Слезы Ангела

POV Frank Я держу его руку, которая все еще немного холодная. Джерард был по-прежнему бледен, но дыхание его по большей части спокойное и размеренное, только иногда прерывается на всхлип. Брайан что-то поколдовал с серьезным видом над ним, сказав, что Джерарду нужно отдохнуть, чтобы восстановить силы. Я уже намереваюсь уйти, когда Молко грубо хватает меня за плечо, его взгляд буравит во мне дыру. - Куда ты собрался? – буквально выплевывает он. - Я не могу… я должен уйти, - невнятно произношу я. - С ума сошел? – Брайан зол, как черт, разве что молнии не мечет. – Хочешь разбить ему сердце еще больше, чем уже разбил? - Нет, не хочу. Просто я так не могу, смотреть на него, мучиться чувством вины. Что я скажу ему, когда он проснется? Как оправдаюсь? Ведь моему поступку нет оправдания. - Все-таки ты глупый мальчишка. Думаешь, Джерард сердится на тебя? Он готов был пожертвовать жизнью, чтобы вырвать тебя из лап Олива. Это значит, он прекрасно понимает – в том нет твоей вины. Ведь ты поборол тьму в себе, потому что твоя связь с Джерардом оказалась сильнее злых умыслов Олива. Твоя любовь сильнее, Фрэнк. Я задумываюсь над его словами сейчас, сидя на стуле у постели Джи. Он кажется мне таким хрупким, таким умиротворенным. Я наконец-то ощущаю свою ответственность за него, за нас. Все это время именно Джерард строил наши отношения, проявлял инициативу, заботился обо мне, оберегал. Но это так неправильно. Он здесь единственный кому так же необходима защита и забота. Я продолжаю сидеть и размышлять. В какой момент допустил ошибку, поддался искушению мнимой свободы? Где я настолько отступил от самого себя, что с такой легкостью перешел на сторону демона, поставив под угрозу жизни людей, жизнь Джи? Я, наверное, никогда не справлюсь с этим тянущим чувством вины, которое расплавленным свинцом растекается по моему телу. Уже занимается рассвет. Сквозь такие красивые сиреневатые шторы пробиваются первые лучи утреннего солнца. Новый день. Новые заботы, радости и огорчения. Новая жизнь… Неожиданно громко звучит дверной звонок. Мне приходится отпустить руку парня, чтобы открыть дверь. Может быть, это снова Майки забыл ключи. Вспоминается, как в первую мою ночь здесь, я будил Джерарда, уже тогда засматриваясь на него, - такого спокойного и торжественно красивого во сне. Открываю дверь, а за ней стоит незнакомый мне человек. Он чем-то крайне озабочен, и это выражается в его жестах и эмоциях. Оказывается, я тоже умею их чувствовать, как и Джерард, только не так явно. - Доброе утро, а Джерард дома? – поспешно спрашивает мужчина, сканируя меня взглядом знакомых глаз. Я тоже присматриваюсь к нему, понимая, что вижу сходство между ним и Джерардом. Такие знакомые теплые глаза, с одной разницей – у Джи они горят манящим зеленым светом. - А Вы? – все же ставлю я вопрос. - Дональд – отец Джерарда. Донна звонила мне и просила проверить, потому что ее насторожил прошлый звонок Джерри. - Я – Фрэнк. Приятно познакомиться с Вами, Дональд, - я пожимаю руку мужчине. Чувствую легкое тепло, вижу цвета от нежно-розового до золотистого, но они словно поблекшие. У Джерарда другая аура – яркая, пульсирующая, живая. - Мне тоже, Фрэнк. А Джерри дома? – повторяет он свой вопрос. - Да, только он спит. - У тебя светлая энергетика, мальчик, - неожиданно произносит Дональд. - Что? - я оторопело смотрю на него. - Энергетика у тебя светлая, Фрэнк. Я вспоминаю, что способности Джерарда не взялись из неоткуда, он принял их от своего отца. И мне так хочется рассказать этому мудрому мужчине все, потому что он поймет, как никто