Прошлое и настоящее

Артур не был уверен, что перевернулось в его голове, какой именно порыв заставил его совершить столь отчаянный поступок, но точно знал, что не собирается просто смотреть на то, как его друг падает со скалы и погибает. Он видел выражение лица Мерлина. Его наполняла лишь абсолютная беспомощность, которую король так редко видел в чародее, на самом деле это были лишь редкие, единичные случаи. Артур понимал, что это не банальная усталость после последних трудных дней. Нет, что бы ни происходило с Мерлином, это было плохо, и причин столь странных ощущений не знал даже сам колдун. В конце концов, это была единственная вещь, которая могла объяснить глубокое отчаяние в его взгляде и молчаливую просьбу помочь ему. И Артур был намерен исполнить эту просьбу. Весь Камелот прекрасно знал вполне очевидный факт того, что Мерлин сделает для короля все что угодно. Даже во время шести ужасных месяцев изгнания большинство людей продолжали верить в него. Меньше было тех, кто понимал, что преданность и дружба Мерлина и Артура взаимны. Нет, конечно, Артур не собирался когда-либо прекращать высмеивать чародея, шутить над ним. Также пока он не мог полностью доверять ему и беспрекословно слушать его советы, но когда дело доходило до особо важных вещей, Артур был готов сделать все что угодно, чтобы выручить своего друга из беды. В следующий момент Пендрагон почувствовал дуновение ветра в лицо, когда прыгнул вперед и ощутил, как земля исчезает под его ногами. Мерлин находился на чуть более высоком уступе, чем тот, с которого спрыгнул Пендрагон. Артур вцепился в острые камни уступа, и в то же мгновение свет полностью погас, но монарху он больше и не был нужен, поскольку он точно знал, где именно находится его друг. Королю только оставалось надеяться на то, что он успеет. С глубоким вздохом Артур протянул вперед руку и с облечением обнаружил, что смог схватить чародея за лодыжку. Он крепко сжал ее в своей хватке, обхватив пальцами настолько, насколько мог. В то же время король поднял вверх свою правую руку и подтянулся к краю утеса, царапаясь об острые камни. На одно ужасное мгновение он решил, что не успел, недооценил расстояние, но секунду спустя ощутил кончиками пальцев мягкую плоть. Всего доля секунды и тело придворного мага упало прямо на его руки. Артур прикрыл глаза. Когда это произошло, у него не было возможности кричать от сильной боли в вывернутом плече, вместо этого он крепко вцепился в уступ и стиснул зубы, пытаясь остановить раскачивание обмякшего тела Мерлина. Над своей головой Артур расслышал голоса рыцарей, а также их страх и панику. — Сир! — раздался голос сэра Леона, который находился немного дальше, чем остальные. Чуть ближе монарх услышал кратковременное скольжение чьих-то ног по камню, прежде чем они вернулись в исходное положение. — Сир? — на этот раз это был Гвейн. Артур стиснул зубы и попытался глотнуть немного воздуха, чтобы иметь возможность ответить, однако это было сложно с учетом болезненного давления на грудь. — Я держусь за уступ, — выдохнул он, — но я не могу удержаться здесь слишком долго, — король услышал облегченные вздохи рыцарей их ночной тьмы. — Мерлин с тобой? — нерешительно спросил Гвейн, подходя чуть ближе. — Да, — он собирался добавить пару остроумных замечаний насчет того, что Мерлин был более тяжелым, чем казался на первый взгляд, но решил, что на самом деле сейчас находится