Неправильный гормон

- Миллс… Реджина, постойте! – прокричала Эмма, быстро догоняя женщину. Та уже стояла возле своего авто, возясь с замком. - Свон? Ну, что вам еще нужно? Я и так потратила на вас все утро, не говоря уже о вчерашнем испорченном вечере, когда вы ввалились ко мне в дом, как… - она возмущенно фыркнула, но продолжать не стала. - Простите, - сама не зная, за что конкретно, извинилась шериф. – Просто все это свалилось на меня, понимаете… Кажется, вчера я мало соображала, что делаю. Наверное, и сейчас еще не знаю. Они обе молчали, не глядя друг на друга. Отчего-то между ними снова возникло это смущение, как и вчера. Одновременно и хотелось, и не хотелось найти взгляд человека напротив. Подойдя немного ближе, Эмма внезапно и не к месту осознала, что теперь была на голову выше Реджины. Впрочем, она и раньше была выше, просто теперь эта разница стала еще заметнее. А еще с высоты подобного роста и комплекции стало очевидно, насколько хрупкой выглядела Миллс. Впрочем, ощущение было обманчивым, особенно если знать, какая магическая мощь таилась за этими нежными и слабыми с виду руками. - Вам разве не нужно к семье, Свон? – устало спросила Реджина, отчего-то нервно передергивая плечами. Отступать было некуда, сзади была машина. Эмма стояла слишком близко, так что до Миллс долетал легкий, но отчетливый запах ее шампуня и еще чего-то… возможно, собственный запах Свон. И не сказать, что он был неприятен Реджине. - В таком виде? Вы смеетесь, - уныло вздохнула Спаситель, снова чувствуя, как необратимость ситуации обрушивается лавиной. Сегодня утром она смогла как-то абстрагироваться от проблемы. Точнее, до сего момента у нее была надежда как-то исправить все, особенно когда Королева сама предложила сходить к Голду. Сейчас же все пошло прахом. Почему-то Эмма была уверена, что с Нилом ничего не выйдет. Да, когда-то она была влюблена в него. Возможно, даже теперь питала к этому мужчине нежные чувства, все-таки он был отцом ее сына. Однако… определенно, истинной любовью тут и не пахло. Каковы ее шансы встретить истинную любовь теперь? Правильно, стремятся к нулю. А значит, нужно было как-то жить дальше. Не могла же она вечно скрываться ото всех. Значит, нужно было, наконец, сообщить родителям новость и надеяться, что Прекрасных не хватит удар. - Рано или поздно, вам все равно придется им рассказать, - резонно заметила Миллс, глядя куда-то поверх плеча Эммы, лишь бы не встречаться с ней глазами. - Да, вы правы, - Спаситель еще раз вздохнула и, наконец, отступила, тем самым разрушая возникшее напряжение. Реджина снова принялась возиться с замком. Очевидно, тот заклинило. Она немного нервно крутила ключ, пытаясь открыть дверь, но замок никак не поддавался. - Позвольте мне? – предложила Эмма, внезапно накрывая ладонь Миллс своей. Та вздрогнула и одернула руку, отступая на шаг. Ключ легко повернулся в замке. - Ну вот. Нужно просто крутить до щелчка и не дергать так сильно, - неловко улыбнувшись, шериф передала ключ Реджине. - Спасибо, - сухой тон женщины контрастировал с легким румянцем у нее на щеках. - Ну, я пойду. Всего доброго, мисс Миллс. Засунув руки в карманы, широкоплечий блондин, вчера еще бывший Эммой Свон, быстро зашагал прочь. Вслед ему из кабины своего черного авто задумчиво смотрела Королева. * * * Эмма неторопливо брела в сторону дома Мэри-Маргарет. Ее мобильный телефон благополучно остался там еще со вчерашнего утра, так что Белоснежка и Дэвид, должно быть, уже волосы на себе рвали, не зная, где носит их непутевого ребенка. Сам же «ребенок» усиленно размышлял над тем, как предстанет перед всеми в образе брутального мужика. Ярче всего почему-то Свон представлялась реакция Нила: отвисшая челюсть, глаза навыкате. С Мэри-Маргарет станется хлопнуться в обморок. А Дэвид, должно быть, философски почешет затылок и мысленно сделает себе зарубку ничего больше не брать в лавке Голда. На самом деле, Эмма старалась думать о чем угодно, лишь бы не представлять реакцию Генри. Что скажет мальчик? Наверное, ужасно расстроится и придумает очередной план по спасению, он ведь был таким жалостливым… Длинные ноги