Будапешт - точка отсчёта

Стены подземного коридора были такими узкими, что Наташе пришлось передвигаться боком. Найдя дверцу нужного сейфа, она набрала код и обнаружила внутри целые кипы папок, бумаг, конвертов. Судорожно копаясь в них, она спешила разыскать тот самый конверт, чтобы подменить его, пока не явилась охрана. Неимоверная ловкость и быстрота реакции позволяли Чёрной Вдове ловить на лету все документы, что вываливались из сейфа, пока она искала конверт с такой же эмблемой, как и на том, который получила от Бартона. Наташа тут же складывала все выпавшие бумаги обратно, сохраняя видимость прежнего порядка. Едва обнаружив тот самый конверт, она вдруг услышала, как кто-то направляется в её сторону, пробираясь по боковому подземному коридору. Судя по голосам, приближающихся было трое. Они не торопились. Видимо, Клинт принял меры, чтобы не сработала сигнализация – больше ничем нельзя было объяснить неспешность охраны. Эти трое мало беспокоили бы Наташу, но коридор был настолько узок, что боевые навыки применить было попросту негде, а стрелять вряд ли было можно. Скорее всего, Бартон хотел оставить похищение конверта в тайне, насколько это получится, а потому и дал ей другой конверт для подмены. Чёрная Вдова постаралась вовсю использовать свои сверхспособности. Она уже запихнула принесённый конверт в сейф, через секунду его место под комбинезоном Наташи занял изъятый ею оригинал. Осторожно закрыв дверцу сейфа, шпионка бесшумной тенью проскользнула обратно к люку. Спустя пару мгновений сильные руки Бартона вырвали её из узкого подземелья и поставили на траву. Пласт травяного покрытия вновь занял своё место, спрятав под собой злосчастный маленький люк. Покидая двор особняка, Наташа едва успела заметить, что немного поодаль лежит уже не одно, а четыре тела. Видимо, Бартон разделался с наружной охраной. Сейчас их хватятся и начнут искать. Тогда почему они с Клинтом не перелезают через забор, а пробираются на задворки, скрываясь за ландшафтным декором особняка?! Наташа всё поняла, когда они уже почти добежали до места. Задний двор особняка был, пожалуй, втрое больше, чем вся его остальная территория. Здесь была оборудована взлётная полоса, в начале которой стоял лёгкий спортивный самолёт. Наташа побежала было к нему, но тут Клинт, крикнув ей: «Нет, сюда!» – и почти скрылся из виду, свернув от лучей прожекторов в ночной мрак. Он на бегу рванул какой-то рычаг на одном из столбов, отчего врубились огни взлётной полосы. Затем Бартон мощным рывком сломал рычаг, чтобы его не смогли снова вырубить, и тут же исчез в темноте. Пришлось мчаться за ним чёрт знает куда, не к самолёту, а от него. Что за дурацкий план? И только оказавшись в стороне от больших прожекторов, Наташа поняла замысел Бартона. Под покровом ночи был почти не заметен ещё один самолёт. Небольшой, неприметный, темно-серый, но главное – бронированный. В отличие от лёгкого красно-белого спортивного красавца, мимо которого они только что пробежали, такой самолёт не разглядеть в ночном небе, не сбить простым выстрелом в бак с горючим – пуля попросту не пробьёт. Наташа обернулась на ходу на торопливый топот за спиной и стала стрелять в ответ преследователям, ловко уворачиваясь от пуль. Тем временем Бартон, приглушённо рыча от дикого напряжения, взламывал замок на входном люке. Наконец, дверь бронированного самолёта захлопнулась за ними, и Наташа, тяжело дыша, присела у порога на пару секунд, понимая, что их проблемы ещё не закончились. Клинт тоже присел, видимо, перевести дыхание. Лук и стрелы валялись у него под ногами. Странно, обычно с оружием так не обращаются... Ухватившись за выступы в стене, Клинт с трудом поднялся на ноги и направился нетвёрдой походкой к кабине, зажав ладонью руку чуть повыше локтя. И тут Наташа поняла, в чём дело – между его пальцев проступила кровь и стала быстро стекать, капая на пол. – Клинт, ты ранен! – воскликнула она и, на ходу расстёгивая пряжку своего пояса, поспешила к Бартону. – Ерунда, я должен поднять нас в небо, – пробормотал тот, забираясь в кресло пилота. Через мгновение мотор уже взревел, набирая обороты. Звуки отскакивающих от борта пуль стали почти не слышны. Самолёт уже набирал скорость по взлётной полосе, а Наташа упрямо не отпускала руку Бартона, пока хорошенько не затянула ремень выше раны, остановив кровотечение. – Потерпишь? – не сумев скрыть тревогу в голосе, спросила она. – А что, у меня есть варианты? – усмехнулся Бартон, опуская рычаг закрылков. Он выжал педали, набрав нужную скорость, и самолёт поднял их в ночное небо под отчаянную барабанную дробь, что отстукивали пули по бронированной обшивке. Двое бывших врагов, объединивших свои силы, взмыли в чернильную тьму на угнанном самолёте и исчезли, покинув воинствующую венгерскую столицу. Наташе удалось занять место пилота лишь после того, как Клинт убедился, что самолёт стабилен и авария им не грозит. ************ Ближе к полудню следующего дня Наташа и Клинт сидели в одном из многочисленных кафе столицы Австрии и с аппетитом уплетали стейк с гарниром. Именно это кафе привлекло их внимание тем, что посетителей было немного, так что, выбрав отдалённый столик, они могли поговорить о своём. – Ты обещал всё