Солона. Каллен. Библиотека.

Вино в бокале казалось ленивым и тягучим, но тут же пошло рябью, стоило руке дрогнуть. Солона смотрела на зал сквозь сосуд, и оттого казалось, что парадная в замке Ферелдена заплыла кровью. А стоило перевести взор на короля, восседающему на троне, то уже и он сам тонет в тёмно-красном омуте, и как только девушка подняла кубок чуть выше, как от Тейрина осталась лишь голова, плавающая то ли в вине, то ли в крови; и на ум невольно приходит, что это практически правда: вошедший на ненавистный престол, вышедший из любимого ордена, получивший в жены ненавистную женщину, лишившийся любимых друзей. Он чувствовал себя преданным, и от этого Амелл неосознанно считала себя виноватой, хотя и понимала, что поступила правильно. Надеялась, что поступила правильно. Сейчас при дворе, среди всей этой знати, которая совсем недавно готова была самолично перегрызть ей и нынешнему правителю глотки, маг задыхалась, ощущая острую необходимость покинуть празднество по поводу королевской свадьбы и вторичной коронации Аноры. Если бы не её личное приглашение, от которого отказаться было даже хуже, чем дурным тоном, чародейки здесь бы и не было. Солона поймала взгляд Алистера, который его тут же отвёл. И после этого внезапно захотелось напиться. - Мой милый Страж, - ладонь девушки легко подхватили, невесомо прикасаясь к пальцам губами, - я и не надеялся тебя сегодня увидеть. - Зевран, - Солона еле заметно недовольно скривилась на подобный жест; она никогда не признается, что ей нравятся такие невесомые знаки внимания со стороны близкого друга. - Леди Амелл, - с улыбкой, больше похожей на усмешку, протянул эльф; он никогда не признается, что прекрасно знает об этом. - Итак. - Итак? - девушка подвинулась, уступая место наёмному убийце, вместе с собой переместив и кувшин с алкоголем. От мужчины это не укрылось, он расслабленно облокотился на собственный кулак. Серый Страж сделала глоток резко, получив за это обожжённое горло; вино было то ли сладким, то ли горьким, то ли вовсе кислым, но она этого не заметила, вторым глотком осушая бокал, тут же собираясь наполнить его снова. Однако желанный предмет, подготовленный заранее, пропал со своего места, и девушка обнаружила его за Зевраном, будто бы специально закрывающим ей обзор на остальную часть стола. - Я хочу выпить, - односложно и коротко бросила Амелл, стараясь не смотреть, как натянуто улыбается Алистер поздравлявшим его гостям. Желудок сворачивался от этой картины узлом, а глотку перекрывал ком, и потому срочно требовался спасительный туман, который могло дать лишь вино. Или что-нибудь покрепче. - Как жаль, что ты не позволила мне вылечить своё разбитое сердце, - с наигранным сожалением вдруг сказал Ворон, словно бы нарочно наполняя свой кубок, а не магички. - Ты не в моём вкусе, - ответила Солона, прищурившись. Казалось, что эту фразу она говорила ему и даже не единожды, словно бы это вправду было важно; словно бы эльф действительно жалеет, что обзавёлся другом, а не любовницей. Убийца осторожно пригубил напиток, пытаясь его распробовать. Уголок губ еле заметно недовольно дёрнулся, выдавая его недовольство, и непонятно, чем - вином или ответом подруги. Откинувшись назад, он посмотрел на неё пронзительно, будто бы считывал, а в глазах устроили шабаш бесы, отчего взгляд получался с хитрыми искрами, видно потому, что он уже увидел то, что хотел. - Конечно, я ведь не какой-нибудь милый храмовник, дежуривший у библиотеки. Он улыбался столь беззастенчиво и задорно, что у Стража слова возмущения так и остались где-то в мыслях, и она лишь беспомощно закрыла невольно открывшийся рот, недобро прищурившись. - Откуда ты знаешь? Зевран позволил себе короткий смешок и с каким-то победным видом поднял бокал, в котором плескалось бодро вино, но лишь только оно замерло, то снова показалось ленивым и тягучим, похожим на кровь. - In vino veritas, - он отсалютовал подруге и снова сделал глоток, вытерев каплю, случайно скатившуюся по подбородку. Точь-в-точь кровь. После последовавшего вопроса Солоны он начал было сокрушаться о её непросвещенности в столь простых вещах, но сразу же пояснил, не переставая улыбаться: - Истина в вине. Амелл вдруг отчаянно покраснела, стыдясь собственной памяти и недальновидности. На самом деле они с Зевраном не так уж и много пили вместе, да и не так уж и сильно, чтобы беспокоиться после о своих словах и действиях. Как оказалось, зря. Она решительно отодвинула от себя бокал, с тоской осознавая, что этот вечер ей придётся пережить без успокоительного в виде алкоголя, и от этого стало столь тошно, что она накрыла лицо руками, позволяя себе хотя бы зажмуриться на секунду и пропасть отсюда; вернуться к временам, когда всё пусть и было сложно, но проще, когда свободнее дышалось, а она сама была чуточку другой. - Одного не понимаю, - вдруг совершенно серьёзно отозвался мужчина, прерывая грустные мысли, - всё ведь закончилось. Так почему ты ещё любишь его? Солона почувствовала, как сердце споткнулось на своём ходу, и она не нашла ничего лучше, чем сказать то, что сама услышала от другого: - Любовь - это не то, что можно изменить щелчком пальцев. Это сильнее меня. Сильнее тебя. Сильнее всего на свете. Зевран кивнул и будто бы задумался на несколько секунд. А после просветлел, словно бы на него снизошло озарение. - А! Это сказал тебе твой друг-малефикар! Амелл вытянулась по струнке, чтобы в следующее мгновение практически сползти под стол, лишь бы не видеть усмехающегося друга, лишь бы он не видел, как она снова покраснела от стыда, и оставалось только и выдохнуть сокрушённо: - Создатель... - Ты действительно не умеешь пить, - безжалостно заявил убийца, подмигнув пробегающей мимо служанке.