Призрак прошлого.

      Несколько часов спустя после своего прибытия в укрытие, Наташа Романова — агент Щ.И.Т.а под оперативным псевдонимом Чёрная Вдова — лежала на кровати с жестким пружинным матрасом, рядом с отвернувшимся к стенке Баки Барнсом, который изо всех сил делал вид, что расположившаяся под боком молодая женщина его вовсе не интересует. Будто отгородился невидимым барьером от неё. — Спишь? — спросила в спину, не надеясь на ответ. — Пытаюсь, — ответил мужчина каким-то глухим голосом, вздохнув, — но кажется, разучился, вне криокапсулы. — Бедный Джей. — Жаль Наташа не видела сейчас его лица. Серые глаза, обычно излучающие мрачную решимость, в данный момент отражали только растерянность. Ночь приближалась к рассвету, и в комнате стало намного светлее. Кажется, он и впрямь так и не уснул. Только вид делал, что дремлет. — Ты драматизируешь, — колоритный кровоподтёк на спине наёмника, чуть ниже лопатки, слева, живо напомнил агенту Романовой о недавних его приключениях в штаб-квартире Щ.И.Т.а и о потасовке с Капитаном Америкой, из которой Баки вышел, по сути, победителем. — Рядом с тобой? — Джеймс криво усмехнулся, перевернувшись на спину и сунув свою бионическую руку под подушку. Он просто не мог не обернуться к рыжей шпионке. Снова. Сделал это намеренно, оттого, что ощущал, как вперилась Чёрная Вдова в его спину взглядом, заставив почувствовать себя уязвимым. Она всегда стремилась вывести своего собеседника из равновесия и на этот раз ей это удалось. — Не думай, что ты виновница моей бессонницы. — Где уж мне, — хотя Зимний солдат отвёл взгляд от девушки, ей хватило и того, что она успела заметить в предрассветных сумерках. Боль, тревога. Непомерно колючее и опасное выражение, какое бывает у отчаянных и отчаявшихся людей. — Ты был там, да? — Чёрная вдова решила подтвердить свою догадку. — О чём ты? — Не сменил ни положения, ни обманчиво туманного взора, устремлённого в низкий потолок с мелкой решеткой, под которой проходила вытяжка. Демонстративное безразличие. — О музее. После того, как Роджерс заронил в твою душу зерна сомнений, ты наверняка там побывал, чтобы убедиться лично в том, что Стивен говорит правду. Я права? Доверяй, но проверяй? — даже на локтях привстала, придвинувшись к наёмнику ближе. Этакое опасное нахождение рядом и напряжение, которое приятно щекочет нервы.       Баки не ответил, потому что именно увиденное там не давало Барнсу покоя. Не давало уснуть… Самое отвратительное и горькое из всего этого заключалось в том, что, читая хвалебные дифирамбы о своей недолгой, но героической жизни, в зале, посвященном Капитану Америке, Джеймс ни одного из своих подвигов во славу родине не помнил. Он даже имени своего толком не знал. Что уж говорить о Роджерсе… О той крепкой дружбе, что, оказывается, связывала их долгие годы с самой школьной скамьи… Ничего. Пустота. Всё по нулям. Слишком давно сержант Барнс превратился в безжалостного наёмника — Зимнего солдата.       В память порой прорывались смутные клочки мыслей и образов из прошлого, причиняя страдания и пугая. Обрывки фраз, лица… — «Я буду с тобой до конца…» Стоя перед стендом в музее, выглядывая из-под козырька тёмной бейсболки, Баки испытывал чувство дежа вю, шепотом повторяя короткое: — Я знал его… Я знал, — тогда сердце замирало, как и сейчас. С той лишь разницей, что тогда он был один на один со своими кошмарами, а теперь рядом была Наташа, внимательно заглядывающая в его покрасневшие от недосыпа глаза, словно прочитать в них что-то хотела. — Мне ясно, — тихо проговорила девушка. — Хочешь вспомнить, но не можешь. Это тяжело… — тонкие пальцы агента Романовой скользнули по тёмным прядям его волос, — не бойся. — Склонилась ещё ниже, коснувшись его губ своими. — «Определённо, как в старые добрые времена. Самоотверженная девочка», — подумал Джеймс, когда его рука, сжимающая спрятанный под подушкой пистолет, соскользнула с курка. Flashback. Заданием Наташи Романовой был ядерный инженер из Ирака Мохамед Фасси, работающий на террористическую организацию. Его агент Чёрная Вдова должна была в целости и сохранности доставить из Одессы к месту сбора, где её ожидали оперативники Щ.