Игра в молчанку

Для своих увлечений я завела специальную тетрадку. В неё записывала те заклинания, которые у меня хорошо получались. Также я понемногу пробовала создавать свои. Второй процесс требовал больше усилий и времени, чем всё остальное вместе взятое. Мне пришлось провести несколько дней, ломая голову, прежде чем то заклинание, которое я хотела создать, начало работать, как задумывалось. В этот процесс я погрузилась с головой: весь сентябрь ушёл на изучение литературы и подборку необходимых учебников. Материала много, но достойного и безопасного - не очень. Занятие по трансфигурации было последним, и я, собрав вещи, направилась к выходу. Сегодня на улице было ясно. Прекрасная погода для того, чтобы потренироваться в перемещениях на улице в запретном лесу. Моя новая подруга отправилась на тренировку по квиддичу, а значит, я могла проскользнуть незаметно для окружающих. Осеннее солнце постепенно приближалось к горизонту, пока я быстрым шагом шла по деревянному крытому мостику в сторону лесной чащи. Выпало ещё больше листьев с моей последней тренировки, и я лениво перебирала их ногами в то время, как двигалась в нужном направлении. В желудке появилось странное трепещущее ощущение, предвкушение того, что будет происходить со мной через пару мгновений. Оно у меня было когда-то давно, перед первым занятиям по полету на метле, но испарилось очень быстро. Наверное, причина в том, что я тогда не получила желаемых ощущений. Адреналин не так зашкаливал, как предполагалось. Дойдя до нужного места, где росло меньше всего деревьев, но были видны окрестности школы, бросила сумку рядом с дубом и двинулась в центр своей «площадки». Глубокий вдох. Сделала замах. Практически получилось, но я резко свалилась на землю. Опавшие листья смягчили падение, и я, отряхнувшись, повторила попытку. Поворот. Раздался свист, а затем хруст. Я упала на какой-то жесткий корень и несколько сухих веток. В ушах неприятно зазвенело, но это было наименьшим из неприятных ощущений. Встав на ноги, посмотрела на свою мантию. Порван рукав. Прошептав «репаро», продолжила тренировку. Потренировавшись около часа, уже хотела плюнуть на это дело. Видимо, не судьба. Есть такие разновидности магии, которые не всем поддаются, особенно если это темная магия. Однако меня словно что-то остановило, и я попробовала ещё раз. В ту же секунду с глухим звуком отлетела в дерево. Все тело пронзило отвратительной болью. В глазах на мгновение потемнело, и у меня закружилась голова. Медленно поднявшись на ноги, я начала восстанавливать порванные участки мантии. - И кого я здесь вижу, - раздался холодный голос за моей спиной. Повернувшись, я увидела того, кого бы мне хотелось увидеть меньше всего. Ко всем моим неприятным ощущениям после падения еще прибавились и мурашки в области затылка. Тихий ужас. В паре метров от меня стоял Северус Снейп со своей фирменной кривой усмешкой и, не отрываясь, изучал меня взглядом. Такого страха у меня не было даже на СОВ. - Профессор, я… - в глазах снова заплясали желто-оранжевые пятна. Пришлось схватиться за дерево, чтобы не потерять сознания. Краем уха услышав звук шагов, я поняла, что преподаватель защиты от тёмных искусств подошел ко мне. Боясь гнева профессора, я все ещё стояла, вцепившись в ствол дерева, и не открывала глаз. В эту секунду что-то начало течь вдоль виска. Кровь. Видимо, я прилично стукнулась головой. Испуганно открыла глаза и потянулась дрожащей рукой к виску. Дотронувшись, глянула на пальцы – точно, кровь. Посмотрев на декана Слизерина, поняла, что у меня неприятности. На его лице была суровая мина, и губы сложены в тонкую белую линию. Снейп молча схватил меня под локоть и повёл в сторону Хогвартса. Всё, я попала. Сзади послышалось шуршание – он поднял в воздухе мою сумку. Всю дорогу боялась проронить хоть слово. Безвольно следовала за профессором, который до боли сжал мою руку и вел в непонятном направлении, ибо больничное крыло находилось в другой стороне, а Снейп вёл меня в противоположную. Мысленно ужаснувшись, я сообразила: он направляется в свой кабинет. Мне было страшно даже голову в его сторону повернуть, шаги начали сбиваться, а ноги буквально заплетались. Внутри кабинет был такой же темный, как и его прошлый класс во времена преподавания зельеварения. Небрежно толкнув меня на стул рядом со своим рабочим столом, Снейп пошел в сторону полок. Порывшись в каких-то склянках, он