несли быстро, так что шериф сама не поняла, как оказалась возле дома Белоснежки так скоро. К удивлению Свон, в доме было пусто. Поглядев на настенные часы, она хлопнула себя по лбу – половина десятого. Должно быть, Генри уже в школе, а Дэвид – в участке. Вполне возможно, что и Мэри-Маргарет обреталась там же, где и муж. Значит, примерно до обеда можно было расслабиться и хоть немного передохнуть, приводя мысли в порядок. Налив себе сока и отхлебнув глоток, Эмма уселась за стол, подперев щеку кулаком. Рука неприятно шаркнула по щетине, заставив поморщиться. - Черт… В ванной оказался бритвенный станок Дэвида и пена для бритья. - Это просто дико, - пробормотала Свон своему отражению, размазывая пену по физиономии. Первые несколько раз бритва прошла свободно, и шериф уже было расслабилась, как… - Ауч! – лезвие чиркнуло по коже, оставляя на щеке красноватый развод. – Вот дерьмо! Потратив на бритье почти сорок минут и успев порезаться при этом раз пять, Эмма, наконец, сочла свой внешний вид удовлетворительным. Ну, по крайней мере, щетины на лице больше не наблюдалось, и на том спасибо. Еще раз оглядев себя, Свон скорчила отражению рожу и снова отправилась на кухню. Похмелье успело немного отступить, так что шериф соорудила себе пару бутербродов, взяла бутылку пива и переместилась со всем этим на диван. По телевизору крутили какую-то мелодраму, суть которой совершенно ускользала от Эммы, погруженной в собственные мысли. Она неторопливо жевала бутерброды, запивая горьким алкоголем, и пыталась представить, на что будет похожа ее жизнь дальше. Наверное, она могла остаться на должности шерифа. Правда, первые пару месяцев придется терпеть офигевшие лица сторибрукцев. Уехать в большой мир не представлялось никакой возможности – у нее не было ни одного документа, удостоверяющего личность в ее нынешнем положении. А значит, она застряла в Сторибруке так же плотно, как и все остальные. За неторопливым поглощением пищи и раздумьями время медленно подошло к полудню. Когда стрелки на настенных часах показали три часа, Эмма быстро смела с одежды крошки и, накинув куртку, вышла за порог. Всю дорогу до кафе «У Бабушки» она пыталась унять нервную дрожь в руках. - Просто зайди туда и объясни им все. Не паникуй. Все будет нормально, - уговаривала себя Спаситель. Колокольчик на знакомой двери приветливо звякнул, оповещая собравшихся внутри о новом посетителе. Нервно сглотнув, Эмма шагнула в кафе. Помещение в это время было битком набито. Головы всех машинально повернулись к незнакомому мужчине. До Свон долетел шепот Руби: - Неужели еще один? Мало нам этого парня в больнице… Должно быть, все приняли Эмму за очередного человека из внешнего мира. После падения проклятья сюда мог попасть кто угодно, что чрезвычайно нервировало «сказочных» жителей города. - Эм-м-м… - растерялась шериф. Все слова вылетели из головы, когда на нее уставились несколько десятков пар глаз. Она торопливо повернулась к Бабушке: - Бургер и среднюю колу, пожалуйста. - Сейчас, - кивнула старушка, сверля взглядом новичка. Ожидая заказ, Эмма нервно барабанила пальцами по стойке. Насколько она успела заметить, Нила здесь не было. Краем глаза она видела своих родителей, те сидели за дальним столиком и что-то взволнованно обсуждали. Дэвид явно пытался убедить в чем-то свою жену, которая выглядела подавленной. Генри был вместе с ними, но, в отличие от бабки с дедом, не проявлял особых признаков беспокойства. Изредка он кидал любопытные взгляды в сторону Свон. - Ваш заказ, - произнесла хозяйка кафе. Поблагодарив Бабушку, Эмма от нервозности слишком резко развернулась, держа перед собой колу и бургер. В этот момент дверь кафе снова открылась, впуская нового посетителя. Возможности разминуться не было никакой, так что весь напиток из стакана шерифа оказался на вошедшем. Точнее, вошедшей. - СВОН! Что вы себе позволяете?! – разъяренный голос Реджины Миллс, блузку которой теперь заливала кола, разнесся по кафе. Внимание всех снова было приковано к Эмме. - Из… извините, - запнувшись, пробормотала шериф. – Мне очень неловко… Это можно как-то отстирать? – она протянула