не в том положении, чтобы тратить свои силы на бессмысленные шутки, которые сейчас его обеспокоенные рыцари вряд ли оценят. — Персиваль, — окликнул Гвейн друга, — ты можешь обойти принца? — Думаю, да. — Раздались приглушенные звуки скольжения ног по камню и тихие протесты со стороны принца, однако уже через несколько секунд Артур смог услышать голос Персиваля прямо над своей головой. За ним последовал Гвейн, и рыцари завели долгий разговор о том, как стоит лучше поднять Мерлина с королем и при этом не упасть самим. — Я не хочу торопить вас, — прошипел правитель, — но Мерлин легче не становится, а мои силы сами собой не увеличиваются. Торопливо Гвейн и Персиваль начали копошиться над его головой. Артуру оставалось лишь представлять, что они делают, так как даже при лунном свете он мог разглядеть лишь расплывчатые силуэты, сливающиеся с черной скалой. Из их разговора король смог понять, что Персиваль придерживал Гвейна, который неожиданно перегнулся через край обрыва, словно страшное ночное чудовище. Артур мог догадываться, что он стоит на выступе на коленях, но не был уверен в этом, поскольку его ширина была слишком узкой, чтобы иметь возможность каким-то образом уместиться на нем. Свисая над пропастью, Артур чувствовал, как немеют пальцы обеих рук. Его хватка слабла, но король старался не паниковать и не двигаться, чтобы не совершить опрометчивой ошибки. Однако даже если и так, он не мог сдержать в себе отчаянные возгласы, которые невольно срывались с его губ, когда Артур пытался удержать одной рукой свой вес с Мерлином в придачу. В тот момент, когда король решил приказать рыцарям поторопиться, он почувствовал руку Гвейна, которая сомкнулась вокруг его запястья и потащила вверх. Этого было слишком мало, чтобы уменьшить боль в затекшей руке, но достаточно для того, чтобы Артур смог чаще дышать, повторно вцепляясь в выступ. — Ты не сможешь поднять нас обоих сразу, Гвейн, — сказал Пендрагон, предугадывая его план. — Что ж, я открыт для предложений, сир, — ответил он с очевидным напряжением в голосе. — Я просто пытаюсь не дать тебе упасть с обрыва. — Нужно разбудить Мерлина, — отозвался позади Элиан. — Это единственный выход. — Я не знаю, что с ним, — ответил Артур, плотно прикрыв глаза от боли в ноющих мышцах. — Мы не сможем справиться без него, — согласился Леон. Король не стал спорить. Он негромко назвал имя чародея. Артур хотел немного встряхнуть его, но не был уверен, что сможет удержать их обоих, если они начнут раскачиваться над пропастью, поэтому решил просто звать его, добавляя привычные оскорбления, когда юноша не проявлял каких-либо признаков пробуждения. К нему присоединились рыцари, и Артур не мог закатить глаза на всю абсурдность сложившейся ситуации. Путники находятся в горах вместе в середине ночи, двое из них свисают с выступа и все дружно кричат имя Мерлина. — Он всегда умел… спать где угодно, — в конце концов, сказал Гвейн, его голос был прерывистым и приглушенным, будто он говорил сквозь стиснутые зубы. В этот момент Артур услышал тихий вздох снизу. — Мерлин? — спросил он, не зная точно, проснулся ли волшебник. Это стало очевидно уже в следующий момент, когда тот, издав испуганный вопль, начал брыкаться, выкручивая руку короля и заставляя хватку Гвейна болезненно сжаться вокруг его запястья. — Мерлин! — крикнул Артур как можно громче. — Прекрати дергаться. Нет, нет, — продолжал он, когда