Не моя судьба

Lorde – biting down Лейси Френч знает себе цену. Ее кожа мерцает в мягкой, влажной темноте, опустившейся на город. Она прекрасна — идеальные ноги, блестящее короткое платье и чужое пальто на плечах. О да, эта девушка прекрасно знает, что собой представляет. Лейси стоит на углу улицы, раздумывая над тем, сильно ли ее тошнит и в какой стороне находился дом, в котором была вечеринка. Раскачивается, тупо смотрит на лужу своей рвоты на тротуаре, икает и прикрывает рот с коротким, смазанным смешком. Встряхивает волосами, шатаясь, бредет к дому, на лужайке которого спят несколько пьяных людей. К дому, чуть ли не подпрыгивающему в такт зубодробительному дабстепу, льющемуся из всех окон. Она не замечает курящего подростка, сидящего на капоте Жука. Пэн провожает девушку внимательным взглядом. В этой размалеванной девице едва ли можно узнать добрую, красивую принцессу, влюбившуюся в Чудовище. Окликает вполголоса, не надеясь на ответ: - Белль? Раздумывает пару секунд, бросает сигарету на землю и идет следом. В голове короля Неверленда бушует настоящая буря. «Не может быть». С каждым шагом, с каждой секундой в этом городе, пропахшем магией и прошлым, Питеру всё тяжелее дышать. Он останавливается перед домом, внутри которого продолжается вечеринка. Пэн оглядывается вокруг, желая убедиться в том, что ошибся. Бросается через дорогу, увидев знакомую светлую шевелюру. - Виктор! Виктор, простите! - парень скользит по лицу мужчины глазами, но видит лишь вежливую отстраненность незнакомца. - Мы знакомы? - Нет, я... я обознался. Франкенштейн, не помнящий себя, идет дальше, а Питер прикуривает дрожащими пальцами. - Не может быть, не может быть, - бормочет сквозь сжатые зубы. Стремительно идет к Жуку, у которого Эмма возится с сонным сыном. Утыкается лбом в плечо Киллиана, стоящего рядом. - Они не помнят. Не помнят. Не помнят! - сжимает зубы, так сильно, что даже больно. Лейси вливает в себя очередной коктейль, не обращая внимания на масляный взгляд какого-то парня, прилепившийся к ее заднице. Спотыкаясь, ковыляет к зеркалу на стене, протискивается мимо пьяных тел, пытающихся танцевать. Достает из сумочки блеск для губ и наносит его на нижнюю губу. Посылает отражению воздушный поцелуй. Она знает, с кем проведет эту ночь. - Эй, детка, ты просто секси! - восклицает тот самый парень. На мгновение в глазах Лейси мелькает что-то вроде сожаления, но оно быстро исчезает. Позже, уже сняв комнаты «У бабушки» и уложив сына, Эмма старается вникнуть в то, что до нее никогда не доходило — магию. - Скорее всего, это случилось, когда они вернулись, - женщина прислоняется лбом к оконному стеклу в тщетной попытке охладить голову. - Не знаю. А где Пэн? - Пошел искать своих мальчишек. - Как думаешь, найдет? - Не знаю, принцесса. Эти дети... они не принадлежат ни этому миру, ни Зачарованному Лесу. Один Дэйви Джонс знает, куда их могло занести заклинание возврата. Пэн возвращается под утро, полный тревожных мыслей. Киллиан машет рукой, призывая его присоединиться к завтраку. Питер плюхается рядом с Джонсом, чмокает его в щеку и опасливо оглядывается. - Здесь летают обезьяны. Такие же, как твой жених, Свон. Я видел пару, они несли какого-то несчастного. - Чертовщина какая-то... - Обезьяны с крыльями? - переспрашивает Генри. - Как в Изумрудном Городе? - Где? - Сказка такая. Про льва, железного дровосека и страшилу. - Как видишь, друг мой, всякая сказка может стать былью, - Киллиан старается открыть пакетик сахара, но не особо в этом преуспевает. - Что меня удивляет, так почему никто не заметил чертовых летающих обезьян? - Эмма наклоняется вперед и приглушает голос. Пэн отбирает у пирата пакетик, надрывает и насыпает в кофе. - Все маленькие городки вымирают после полуночи. Можно трахаться прямо на улице, на это никто не обратит внимания. Даже если тебя порежут на главной площади, ты будешь истекать кровью до самого утра. В