повернулся и протянул мне небольшой флакончик. - Мисс Гудвин, удивительно, что вы, как студентка Когтеврана, совершенно не поняли: Запретный лес называется «запретным» потому, что студентам запрещено там находиться, - медленно расхаживая по кабинету начал профессор. – А про применение тёмной магии, я вам тем более не должен напоминать. Нервно сглотнув, я посмотрела на бутылочку в своих руках. Меня всегда удивляло, как профессор научился так разбираться в зельях. Флакон не подписан, а это значило, что ему просто-напросто не требовалось помечать, где какое зелье. Снейп всё понимал по одному запаху, цвету и консистенции. Невероятно. - Возможно, годы, проведенные без учёбы, как-то сказались на вашем рассудке? – он повернулся ко мне лицом и упёрся рукой о стол. – Откройте и нанесите это на рану. Я послушно последовала инструкциям профессора и, вылив несколько капель густой жидкости на пальцы, начала втирать её в рану. Поражённое место неприятно защипало, но я стиснула зубы и спокойно продолжила массировать. Зелье быстро впиталось, и спустя мгновение я почувствовала заметное облегчение. - Я снимаю с Когтеврана двадцать очков за нарушение школьных правил и назначаю вам наказание. Завтра после занятий, - вкрадчиво проговорил профессор. - Раз уж вы нарушили правила, имеющие отношение к моему предмету, то и наказание будете выполнять соответствующее. Снейп забрал из моих рук бутылочку и вернул её на свое место среди остальных пузырьков на полке. Меня очень заинтересовало, почему он не отправил меня к мадам Помфри и даже не заикнулся, что сообщит всё директору. Я потянулась к своей сумке, которая стояла в моих ногах. - Мисс Гудвин, вы что, язык себе вместе с головой отбили? – декан Слизерина сузил глаза, и, не выдержав такого взгляда, я опустила голову. Он, как никто, умел давить на человека, одним лишь взглядом вызывая у оппонента сомнение в своих же словах. - Нет, - немного помедлив, я все же рискнула ответить. – Сэр, разве вы не сообщите всё профессору Флитвику? Осмелившись поднять на него взгляд, заметила, как он коварно усмехнулся. - На первый раз вы получите то наказание, которое я посчитаю нужным в вашем случае. Чтобы у вас больше не было желания применять запрещенную магию, - в его глазах появился азартный блеск. – Свободны. Неуклюже поднявшись со стула, я, прижав сумку к груди, пошла в сторону выхода и, стыдливо опустив голову, направилась в башню своего факультета. Было непонятно, как меня обнаружил профессор в том лесу. Он за мной шпионил? Да нет, звучало странно, не смотря на его «работу» двойным агентом. Зачем ему шпионить за какой-то непримечательной студенткой. Получается, он заметил вспышки магии в лесу и направился в мою сторону… Ну, естественно. После нашей команды должен был тренироваться Слизерин. Вот как он меня заметил. Покачав головой, дала себе обещание, больше не производить вылазок в запретный лес, когда Слизерин тренируется на поле. Иначе меня снова поймает их декан. Я честно отработала своё наказание, но отказываться от своих экспериментов не хотела. Отныне я была осторожнее. Было очень глупо тренироваться, не поставив чары невидимости и не соорудив щит с «оглохни». Прежних ошибок я больше не повторяла. Страх – это, пожалуй, самое неконтролируемое внутреннее состояние. Даже самый уверенный внешне человек, испытывал его на своей шкуре. Мы боимся потерять наших близких, потерпеть неудачи или просто вляпаться в неприятности. Сколько бы не существовало типов характера, все мы равны в одном: мы подвластны страху. Можно научиться самоконтролю, выработать хладнокровие, научиться прятать свои эмоции, но страх, куда бы ты не бежал от него, догонит тебя, хочешь ты этого или нет. Это чувство появилось у меня внезапно, выросло из ниоткуда и накрыло меня с головой. Я не боялась Снейпа. Нет. Дело не в этом. Я боялась говорить с ним. Он правильно подметил, сказав, что я «отбила себе язык». Но это действительно так, потому что я не могла произнести ни единого слова в его присутствии. Сама не могла понять почему. Мне просто было не заставить себя заговорить, ответить, объяснить. Слишком сильно вдавалась в свои думы, которые были направлены на его ответную реакцию. Меня слишком сильно волновало то, что он мог сказать мне в ответ. Боялась выставить себя круглой дурой или того, что мой язык начнет заплетаться, и я не смогу сказать ничего внятного. Я боялась заговорить с Северусом Снейпом…