Игра с огнем

      Прошло уже больше месяца. Дни тянулись ужасно медленно. Казалось бы, что может быть ужасного? Тропический остров, океан и почти никого из людей. Но именно это Келли и напрягало. Несмотря на то, что Даррен в большинстве случаев вел себя очень спокойно, она постоянно чувствовала психологическое давление. Муж не позволял ей ничего. И со временем девушка перестала даже пытаться заговорить с ним. Он же вел себя зачастую так, словно ее и не замечает. Лишь только изредка бросал ей пару фраз, напоминая о том, что покидать дом запрещено. Сам же регулярно где-то пропадал, возвращаясь зачастую глубоко за полночь. Где был и что делал, она тоже не рисковала узнавать, довольствуясь тем, что приходя, муж казался весьма довольным и иногда даже милым. Вот только не с ней. Даррен мог заглянуть на кухню и провести пару часов со слугами, интересуясь их жизнью, или устроиться в гостиной у телевизора с бокалом вина, вслух насмешливо комментируя происходящее в мире и озвучиваемое в новостях. «Интересно, все ли жены так живут? Хотя какая мне разница. Мне главное бы тут выжить, а дальше… а дальше я справлюсь». Думала она, сидя у большого зеркала в спальне и расчесывая густые волосы. «Быстрее бы закончилась эта ссылка. Может быть, стоит ему сказать, что я не беременна. Тогда мы можем вернуться в город, и тогда я найду способ связаться с Диком и постараться все решить». На какое-то время девушка позволила себе погрузиться в свои фантазии. Где она свободна, рядом Ричард, и они счастливы. Где нет запретов и нет никаких проблем. Даже представила их дом. Не его квартиры, а именно дом и семью. «Но если я ему скажу, то…» Ее передернуло от мысли о том, что последует за таким признанием. Девушка разрывалась между желанием поскорее найти выход из ситуации и при этом же оттянуть момент близости, насколько это можно. «Влипла, так влипла». Опустив голову на сложенные на столешнице руки, Келли прикрыла глаза. Она никак не могла решиться, что ей делать.

***

      Несколько недель Ричард старался жить в свое удовольствие, вернуться к той жизни, что у него была ранее, до появления Келли Холт. Работа, клубы, брошенные на ветер деньги. Жизнь, когда не надо беспокоиться ни о ком и ни о чем, кроме как о себе. — Наконец-то ты вновь стал уделять нам внимание, — проворковала блондинка, сидя у него на коленях. — Ты слишком долго где-то пропадал. Такого мнения была не только она. Многие девушки, с которыми Дик перестал видеться из-за сумбура, что происходил, сейчас радовались. Он никогда не жалел денег и мог забрать их с «работы» и на неделю, и больше, при этом же ничего не требуя и просто болтая и развлекаясь. Секс с ним если и был, то частенько по желанию самих девушек, а не потому, что это требовалось. Киллер никогда не указывал им на их род деятельности, кто знает, почему и чего именно ему не хватало в жизни, раз он так себя вел. Может быть, просто человеческого внимания и общения, а может быть ему и нравилось, когда к нему льнут. — Я появляюсь, как только могу, — отозвался он с улыбкой. — Дела разные, и их много. — Мы уже думали, ты влюбился и мог успеть жениться, — отозвалась вторая девушка. Чуть полноватая брюнетка с ярким макияжем. — Влюбился? — Дик рассмеялся. — Я не могу даже позволить себе думать о такой роскоши, как любовь. Отозвался он, поглаживая сидящую на нем девушку по ножке. «Хотя почти что совершил такую ошибку». На какое-то мгновение он вспомнил снова те дни за городом, когда был счастлив и уже готов был бросить все. Когда хотел рискнуть и пойти наперекор устоям, связать жизнь с аристократкой, думая, что у него хватит сил и желания вырвать ее и себя из мира, где они лишь пешки в играх других, более могущественных людей. — Я люблю, но по-своему. Например, вас, девочки, — он улыбнулся.       Телефонный звонок заставил его недовольно фыркнуть. Пересадив блондинку с колен на диван, парень встал и вышел на балкон. На дисплее высветилось «Итон». «Ну и что ему нужно?» Недовольно подумал парень, нажимая кнопку. Он меньше всего сейчас хотел говорить с кем-либо, кто способен напомнить о прошлом, которое и так не хотело забываться. — Слушаю, — устало отозвался Дик, нажимая кнопку на аппарате. — У нас проблемы. Сходу выдал Итон, даже не поздоровавшись с другом. — У нас? Переспросил Дик, опираясь руками об ограждение и всматриваясь вдаль. Город жил, как всегда, своей жизнью, утопая в клубах дыма заводов и переливаясь сотней огней рекламы, что казались неясными всполохами в тумане. — Памелла сбежала. Она в последнее время вела себя достаточно странно, часто вспоминала про тебя и про город. Так что, если явится, ты дай мне знать. По голосу можно было понять, что Итон волнуется. — Ты можешь рассказать, что у вас там происходит? — Приезжай в … А хотя, нет, лучше я сам к тебе приеду. Ты завтра где будешь? Если я сегодня сяду за руль, то завтра определенно буду уже у тебя. Дик продиктовал адрес и попрощался. Настрой сразу упал. Если Памеллу увидят в городе, то поймут, что работа не сделана, а это парня никак не устраивало. «Надеюсь, что она не полная идиотка, и если даже ей надоел Итон, то направилась не сюда. Только ее мне снова и не хватало».       Через несколько часов проводив девушек, он снова погрузился в раздумья. Веселиться больше не хотелось. «Завтра Итон мне все расскажет. А там решу, какие шансы ее появления в городе. Если она здесь, то нужно довести работу до конца. Я пытался ее пожалеть, но подставлять себя сильнее, чем уже подставил, нет никакого смысла. Вот же дура».       Машина неслась почти по пустому шоссе. Впереди, еще пока что только на линии горизонта, вот-вот должен был появиться город, куда вела дорога. Город, из которого она бежала и в который сейчас возвращалась. Легкий ветерок развевал длинные черные волосы женщины, что сидела за рулем. Памелла Арисон. Ныне же Джейн Рэй. Чуть больше, чем за месяц, женщина привыкла к тому, что она свободная личность, и выкинула из головы все воспоминания об аристократии, но не выкинула из мыслей того, кто помог ей выжить и спастись. «Прости, Итон, с тобой, конечно, было интересно, но ты не он все же, да и денег у тебя почти что нет». Всю дорогу она сравнивала двоих парней, и по её мнению гонщик все же проигрывал. Интересный, красивый, но слишком уж надежный и предсказуемый. Ей не хватало адреналина. «Интересно, он все еще в той же квартирке ютится? Или нет, хотя думаю уж найти киллера-то я смогу».