другой. Он все поймет. - Джерри в порядке? – читая мои мысли, спрашивает мужчина. - Нет, - тихо отвечаю. – Мне нужно многое Вам рассказать, - я опускаю голову, чувствуя волну горечи, которая омывает меня. Дональд кивает, я указываю ему на кухню. Он молча следует моему жесту, а я за ним. Завариваю чай с травами, достаю пончики, которыми Джерард угощал меня в первый вечер нашего знакомства, позволяю себе слабо улыбнуться от этих теплых и ласковых воспоминаний. Кто знал, что мой опрометчивый и глупый шаг познакомит меня с человеком, который изменит меня. Человеком, которого я полюблю всем сердцем и душой. Сажусь напротив него, вглядываясь в черты лица и одобряющую улыбку. Все же Джи очень похож на него. - Рассказывай, Фрэнк, - подбадривает он меня, как будто видит, что мне дается это тяжело. Но больше некому, только ему. И я начинаю говорить. Все от первой встречи до сегодняшней роковой ночи… Время бежит плавной рекой, несущей свои воды по широкой долине, а я все говорю и говорю, замечая одобрительные кивки со стороны Дональда. Как раз, когда я заканчиваю свое повествование вчерашней ужасной ночью, на кухню заходит Джерард. На его щеках появляется легкий румянец, который придает лицу выражение детской непосредственности. Мое сердце заходится в некой нежности. - Папа? – удивленно произносит он. - Джерри, - Дональд встает из-за стола и протягивает руку для пожатия, но потом меняется в лице и притягивает сына в объятия. - Я скучал, - тихо произносит Джерард. - Я тоже, сынок. Мне кажется, что я присутствую при сцене, не предназначенной для моих глаз. Я хочу потихоньку уйти, но меня останавливает вторая рука Джи, которая не обнимает отца. - Не уходи, Фрэнки, - столько нежности и просьбы в голосе, что я не могу отказать. - Правда, Фрэнк, не уходите, - добавляет Дональд. – Нам втроем тоже есть о чем поговорить. Я снова завариваю чай, наливая еще в одну чашку. И мы продолжаем разговаривать. В теплых глазах Дональда Уэя я не замечаю осуждения, когда мягко накрываю руку Джи, спокойно лежащую на столе, сжимаю ее, а в ответ получаю тихую скромную улыбку. И наконец-то я понимаю, меня окутывают теплые ласковые волны, становится так комфортно, как в далеком детстве, когда были живы мои родители. Я принимаю те чувства, что внутри меня, и ту свободу, что дают именно они. Другой свободы не нужно. Эпилог POV Gerard Рабочий день подходит к концу, остается только заполнить последнюю историю болезни. Несколько предложений, а буквы уже сливаются в одно целое пятно, глаза щиплет от усталости. Перевожу взгляд на окно, за которым с мягким шумом падают разноцветные листья, укрывая землю багряным ковром, переплетаясь с желтыми и шоколадными тонами. Небо чистое и ясное, но немного уставшее, как и я, а по краям уже седое, в преддверии ранней зимы. В дверь аккуратно просовывается чернявая голова Брайана. - Еще работаешь, опять две смены подряд, - упрекает он меня, но я привык к этому. Ранее меня раздражал его тон, его жесты, его навязчивая забота и вмешательство в мою жизнь. Теперь же я понимаю, что ничего не делается просто так. И терпеть Молко, по всей видимости, мне придется до конца своей жизни. Ибо Олив не единственное зло, которому хочется запятнать душу ангела и мою тоже. Хотя до конца я так и не понимаю, какая роль во всем этом моя. Брайан – некий полуангел, мой Фрэнки - ангел чистой воды, а я просто человек с необычными способностями, но Молко утверждает, чтобы я не принижал своих способностей, и без меня Фрэнк не обрел бы своей сущности. Я словно спусковой механизм, без которого вся система может