чародей попытался повернуться, чтобы увидеть, что происходит с ним. — Перестань, идиот, — твердо сказал он, хотя было слышно, что власти в его голосе не так много как боли. Однако это все же подействовало. — Артур, что?.. — начал колдун, будто находясь в полусне. — Что происходит? — закончил за него Пендрагон. — Ну… — начал он, пытаясь экономить оставшиеся силы, но не мог игнорировать накопившееся в себе раздражение, направленное на едва пришедшего в сознание Мерлина, — … ты вдруг не с того ни с сего решил свалиться с обрыва, а я тебя поймал, и теперь мы не можем забраться обратно. Так что сделай что-нибудь, прежде чем я лично доставлю тебя на место назначения. — Я не… — Мерлин! — попытался кричать Артур, но эхом отдался не только его голос, но и рыцарей также, которые не желали выслушивать еще одну нелепую реплику. Мгновение спустя вокруг них вновь зажегся свет, и это только в очередной раз доказало королю, в насколько абсурдной ситуации они оказались. — Это не очень помогает, Мерлин, — продолжил он. — Теперь я могу видеть, насколько близки мы к своей смерти, — это была правда. Гвейн закрыл глаза, все его тело затряслось, а лицо стало бледным. На лице Персиваля можно было прочитать похожие эмоции, хотя в его глазах не угасала стальная решимость. — Хорошо, держись, — сказал колдун. — Да! — это было самое громкое, что смог выдавить из себя Артур за все это время, и это послужило стимулом для Мерлина. В течение нескольких секунд чародей шептал странные слова, после чего король почувствовал, как вес на его руках становится невесомым и Мерлин буквально плывет по воздуху вверх к выступу. Артур не отпустил его лодыжку, пока маг благополучно не приземлился на скалу. Несколько секунд спустя монарх почувствовал, как его собственное тело так же плавно приподнимается, а затем опускается, пока король не ощутил под собой твердую поверхность. Рядом с ним Персиваль помог Гвейну встать, и они все оказались в сравнительной безопасности. В течение нескольких мгновений никто не сказал ни слова, Артур оглянулся на своих рыцарей, которые выдохнули в облечении и откинули головы назад, опираясь на стену выступа. Он сделал то же самое, стараясь игнорировать ноющую боль в руках и часто колотящееся сердце. В конце концов, он посмотрел на Мерлина, который неуверенно встретился с его взглядом. — Не делай так больше, — предупредил его Артур. Он намеревался сказать это обычным строгим тоном, но получилось так, что его слова прозвучали значительно мягче и больше походили на тихую мольбу, чем приказ. — Простите, сир, — скромно прошептал Мерлин. — Я не знаю, что произошло. — Я понимаю, — кивнул Артур. — Просто… с этих пор старайся держаться ближе ко мне. — Маг кивнул, и Артур оглянулся вдоль горного хребта. Рыцари уже успели прийти в себя и были вполне способны двигаться дальше, однако юный принц, казалось, до сих пор пребывал в глубоком шоке. Персиваль, молча, кивнул, сообщая, что будет присматривать за ним, за что Артур был ему безмерно благодарен. Он обернулся, чтобы сказать Мерлину продолжать путь, когда увидел, что его друг смотрит вниз на пропасть под ними. Чародей побледнел и с трудом сглотнул, прежде чем снова прислонить голову к камням за спиной. Затем он взглянул на Артура. — Спасибо, — прошептал Мерлин. Король просто кивнул ему в ответ. Они пошли дальше, и теперь внимание Артура было полностью сосредоточено на состоянии волшебника.