руку с салфеткой, пытаясь оттереть пятно. - Что вы делаете? Уберите руки! – отпихнув ладони шерифа от своей груди, Миллс возмущенно уставилась на причину всех ее бедствий за последнюю пару лет. - Простите, - совсем уже сконфуженно сказала Свон, ставя остатки неудавшегося обеда на барную стойку. В этот момент она, наконец, посмотрела в сторону зрителей невольно разыгравшегося спектакля. Они круглыми глазами рассматривали Эмму. Очевидно, многие из них все еще были в недоумении, в то время как Белоснежка, судя по ее совершенно обалдевшему лицу, уже обо всем догадалась. Именно ее первой и прорвало: - О господи! Эмма?! – возглас Белоснежки можно было услышать даже на границе Сторибрука. - Гм… ну, да, - ответила ее дочь-которая-уже-как-бы-сын. - А ведь ничто не предвещало… - меланхолично пробормотал Дэвид в сторону. - Но как такое может быть? – Мэри-Маргарет, сама того не зная, уже в третий раз повторила этот вопрос. - На меня пролилось несколько зелий из лавки Голда, когда мы сражались с Корой и Реджиной. В общем, это необратимо, кажется. Стоявший поодаль Голд иронично ухмылялся, обнимая за талию ошарашенную Бэль. Все посетители кафе «У Бабушки», кто с ужасом, кто с недоумением, вытаращились на Эмму. И совершенно никто не замечал Генри, прячущего за книгой сказок довольную улыбку. С плачем Белоснежка бросилась на шею своего единственного ребенка. Впрочем, на шею – сильно сказано, ведь Эмма теперь была значительно выше. Так что Мэри-Маргарет до треска в ребрах стиснула грудную клетку шерифа. - Мэри-Маргарет… мама… мне дышать трудно, - прохрипела Свон, пытаясь расцепить руки матери. Те намертво сомкнулись на ней, как челюсти бульдога. - Ты не представляешь, как мы с отцом за тебя переживали! Мы думали, Кора тебя похитила! - Кора? Так вы не знаете, куда она делась? – спросила Спаситель, чувствуя поднимающуюся тревогу. - Как сквозь землю провалилась, - сказал Дэвид, отрывая, наконец, свою жену от Эммы. Белоснежка моментально «перевесилась» на него, однако Нолан, кажется, уже привык к подобному обращению, так что лишь поморщился. В кафе еще какое-то время стояло гробовое молчание. А затем все разом загомонили, подступая ближе к Свон, так что та даже в испуге попятилась. - Эмма, не могу поверить, что это ты! – воскликнула Руби, внимательно разглядывая стоящего перед ней мужчину. Затем ее взгляд стал оценивающим, и через несколько секунд она с улыбкой изрекла: - А знаешь, тебе идет. - Спасибо,… наверное, - неуверенно ответила Эмма. - Мисс Свон? – с вопросительной интонацией обратился к ней доктор Хопер. – Если вам понадобится моя помощь, то вы знаете, где меня найти. - Да, спасибо, Арчи. - Ну, ты даешь, Свон, - прохрипел Лерой, по-свойски тыкая ее кулаком в ребра и заставляя поморщиться от боли. – Никогда ничего подобного не видел. - Да я вообще в шоке, - уже вяло пробормотала шериф. От обилия желающих пообщаться и направленного на нее внимания уже снова начинала болеть голова. - Мы просто обязаны это отметить, - заявил гном. - Так, вроде, нечего... - резонно заметила Свон, желая оказаться подальше отсюда. Она все еще искала глазами Генри, которого, как назло, не было видно. Может, мальчик так расстроился, что счел за лучшее уйти? - Ну, тогда помянуть, - не растерялся Лерой. Все не успокоились, пока по очереди не подошли к Эмме. Некоторые сочувственно хлопали ее по плечу, а Бэль даже обняла, коротко всплакнув. Впрочем, спустя минуту ее оттащил Голд, вновь ревностно устраивая руки на талии своей принцессы. Когда, наконец, пытка дружбой и участием закончилась, шериф уже готова была проклясть все на свете. - А где Генри? – наконец, задала она наиболее волнующий ее вопрос. В следующий момент ее талию сжали руки сына. - Эмма, я так рад! – мальчишка, казалось, светится от счастья. – В смысле, я рад, что ты нашлась, - тут же добавил он с хитрой улыбкой. – Теперь все будет хорошо, правда? - Э-э-э… да, малыш, - заверила его Свон, гладя по голове. - И вы с мамой больше не будете ссориться? - Гм… Как раз из уборной вернулась Реджина. Она уже успела вытереть блузку, но на той все равно оставался большой коричневатый развод