рухнуть. Со слов Брайана. Но мне это неважно, я просто благодарю Всевышнего за ту апрельскую прогулку, за тот вечер и встречу, которая изменила мою жизнь. Если бы мне представился шанс вернуться в тот день и что-то изменить, я бы не поменял ни единого слова, ни единого действия. - Я почему пришел, тебя там Фрэнк ждет, и не только, - улыбается Брайан. Я киваю ему, вырываясь из своих мыслей. Не хочу раздумывать долго, анализировать и поддавать критике. К чему это пустое действо? В моей жизни ныне нет той вяжущей пустоты, одиночества, холодных ночей, наполненных странными снами. Теперь в моей жизни есть мои ангелы – два дорогих человека, наполняющих ее смыслом, светом и самыми яркими красками. - Да, я уже иду, - ставлю последнюю точку в документе, выключаю компьютер, надеваю пальто и выхожу из кабинета. Молко уже скрывается за углом, следуя в отделение, – у него еще смена, а меня ждет мое маленькое счастье. Тихий осенний вечер опускается с легким шорохом разноцветных листьев, в еще неостывшем воздухе летают тоненькие паутинки и аромат переспелых слив. Я сразу же замечаю Фрэнка, сидящего на лавочке в больничном дворе. На его губах играет нежная улыбка, а глаза щурятся от солнечного света, который падает на лицо, делая парня еще более красивым. - Джи!!! – раздается с другой стороны, поворачиваю голову, и тут же на меня налетает Бэндит, за которой не поспевает Мария. Маленькая девочка выглядит прелестно в своем ярко-карминном пальто и шапке в клетку, таком же шарфе и коричневых ботинках. - Привет, моя маленькая леди, - я прижимаю к себе ребенка, который счастливо смеется и утыкается холодным носом мне в щеку. – Ты замерзла, Би. - Неа, но проголодалась. У Марии ничего, кроме яблока, не было. - Тогда сейчас поедем домой и покормим тебя, - я оставляю поцелуй на щечке ребенка. Мы вместе подходим к лавочке, на которой сидит Фрэнк. - Привет, - говорит он, тепло улыбаясь мне. - Привет, Фрэнки. - Мы соскучились, - безапелляционно говорит Бэндит, слезает с моих рук, перемещаясь на лавку рядом с Фрэнком. - Я тоже, - наконец-то я обнимаю его. Поглощающее тепло опутывает меня, я снова погружаюсь в неясный калейдоскоп из света и цвета. Руками крепче прижимаю к себе парня, вдыхая сладковато-терпкий аромат волос и кожи. - Я вижу тебя, - шепчет Айеро, обжигая своим дыханием мое ухо. - В смысле. - Я вижу, какой ты на самом деле. Такой яркий, что хочется зажмуриться, как от солнышка, но при этом не хочется этого делать, потому что ты теплый, исцеляющий своим светом. Я люблю тебя, Джи. - Я тоже люблю тебя, Фрэнки, - я смотрю на Бэндит, которая уже отвлекается на кучу собранных листьев. Пока ее внимание отвлечено от нас, немного наклоняюсь и сладко целую Фрэнка, растворяясь в этом моменте. И сейчас я понимаю, о чем говорит Фрэнки, я тоже вижу его – но он не яркий, а светлый, вселяющий надежду. - Кстати, звонила твоя мама. - Мама? - Угу. Она немного поворчала, но потом пригласила нас на День Благодарения, тебя и меня, и Майки с «этой вертихвосткой», - легкий смешок вырывается у меня из груди. Донна не меняется. - И Дональда она тоже позвала. - Оу. Это будет весело. - Очень. Ну что, пойдем? - Пойдем, Бэндит, поехали, будем кормиться, - Фрэнк задирает голову немного вверх и заливисто смеется, отчего у меня в душе расцветает целый сад. Мы прошли длинный путь. Мы заслужили счастье. Наше маленькое теплое счастье. Знал ли я, что тот вечер круто изменит мою жизнь? Знал ли я, что тот мальчик слезами ангела перевернет мою жизнь? А если бы знал, то пошел бы в тот переулок? Ответ однозначен - да. Я не мог поступить иначе.