Вдохни в меня жизнь

Кин, зевая, выполз на кухню, где его встретил сердитый Саша и, дождавшись пока парень сядет, поставил перед его носом тарелку. С завтраком. Овсянкой. - Это что? – скорчил недовольную гримасу Кин. - Завтрак, - невозмутимо пожал плечами Орловский и сел на свое привычное место, поставив такую же тарелку перед собой. - Не, я это есть не буду,- сказал Кин, отодвигая тарелку. - Хочешь есть - будешь. - Есть хочу, овсянку - нет. - Значит, не хочешь, - проговорил Саша и, встав со своего места и взяв тарелку Кина со стола, выкинул ее в ведро вместе с едой. Кин проводил тарелку задумчивым взглядом, потом философски спросил: - А тарелку зачем? - А просто так. Кин заржал: - А ожерелье из цветочков подарить? Или корзину с клубникой? Саша прищурил глаза: - Киншев, вот это сейчас к чему было? - Ааа, не обращай внимания, в детстве мультиков пересмотрел. - Ммм, нет, я конечно не против. Вот только тебе придется-таки поднять свою задницу и сходить за цветочками и клубникой. Заодно и нормальной еды захватишь по дороге, ок? - Эээ... Вот прям сейчас? - Вообще то, это надо было сделать еще вчера, но куда уж нам простым смертным добиться от вас снисходительности. Ростислав тяжело вздохнул, а потом глядя на Сашу глазами кота из незабвенного мультика, жалобным голосом произнес: - А может, вместе и чуть попозже, а? - Да можешь никогда не ходить, милый! Вот только тебе придется привыкнуть к овсянке в этом случае! Твою бабушку, Кин! Так сложно было тупо сходить в магазин и купить еды? - Ну, эм, да. - А почему мне было не сложно ходить? Я точно также учусь с утра до ночи, прихожу домой и готовлю ужин, потому что хочу тебя порадовать, убираю твои вещи, которые так любишь разбрасывать! А тебе сложно сходить в магазин? - Потому что ты у нас ответственный парень, а я безответственный разгильдяй?- невинным тоном высказал предположение Кин. - Я что, так похож на образцовую домохозяйку? Ростислав, мне двадцать один год, я, насколько ты успел заметить, мужского пола, к тому же мажор из богатой семьи и в нашем доме не было прислуги лишь потому, что мачеха всегда и все любила делать сама. Я устал, меня Топилин и в хвост и в гриву второй день дерет за семинар, который я пропустил. Так мне еще и приходится готовить еду, потому что ты, то на репетиции, то еще где! И при этом тебя абсолютно не волнует, из ЧЕГО я должен что-то приготовить! - Ну, виноват. Чуть позже все куплю. Честно-честно, - и поднял руки вверх, признавая свою вину. - Вот и есть будешь позже, - безапелляционно проговорил Сашка. - Мгм, - издал неопределенный звук Кин. - Эх, вот помру я, Орловский. Что делать будешь тогда? - Не помрешь. Впрочем, в холодильнике остался еще кетчуп, можешь съесть его. И с этими словами Саша вышел с кухни. Быстро приняв душ и одевшись в футболку и боксеры, он зевнул и вспомнил, насколько не выспался за эту неделю. И ведь надо было встать в субботу в такую рань. Хотя, что тут скажешь - привычка… Зевнув еще раз, Сашка прилег на так и неубранный Кином диван и едва светловолосая голова коснулась подушки - провалился в сон. Кин еще некоторое время посидел на кухне, задумчиво перекатывая в ладонях кружку с кофе. Он, в принципе, понимал все претензии Саши, но вчерашняя встреча с Ликой, выбила из головы все хозяйственные дела. А потом этот зачет у Рапановой вообще выбил последнее. Допив уже остывший кофе одним глотком и поморщившись - жидкость была противной на вкус - встал и прошел в спальню. Зайдя туда, он увидел давно уснувшего Сашу, вольготно раскинувшегося на диване. Кин присел на край кровати и с улыбкой поразглядывал его несколько минут, умилившись умиротворенно-расслабленному лицу парня. Затем, не удержавшись, протянул руку и ласково погладил поясницу, открытую задравшейся вверх футболкой, одними подушечками пальцев. Нежно и почти невесомо. Потом наклонился и принялся стягивать с него - осторожно, чтобы не разбудить - боксеры, одновременно с этим целуя поясницу. Парень, очевидно почувствовавший ласку, шумно выдохнул и перевернулся на спину. Чуть приоткрыв губы, провел по ним кончиком языка. Кин еле слышно засмеялся и, раздвинув его ноги, стал нежно поглаживать ладонями кожу с внутренней стороны бедер. Саша дернулся, но не проснулся, только завозился и что-то неразборчиво пробурчал сквозь сон. Потянул