Безделушка

Мерлин не знал, почему решил загладить вину таким способом. Он не понимал даже, с чего бы Артуру это должно было понравиться. Просто в тот момент, когда все возможные способы вытянуть хоть слово из хмурого принца исчерпали себя, и примерное поведение целых два дня не впечатлило наследника, единственным верным вариантом было сделать это. Показать таким образом силу своей привязанности. Сначала Мерлин намеревался просто еще раз достать Артура глупыми вопросами, доведя до самой грани, когда принц, зло рыча, мог одним движением руки опрокинуть стол, а после, если ничего не выйдет, поплестись в уголок, пережидать приступ ярости, старательно избегая страшного взгляда своего господина. Но сейчас, садясь рядом с Пендрагоном, маг уловил что-то иное в его лице, что-то потерянное, отчаянное, что-то, из-за чего Артура хотелось завернуть в толстое теплое одеяло, напоить горячим молоком и принести много-много печенек из Мерсии, которые его принц так любил. «Он похож на маленькую грустную звездочку» - со странным умилением подумал Мерлин – «Звездочка? Серьезно? Знал бы Артур, о чем я думаю – умер бы страшной смертью девственника» - мысли прервал тихий голос: – Мерлин, почему? – не поднимая глаз спросил принц. – Что? Что «почему»? - маг был так рад, что Пендрагон наконец заговорил, что готов был выслушать любой бред, какой бы тот ни сморознул в своей печали. – Я за тебя боялся. Защищать хотел, идиот! – не ясно, к кому было последнее обращение – Я… Увидел, как этот... Трогает тебя! Там! – кулаки Артура крепко стиснули простыню. Он просто дрожал от злости и обиды, еле сдерживаясь, чтоб не ударить кого-то ( в данном случае – Мерлина) – И ты! Даже не сопротивлялся, болван! Ненавижу тебя, придурок! Он бы тебя трахнул и бросил, я же ясно сказал тебе, дураку – не выходить! А если бы с тобой что-то случилось? Я бы всех рыцарей собственными руками задушил, а его… А его я бы сжег, сперва руки, потом ноги, потом глаза – яростно перечислял Артур, маниакально глядя в пустоту подле его ног. Вот тогда Эмрис и поцеловал его. Легкое касание губами, мягкие прохладные пальцы на скуле, тихий шепот: «Прости». Сильная рука не давит, отстраняет, сохраняя расстояние в пару сантиметров между лицами. – Дубина, ничего бы со мной не произошло, - всё так же тихо пробормотал Мерлин, руки в его волосах сжались, заставляя Эмриса откинуть голову назад, оголяя длинную белую шею. Артур небрежно сдернул платок, до боли задевая кожу за ухом узлом. Обнажились гладенькие выступающие ключицы и маленькая ямочка между ними. Пройдясь носом от неё и до мочки уха, вдыхая мягкий запах, которым всегда так прочно пах Мерлин, Артур сорвал с приоткрытых губ легкий стон. Мерлин дрожал, и это волнение шло от маленького комочка чувств между ребрами, и Артур, ощутив это, провел по линии костей, надавив двумя пальцами через ткань, медленно очерчивая острые плечи, пройдясь к тонким, щуплым запястьям, под которыми стучала кровь в синеватых венах, оббежал круглую косточку и, проведя грубыми мозолистыми пальцами по дорожкам на ладони, притянул руку мага к губам, целуя прямо в линию жизни Мерлина, всё еще не желая поднимать взгляд. Глухо прорычав (кажется, в последнее время, это единственное, на что он способен), Артур повалил того на кровать. Должно быть, он сделал это слишком резко, ведь маг тут же заныл, ударившись головой о деревянную спинку. Пендрагон не обратил на это никакого внимания, налегая на тощего парня всем телом, так, чтоб тот оказался под принцем, совсем не шутя кусая того в плечо и оставив горячий влажный след от зубов. – Эй! – возмутился Мерлин – Мне, между прочим, больно! – Мне прекратить? – насмешливо приподнимает глаза Артур. Он не уверен, смог бы он перестать, если бы Мерлин его попросил. К счастью, тот лишь тихо выдохнул, потупив взгляд. Нашейному платку составила компанию красная рубашка мага, туда же полетели штаны, и к ним присоединилась одежда принца. Мерлин боязливо попробовал прикрыть тело худыми руками, но тихое артуровское «не сметь» заставило мага тут же отдернуть их. Хотя, это была не такая уж и хорошая идея – теперь Эмрис никак не мог найти, куда подевать руки. Сначала он сложил их вдоль тела, словно рыцарь перед муштрой, но, осознав, насколько эта поза глупая, решил обнять ими шею Пендрагона. Впрочем, это тоже было не лучшим решением – Мерлин слишком тесно прижимал Артура к себе и его шея быстро затекла. Сегодня (как и всегда) наследник не отличался терпением, так что он быстро нашел шальным ручонкам применение – мага бесцеремонно и резко перевернули на живот, и, поставив на четвереньки, уткнули головой в сгиб локтя. Мерлин тяжело дышал и был мучительно красным, но не сказать, что такое положение вещей его устраивало. С одной стороны, ему не хотелось, чтоб дорогой принц видел его пунцовую мордашку, с другой же – так трахают только шлюх. Грубо толкаясь и наседая сзади, быстро спуская в дырку и брезгливо морщась потом. Колдун сразу же