Опасная страсть

      Артур Керкленд никогда не верил в случайные совпадения. Он был уверен в том, что все мировые и локальные события — это часть одного плана, того, что давно было расписано и точно должно было произойти. Возможно, определённое влияние на него оказали несколько лет в церковной школе при англиканском приходе, а, возможно, так действовал его врождённый прагматизм.       В любом случае, офицер не хотел верить в то, что целый ряд важных событий мог произойти по стечению обстоятельств. Профессиональное чутьё упорно выискивало некий подвох.       — Ты видела этого человека? — спросил он. — Может, смогла разглядеть что-то ещё?       Юльхен внимательно смотрела на него.       — Кажется, у него были тёмные волосы и красная куртка. Там было темно, а я была в таком состоянии, что мне просто в голову не могло прийти разглядывать его.       Керкленд кивнул.       — Что ж, это лучше, чем ничего.       Он оглянулся в сторону Франциска. Тот дал понять, что они подумали об одном и том же.       — А ты сможешь описать это место? — спросил Бонфуа. — Где произошло убийство?       Байльшмидт перевела взгляд на него.       — Я не уверена. Там стояли вагоны, много больших железных вагонов, а рядом какая-то речка.       Артур тут же кивнул.       — Я знаю, где это. Но… Это совсем не близко. Неужели ты пешком добралась оттуда?       Девушка кивнула, и офицер снова ощутил, что что-то не так. Он не понимал, что же именно не даёт ему покоя, но интуиция так и кричала о том, что он упускает нечто важное.       — Ладно. Придётся поехать туда. Возможно, что это был наш искомый маньяк, хотя и не всё совпадает.       — Я думаю, что вы узнаете его почерк, — подал голос молчавший до этого времени Александр. — Вам лучше поехать немедленно, пока дождь не уничтожил все улики.       Точно, проклятый дождь! Из-за этого погодного вмешательства они могут потерять важные сведения.       — Мы отвезём тебя в участок, — сказал офицер девушке. — Я постараюсь обезопасить тебя.       Он замер, когда в красноватых глазах Байльшмидт снова заискрился страх.       — В участок? — выдала она. — Не надо, мне страшно.       Керкленд замер. Интересно, с чего вдруг такая реакция? По логике, она должна была радоваться тому, что окажется безопасном месте.       — Тебе не нужно бояться.       — Нет! — Юльхен плотнее закуталась в чужую рубашку. — Мюллер говорил о том, что у Варгаса есть свои люди в полиции. Они убьют меня, как только увидят. Они все меня ищут.       Но Артур лишь мотнул головой.       — Это бред. В полиции работают надёжные люди.       В тот же миг молодой мужчина задумался. А так ли это, в самом деле? Все ли полицейские — чистые на совесть люди? Если так, то почему им до сих пор не удалось посадить Варгаса, особенно при учёте того, что тот даже не сильно шифруется?       — У него там свои люди, — уверенно повторила Байльшмидт. — Он им хорошо платит, я точно знаю.       Керкленд так и замер на месте. А ведь всё начиналось с того, что они искали серийного убийцу. Теперь он ищет параллельно с этим компромат на итальянского мафиози и думает над тем, как вычислять оборотней в погонах. Прекрасно, ничего не скажешь.       В словах девушки был толк. Она провела много времени с Варгасом и явно понимает, о чём говорит. Ей нет смысла покрывать Варгаса, но есть огромное количество поводов желать ему всего самого наихудшего. А ещё есть повод опасаться за свою жизнь. По сути, если в полицейском участке и правда есть прикормленные итальянским ублюдком люди, то там будет опаснее всего. И ещё один момент — им надо спешно что-то решать, пока дождь не уничтожил все улики на месте преступления.       — Артур?       Офицер оглянулся и посмотрел на Брагинского.       — Что?       — Ты говорил кому-нибудь в полиции про Юльхен? Про то, что она здесь.       — Нет, — уверенно отозвался тот. — Там и не было почти никого, когда ты позвонил.       Доктор кивнул.       — Тогда оставь её здесь на время. Разбирайтесь со своими делами, а мы приглядим. Завтра решишь что-нибудь.       Керкленд снова задумался. Имеет ли он право так поступать? На самом деле, нет. Важный свидетель должен быть под надзором, тем более, если это свидетель, пострадавший от Варгаса. Однако если хорошенько подумать — он расследует дело о серийном маньяке, а не о пропаже девушки из Германии. Да и против того же Варгаса дела никто не открывал.       — Ты уверен? — спросил он, ясно понимая, что это самый оптимальный сейчас вариант.       — Да. Занимайся своими делами.       Что ж, раз такое дело, то Керкленду и правда лучше работать, а не терять время. Тем более, что Байльшмидт почему-то чувствует себя в безопасности в обществе Брагинских. Оно и к лучшему.       — Тогда мы поедем. Юльхен, ничего не бойся, мы обязательно что-нибудь придумаем.       Та моргнула несколько раз, а после кивнула в ответ:       — Спасибо.       Артур в своё время поклялся, что будет защищать тех, кто в этом нуждается. Даже если в убыток самому себе, если придётся рисковать всем, в том числе и жизнью. Довольно с Юльхен того, что она уже пережила. Столько ударов разом. А ведь ей не больше двадцати лет. Её лишили всего — семьи, детства, её жизни. Её превратили в вещь, которую можно использовать для заработка. Целых восемь лет над ней издевались.       Теперь довольно. Керкленд непременно накажет Варгаса и всю его свору за такие ужасы. Сколько поломанных судеб и человеческих жизней на их совести. Он осознавал, что лезет в опасную игру, но всё же он понимал и то, что знал, на что идёт, когда пошёл работать в полицию.       Они покинули квартиру Брагинских и сели в машину.       — Ты уверен, что это безопасно? — спросил Франциск.       Ситуация была довольно сложной, что и говорить. Бонфуа и не думал порицать напарника, напротив — он даже не знал, смог бы он взять на себя подобную ответственность.       — В Брагинских я уверен больше, чем в наших коллегах, как бы странно это ни звучало, —признался Артур. — А теперь поднажми, надо как можно быстрее оказаться на пристани.       Франциск кивнул и завел машину.       — Я вот думаю, — протянул он, когда они уже тронулись с места. — Это за какое время она могла добраться до этого квартала аж с окраины города? И неужели её никто не видел?       Керкленд промолчал. Эти вопросы и ему самому покоя не давали. Конечно, он верил Юльхен; никто бы не смог лгать с таким взглядом. Просто уж очень невероятно всё это выглядело. Раненая девушка в изодранной одежде бежала босиком с самой пристани в город, примчалась именно в этот квартал и столкнулась именно с Иваном.       Опять же, в совпадения и случайности Артур не верил и верить не хотел. Ну, не может так быть.       Дождь уже прекратился, а асфальт был мокрым. Стоило поспешить.       — Давай быстрее. Нельзя снова опоздать.

