Прошлое и настоящее

Мерлин взглянул сначала на принца на фоне надежно запертой двери, затем на окно и, в конце концов, снова обернулся к Артуру. — Как ты сюда попал? — медленно спросил он. Конечно, чародей догадывался, что лучше было бы спросить, что он здесь делает, однако то, каким образом мальчишка смог попасть в его комнату, в данный момент интересовало Мерлина больше всего. Он снова перевел взгляд на дверь, а затем крутанул головой в разные стороны, пытаясь отыскать хоть какую-то подсказку, но все было тщетно. Маг посмотрел на Артура, который выглядел не на шутку испуганным и был готов убежать в любой момент. — Через потайной проход. — Нет никакого потайного прохода, ведущего в мою комнату, — уверенно утверждал Эмрис. — Есть, — прошептал светловолосый мальчик. — Я обнаружил его в прошлом году. — Здесь нет никакого потайного прохода, — повторил Мерлин. — Как же, ты думаешь, я сюда попал? — спросил принц, его первоначальный страх, казалось, немного рассеялся, сменившись раздражением на тот простой факт, что ему не верят. Не то чтобы он сейчас заслуживал чьего-либо доверия, тем более доверия Мерлина. Чародей тем временем в очередной раз окинул взглядом свою комнату в надежде убедиться в правоте мальчишки, однако, казалось, не существовало других способов попасть в его покои. Он почувствовал раздражение и обиду при мысли, что Артур, король Артур, знал о тайном проходе, который вел в комнату Мерлина, и за последние год-полтора не удосужился поделиться с ним этой информацией. Почему же? — Да не может быть… Он был прерван тяжелым вздохом, сорвавшимся с уст мальчика, который подошел к шкафу в дальнем конце комнаты и открыл дверцу. Затем он продемонстрировал скрытую функцию задней панели предмета мебели, сдвинув ее в сторону. Мерлин сделал мысленную пометку накричать на Артура по этому поводу при первой же возможности. Он сообщил королю, что ему не нравится этот шкаф, как только вошел в комнату в первый раз, но Артур сказал ему, что шкаф нельзя выбросить, поскольку это дорогой антиквариат, который уже восемь поколений Пендрагонов стоит в замке. Таким образом, Артур оставил его в этих покоях, не принимая любых возражений. Мерлин подошел к шкафу и заглянул в туннель, после чего выпрямился и со всей силы пнул ненавистный шкаф. Антикварная мебель! Эмрис всегда догадывался, что она выглядит не такой уж и древней. Так что же решил Артур? Что это отличный способ шпионить за своим придворный колдуном и проверять не планирует ли он переходить на другую сторону? Былая неуверенность подкралась из-за спины, однако Мерлин сердито прогнал ее прочь. Не стоит сейчас думать об этом. — Зачем ты сюда пришел? — спросил он вместо этого, оборачиваясь к младшему Артуру. Его раздражение сделало тон более жестким, чем он хотел бы, и принц инстинктивно отступил назад на полшага. Мерлин раздумывал над тем, чтобы повторить свой вопрос более мягко, но затем вспомнил о поступке мальчика и решил, что он не заслуживает подобного снисхождения. В любом случае волшебник ожидал ответа, поскольку не имел ни малейшего представления относительно того, каким он мог быть. Возможно, мальчишка пришел, чтобы попытаться убить его. Мерлин на секунду представил себе, как его пытаются победить импровизированным мечом. Впрочем, это было маловероятно. — Так что? — спросил Мерлин, когда мальчик не сделал попытки заговорить. Вдруг магу показалось, что он необычайно нервничает и выглядит глубоко неуверенным в себе. — Что она делает с Мерлином? — раздался тихий шепот и особо неожиданный ответ от юного принца. Придворный маг прищурился и внимательно осмотрел семилетнего ребенка: это была часть какого-то его плана? Но… зачем? Чтобы вызвать сочувствие окружающих или узнать, насколько он преуспел в своих намерениях? — Что? — Я просто подумал, что ты должен знать. — Его голос становился тише с каждым последующим словом, и принц снова напомнил Мерлину того испуганного мальчишку, который признался во всех своих деяниях