озвучил свою мысль: – Я не шлюха. – прозвучало гораздо более жалко, чем чудилось в его голове. Само собой, когда ты стоишь голяком на четвереньках, подставляясь под горячие ладони, тихонько скуля в сгиб локтя, «я не шлюха» звучит как-то лицемерно, по меньшей мере. – Ты не шлюха, ты идиот, - прошептал ему на ухо Артур, вылизывая шею и поглаживая белые бока. Кожа у Мерлина была ослепительно белоснежная, и Артур решительно настроился вытащить его на тренировку без рубашки хоть пару раз. Если не загорит, так хоть свет отражать будет. Шершавые пальцы прошлись между ягодиц, оглаживая дырочку, а после грубые ладони развели половинки и открыли Артуру безумно пошлый и откровенный вид. – Артур… - тихонько пискнул маг – Я… Я не смогу принять... Вот так. Ты меня порвешь! – мило краснел Мерлин, напоминая своим видом спелый помидор. Принц закатил глаза. Неужели этот болван думал, что его господин настолько безалаберный, что поимеет своего дорогого слугу всухую? К тому же, у Пендрагона была весьма интересная идея, пусть он и не был уверен, что Эмрис согласится. Попросив мага оставаться на месте, Артур, с ловкостью одноногого кабана, проскакал по комнате за мазью для рук. У наследника часто трескалась ороговевшая кожа на ладонях от жестких тренировок и сейчас лекарство от Гаюса окажет Артуру еще одну услугу. Встав сзади Мерлина на колени, Пендрагон подсунул колдуну под нос баночку с мазью. Эмрис с недоумением взглянул на Артура, удивленно приподнимая брови. Он, конечно, понимал, для чего пригодится это лекарство, но почему оно оказалось возле него, мозг переваривать не хотел. – Сам – снизошел до короткого объяснения принц - Я хочу, чтоб ты растянул себя для меня сам. – протягивал он – Хочу видеть, как твои длинные пальцы будут пропадать в твоей узкой, тесной дырочке. Сначала один, это будет не больно, обещаю – продолжал мучить алеющего от подобных пошлостей Эмриса Артур. Решившись, Мерлин окунул два пальца в мазь, и, испуганно глянув через плечо, найдя ободряющий взгляд, завел руку за спину. Поскользив вокруг отверстия, он на пробу ввел одну фалангу внутрь. Для Пендрагона всё было как в самых горячих фантазиях, нет, не в той, где Эмрис, со связанными руками берет у него в рот, иногда давясь, но преданно, как щенок, смотря на своего господина снизу, в другой. В той, которая прямо сейчас становится реальностью. Тем временем маг, осмелев, проскользнул всем пальцем, медленно, слегка робко, начиная двигать им внутри. Артура вело от этой картины, и он осипшим голосом приказал Эмрису добавить второй. Маг, казалось, забыл о присутствии Пендрагона, так как он вздрогнул и покраснел, стоило хриплому голосу прозвучать над его ухом. Он трясущейся рукой обмакнул пальцы в мазь и провел ими между ягодиц. С кончиков пальцев капнула вязкая жидкость, которая тут же потекла по ложбинке, пробегая розовую припухшую дырочку. Эмрис ввел в отверстие один палец, и, поколебавшись пару секунд, надавил на него вторым. Теперь удержать в себе всхлип было невозможно. Тут уже Артур решил подключиться к процессу. Он, предварительно смочив пальцы, ввел в тугую дырочку, в которой уже скользили два тонких пальца, третий, грубый и шероховатый. Он отвел руку слуги в сторону, так что дырочка оказалась открытой, и постоял так несколько секунд, любуясь. Надолго его выдержки не хватило, и Пендрагон, грубо откинув руку Мерлина, развел в стороны половинку и, покружив головкой члена вокруг напухшего отверстия, медленно вошел. Эмрис всхлипнул от боли, падая на кровать и пытаясь уползти от проникновения, но его тут же подхватили и вернули в исходное положение, держа поперек живота и шепча на ухо: – Больно ? – ответом последовал кивок – Но ты же потерпишь, да? Да, Мерлин? – спросил его принц, продолжая входить в горячее тело. Ему нравилось думать, что его слуга готов на всё, лишь бы Артуру было хорошо. Слуга снова кивнул головой, глубоко дыша и пытаясь расслабиться. – Хороший мальчик. Всегда бы таким послушным был. – Мерлин хотел было возмутиться, но воздуха еле хватало для дыхания, что уж говорить о словах. Артур тягуче медленно начал двигаться в маге, поглаживая его бока и успокаивая мерным дыханием в затылок. Сначала всё, что чувствовал Мерлин – распирающее ощущение, но стоило Артуру задеть какую-то точку в его теле, как полуопавший член дернулся и слуга громко застонал, призывая повторить действие. Пендрагон, озверевая от возбуждения, схватил мага за темные волосы, заставляя его откинуть назад голову и сильнее прогнуться, подставляя под грубые движения. Остальные воспоминания сбились в комок из чувств, толчков и пошлых звуков, и только ощутив, как из него медленно вытекает сперма, маг обнаружил себя лежащим на спине рядом с дремлющим на боку Артуром. Его дырка была растянута и болезненно сокращалась, на ягодицах наверняка будут синяки, а поимевший его болван спокойно сопит в две дырочки, отвернувшись к спине. «Шлюха» - с обидой подумал Мерлин, медленно собирая одежду.