***

      Александр запер дверь и даже все окна, просто на всякий случай, а после ушёл к себе в комнату. Иван вызвался присмотреть за Юльхен, и Брагинский-старший решил, что лучше ухаживать за ней по очереди, дабы хоть немного отдохнуть.       Юльхен долго смотрела на своего спасителя, словно пытаясь уловить в чертах его лица нечто важное. Но она ничего не говорила, и это немного напрягало.       Иван достал из кармана телефон и разблокировал его. Была уже половина пятого. Да уж, выспаться ему так и не удалось.       — Прости… — протянула Байльшмидт.       Брагинский тут же убрал в карман телефон и посмотрел на неё.       — Что такое?       — Мне очень неудобно, но… — Юльхен отвела взгляд. — Мне надо в туалет.       Иван кивнул.       — Да, конечно.       Он помог девушке подняться на ноги и аккуратно повёл её в сторону ванной комнаты. Та приникла к нему, точно боясь упасть, ведь ноги до сих пор плохо слушались, а ступни болели.       — Я быстро.       Закрыв за собой дверь, Юльхен подошла к унитазу и поспешила закрыть крышку, а после сесть на него. Из складок рубашки она выудила телефон Ивана, который ей удалось стащить из кармана ничего не подозревающего парня. Набрав номер, она приложила трубку к уху.       —Алло, — послышалось после третьего гудка.       Байльшмидт невольно сглотнула.       — Это Юльхен.       — Говори.       — Я дома у Брагинских. Всё прошло хорошо.       — Отлично. А что с полицией?       — Я всё им сказала. Они оставили меня здесь.       — Вот и прекрасно. Оставайся там и не высовывайся. И только попробуй упомянуть моё имя, пожалеешь, что на свет родилась.       — Я поняла.       Снова послышались гудки. Девушка невольно всхлипнула, а после в спешке удалила набранный номер. Стало так неприятно на душе. Но с другой стороны, теперь она впервые за столько лет в безопасности. Наверное, ради этого стоило немного солгать.