королю на обратном пути с гор Калерона. — Но тебе наплевать на его судьбу, — медленно ответил чародей. Он старался сдержать в своем голосе гнев и разочарование, однако на каждое его слово мальчик реагировал так, будто он выкрикивал его в абсолютном гневе. Он сделал несколько глубоких вдохов, в то время как на его глазах едва блеснули слезы. — Я… я думал… Я не понимал, что он делает… А теперь… я не знаю, что с ним… — Обрывчатые фразы, которые произносил мальчик, были наполнены грустью и сожалением, поэтому Мерлин, вопреки своим чувствам, ощутил, как его сердце немного смягчается. — Поэтому я здесь, — прошептал Артур, его душили слезы, он прилагал все свои усилия, чтобы говорить, и яростно стирал с глаз ненужную влагу. Эмрис взглянул на него в недоумении. Как этот мальчик, который сейчас был настолько расстроен, растерян и напуган, мог совершить нечто настолько злое и разрушительное? Как это было возможно? И вдруг Мерлин отчаянно захотел получить ответ. Он просто желал понять. — Артур, — начал он, присаживаясь на кровать и не отрывая взгляда от ребенка. В конце концов, тот поднял голову и посмотрел на чародея. — Зачем ты сделал это? Лицо принца искривилось в страхе, дыхание участилось, и он покачал головой, в то время как слезы потекли по его щекам с новой силой. — Я хотел бы знать, — продолжал Мерлин. — Думаю, я больше чем кто-либо заслуживаю того, чтобы услышать это лично от тебя. — Он постарался сдержать свой голос, поскольку знал, что независимо от того взрослый это Артур или нет, они оба реагировали на гнев не самым лучшим образом. Осторожный подход всегда приводил к лучшим результатам. Артур отвел взгляд от колдуна, но все же кивнул. Он сделал несколько глубоких вдохов, а затем медленно и неуверенно начал говорить: — Я думал, что магия — это зло. Так всегда говорил мне отец, и я сам видел много ужасных вещей, сотворенных колдунами. — Мы сразу сказали тебе, что это не так. — Я думал… — Он запнулся и неуверенно перешагнул с одной ноги на другую. — … Я думал, ты околдовал короля, чтобы он верил тебе. — Я этого никогда не сделал бы, — твердо, но тихо сказал ему Мерлин, чтобы ненароком не напугать наследника. — Я знаю. Мерлин мне тоже говорил, что ты не стал бы делать этого, но я его не слушал. Не слушал, потому что думал, что он злой, как и все остальные колдуны. — Это не повод позволять Моргане похищать его, — ответил повелитель драконов. — Дело не в этом. Он был добр ко мне, хотя я ужасно к нему относился. — Мальчик шмыгнул носом и протер глаза. — Он вел себя не так, как я ожидал от него, и я запутался. Все верили ему, любили его, а меня все ненавидели. Никто… — Подожди, — прервал его Мерлин. — Ты оставил его с Морганой из-за ревности? — На этот раз он не смог контролировать свой голос. Волшебник вскочил с кровати и одарил Артура жестким взглядом. — Нет! — оспорил принц. — Но из-за этого я рассердился и не смог понять, что происходит. Потом я спас его от падения с обрыва и подумал о том, что отец был бы расстроен этим моим поступком. Затем меня схватила Моргана, и я подумал, что Мерлин сбежал, я обрадовался этому, потому что тогда решил, что я был прав все это время. Но потом он вернулся, и я опять разозлился. — Из-за того, что он тебя спас? — недоверчиво спросил Мерлин. Артур кивнул, и слезы снова покатились по его щекам. — Я не… я был… — Он плотно зажмурил глаза и осел на пол, охватив голову руками, плечи мальчика задрожали. Чародей взглянул на это жалкое зрелище и не смог никоим образом связать мальчика с Артуром, которого Мерлин всегда знал. Руки Эмриса неосознанно сжались в кулаки по бокам. Он был так зол на него из-за того, что принц оставил в беде младшего Мерлина, но вдруг осознал, что не только это является причиной его гнева. Вдруг старший маг ощутил ярость из-за того, что он до сих пор не проучил мальчишку за его поступок. Часть его хотела использовать свою магию, чтобы напугать эгоистичного принца, однако, в конце концов, Мерлин решил, что