от колы. Женщина хотела уйти, но Эмма перехватила ее. - Реджина, постойте, - удержав себя от того, чтоб схватить Миллс за локоть, шериф просто подошла к ней. Генри не отставал. Поравнявшись с Эммой, он снова обнял ее за талию, при этом умильно глядя на свою приемную мать. Кажется, этот маленький манипулятор преследовал какие-то свои, никому не известные цели. - Что еще, Свон? – уставшим голосом поинтересовалась Королева. За последнее время Спаситель успела достать ее всеми возможными способами. - Нам нужно поговорить. О вашей матери, - понизив тон, объяснила Эмма. – Только не здесь, а то на нас уже косятся. Пойдемте на улицу. * * * Когда за ними закрылась дверь кафе, отрезая от любопытных взглядов горожан, они прошли еще несколько метров, после чего Эмма сказала: - Кора все еще в городе, и я думаю, что она может попытаться снова провернуть какую-то аферу. - Румпельштильцхен в полном здравии, насколько я вижу, - Реджина пренебрежительно фыркнула, кивая в сторону окна. За стеклом можно было разглядеть Голда, воркующего о чем-то с Бэль, сидя за столиком. – Так что не думаю, что моя мать будет в состоянии что-либо сделать теперь. - Но ведь остаетесь еще вы с Генри. - Что вы имеете в виду? – недоумение пополам с беспокойством отразилось на лице Миллс. Она встревожено посмотрела на сына. - Кора может попытаться похитить его, чтоб иметь на вас давление, - резон в этом был. - Что вы предлагаете? Эмма вздохнула, глядя вниз на Генри. Мальчик пожал плечами, как бы говоря «А я что? Я вообще молчу, как примерный сынок». На самом деле, Свон очень устала за последнее время. Все, что происходило с ней и ее близкими за эти месяцы, просто выбивало из колеи. Хотелось сказать миру «Стоп!» и хоть на пару часов расслабиться, но увы… - Честно говоря, я думала, вы что-нибудь предложите, - наконец, беспомощно ответила Свон, разводя руками. - А почему бы нам не пожить вместе? – раздался голос Генри, заставивший обоих взрослых удивленно посмотреть на него. Видя подобную реакцию, мальчик счел за нужное пояснить: - Так вы вдвоем могли бы лучше следить за тем, чтоб меня не похитили. Вы бы все время были рядом со мной. И вам бы не пришлось снова ругаться из-за того, в чьем доме мне оставаться на ночь. Мальчик по очереди посмотрел на них. Реджина скрестила руки на груди в молчаливом протесте. - Генри, я не думаю, что это хорошая идея, - сказала Эмма. Лицо мальчика стало печальным. - Но ведь… это было бы лучшим выходом, разве нет? – он просящее посмотрел на свою приемную мать, на что та лишь отвела взгляд. – Мам? Эмма могла бы пожить у нас, пока Кора в Сторибруке. Ну, мам, ну пожалуйста! - Генри… - начала было Свон, но тут ее прервал негромкий, но уверенный голос Миллс. Вздохнув, Королева сказала: - Пожалуй, ты прав, Генри. Ради тебя я готова на все, ты это знаешь. Поэтому, если ты действительно этого хочешь, мисс Свон может пожить в нашем доме. Но только до тех пор, пока мы не решим проблему с моей матерью. - Ура! – мальчик кинулся на шею Реджине, крепко обнимая. – Спасибо, мама! - Э-э-э? Да? – находясь в легком ступоре, спросила Эмма. – Вы уверены, Реджина? Мне бы не хотелось вас стеснять… И вообще мы не в лучших отношениях… Но тут Генри, наконец, отлип от Королевы и, схватив родителей за руки, потащил их по улице. - Куда ты нас ведешь? – Свон чувствовала себя неловко в компании Реджины, особенно теперь. Что думала сама Миллс, оставалось тайной, но та также старательно не смотрела в сторону шерифа. - Домой, куда же еще, - как нечто само собой разумеющееся, ответил Генри. Кажется, лично для себя он уже что-то решил. Эмма даже боялась предположить, что в очередной раз выдумал ее сын. В прошлый раз это были ожившие Сказки, в которые он заставил поверить и Свон. И смотрите, чем все обернулось. - Ребенок, - обратилась к нему Эмма, - мне кажется, будет лучше поехать на машине. Точнее, пусть твоя мама отвезет тебя, а я приеду позже. Мне еще нужно закончить пару дел. Хорошо? Последний вопрос уже был адресован Реджине. Та молча кивнула, явно находясь в смешанных чувствах. - Ура! – еще раз довольно сказал Генри. Все шло точно по плану.