***

Принц лежал на земле, притворяясь, что спит. Вокруг себя он слышал лишь равномерное дыхание и храп рыцарей. Они лежали кругом, и Артуру совершенно не нравилось это замкнутое пространство, но все, казалось, так беспокоились, что Моргана может прийти и схватить его, что он даже не стал спорить. Конечно, сам мальчик знал, что Моргана не придет, ведь у нее и так уже был Мерлин. Он покачал головой, отказываясь думать об этом. С каждым шагом в сторону Камелота Артур ощущал внутри себя нарастающий страх, его пугала мысль того, что все остальные узнают о его поступке, о его лжи, о том, что он отказался от Мерлина, бросив его в беде. За все это время принц не сказал ни слова, он даже не сопротивлялся, когда Персиваль настаивал на том, чтобы снова взять его на руки, когда он стал выглядеть слишком усталым. Даже мысль о признании приводила светловолосого мальчишку в ужас. Он слишком беспокоился о приближении того момента, когда страшная правда всплывет наружу и размышлял над тем, как избежать этого. Каким-то образом он должен был убедить всех в том, что Мерлин уехал из города в одиночку, но Артур не мог сделать это, пока они не вернутся в Камелот. И поэтому он решил не только не говорить об этом, но даже не думать. Остальные путники, видимо, полагали, что на него так повлияли события прошедшего дня и потому не ставили под сомнение его молчание. Но теперь тишина стала невыносимой. Когда они были в пути, он мог сосредоточиться на звуке шагов, а теперь необходимо было нечто другое, что могло занять разум Артура. Спать он не хотел, мысли о возвращении домой наводили тоску, а анализ текущей ситуации вынуждал его испытывать страх или гнев, если не оба эти чувства сразу. Шорох и мягкие шаги справа привлекли внимание принца, и он сосредоточился на них, желая отвлечься. Он догадался, что это был Мерлин, который спал за пределами кольца рыцарей. Он наверняка собирался сменить на вахте короля, дежурившего уже в течение пары часов. Прикрыв глаза, Артур попытался прислушаться к их разговору, частично для того, чтобы убедиться, что они его ни в чем не подозревают. — Возьми, — прозвучал тихий голос Мерлина. Принц догадался, что он протягивает королю флягу с водой. — Я заменю тебя. — У меня еще есть немного времени. Можешь поспать. — Это не имеет смысла, мне не спится. — Мне тоже, — тихо признался старший Пендрагон. Артур практически угадывал то, что они собирались сказать друг другу, и поэтому был разочарован тем, что теперь ему не на что отвлечься. Однако прошло всего несколько секунд, когда король заговорил снова: — Так что случилось сегодня с тобой, Мерлин? На уступе. Молчание. Артур нахмурился на отсутствие уважения колдуна по отношению к королю, ведь тот на самом деле осмелился проигнорировать его вопрос. — Я видел тебя перед падением. Что-то было не так с тобой. Ты был напуган. — Я падал с обрыва. — Прекрати, ты знаешь, что я не это имею в виду. Равновесие тебя заставила потерять явно не простая усталость. Что-то произошло, что-то, что испугало тебя. — Я уже говорил, — пробормотал Мерлин, но так тихо, что Артуру пришлось напрягаться, чтобы услышать это. — Я не знаю, что произошло. — Ты так всегда говоришь. Однако обычно это значит, что ты догадываешься, но не хочешь ни с кем делиться своими предположениями. — Но на этот раз я на самом деле не знаю. Просто такое ощущение… — он вздохнул. — Это не важно. — Как бы то ни было, это чуть не убило тебя, Мерлин. И это важно. Поэтому расскажи все, что ты думаешь. Колдун еще раз тяжело вздохнул, но все же сделал так, как просил король. — Трудно объяснить. Возникло такое ощущение, будто я… исчезаю. Казалось, что я умираю, но без реальной причины. Его слова заставили принца вздрогнуть, лежа под одеялом и подслушивая их разговор. Он слышал, что Мерлин напуган, слышал как могущественный колдун испытывал настоящий страх. Артур предполагал, что он ощутит самодовольство от этого знания, что даже маги могут бояться, но этот эффект вышел совсем не ожидаемым. Это напомнило мальчишке о… Он покачал головой. Нет, он не должен думать об этом. Казалось, короля также задели слова друга, и