не стоит показывать маленькому мальчику, насколько опасным и разрушительным может быть волшебство. Вместо этого маг сделал несколько успокаивающих вздохов, после чего спросил сквозь стиснутые зубы: — Зачем ты сюда пришел? — Он снова сел на кровать в ожидании ответа, стараясь не смотреть в сторону семилетнего мальчика. Ответ все же прозвучал, и Мерлин осознал, что был ему совсем не удивлен. — Попросить прощения. — Слова были подобны едва слышному шепоту, горло принца сдавливали слезы, однако Мерлин слышал его искренность. Он поднял голову и посмотрел на Артура, который стоял с другой стороны кровати. Его руки висели по швам, а лицо было искажено печалью. Он выглядел совершенно беспомощным, и у чародея заболело сердце от этой неподдельной тоски и сожаления, на которые Мерлин не мог смотреть с равнодушием. Он ощутил в себе знакомое чувство, которое испытывал регулярно уже на протяжении многих лет: потребность защищать Артура — всегда, везде, при любых обстоятельствах. — Прости меня, — повторил принц. — Прости меня, прости меня. — Мерлину казалось, что он повторял одну и ту же фразу не нарочно: мальчик просто не знал, что мог еще сказать. Это было все, что он мог предложить для искупления своего поступка. Два слова, которые, скорее всего, от него вряд ли кто-то слышал когда-либо прежде. Но даже если такое раньше и случалось, чародей точно знал, что они никогда не звучали из его уст столь искренне как сейчас. Он видел это по лицу белобрысого мальчишки. Это было все, что он мог сделать для Мерлина, шестилетнего Мерлина, а не придворного колдуна, друга или советника короля. Семилетний Артур пришел сюда для того, чтобы поговорить не с ним, а с мальчиком, которому он сделал очень плохо, единственным возможным способом. Он поднял голову и встретился с взглядом колдуна в первый раз с тех пор, как начал свои объяснения. — Прости меня, — прошептал он снова. — Я знаю, что ты сожалеешь, — мягко сказал Мерлин. — Я не понимаю… — Я знаю, что теперь ты бы не сделал этого, ведь так? — осторожно спросил он. Артур открыл было рот, чтобы что-то ответить, но не смог выдавить из себя ни слова, вместо этого кивнув головой. После этого наступило неловкое молчание. Если бы перед волшебником сейчас стоял он младший, Мерлин бы, не раздумывая, обнял его в знак, если не прощения, то хотя бы утешения, но это был Артур, и магу казалось, что даже будучи ребенком, он не воспринимал такого рода жесты. Какое же действие принцу будет более привычно? Эмрис выяснил это в долю секунды. Он видел как Утер не раз делал это для своего сына, и Артур всегда воспринимал подобный жест как признак дружбы и любви. Медленно, чтобы не напугать мальчика, Мерлин обошел кровать и сел прямо перед ним. С легкой улыбкой чародей поднял руку и твердо положил ее на плечо принца, осторожно сжимая его. — Спасибо тебе за извинения, — сказал он. — Это очень много значит для меня и для Мерлина тоже. — Артур неуверенно кивнул, явно сомневающийся в том, что Мерлин принял бы их. — Что она делает с ним? — прошептал он, наконец, возвращаясь к своему первоначальному вопросу. — Я не знаю, — признался Эмрис, оставляя свои темные догадки при себе. — Но мы должны найти его как можно скорее. Мы найдем его, но в первую очередь необходимо отыскать Моргану. — Он попытался сказать это с уверенностью в надежде на то, что принц поверит в нее. Мерлин лишь сожалел о том, что не мог с подобной легкостью убедить себя самого. В течение многих минут они сидели в полной тишине. Мерлин собирался уже предложить принцу вернуться через тайный проход в свою комнату, но мальчик, казалось, никуда уходить и не собирался. Он рассматривал разнообразные картины и артефакты, которые украшали стены, и чародей оставил его, вместо этого возвращаясь к заметкам, записанным на бумаге. Прошло не так много времени, когда Мерлин вдруг вспомнил о том, что ему ранее сказал Гаюс. Тогда он обернулся к принцу: — Ты знаешь, что тебя разыскивают, не так ли? — спросил