***

      Сырое и старое по виду помещение тонуло в полутьме. Слабая лампочка, прикрытая пыльным, треснувшим плафоном никак не могла осветить всю комнату, хотя по размерам, насколько могла судить подвешенная на цепях девушка, это был, скорее всего, зал. Она не видела стен, не видела, в принципе, ничего. Только, что стоит на бетонном полу, а цепи от наручников, подбитых внутри чем-то мягким, видимо, чтобы она не повредила кожу на запястьях, тянутся куда-то к потолку. «Где я? Почему?» Вокруг не было людей, где-то за спиной раздался писк, как будто бы дрались мыши. Девушка дернула ржавые цепи, но те оказались достаточно прочными и не поддались. Испугавшись, что лязг может привлечь внимание, она на минуту притихла. Но вокруг было все так же тихо и мирно. Никого, кроме грызунов. «Что же это?» Звук поворачивающегося в замке ключа заставил девушку напрячься. Шаги за спиной. Цепи были слишком короткими, чтобы девушка могла повернуться всем телом и взглянуть на вошедшего. Она попыталась повернуть голову, но не помогло, видно, человек прятался в тени или в так называемой «слепой зоне». — Очнулась? Голос был искажен, словно говорящий использовал запись на пленке, но явно принадлежал мужчине. Что-то холодное и острое прошлось по ноге и выше, приподнимая ночнушку, в которой она обычно спала. Девушка вздрогнула всем телом. — Не бойся, не дергайся, ты же не хочешь, чтобы на этой прекрасной коже оказались порезы? Я только смотрю. А хочешь, покажу тебе свои игрушки. Мы же будем с тобой играть? Скажи, что будем играть. Ты же не хочешь меня сердить? — Во что играть?! — голос девушки сорвался на визг. — Отпусти меня! Я не хочу ни во что играть! Где я? — Какая непослушная девочка, — казалось, что человек готов рассмеяться. — Вы все сначала такие непослушные, а потом всегда рады поиграть. Я люблю играть. Мне часто приводят игрушки, если у меня есть игрушки, я хорошо себя веду и не устраиваю шум. Ты игрушка. Мы будем играть. А сейчас смотри, с чем мы будем играть. Человек отошел. Какое-то время было тихо, а затем послышался скрип колес, и перед девушкой остановили тележку, накрытую мешковиной. Теперь она видела и того, кто говорил. Правда, это ей ничего не давало. Мужчина был в маске, закрывающей все лицо, а на тело был накинут грязный халат в бурых разводах, словно от крови.