объяснить, – напомнила Наташа. – Не может быть, – пожал плечами Бартон, чуть поморщившись от неприятного ощущения в ещё свежей ране, спрятанной под рукавом куртки. – Ты меня убиваешь, Клинт, я слишком долго ждала объяснений. – Слушай, – он опустил глаза и даже отложил вилку. – Если что-то пойдёт не так, мне всё-таки придётся убить тебя за то, что ты можешь узнать. Ты уверена, что хочешь рискнуть? – Уверена, – мрачно ответила Наташа, теряя терпение. – Ладно, – кивнул Клинт. – Но сначала я хочу знать, почему ты просто не застрелила меня и не удрала оттуда. У тебя была куча возможностей. Например, ты могла просто выбросить меня с самолёта, когда я вырубился из-за раны. – Бесплатно не работаю, – огрызнулась Чёрная Вдова. – Смешно, – улыбнулся Бартон. – Но я всерьёз спрашиваю. И вообще... тебе не хотелось... сменить амплуа? – То есть? – Ну, скажем так: применять свои способности легально и во благо. – Ну, может, и хотелось. А что, ты можешь предложить такую возможность? – Я – нет. Но мой босс – да. – Ты же сказал, что тебя послали убить меня. Твой босс передумал? – Пока нет. Но он не знает, что ты помогла мне извлечь важные разведданные из потайного сейфа. Они бесценны, как и твоя помощь во всём, что касается их переправки в... одну организацию. Я надеюсь убедить босса, что ты нам нужна. Но если тебе больше по душе заказные убийства и мучительная смерть в расцвете сил от рук наших головорезов, то... ничем не смогу помочь. Наташа прищурилась, мысленно переваривая услышанное. Затем спросила, в задумчивости растягивая слова: – А я могу узнать, как называется организация, на которую ты работаешь? Случайно, не ЦРУ? Клинт покачал головой: – Нет, сперва ответь, хочешь ли ты выбрать иной путь? Причём настолько, чтобы зачеркнуть всё, что было раньше? Я имею в виду твою специфическую работу. Готова отказаться от этого и исчезнуть из поля зрения заказчиков убийств? Навеки покинуть свою страну и выбрать другую? Рисковать жизнью, как в Будапеште, и никогда не сворачивать с этого пути? Наташа напряжённо смотрела на него, с трудом скрывая нервозность. – Клинт, ты хочешь, чтобы я ответила раньше, чем пойму, во что ты меня хочешь втянуть?! – А ты до сих пор не понимаешь, как я рискую, оставив тебя в живых и рассказывая тебе всё это?! – Клинт с трудом сдержался, чтобы не повысить голос и не привлечь к ним ненужное внимание. Он резко поднялся и сказал, бросив на стол пару купюр: – Пойдём. Наташа не стала спорить. Кажется, не стоило давить на него, всё-таки Клинт немало сделал для неё и продолжает рисковать собой. Но её просто достало, что она в этой истории, словно слепой котёнок, продвигается наощупь и должна принимать решение раньше, чем ей позволят разобраться, что к чему. ************ Вернувшись в отель, в котором они отдохнули после сложного нелегального перелёта через границу Австрии, Наташа нарочно увязалась за Клинтом в его номер. Бартон угрюмо молчал. Наташа, опершись спиной о стену, поглядывала исподлобья на парня, который ходил мимо, собираясь в дорогу, и не смотрел в её сторону, словно её здесь и не было. – Клинт... – неуверенно начала Наташа, – слушай, ты прости, я не хотела тебя злить. Просто... я действительно ничего не знаю о том, откуда ты и что это за организация, которая прислала тебя. Это сбивает меня с толку. Но я вижу, что ты рискуешь из-за меня. Бартон мрачно сверкнул глазами, мельком глянув на неё, но ничего не сказал. – Я понимаю, ты не можешь ничего рассказывать. Не против, если я попытаюсь угадать? Даже того, что ты уже успел сказать, достаточно, чтобы у тебя появились серьёзные проблемы? Клинт остановился и опустил голову. Он всё ещё не был до конца уверен в том, что поступает правильно, сделав выбор в пользу Наташи, но больше не делал вид, что демонстративно игнорирует её. Хотя он по-прежнему не смотрел в её сторону, зато, по крайней мере, стал отвечать: – Когда меня отправили сюда, во время перелёта я подумал, что в твоём случае дело можно повернуть иначе. Ты ведь такая... необычная. – Необычная? – улыбнувшись, переспросила она. – Ну, да, – Бартон глянул её в глаза и постарался уйти от того, в чём едва не признался, – в смысле, необычная, как и многие из тех, кто... работает с нами. Если бы ты захотела, то могла бы стать очень заметным и важным нашим бойцом и... – И? Клинт на секунду засомневался, прикусив губу, но всё же ответил: – И шпионом. У тебя всё есть для этого – суперспособности, которые у нас ценят. Опыт, куча навыков. Но главное, куда это всё используется – для провокаций и убийств или для спасения людей от самых разных угроз, о которых они даже не подозревают. Бартон подошёл к девушке вплотную и тихо, но очень серьёзно произнёс: – Славы не жди. Только необычной и до жути рискованной работы. И не такой, как у тебя была – гораздо круче. С каждой своей попыткой убедить её выбрать другой путь в жизни Клинт открывал ей всё больше из того, о чём обязан был молчать, а потому всё сильнее рисковал. Наташа почувствовала это, и как ни старалась, не могла усмирить сорвавшееся в бешеный ритм сердце. А потому решилась спросить его о самом главном, мучившем её уже давно, и с каждым часом всё сильнее: – Клинт, ты так и не сказал, тебе-то зачем так рисковать ради меня?