он. — Они думают, что ты сбежал. — Артур кивнул. — Я сделал вид, что выбрался из окна. Я и не надеялся на то, что они будут настолько глупы, чтобы поверить в это. — Мерлин подавил в себе желание закатить глаза на то, что вина и сожаление мальчика никоим образом не повлияли на его высокомерие и презрение. — Может быть, они посчитали, что ты настолько глуп, чтобы сделать это, — беспечно предложил он. Чародей взглянул на принца, чтобы оценить его реакцию. Шокированный взгляд, вспыхнувший всего на секунду на его лице, быстро сменился былым унынием. Мерлин видел его превращение обратно в напыщенного принца, которое так и не состоялось, сорвавшись на полпути. — Это шутка, Артур, — спокойно пояснил он. — Не принимай все так близко к сердцу. — Но ты сказал это обо мне. — Но ты же был не настолько глуп, не так ли? — Принц покачал головой. — Тогда это, конечно, шутка. — Мальчик не выглядел убежденным, но и не пытался каким-либо образом оскорбить Мерлина в ответ, а это уже был значительный прогресс. — Почему ты так разговариваешь с Артуром? — спросил он немного погодя. — Он же король. — Он еще и мой друг. — Но… — Он вздохнул. — Первые четыре года, проведенные мной здесь, я был слугой Артура, — объяснил Мерлин. — И мы всегда так общались друг с другом. — Но он король. — И поскольку он король, — указал чародей, — он вполне легко мог уволить меня, если захотел бы. Артур сначала хотел возразить, но нахмурился при последних словах, тщательно раздумывая над ними. — Но я ведь все еще здесь, так что… — Я бы никому не позволил разговаривать со мной таким образом, — осторожно продолжил мальчик через пару минут. — Как же Мерлин с тобой говорил? — спросил придворный маг. Он взял кулон и продолжил изучать его, чтобы не напрягать принца постоянным пристальным взглядом и добавить в их общение большую непринужденность. — Он… — Артур замолк. Чародей посмотрел на него и увидел, что лицо наследника выдает его полное недоумение, — … он спорил со мной, и все время пытался завязать разговор. — Ты говорил ему, чтобы он прекратил? — Да? — А слушал ли он тебя? — Нет. — Представь себе все то же самое, только в течение четырех лет. Поверь мне, ты к этому привыкнешь. Принц снова затих и, взглянув на него из уголков глаз, Мерлин увидел, что он снова недоверчиво смотрит на него. Между ними очевидно не доставало доверия, мальчик по-прежнему ожидал, что колдун может в любой момент использовать против него свою магию, но, кроме этого, в глазах юного Артура можно было заметить желание понять и готовность доверять. Это подарило Мерлину новую надежду на то, что этот мальчик на самом деле сможет стать королем, которым сейчас был его Артур. Однако чародей ощутил внутри себя еще и грусть от того, что чем больше он начинал видеть в принце того человека, которого знал, тем больше его действия и поступки ранили Мерлина. — Знаешь, Артур, ты должен известить всех о том, что находишься здесь. Они тратят на твои поиски солдат, которых можно было бы задействовать в розысках Морганы и Мерлина, — мягко сказал маг. Принц открыл рот, чтобы ответить, когда за пределами покоев послышались тяжелые шаги. Чародей узнал их мгновенно. Он перевел взгляд на мальчика и понял, что тот так же догадался. Его лицо пересекла паника, и он попятился назад к шкафу с потайным входом, но было уже поздно. Дверь резко распахнулась. — Мерлин, — в голосе короля послышалось облегчение, — я только что говорил с Гаюсом. Он сказал мне… Артур умолк на полуслове, его рот так и остался открытым, когда он заметил в поле своего зрения светловолосого мальчишку. Мерлин смотрел на обоих со странной отрешенностью. С лица короля быстро исчез шок, сменившись чистой яростью. Она была не настолько непредсказуемой и изменчивой, как в момент, когда он узнал о том, что произошло в Древнем королевстве, но твердой, холодной и нерушимой, как лед. Великий монарх смотрел на мальчишку безжалостным, ледяным взглядом, лишенным всякого тепла и сочувствия. Паника Артура