его тон стал напряженным, когда он заговорил снова. — Ты говоришь, что нечто пыталось убить тебя? — Не знаю. — Мерлин. — Я на самом деле не знаю, Артур. Все, что я понимаю, это то, что когда я был на скале, то не смог найти в себе сил, контролировать собственные движения, и мне показалось, что я просто перестаю существовать. — Может быть, это Моргана? — спросил король после долгой паузы. Его тон стал более размеренным, как когда он старался сосредоточить свое внимание лишь на решении проблемы. — Нет, она не достаточно могущественна сейчас, и даже если бы это была она, я бы ее почувствовал. — В таком случае, что же это может быть? — У тебя не возникало подобных ощущений? — вместо этого спросил Мерлин. Последовала пауза, и принц смог предположить, что Артур покачал головой в ответ. — Тогда я не знаю. Может быть это как-то связано с младшим мной. Семилетний Пендрагон почувствовал знакомую тень страха, которая начинала медленно опутывать его. Если они будут рассуждать в том же духе, то у них могут возникнуть опасные догадки. Однако их разговор принял совершенно другой оборот. Они сделали вывод, что мальчишка находится в безопасности в Камелоте и, что Моргана не будет совершать атаку сейчас, даже если догадается о его местоположении. Друзья также предположили, что причиной внезапной усталости может быть болезнь, но чародей утверждал, что Гаюс недавно обследовал его и не нашел каких-либо признаков заболеваний. О младшем Мерлине они разговаривали в течение нескольких минут, но ни разу не высказались о возможной лжи Артура. Это знание с одной стороны успокоило принца, но с другой вызвало ужасное волнение. Они совсем ничего не подозревали. В их головах даже не возникала мысль, что Артур мог оставить Мерлина на милость Морганы. Он невольно поежился под одеялом. — Как только я отправлю их обратно, это прекратится. Я уверен, — сказал Мерлин. — А что если нет? — Ну, по крайней мере, я проживу достаточно долго, чтобы отправить их в свое время. Долгое молчание. Артур подозревал, что королю эта шутка не показалась смешной. — Если это повторится снова, — начал король, — просто дай мне знать. На обратном пути в Камелот у нас больше не будет гор, но я уверен, что ты найдешь способ ранить себя при падении. — Возможно, — пробормотал Мерлин. Больше никто из них не сказал ни слова, однако друзья и не думали расходиться. Больше Артур не мог себя ничем отвлечь, он только надеялся, что теперь, наконец, уснет. Принц прикрыл глаза и постарался ни о чем не думать.

***

Когда он в следующий раз открыл глаза, то обнаружил, что солнце еще не взошло, но вокруг уже было достаточно светло. Утро было туманным, и мальчик почувствовал, что у него затекла спина от длительного лежания на твердой земле. Вокруг рыцари уже собирали вещи, готовясь покинуть лагерь, который разбили у подножия гор, и планировали пересекать предгорную равнину, чтобы добраться до своих лошадей, а затем продолжить путь в Камелот верхом. Он увидел короля, который двигался к нему навстречу, и напрягся, но тот лишь присел возле него и положил руку на плечо. — Вставай, — тихо сказал он, — мы должны ехать. Артур кивнул и начал складывать свое одеяло, глядя, как старший Пендрагон по очереди подходит и кротко говорит что-то каждому из членов группы, дольше всего останавливаясь возле Мерлина, видимо, чтобы удостовериться, в порядке ли колдун. Артур попытался вызвать в себе презрение на явную симпатию и заботу короля по отношению к Мерлину, но с треском проиграл эту внутреннюю борьбу. Независимо от истинных намерений колдуна, он начинал сомневаться в своих предыдущих убеждениях и особенно насчет того, что он хочет захватить королевство. У Артура попросту не существовало каких-либо доказательств этого обвинения. Возможно, у мага был другой план, но принц не мог выдвинуть иные предположения, как ни старался. На самом деле он ощущал внутри себя странную пустоту. Он не знал, куда ему идти и что делать. Пустота отдавалась болью в желудке, будто предчувствие чего-то очень плохого. Они шли не так долго, и лес все еще виднелся далеко впереди, когда внимание путников привлекла