Не моя судьба

Я долго жил среди взрослых. Я видел их совсем близко. И от этого, признаться, не стал думать о них лучше. Антуан де Сент-Экзюпери. Маленький принц.

Микки — усталость, помноженная на обезболивающие и ложь. - Хватит притворяться, - шипит Чарли. - Хватит смотреть в небо и ждать чуда! Его движения — дерганые, резкие, кажется, еще немного и услышишь сухие щелчки при каждом повороте головы. Он зло, почти что до боли, заматывает запястья Микки белоснежным бинтом, на котором сразу же начинают проступать красные пятна. - Есть только эта жизнь! Только здесь и сейчас! И ты, глупый мальчишка, едва не лишил себя этого! Мальчишка криво улыбается. В белках глаз Чарли много красных прожилок, отчего-то, это кажется очень смешным. Он то знает, что его «Только здесь и сейчас» разносится эхом по десяткам лет. Что его жизнь намного больше, чем… Что он сам намного больше, чем Микки — веселый официант с пристрастием к алкоголю. Чарли вдыхает сквозь зубы, нервно проводит ладонью по волосам, собирая рассыпавшиеся пряди. Оглядывается вокруг странным взглядом, словно не узнавая свою собственную гостиную, комнату, больше всего похожую на декорацию рекламного ролика. Того, в котором большая семья сидит на огромном светлом диване перед телевизором, улыбаясь во все тридцать два зуба. Микки никак не поймет, зачем мужчине такой большой дом. - Свон! - Крюк хватает женщину за локоть и наклоняется к ее уху. - Нам понадобится помощь. Магическая помощь. Пэн не хочет об этом говорить, потому что жалеет тебя, но… черт, я чувствую себя подонком. Поговори с ней. Щеки блондинки зло алеют, словно ей дали пару пощечин. - Я понимаю, - кивает, - понимаю. Она не говорит о том, что провела вчерашнюю ночь в машине, припаркованной под окнами дома Реджины, что за это утро выкурила полпачки, стараясь унять нервную дрожь в пальцах. Эмма снова кивает, мягко высвобождает руку из захвата и идет к Жуку. Уже сев за руль, женщина копается в карманах в поисках своего успокоения — никотиновых палочек и зажигалки. С досадой перекопав все содержимое своего бардачка, она с возмущением смотрит на Киллиана, поджигающего сигарету Пэна ее зажигалкой. - Учишься воровать, пират? - бормочет она под нос, заводя мотор. Эмма снова стоит под окнами Ее дома. Она, блондинка уверена в этом, сидит на кухне с бокалом шардонэ и куском яблочного пирога. Одинокая и прекрасная, Королева прячется в своем замке. Женщина стучит, заглядывает в занавешенные окна, стараясь разглядеть знакомый силуэт. - Ты знаешь, что я очень приземленный человек, Реджина, - говорит она. Почему-то Эмма уверена в том, что ее слышат. Более того, что ее очень внимательно слушают. - Я разбираюсь с проблемами постепенно. И сейчас у нас есть кое-что поважнее, чем наши отношения. Ты видела этих летающих обезьян? Их всё больше с каждым днем. Дверь резко открывается и Свон, застывшая с поднятым в воздух кулаком, растерянно улыбается. - Я тебя слушаю, - говорит Королева. - Прекрасно выглядишь! - Ты что-то говорила о проблеме, которую нам нужно решить. - Да, Верно. Летающие обезьяны. Мальчишки взломали лавку Голда и сейчас готовят разведывательную операцию. - Операция «Кобра», - убежденно повторяет Генри, заглянув за плечо Пэна, смешивающего коктейль Молотова прямо на прилавке. - Если это мир Оз, то здесь может быть злая ведьма. Не знаю, осталась ли у нее магия, но лучше быть осторожными, - инструктирует мальчишек Феликс. - В сказке, - парень демонстрирует библиотечную книжку, - ее называли Злой Ведьмой Запада. Также здесь говорится, что Дороти убила ее, но, как мы знаем, злодеи так просто не умирают. - Я не могу понять, - шепчет Генри, не отрывая взгляда от Феликса, точно как потерянные, зачарованно уставившиеся на своего главаря, - почему я не помню Реджину? Питер хмурится, откладывает пропитанную раствором тряпку. - Ты знаешь… она очень сильно тебя любит. Так сильно, что готова пойти на всё, чтобы ты был счастлив. И если для этого ты должен думать, что твоя мать, родившая тебя в тюрьме, не отказалась от тебя, что вы были вместе всю твою жизнь, то… Это всё, что она смогла для тебя сделать, прежде чем проклятие разрушилось. - Скучал по мне? Рыжая женщина ласково улыбается, и, отчего-то, это делает ее лишь более отталкивающей. Наверное, ее можно назвать красивой — статная, зеленоглазая, с бледной кожей и копной медово-рыжих волос. Кто-то назвал бы ее похожей на Мэри Поппинс — правильную до зубного скрежета англичанку. Ее пленник же называет ее злобной сукой. Только про себя, конечно же.