с другой стороны была немного меньшей, чем ранее в тот же день. Страх было сложно не заметить на его лице, однако в ответ на гнев старшего Пендрагона он отвечал молчаливым смирением, будто был готов принять всю ту ненависть и злость без возражений и попыток защититься. Мерлин ждал начала разговора, до которого дело так и не дошло. Король впивался взглядом в семилетнего мальчишку в течение нескольких секунд, прежде чем отвернуться и окликнуть стражников, что стояли у дверей покоев. Они быстро вошли и встали в ожидании приказа. — Отведите этого мальчишку в подземелье и посадите под стражу. — Артур, — ошеломленно сказал Мерлин. Он взглянул на мальчишку, которого начинало заполнять возмущение на такое обращение, хотя тот молчал, ожидая реакции правителя на протест чародея. — Я потратил ценные ресурсы на него и устал гоняться за ним, когда он убегает. — Тогда закрой его в комнате, — предложил придворный колдун. — Он как раз и будет заперт в своей отдельной комнате. В подземелье. — Король кивнул стражникам, которые наблюдали за их разговором. Все-таки Мерлин обладал большой властью в этом замке, если гвардия замерла в ожидании, не посмев выполнять приказ, когда его оспорил Эмрис. — Отпустите меня, — закричал принц, когда стражники начали тянуть его к выходу, однако в его голосе было не так много силы и решимости. Тогда Артур попытался обратиться к королю: — Я больше не покину свою комнату, обещаю. — Твои обещания ничего не стоят, — ответил старший монарх, даже не глядя на него. Мерлин взглянул на своего друга с разочарованием, которое Артур умело игнорировал. Вместо этого он шагнул глубже в комнату мимо Мерлина, освобождая доступ к дверям. Чародей попытался передать принцу, что он поможет ему, однако мальчик, похоже, его не понимал. Возможно, даже вопреки такому скачку в отношения между ними младшему Артуру еще было трудно поверить в то, что Мерлин может помочь ему выбраться из подземелья. Дверь за гвардией захлопнулась. Чародей обернулся к королю и вопросительно поднял брови в ожидании объяснений, но этот намек правитель также предпочел проигнорировать. — Что, черт возьми, он здесь делал? — закричал Артур, отбрасывая в сторону все показное спокойствие. — А я думал, ты пришел для того, чтобы проверить, все ли со мной хорошо. — Что он здесь делал? Как только он вошел сюда? Я поставил стражу у дверей! — О-о, это ему удалось очень просто, Артур. — Мерлин подошел к шкафу и отодвинул заднюю стенку. — Он зашел через тайный ход, который ведет в мою комнату. Он обнаружил его в прошлом году, что, по всей видимости, означает, что ты знал о нем в течение двадцати лет. Забавно… Ты никогда не упоминал мне о нем. На мгновение лицо короля пересекла вина, но он быстро продолжил, предпочитая пропустить мимо ушей и это замечание. — Что он здесь делал? — Он пришел для того, чтобы извиниться, — объяснил Мерлин, после чего вернулся к шкафу и задвинул панель на место. Разговор о потайном проходе можно было и отложить, пожалуй, в данный момент это не так уж важно. Он обернулся к Артуру, который очевидно был немного ошеломлен заявлением о том, что принц просил у него прощения. Он покачал головой. — Ты на самом деле собираешься оставить его в темнице? — продолжал волшебник, когда король ничего не сказал. — Да. И не смей, — добавил он после недолгих раздумий, — вызволять его оттуда. — Артур… — Я так сказал, Мерлин! — Ему всего семь лет. — Об этом мы уже говорили с Гвиневрой. — Разве она когда-то ошибалась? — спросил Мерлин. — Артур, он извинился. Что-то произошло с ним, он становится другим человеком. — Это не меняет того, что он сделал, Мерлин. Он оставил тебя с Морганой. — Меня никто ни с кем не оставлял, — нахмурился маг. — Я здесь, Артур. — Ты знаешь, что я имею в виду. — Артур… — Ты узнал что-нибудь о кулоне? — перебил монарх. Мерлин недоверчиво взглянул на него: король на самом деле намеревается игнорировать существование принца? Нетерпеливый взгляд на лице Артура сказал о