И.Т. Миссией Зимнего солдата был тот же инженер. Вернее, его устранение. Любой ценой. Одно из сотни заданий подобного рода, что он выполнил с автоматизмом робота и изобретательностью первоклассного убийцы. Но… всё пошло не так, как планировал наёмник. Наташа Романова вычислила его первой, а он, наплевав на профессионализм, поддался чарам этой рыжей бестии, оправдывая свои желания чистыми инстинктами мужчины, у которого слишком долго не было женщины. Зачем отказываться от обольстительницы, которая сама теряет голову и плывёт к тебе прямо в руки? Порой подобное может оказаться весьма полезным. И страстные жаркие поцелуи рыжеволосой красавицы… Наташа кусает губы, то свои, то его… одежда, падающая на пол, сорванная в порыве страсти. Сплетенье рук, сплетенье пальцев. Сталь и живая нежная плоть. Хриплые стоны и чувство того, что растворяются они друг в друге без остатка, ведь Наташа чувствует своего любовника каждым миллиметром стройного тела, так же, как и он её. Так не было ни с кем прежде и не будет. Непозволительно. Запретно. Опасно. Ведь они враги. И это сводит с ума обоих. Так нельзя... Нет подлинных имён, только оперативные псевдонимы. — Так в разы проще. — Глупости… как тебя зовут на самом деле? Я никому не скажу. — Джей. Джеймс. А она звала его по имени, в тот момент, когда он вонзается в неё последний раз. Резко, до упора, больно сжав бархатную кожу на девичьих бёдрах. — «Завтра там наверняка останутся синяки», — констатирует любительница острых ощущений, выгибаясь. Однако, от этого её тоже охватывает волна истомы, захлёстывая с головой. Невозможно волнующе. Невозможно сексуально. После, несколько минут они лежат неподвижно, отходя от пережитого наслаждения. Глаза. Зелёные – серые. — Дай сигарету? — Держи… А утром прощальный поцелуй, пока он спит. Чёрная Вдова должна обойти своего противника по очкам и времени на все сто процентов. Даже если он начал ей нравиться. — Зимний солдат… — бросает, уходя, с кривой усмешкой, — не так уж ты и крут. Не так страшен чёрт, как его малюют. Оказалось страшен. Оказалось, что «призрак» жалости не знает, чётко разделяя работу и случайные интрижки. Бесстрастие, достойное машины. Это – аксиома. Он просто дал Наташе Романовой, увозящей с собой ядерщика, форы. Если противник думает, что все карты в его руках, и он почти победил, то тем самым он делает противостояние интереснее. Мастерский выстрел из снайперской винтовки Драгунова по колёсам пикапа в ста километрах от Одессы, и тяжелый автомобиль, кувыркаясь, летит с обрыва. Дальность усовершенствованного оружия - свыше двух тысяч метров. Чёрной Вдове и её подопечному, Мохамеду, лишь чудом удаётся выбраться. После первый, кого агент Романова видит на скалистом уступе обрыва, это её враг. Зимний солдат целится в перепуганного Мохамеда Фасси из пистолета с военной выпаркой и непринуждённостью, заставляя Чёрную Вдову закрыть учёного своим телом. — Назад. — Откуда в голосе девушки берётся такая решимость и сила? Целится в солдата в ответ. — Я не стану тянуть кота за хвост, — шепчет зло, по-русски, — просто спущу курок и пристрелю тебя. — Если бы хотела это сделать, то не колебалась бы так долго, — лицо врага скрывает маска, так, что на нём невозможно прочитать какие-либо эмоции. Бам! И гремит выстрел, обжигающий левый бок Чёрной Вдовы острой вспышкой. Пуля прошла сквозь девушку, поразив Мохамеда. Когда Наташа упала на землю, задыхаясь от боли, то Зимний солдат добил свою жертву точным выстрелом в голову. Контрольный. Пистолет с глушителем. Много шума не наделал. Молодец. А багровое пятно на песке, что вместе с мелкой галькой обычно лежит на обочине дорог, быстро разрослось. Чёрная Вдова хотела обойти Зимнего солдата, а в итоге тот обошёл её. Теперь она молча наблюдала, как расплывчатая сильная фигура её противника, поблёскивая на солнце бионической рукой с красной звездой на плече, неспешно удаляется к подъехавшему серому джипу с тонированными наглухо стёклами, сунув оружие в заплечную кобуру. — «Чёрт возьми… неужели я умру здесь. Вот так? Осень близится…»