Игра с огнем

Ричард только закончил рассказывать своей спутнице очередную байку, когда к ним подошла пара. — Миледи Арисон! — мужчина галантно поцеловал руку шатенке и улыбнулся. — Очень рад Вас видеть. На какое-то мгновение на лице женщины промелькнуло недоумение, но затем, явно вспомнив подошедшего человека, она улыбнулась. — Лорд Редмонд! Не ожидала, что и Вы здесь будете. Что за прекрасное создание с Вами? Даррен Редмонд, чуть повернув голову, взглянул на Келли, а затем вновь сосредоточил свое внимание на жене министра. — Это леди Келли Холт. Моя невеста, – сообщил он будничным тоном так, словно говорил о чем-то незначительном и совершенно неважном. Дик, что до этого молча смотрел на спутницу мужчины, холодно прищурился, но лишь на секунду, а затем улыбнулся. Она с самого начала показалась ему знакомой, но он отогнал эти мысли, считая, что танцовщица никак не может оказаться леди. Но названное имя, а так же то, что его знакомая была невинной девушкой до встречи с ним, говорили об ином. «Невероятно и совершенно непонятно». Думал парень, стараясь вести себя как можно более непринужденно и напоминая себе о том, что он, собственно, на задании. Вежливо отвечая на ничего незначащие вопросы жены министра, Келли, стараясь не привлекать внимания, посматривала на спутника женщины. Она и ранее была на светских приемах и раутах, но его никогда не видела. «Был бы Редмонд хоть чуть на него похожим, вероятно, я была бы и не против брака», - думала она. Настроение, что и так было не самым радужным, окончательно упало. — Простите, милорды, миледи, я оставлю Вас ненадолго, — стараясь выглядеть милой, пролепетала Келли. — Я скоро вернусь. Дик взглядом проследил за удаляющейся фигуркой. В отличие от не замечающих ничего вокруг себя аристократов, он видел, что девушка не рада присутствовать здесь. Видел это по глазам. Человек может соврать, может, улыбаясь, делать вид, что все отлично, но по глазам всегда можно понять, честен ли он, нужно лишь немного внимания. «Это не мое дело». Еще раз напомнил себе парень, все еще злясь, что умудрился связаться с аристократкой и, надеясь, что случайная связь никогда не выйдет ему боком. Раут закончился только ближе к двум часам ночи. Когда довольная аристократия стала разъезжаться по домам, Ричард и его спутница направились в другой отель. Уже в лимузине Памелла, а именно так звали жену министра, вздохнув, взглянула на парня. — Этот мир так несправедлив, ты так не считаешь, Ричард? Поинтересовалась она, закидывая ногу на ногу и проводя носком туфли по ноге сидящего напротив парня. Дик вопросительно приподнял бровь. — Я не совсем понимаю, о чем Вы, — отозвался он, проигнорировав то, что явно желая сблизиться, женщина позволила себе обращаться к нему на ты. Она снова вздохнула. — Ты, наверное, считаешь меня очень недалекой барышней, понимаю. Кто же еще пригласит незнакомца на раут, где почти все друг друга знают? А я позвала, даже не узнав, кто ты и откуда. Мерритт напрягся. Ему еще с самого начала показалось, что все слишком уж легко и хорошо складывается, и сейчас парень стал понимать, что, в принципе, не ошибся. — Ты попался в ловушку, которую сам, похоже, пытался расставить, — продолжила тем временем леди Арисон. — Я наблюдала за тобой сегодня весь вечер. Не спорю, ты неплох, но все же настоящий профессионал не пошел бы на прием, где могли возникнуть вопросы о том, кто он и откуда. Сведущие люди не купятся на байки, хотя и они были довольно таки неплохи… — Боюсь, я не понимаю, о чем Вы, миледи. — Сколько тебе пообещали? — поинтересовалась женщина тем же спокойным тоном, каким говорила до этого. — Боюсь, я все еще не понимаю, о чем Вы, правда. Никто и ничего мне не обещал, и наша встреча сегодня не более, чем случайность. Дик решил придерживаться своего плана и далее, хотя теперь, во время этого непонятного разговора, ему приходилось следить за тем, что он говорит. — Давай договоримся. Я же знаю, что у меня все равно нет никаких шансов. Если не ты, то придет кто-нибудь иной. У меня есть связи среди киллеров, и я ждала гостей. Уехать мне некуда, хоть и абсурдно, но и за свою жизнь я не держусь, она не столь и хороша. Так что можешь сбросить маску благородного лорда, ты слишком хорош для нее. Это не твоя роль. — Вы хотели договориться, — прервал ее Дик, все еще ничего не понимая. Памелла кивнула. — Хочу, чтобы ты пробыл со мной неделю, сделал так, чтобы я насладилась жизнью под конец. Министр уехал из страны, и нам никто не помешает. А потом ты выполнишь работу и всё… все довольны. В том, как она говорила, в ее глазах, улыбке, во всем образе скользила некая одержимость. С каждым словом и каждой минутой Памелла Арисон все меньше и меньше походила на леди. — Что значит для Вас насладиться жизнью? Неожиданно женщина громко рассмеялась. — Я хочу, чтобы ты провел меня по всем самым опасным и прекрасным местам города, хочу скинуть с себя это идиотское платье и, одевшись так же, как люди с окраин, ходить среди них. Хочу увидеть смерть и разложение. Хочу