30 seconds to Mars

«Опять не дают книгу почитать, отдохнуть от этого грязного мира. Ну зачем кому-то звонить в выходной.» Такие мысли крутились в голове у Марс, когда утром у нее зазвонил телефон. - Да, - голос недовольный. - Доброе утро! - радостно говорит мужчина на том конце провода, - Проснулась? Веселье было? - И тебе здравствуй. Зачем с утра так много вопросов? Веселье было и даже лучше, чем в прошлый раз. - Отлично! - снова радость в голосе, - Одевайся. - Обычно говорят раздевайся, - заметила Марс, - ну ладно. Только зачем? Я ведь уже одета. - Оденься так, как в школу. - Эм, что прости? - Во-первых, на улице холодно; во-вторых, если ты придешь босиком, то будет неудобно. - Ладно, убедил. Куда и во сколько? - Через два часа. Адрес записывай... Через два часа в назначенном месте на рампе сидела девчонка в наушниках. Для нее не было окружающего мира, бала лишь музыка. Вечная, всепоглощающая, завораживающая, уносящая в мир мечтаний музыка. И все бы хорошо, если бы не подъехавшая так вовремя машина. Из нее вышли два парня и направились к малышке. - Марс, рад тебя видеть, - сказал Джаред разглядывая подростка. Черные потертые джинсы, старые кеды, все таже вечная серая футболка и наушники. - Я тоже рада видеть и слышать вас обоих, - поднимаясь, ответила девочка. - Джаред тебе объяснил зачем мы здесь? - спросил Марс старший Лето. - Честно, я вообще без понятия, почему меня оторвали от книги. - Ты когда-нибудь каталась на велосипеде? - Да, наверное, но это было давно. - Отлично, значит учить тебя не надо, - скорее утверждение, чем вопрос. Марс и слова сказать не успела, как братья потащили ее куда-то. День обещал быть насыщенным и интересным. Так оно и было. Три падения, два переворота и тонны смеха и веселья. Такой счастливой эта девочка сиротка и Лос-Анджелеса не чувствовала себя очень давно. В конце дня она даже решилась обнять обоих Лето сразу. У нее это получилось. Джаред в этот момент казался счастливее своего протеже. Он улыбаясь как дитя. - Спасибо большое! - в голосе счастье и благодарность. - Я давно так не веселилась. И мне никогда не было так хорошо с кем-то из людей. Я ведь обычно одна и никого к себе не подпускаю и … - Тшшш, - тонкий палец ложится на губки, - я рад, что тебе хорошо. - Я домой хочу. - Хорошо, - улыбнулся парень, - я тебя отвезу. Шенн, Томо сказал, что уже подъехал и если ты не против... - Все норм, мелкий, - рассмеялся барабанщик. В машине. - Не знаю. Я всегда надеюсь на лучшее, жду чего-то хорошего, а этого нет. На меня никто и никогда не обращал внимания, - вздохнула Марс. - А тут, словно земля перевернулась или мир рухнул. Я вообще то часто смеюсь и шучу, но это развлекает других, а не меня. Для меня никто не делал больше того, что считается долгом. Пнуть и прогнать, осыпая матом. А чтобы спрашивать откуда я, есть ли у меня семья, нужно ли мне что-то, до этого люди не опускались. Они ведь люди, человеки, а я — крыса, грязь! - Ты говорила, что гордишься этим. - Да это так. А знаешь почему? Потому что на других я этим не похожа. Я признаю свободу и анархию, но людская жестокость непростительна. Это уже не высшая ступень эволюции, нет. Это дикие звери, убивающие себе подобных просто так. Моего друга, Дана, убили из-за его картины. Я нашла его на пляже с запиской на груди: «Его погубила его работа. Она не угодна людям». В чем здесь смысл? - Ни в чем. Просто люди — идиоты. - С этим нельзя не согласиться. Тоже и со мной. Я в шесть лет ушла из дома. Мои родители стали ругаться и кричать. А когда я приходила их успокоить, они начинали ругать меня. И я была этому рада; это их объединяло. Но со временем они начали ругать друг друга за то, сто они ругают меня. - И поэтому ты сбежала? - негодовал Джаред. - Угу. Не смотри на меня так! Что я еще могла сделать? Я думала, что приношу несчастья. Тишина в машине. А за окном шумит город неоновых огней. Люди снуют туда сюда, в вечернем сумраке они кажутся страшными черными тенями. Но Марс не боится их. Для нее они не важны. - Черт! - девочка рассмеялась. - Я все-таки тебе это рассказала! А ведь не хотела! - Ты любишь мороженое? - неожиданно спросил музыкант. - Люблю, но летом, а не в ноябре, - улыбнулась девочка. - Слушай, а хочешь кое-что покажу? - Что же это? - Одно место. Там вечером очень красиво. - ОК, поехали. Вечер. Парк полный огней. Зажглись оранжевые лампы фонарей. А Марс улыбается. Открыто, как-то по детски, немного смущенно. Быть может виной тому Джаред, идущий рядом, или кофта, которую надел на нее парень, все-таки холодно вечерами. А Лето просто нравиться с ней, нравится, что она улыбается, нравится ее голос — детский, но тихий и глубокий, нравятся ее глаза, ловящие любой лучик света, от этого они еще ярче и теплее. Он долго гуляли, и наконец сели на лавочку. Малышка еще долго рассказывала что-то, пока не уснула на руках у музыканта.