том, что Мерлин абсолютно прав. Бывший слуга вздохнул, но смирился. Он сможет и сам вызволить принца, особенно если Гвен будет на его стороне. — Да, — пробормотал чародей, возвращаясь и поднимая кулон с кровати. Он показал его Артуру, пытаясь получить его полное внимание. — У меня есть представление того заклинания, которое использовала Моргана. Мне нужно вернуться к поляне на некоторое время, чтобы проверить действие определенных заклинаний и наделить силой те, которые еще остались там. — Ты сможешь отправить детей обратно? — удивленно спросил Пендрагон, в то же время его голос был наполнен решимостью. — Думаю, да. Это, естественно, может занять некоторое время, но у нас есть ключевые компоненты, которые использовала Моргана, и они по-прежнему связаны с использованными колдовскими чарами. Мне кажется, я смогу перенаправить их в нужное русло. — Таким образом, мы сможем сделать это? — Основная проблема не в магии, — тихо сказал Мерлин. — Недостает кое-чего другого. — Он вздохнул и увидел, как лицо Артур осветила искра понимания. — Мы не сможем вернуть их обратно без Мерлина. К тому же я не знаю как твои, но мои воспоминания постепенно ускользают. Я с трудом вспоминаю что-либо из своего детства. — Я тоже, — признался король. — И притом, что меня периодически одолевает эта усталость… — Мерлин не закончил мысль, позволил ей повиснуть в воздухе. — Сколько времени у нас есть? Чародей задумался над наиболее оптимистичным ответом, однако взгляд Артура сказал ему о том, что он не поведется на ложь. Король верил в нее только до раскрытия главного секрета волшебника. Теперь Мерлин не мог провести его просто так. — Я бы сказал: дня два-три. Он увидел, как лицо Артура побледнело при этом заявлении. Он оглядел комнату, будто решение было в самих стенах. — К тому времени, — продолжал волшебник, — либо полностью исчезнут наши воспоминания, либо я буду уже мертв от того, что Моргана делает с младшим Мерлином. — Ты сказал, что она не может причинить ему вред. — Она нашла способ. — Отчаяние на лице короля вызвало желание Мерлина сделать хоть что-то, чтобы смягчить удар. — Когда вернется первый поисковой отряд? — Завтра утром. — Может быть, они нашли Моргану и Мерлина. — Предположение тяжело повисло в воздухе. Друзья обменялись взглядом, не потрудившись укрепить сказанные слова ложными соглашениями. — Мы будем продолжать поиски до тех пор, пока не найдем. Ты сказал, что тебе нужно отправиться на поляну? — Колдун кивнул в утверждении. — Как насчет твоих припадков? Маг пожал плечами. — Я не смогу избежать их, где бы ни был. По крайней мере, на поляне я буду полезен, когда проснусь. — Артур не выглядел убежденным, но, в конце концов, кивнул. — Возьми с собой Элиана и необходимые припасы. Я останусь здесь и буду руководить поисками. Мерлин кивнул и мысленно перечислил все, что ему нужно. Этого было не так уж много: магические книги, кое-какие артефакты, — все можно было легко возложить на спину Зефир. Однако было еще нечто, что в чем особо остро нуждался Эмрис. — Артур, — он обратился к королю, который намеревался удалиться из его покоев. Тот обернулся. — Мне необходимо взять с собой принца. — Нет, — сказал ему монарх, не раздумывая ни секунды. В его голосе не было ни шока, ни неверия, просто сухой ответ. — Он один из звеньев ритуала. Дело будет продвигаться быстрее, если он будет со мной. — Нет. — Артур! — Я сказал, нет! Я ему не доверяю, и ты не должен. Последнее, что нам нужно — это, чтобы он убежал неизвестно куда. Он останется в темнице. Король вышел из комнаты с едва заметным извиняющимся кивком в сторону своего друга. Мерлин раздумывал над тем, чтобы наложить на него заклинание, ненадолго усыпив, однако быстро передумал. Было бы неплохо заручиться разрешением Артура, однако не так уж важно. Так много раз в прошлом Мерлин шел против воли Артура для его же собственного блага. Стоит ли менять привычки? Он наспех упаковал вещи, попутно формируя в своем сознании возможный план.