глазах Питера клубятся воспоминания. Их разговор, как и все разговоры в кафе, прерывает дребезг упавшей на пол чашки. - Реджина! - Свон вскакивает с места, не зная, что предпринять. Брюнетка переводит дикий взгляд с Эммы на Генри, затем вылетает из кафе. - Мне... мне нужно идти. И Эмма бросается следом за своим личным призраком. За королевой, оккупировавшей ее сны. Она задевает плечом кого-то, медленно бредущего к кафе, но не замечает этого. - Осторожней нельзя, дура! - шипит девушка, держась за голову. Каждый раз, встречая утро тяжелым похмельем, Лейси зарекается пить. Но потом настает вечер и она забывает обо всех обещаниях. Еле-еле преодолев ступеньки, ведущие в кафе, девушка, вваливается в помещение, обводит всех в зале мутным взглядом, спрятанным за солнцезащитными очками. - Привет, Руби, - хрипит она, садясь на стул у стойки. - Я щас сдохну. - По тебе видно, - кривится официантка. - В долг не налью. - У меня есть деньги, - Лейси копается в кармане толстовки и вываливает на гладкую, натертую до блеска поверхность стойки, кучу смятых бумажек. Снова — смутное, едва заметное сожаление, печаль по чему-то, давным-давно забытому и потерянному. Руби никак не комментирует столь необычное явление — Лейси с кучей бабла, покорно наливает два пальца виски в стакан и добавляет пару кубиков льда. Пэн во все глаза смотрит на Белль. Принцессу с потекшей краской и спутанными волосами. Принцессу, забывшую себя. Сжимает пальцы вокруг остывшей чашки кофе. Его трясет. - Эта женщина... кто она? - спрашивает Генри. - Та, за которой побежала мама? - Как бы удивительно это ни звучало, она тоже твоя мама. - А... то есть? Типа мамина... подруга? - «Типа» она тебя вырастила, - поясняет пират. - Пэн, объясни ты. Пэн? - Что? - Питер отводит взгляд от Белль, устало разлегшейся на барной стойке. - Да, конечно... - Уходи! - почти что умоляющим голосом просит Реджина из-за двери. - Прошу тебя, уходи. - Послушай, я знаю, что этого не должно было случиться. - Ты обещала уйти, и не возвращаться! Обещала... - Если ты хочешь плакать... плачь. Но не оставляй меня. Ты знаешь... знаешь, что мы... - Эмма и сама не знает, что хочет сказать, но, отчего-то, ей кажется, что Реджина поймет ее без слов. - Я хочу побыть одна. Блондинка бьет по двери ладонью, смаргивает слезинку. - Хорошо. Ухожу. Но я вернусь. Я всегда возвращаюсь. Выйдя на улицу, Эмма переходит дорогу, отыскивает в кармане куртки пачку сигарет. Закуривает, не отводя взгляда от окна на втором этаже, в котором мелькает тень. *** Полночь. - Всё, что у меня есть, всё, что я имею — лишь гора бесполезной трухи, кладбище невоспетых, забытых всеми отбросов общества. Питер сидит на подоконнике, завернутый в простыню. Выдыхает дым в приоткрытое окно. Киллиан утыкается носом парню в висок. - Я люблю это кладбище. И всегда буду. Мужчина вспоминает. Бесконечные сигареты, которыми Пэн боролся с болью и тенями, вечерние прогулки, с которых парень возвращался порой через несколько дней. Веревочки, нитки, оплетающие запястья мальчишки, появляющиеся после очередного ночного кошмара. - Она похожа, - вдруг говорит Пэн. - Она похожа на Мэри. - Кто? - Киллиан обнимает его за талию. - Та принцесса. Белль. Питер прикрывает глаза, кладет голову на плечо Джонса. - Может, в этот раз получится? - Давай спать. В три часа, пятнадцать минут, в самый тихий час, на окраине города звучат короткие, заполошные выстрелы, преследующие летающие тени, больше похожие на оживших горгулий. - Мать твою! - тонкий, мальчишеский голос. В пистолет ловко вгоняют обойму. - Ничего, Адам, - по плечу подростка коротко хлопает самый старший парень из группы. - Мы их еще достанем. Теперь пора домой. Они движутся в сторону леса, подкалывая друг друга, вполголоса смеясь и толкаясь. - Феликс, как думаешь, Пэн вернется? - уже на подходе к убежищу, спрашивает Адам. Остальные мальчишки притихают, ожидая ответа главаря банды.