группа всадников на фоне леса. Король и рыцари двинулись вперед, оставляя позади мальчика вместе с Мерлином, который этим утром выглядел так же плохо, как и вчерашней ночью. Однако после долгих минут ходьбы, стало очевидно, что путешественники являются рыцарями Камелота, и друзья, расслабившись, направились к ним, больше не опасаясь нападения. Прошло еще больше времени, прежде чем они приблизились достаточно, чтобы увидеть лица людей, которые ожидали их возле леса. Артур почувствовал, как его сковал холодный озноб. Не мог знать рыцарей, но он наверняка был уверен в личности человека, который возглавлял отряд. Это была Гвиневра. Увидев знакомые лица, рыцари вместе с королем очень удивились, поскольку не понимали, почему королева выехала к ним навстречу. Принц опасливо шагал позади рыцарей, пытаясь убедиться в том, что Гвиневра его не увидит. По неизвестной причине он чувствовал себя в безопасности за их спинами. Наконец обе группы путников встретились, а Артур по-прежнему продолжал прятаться позади рыцарей. — Милорд. — Гвиневра поспешно соскочила с лошади. — Гвиневра, не волнуйся, — мягко сказал ей король. — Но… — пыталась она. — Артур, — окликнул король, обрывая ее, и начал глазами искать принца. Мальчик с трудом заставил свои ноги двигаться и вышел из-за спин рыцарей. Он увидел испуганное лицо Гвиневры, которое вдруг разгладилось, и она выдохнула в облегчении. — С тобой… — прошептала Гвен. Король кивнул и улыбнулся ей. — Я так беспокоилась, ты себе представить не можешь, — продолжала она, задыхаясь. — Думаю, могу. — Когда мы обнаружили, что они пропали… — Подожди, — резко прервал ее Пендрагон. — Они? — Да, — королева кивнула в замешательстве. — Я не нашла их вчера утром, и… — Они оба? — на этот раз отозвался Мерлин. Он отделился от группы и подошел к Гвиневре. Младший Артур невольно отшатнулся, когда увидел, как лица всех присутствующий начинает заполнять путаница. Он до сих пор не решил, что будет говорить в такой ситуации, дабы убедить всех, что ничего не знает. Однако королева застала его врасплох. — Конечно, они оба, — прошептала она. — Но за нами следовал только Артур, — сказал ей супруг, указывая на младшего себя. — Нет, мы весь день искали их в городе и окрестных фермах. В конюшне были две пары следов, и их в окно видела женщина. Она сказала, что на лошади сидели два ребенка. Воздух вокруг них наполняла неопределенность. Артур не думал, что кто-либо еще осознал истину, и отчаянно пытался придумать что угодно, чтобы убедить всех в своей непричастности, но в его сознании не появлялось ни единой мысли. Он оглянулся на рыцарей, внимание которых было полностью сосредоточено на разговоре между монархами, но также принц заметил, что Мерлин слушает его лишь наполовину. Его взгляд блуждал по земле, а лицо нахмурилось в замешательстве. Очень медленно колдун перевел свой взгляд на младшего Артура. Наследник почувствовал на себе его пронзительный взгляд, казалось, он смотрел прямо в душу. Он что-то уверенно искал в принце и совсем был не рад своей находке. Лицо Мерлина сначала наполнило понимание, а затем разочарование, ужасное душераздирающее разочарование, причиняющее душевную и почти физическую боль. — Кто тебе сказал, что Мерлин не уезжал из Камелота? — спросила Гвен, нахмурившись в озабоченности. — Артур, но… — король замолк. Время будто замедлилось, когда правитель Камелота обернулся к нему вместе с остальными рыцарями. Принцу казалось, что многочисленные взгляды пронзают его насквозь. Среди лиц членов группы промелькнуло осознание. Большей частью они смотрели на принца в неверии, за исключением Мерлина, взгляд которого наполняло лишь безграничное разочарование. Артур опустил глаза, желая испариться, провалиться сквозь землю, но любопытство было сильнее его, и принц осторожно поднял взгляд, чтобы увидеть лишь одно лицо, которое волновало его больше всего. Его собственное. Оно было старше и мудрее, но тем не менее, очень знакомо. Он взглянул на короля, страшась прочесть в его глазах разочарование, но вместо этого увидел ярость. Артур невольно отступил назад, панически боясь того, что будет дальше.