30 seconds to Mars

С того утра на пляже прошло около месяца, группа была в небольшом туре. Ребята жутко устали, и Шеннону стоило огромных усилий отговорить брата сразу по приезду идти на пляж. Но пришлось пообещать сходить вместе с ним туда на следующий день. Новое утро, новый день, новая заноза в заднице. Не успели прийти в место отдыха и встречи как старший Лето запнулся за что-то у рухнул на песок. Барабанщик встал, покрывая неведомый предмет трехэтажными конструкциями неприличного содержания, и он бы продолжил высказывать это в лицо обидчику кем бы он ни был, но... - Черт бы вас побрал! Видимо это у вас семейное: ничего не замечать в упор! - голос то ли убитый, то ли злой, но такой знакомый. - Маааааарс! - радостно завопил Джаред. - Бро, не кричи ты так, а то людей пугаешь, - улыбаясь, сказал Шенн. - Эй, ты не рада нас видеть? Ты с нами даже не поздоровалась! - надулся фронтмен. - Не веди себя как ребенок. А кстати, сколько тебе лет? - Сорок с небольшим, а что? - Ничего, а мне тогда без маленького двадцать, - с иронией в голосе ответила Марс. - А поточнее? - Четырнадцать, теперь твоя очередь. - Сорок один, а братику сорок три. - Молодец! Взял и спалил братишку! - на губах улыбка, а в глазах бесенята. Старший засмеялась, а младший надул губы, сел на соседний шезлонг и принялся рассматривать девочку, как будто заново с ней знакомясь. А Марс тем временем с увлечение перелистывала страницы книги, лежащей у нее на коленях. Ее личико то становилось до невозможности серьезным, то вдруг озарялось внутренним светом и становилось настолько одухотворенным, что ее можно было причислить к святым или ангелам. - «Если бы каждый человек мог жить полной жизнью, давая волю каждому чувству и выражение каждой мысли, осуществляя каждую свою мечту, — мир ощутил бы вновь… мощный порыв к радости.», донесся до слуха музыканта тихий шепот. - Что читаешь? - А? - лицо у Марс такое, словно ее выдернули из какого-то чудесного, но не реального мира, - Оскар Уайльд «Портрет Дориана Грея». - А не рановато ли тебе такое читать? - вмешался в разговор барабанщик. - Не думаю. Читать можно и нужно то, что хочется тебе, а не другим. - Это ведь здесь он за молодость отдаст душу дьяволу, да? - задумчиво произнес певец. - Ай, Джаред! Зачем ты это говоришь? Сейчас же читать не интересно! - девочка шуточно пихнула музыканта в бок. Веселый смех разнесся по пляжу. Компания из двух взрослых мужчин и маленькой девочки одновременно и пугала, и завораживала. Никакой пошлости или домогательств, просто общение, шутки, разговоры обо всем на свете. Такая веселая беседа продолжалась чуть больше часа, пока Шеннону не понадобилось отлучиться на несколько минут. - Слушай, а как ты оказалась здесь и откуда ты? Судя по тому, что говоришь вас много и вы все из разных мест и стран. - А можно этот вопрос я оставлю без ответа? - грустно спросила Марс. - Ладно, тогда почему у тебя такое странное имя? - Ты всем новым знакомым такие допросы устраиваешь? - девочка выгнула бровь. - Неа, не всем. А только тем, кто ему симпатичен, - ответил за брата подошедший Шенн, обнимая малышку со спины, - тем более, что я никогда не видел его не столько кем-то заинтересованным. - Ясно, это такая своеобразная месть, да? - спросила девочка поднимая голову. - Ага! - старший самодовольно улыбнулся. - Хорошо, Марс — это древнеримский бог войны. Меня так назвал Тетис, потому что я его поколотила, за издевки в адрес Дана. - Дан это тот художник? - Да. - А откуда ты? - Повторяетесь, мистер Лето. Я из города Ангелов. Такой ответ удовлетворит ваше любопытство? - Вполне. Марс отложила книгу, встала, с хрустом потянулась, выгнувшись как кошка, и подошла вплотную к океану. Солнце уже клонилось к закату, и водная гладь была похожа на необъятное кровавое море. Красиво. - Спасибо, что научила видеть красоту. - Еще бы в этой красоте были облака, тогда было бы и красиво, и тепло. - Тебе холодно? - Немного, - девочка легка поежилась. - Держи, - Джаред стянул себя толстовку и накинул ее на плечи Марс. - Спасибо, - благодарная улыбка, - надеюсь ребята из благотворительного фонта приедут завтра, иначе мы все простынем и сдохнем от холода и микробов. - Вам кто-то помогает? - Да, какой-то фонд помощи бездомным или детям — сиротам, честно, я не помню. Они приезжают к нам несколько раз в год, привозят все необходимое, лечат нас и все такое. - У тебя дома по-прежнему холодно? - Ну, как бы, да, - замялась девочка. - Поехали к нам; у нас тепло, понравится — останешься, нет — сам увезу обратно и держать не буду. - Спасибо, конечно, но нет. Вдруг они завтра с утра приедут, а я все веселье пропущу. Да и неудобно как то. - Ты всегда такая стеснительная и милая? - снова вклинился в разговор Шеннон. - Знаете, ведь, что не всегда. В этом мире быть милым и скромным всегда просто не реально. Так или иначе станешь либо пошлым, либо грубым. - И что из этого выбрала ты? - Первое с элементами безумия снаружи и полным безвозвратным раздраем и сумасшествием внутри. - Почему именно первое? - Шлюхи и проститутки нас не очень любят, но конфеты на Хеллоуин дают. - На Хеллоуин? - Угу, у нас еще геев много, а они даже добрее, чем обычные шлюхи. Одна такая парочка меня хотела удочерить, но они живут в соседнем доме, и я каждую ночь слышу как они трахаются. Ну не возможно! Они так громко кричат, что просто ужас! - От боли вероятно или от удовольствия. - Кричать надо не от боли оли удовольствия, а когда авто жертву изображаешь! - Зачем? - Для убедительности! - Марс Снова поежилась от холода,- Что-то я замерзла, наверное домой пора. Она подошла к шезлонгу, взяла книгу и в сопровождении братьев Лето побрела домой. На пороге ее маленького обиталища они простились до завтрашнего дня, предварительно обменявшись телефонами.