попробовать наркотики и случайный секс, да все, что запретно, я все хочу! Еще бы я не отказалась убить своего мужа, но тут я не могу ничего сделать. Министр неприкосновенен. «Она же ненормальная», - осознал парень с ужасом. Скинув маску леди, перед ним сидела совершено неуравновешенная личность. Келли почти валилась с ног от усталости. Сейчас она хотела только добраться до кровати и уснуть, но ее спутник никак не желал так просто оставлять девушку одну. Уже в машине он то и дело тянул к ней свои руки, и в какой-то момент Холт казалось, что она не выдержит, девушка раз за разом просила спутника держать себя в руках и не ставить ее в неловкое положение, но он не слушал. Когда машина уже остановилась у ее дома, Даррен всем своим весом прижал девушку к сидению и полез руками к ней под платье. Может быть, не будь жених так пьян, до него дошли бы мольбы и увещевания невесты, но он был пьян. Не то, чтобы сильно, но достаточно для того, чтобы не задумываться о том, что творит. — Все же зря я переживал, у тебя прекрасное тело, — дыша на нее перегаром, бормотал спутник, с силой сжимая бедра девушки и обтираясь об нее. — Дожидаться этой свадьбы такое мучение, ты даже не представляешь. Хочу тебя прямо сейчас… Он принялся задирать подол платья, но теснота машины, да и то, что сам парень буквально лежал на девушке, не позволяли этого. Келли заерзала под ним, пытаясь вырваться. — Милорд, нельзя так, поймите. Наши родители не поймут. Это неправильно, — сейчас Келли готова была сказать что угодно, лишь бы остановить его. Было бы больше места, она бы оттолкнула его или хотя бы постаралась ударить, но придавленная только и могла, что пытаться выбраться из-под его достаточно тяжелого тела. Надеяться ей было не на что. Водитель, как вышколенный слуга, вышел из машины, как только она остановилась, и сейчас не смел хоть как-то потревожить господ. Минут через десять возни, которые девушке показались часами, парень все же отодвинулся. — Ты права, эта машина очень неудобна. Иди, в другой раз желаю, чтобы ты одела что-либо свободное, чтобы мне было удобнее. Он буквально вытолкнул Холт из машины и, окликнув водителя, велел ему ехать домой. «Похоже, в этот раз пронесло», - подумала девушка, одергивая платье и поправляя прическу. — Леди Келли, — к ней через сад, что был разбит около дома, бежала служанка. — Ну наконец-то Вы вернулись. Мы уже начали волноваться. — Что-то случилось? — остановившись, девушка взглянула на Марту. — Нет, но… Служанка смутилась. — Раз нет, то и панику устраивать нет смысла! Я устала, подготовь мне ванну и кровать. Сорвав раздражение и усталость на девушке, Холт пошла вперед. «Ну почему я не родилась в обычной семье, жизнь была бы просто сказкой. Никаких приказов от родителей, никаких женихов, от которых никак не отвязаться, никаких раутов и правил». Эти мысли стали настолько привычными за все семнадцать лет, что девушка уже даже не вздыхала и обычно, немного похандрив, быстро приходила в себя. «А все же интересно, кто тот парень, что был сегодня с женой министра? Может быть, сын какого-нибудь банкира?» - гадала девушка, когда все ее требования были выполнены, и она, переодевшись, устроилась в кровати. «Миледи Арисон даже не удосужилась представить его, хотя он сам хорош, парень, а не мог проявить хоть каплю учтивости. Только взглядом холодным мерил. Но как же красив. Наверное, привык купаться в женском внимании». C такими мыслями она погрузилась в беспокойный и поверхностный сон, зная, что скоро уже наступит утро, и осеннее холодное солнце поднимется над горизонтом, принося с собой начало нового и, может быть, более удачного дня. А так же, не имея понятия, что, возможно, это утро станет последним нормальным утром в ее жизни. Как только Даррен Редмонд приехал домой, первым же делом направился в спальню своего престарелого отца. Молодому лорду было все равно, что на улице пока что ночь, что отец, скорее всего, спит. Вбежав по ступенькам на второй этаж дома, он распахнул дверь в спальню родителей и включил свет. На большой кровати лежал седой мужчина. Его кожа, покрытая глубокими морщинами, казалась почти что прозрачной и имела нездоровый желтоватый оттенок. Блекло-серые глаза слезились. Возможно, от того, что слишком резко вспыхнул свет, а может и из-за общего болезненного состояния. Увидев, кто потревожил его покой, старик застонал и постарался приподняться на подушках. — Отец, я желаю как можно скорее жениться на леди Холт. Я не собираюсь ждать год, а то и больше! Заявил Даррен, не пытаясь даже проявить хоть каплю учтивости. Он знал, что отцу осталось недолго, и уже давно не утруждал себя заботами о нем и его удобствах. — Но она слишком молода, — прокряхтел старик, кое-как устраиваясь в кровати. — У тебя мало женщин? — Я желаю ее и как можно скорее. Мне все равно, как ты все устроишь, но если к концу осени Келли Холт не станет моей женой, то ты можешь не рассчитывать на спокойную старость! Хлопнув дверью, лорд Редмонд вышел из спальни отца и направился быстрым шагом к себе.