Вторжение «Хаоса». Последняя миссия

***

Она упала на колени и закрыла ладонями лицо. На её коже были засохшая грязь и песок, но Моррис не обращала на это внимания. Ей казалось, что сердце не билось всё то время, пока она, замерев на месте, ждала вынесение этого жестокого приговора, ведь Тор решил более не церемониться. Но затем она услышала лязг тяжёлых цепей и чей-то вымученный вздох, открыла глаза и увидела, что Локи отныне был свободен. Цепи, сковывающие его, свисали со скалы, ещё не остывшие после ударов молота. Без лишних слов громовержец взвалил неподвижного окровавленного Локи на левое плечо и выпрямился. — Пора отсюда выбираться, — бросил он Карли. — Транспортер Аморы у тебя? Она закивала головой и стала судорожно искать артефакт в мешке. Она так торопилась и, отчасти, была счастлива, что её страхи оказались ложными, что даже не заметила тёмную, искрящуюся дымку, вьющуюся вокруг них призрачной змейкой. И, когда транспортер был уже в её руке, нечто с невероятной силой дёрнуло её за шиворот и резко отшвырнуло назад. Карли проскользила по земле, перевернулась, едва не свернув шею, и упала лицом вниз. Какое-то время она лежала неподвижно, пытаясь понять, цела ли, может ли двигать конечностями. Всё тело ныло от боли, правая рука странным образом почти не шевелилась, хотя девушка уже не чувствовала, идёт ли кровь из раны. Карли уже не видела, что происходило у скал под гигантским древом. Тор заметил призрачную руку слишком поздно, и слишком поздно он сообразил увернуться: некто невидимый откинул его с места вместе с Локи, словно беззащитного детёныша, и они оба оказались лежащими на земле в нескольких футах от Моррис. И насмешливый женский смех неожиданно напомнил о том, кто был хозяином в этом пропитанном ложью и смертью месте. Поднимаясь на ноги и готовясь к бою, Тор отчётливо ясно услышал у самого своего уха: «Откуда ты знаешь, что всё это по-настоящему? В моём царстве ты никогда не будешь уверен! Ты думал, что вы со своей маленькой подружкой войдёте в Хель, найдёте того, кого ищете, и спокойно покинете меня? Всякие глупцы приходили сюда, но таких, как вы, стоит поискать!» — Что ж, эти глупцы, по крайней мере, не боятся взглянуть смерти в лицо! — Уверенно произнёс он, оборачиваясь и держа Мьёльнир наготове. — А всё, что вижу я — просто жалкие трюки! Никому не понравится, если его станут оскорблять в его же доме, верно? И Тор улыбался, предвкушая гнев этой царицы мёртвых, которая так часто в детстве звала его во снах. Ей что-то было нужно от него, и теперь он был на её территории. Когда Тор в полной мере ощутил её присутствие рядом, он не пошевелился. На то, чтобы ударить со всей своей мощью, ему потребовалось мгновение, долгое и едва ли не упущенное. Но молот встретился с незримой для смертного глаза преградой. И вот тогда громовержец увидел её — высокую и бледную, с чёрными, как беззвёздный небосвод над Хель, длинными волосами; её глаза были пустыми и жаждущими, и она стремилась заполнить эту пустоту, из века в век заманивая души воинов в своё царство, но всех их оказывалось мало; она была молода по сравнению с тем, как долго существовала эта Галактика, эта реальность, но заточение в собственном мире сделало её незначительной, наложило отпечаток тоски на красивое лицо. Она лишь слегка растягивала полные губы в самоуверенной улыбке, пока держала правую руку вытянутой, защищаясь от Мьёльнира. Когда Тор без колебаний ударил ещё раз, он вдруг с ужасом осознал, что его собственная сила обернулась против него; обычно стоявший твёрдо на ногах он оказался сдвинут с места и теперь едва мог удержать равновесие. Разозлившись из-за собственной мгновенной беспомощности, он бросился вперёд, на Хелу. Она улыбалась, встречая его удар. Ради этой встречи можно было и потерпеть. Когда Карли открыла глаза и вдохнула пыль с земли, она увидела впереди, сквозь пелену боли, как Тор пытался нападать на женщину, что ловко уворачивалась от его частых ударов, и вдруг схватила его за руку, а громовержец, вытянув шею и стиснув зубы, стал оседать на землю. Тогда-то Карли вспомнила про Глаз чародея. Она встала на колени, не отрывая взгляда от Тора и Хелы, затем поднялась и выпрямилась. Запахи крови и горелой плоти смешались в воздухе, было трудно дышать. Моррис уверенно сделала шаг вперёд, затем другой; она бездумно пошла на врага, сунув левую руку в мешок и вынув оттуда Глаз.  — Эй! Посмотри сюда! — закричала она, когда расстояние заметно сократилось. Хела медленно повернулась в её сторону и ослабила хватку на запястье громовержца. Тот согнулся пополам, тяжело дыша, не в силах даже поднять голову. Моррис знала, как активировать устройство: она коснулась вырезанных на Глазе надписей, и вспыхнувший светло-синий огонёк дал понять, что артефакт стал активен. Тонкая рука, державшая Глаз, дрогнула и оказалась объята этим сиянием, а девушка не опускала её. Но, когда повелительница мёртвых приблизилась, широко улыбнулась и слегка наклонила голову, разглядывая артефакт… ничего не произошло. — Ты думаешь, что игрушками смертных возможно меня остановить? — прозвучал насмешливый голос, и Моррис в ужасе посмотрела на Хелу. — Я дала тебе шанс и выбор, но ты пощадила монстра. Ты могла убраться отсюда в одиночку, но ты осталась. Таким глупцам, как ты, даже в моём мире нет места. В тот момент, когда Карли попыталась замахнуться, Хела мёртвой хваткой схватила её за горло, стиснула пальцы, и девушка почувствовала, что больше не может сделать ни единого вздоха. Её подняли над землёй, ноги болтались в воздухе и не доставали до поверхности, а тёмные, как сама Бездна, глаза Хелы следили неотрывно, как она задыхалась. Когда Тор повернулся и бросил Мьёльнир, они обе свалились на землю; Карли жадно глотала воздух, а обозлённая Хела уже была на ногах и смотрела на то, как громовержец ловит молот. — Ваши попытки ни к чему не приведут! — клялась она демоническим голосом, оставив смертную и возвращаясь к сыну Одина. Она вознесла руки к небу, и тогда задрожала земля, дым и пламя вырвались из-под вывороченных камней и трещин. Карли попыталась подняться, но её тряхнуло так, словно она балансировала на натянутом над пропастью канате. Вокруг запылал огонь, всё выше и выше поднимая свои пляшущие языки. Сквозь густой чёрный дым Моррис бросила беглый взгляд на Тора, пока тот пытался пройти к ней. Хела стояла между ними, готовясь к последнему своему магическому рывку. Огонь ещё разгорался, когда Карли вдруг увидела стоявшего на ногах Локи. Как он оказался рядом с царицей Хель, как он вообще мог быть в сознании после всего, что она с ним сотворила, не укладывалось в голове. Но Карли приложила ладонь ко лбу, дабы закрыться от мелких песчаных осколков, и увидела, как асгардский ренегат коснулся Хелы, оказавшись так близко к ней, и произнёс что-то, что невозможно уже было расслышать в этой магической огненной буре. Моррис не стала больше терять ни секунды. Транспортер был у неё в руке, и, пока Локи отвлекал Хелу, не позволяя ей сдвинуться с места, Карли позвала Тора. Всё произошедшее потом показалось им обоим цепью событий, длиною в вечность, хотя каждому из них хватило и мгновения, чтобы завершить начатое. Заметив замешательство Хелы, сын Одина успел метнуть в её сторону молот и, когда Мьёльнир снова сбил её, бросился к Локи, упавшему на землю. Он был слаб и истощён, его трясло, и он не мог вымолвить ни слова. Моррис была уже рядом с ними: она активировала транспортер Аморы за секунду до того, как магия повелительницы настигла их. Но теперь всё, что могла сделать Хела — просто смотреть, как трое исчезают в ослепляющей вспышке, острыми пиками наполнившей пространство над мёртвой землёй.

