капризно произнес Мико. Он редко говорил таким тоном, и Илай не мог оставить это не услышанным. Приподнявшись, он нашел на столике рядом бутылку ледяного шампанского. Перелил в бокал, и подал Мико. Помог ему приподняться. С удовольствием выпив, парень откинулся в его объятия, тихо застонав: - Зверюга... Илай лишь с нежной улыбкой поцеловал его. Было неимоверно трудно встать, но маршал все-таки справился с собой. Влажное полотенце прошлось по телу Мико, смывая следы. Промокнув между ягодиц супруга, Илай огорченно щелкнул языком: - Я поранил тебя! - Ерунда, - лениво отозвался Мико, которому немыслимо хотелось спать. - Поцелуй, и все пройдет... Последние слова он едва договорил. Илай с улыбкой поцеловал маленькие крепкие ягодицы супруга, и быстро приведя себя в порядок, забрался в постель к Мико. Тот, не открывая глаз, обхватил его руками, закинув свою ногу на него. На губах Миколая проскользнула нежная улыбка, так и оставшаяся на них, когда он крепко заснул в объятиях любимого.