***

В небольшом поселении на юге основного материка в Альфхейме стелилось прохладное солнечное утро. Три отряда из царского войска под командованием приёмной дочери повелителя Тьяцци ожидали уже вторые сутки в полнейшей скуке. Сама Скади рассиживала на ворохе сена под крышей какого-то крестьянского сарая и уже полчаса начищала лезвие меча. Когда один из капитанов, запыхавшийся и красный от напряжения, подбежал к ней, она едва посмотрела в его сторону: — Всё, как вы и предсказывали! Трое путников появились с северной стороны лесов Квисла. Скади хмыкнула себе под нос, отложила меч и подняла голову: — И что? — Один из них — это асгардский наследник, — выдохнул довольный собой капитан. — Ты уверен? Там ещё должна быть женщина. Смертная девчонка из Мидгарда. Недолго подумав, капитан утвердительно кивнул. — Прекрасно! — воительница поднялась, подхватив оружие, крутанула его в руке и вернула в ножны. — Выступаем сейчас же. Я думаю, десятка три воинов хватит, чтобы встретить, как подобает, асгардского наследника. Меньше, чем через час, Скади и её сопроводительный отряд пересекли лес Квисла, двигаясь строго навстречу явившимся из ниоткуда гостям. Когда всадница увидела их, медлительных, грязных и потрёпанных, словно нищие оборванцы, она подала знак своим людям, и отряд остановился. Тор нёс на плечах отпрыска Лафея, с трудом переставляя ноги и низко наклонив голову. Спутанные грязные пряди волос скрывали лицо, так что Скади не могла рассмотреть его измождённого взгляда. Карли Моррис плелась позади него нетвёрдой походкой, волоча за собой походный мешок и прижимая правую руку к груди. Они пересекли поле и остановились перед Скади, которая до сих пор не спешилась. Глядя на них с высоты, она улыбалась и некоторое время молчала. Затем произнесла громко и отчётливо: — Приветствую сына великого Одина… и его подругу. Я вижу, вы посетили владения повелителя Тьяцци не с пустыми руками. Как замечательно! Уверена, Его Величество будет доволен подарком. Говорят, за голову ренегата Локи сам Корпус Нова готов щедро заплатить. До Ксандара путь не близкий, но, надеюсь, ваша тяжкая ноша немного потерпит. Когда Тор поднял к ней глаза, затуманенные тяжестью путешествия из Хельхейма и усталостью, Скади поняла, что эти трое прошли через настоящий ад. Наклонившись и сбросив Локи на высокую мягкую траву, громовержец упрямо уставился на всадницу и произнёс упавшим голосом: — Мы не должны быть здесь. Мы должны были попасть домой, в Асгард, а не туда, где Локи считается межгалактическим преступником… — Он таковым считается везде и всюду! — грубо перебила его Скади. — Благодарите судьбу за то, что попали в Альфхейм. Здесь судят справедливо и наказывают по заслугам. А теперь мои воины сопроводят вас во дворец царя Тьяцци, ибо я вижу, что ваша подруга вот-вот свалится с ног. Скади убедилась, что Тор не станет сопротивляться. Чёрная магия Хелы едва не высосала из него все силы, так что бороться с одними из самых лучших воинов Девяти миров было безнадёжно. Он отказался от лошади и решил идти сам, поддерживая Карли. Для Локи приготовили носилки, и вскоре двое воинов унесли его вперёд, так что ни Тор, ни Карли его больше не видели.