на себя одеяло, стараясь вернуть себе комфорт. Кин с легкостью отобрал одеяло и откинул его подальше, чтобы не мешалось. Сашка, лежавший с раздвинутыми ногами, да еще и без трусов - о! это было очень-очень возбуждающее зрелище, тем более что его член не остался равнодушным к ласкам Ростислава и уже понемногу наливался возбуждением. Парень снова завозился и попытался перевернуться, отчего едва не заехал коленом по самой дорогой части тела своего бойфренда. Кин хмыкнул, и вовремя удержал Сашины ноги на месте. Вдруг вспомнив о чем-то, Кин хлопнул себя ладонью по лбу и что-то приглушенно прошипел. Встав с дивана и метнувшись в коридор, он порылся в сумке, вытащив из нее заветный тюбик, радостно его расцеловал. Потом, вернувшись в комнату, быстро разделся и направился к дивану со спящим Орловским с мечтательно-хитрым видом. Саша к его возвращению, видимо почувствовав, что ему больше ничего не мешает, перевернулся на живот и обнял подушку. Причем успел каким-то образом отыскать край одеяла, но натянуть его смог только на поясницу и часть бедер, оставив на обозрение длинные ноги. Ростислав, узрев эту в высшей степени слюновыделительную картину, тихо и радостно угукнул, а затем, подойдя ближе, раздвинул ноги Саше и, устроившись между ними, сел на пятки и, открыв тюбик и выдавив немного геля на пальцы, смазал манящее его колечко мышц и немного порастягивав его, приставил к нему головку своего члена. Пару раз качнув бедрами, Кин оказался внутри расслабленного Орловского. И замер. - Ммммф, - завозился Саша от необычных ощущений и попытался приподняться, вот только сильное тело Кина сверху не дало это сделать. - Кин… Что ты?.. - Догадайся с первой попытки, Орловский, - жаркий шепот обжег ухо. Пробуждение было хм.. неожиданным… Во всех смыслах этого слова. Саша всегда был более чем чувствительным к ласкам партнера, его сводили с ума прикосновения и поцелуи Кина, а уж сейчас, когда организм был сонным, а мышцы расслабленными… Даже обида на него куда-то улетучилась, и в следующий миг парень тихо застонал, уткнувшись лицом в подушку. Кин, продолжая двигаться, прижался к Сашиной спине и легонько куснул того за шею. - Ты… ах… чудовище… - выговорил Орловский между стонами и вцепился пальцами в подушку. - Угу,- опалил шею смешок. - Заметь, Орловский, твое любимое чудовище... - Самовлюбленное… мммф… - Саша подался чуть назад, насаживаясь на член партнера глубже и прогибаясь в пояснице. Спросонья все это было как-то по-особенному, больше чувств, ощущений, словно все тело только этого и желает, радуясь, что мозг не начал активную аналитическую работу. - Киншев... Ты ведь… в курсе, что это мммф… изнасилование? Не прекращая вбиваться в любимого, Кин согласно промычал что-то невразумительное и ласково прикусил мочку Сашиного уха. Парень умудрился подтянуться на одной руке, откинул голову на плечо Ростислава, а пальцы свободной руки вплел в его волосы, заведя руку назад. Спиной к его груди, такой сильной и надежной… Киншев довольно заурчал как большая кошка и начал целовать Сашу, скользя губами по виску и скуле. - Кин… Я сейчас… - простонал парень, у которого от этого по-настоящему кошачьего мурчания перед глазами вспыхивали искры. Он сильнее вцепился в каштановые волосы, и следующий стон был куда громче. Ответом ему было лишь немного ускоренное движение бедер и прикушенная кожа на плече. - Ммм… - Саша любил, когда Ростислав делал так - на грани между нежностью и болью, почти неощутимой. Это отрезвляло, позволяло осознавать реальность, но больше всего – верить, что это не сон, что Кин рядом, такой горячий, нежный, порой безумно упрямый и просто неисправимый оптимист. Любимый… Кончил он, даже не прикоснувшись к себе, с этим словом на губах и позволил себе расслабиться в руках партнера. Кин еще пару раз вбился в обмякшего Орловского и, кончив, бессильно завалился на спину того, вызвав недовольное ворчание. Полежав так около минуты, он собрался с последними силами и скатился с Саши. Лег рядом на спину и, раскинув руки, погладил тыльной стороной руки расслабленную тушку любимого парня. Саша вздрогнул от такого прикосновения, но все же нашел силы придвинуться ближе к Кину, чтобы оказаться в кольце его рук и прижаться к сильному телу. - И как ты додумался до такого? - со смешком поинтересовался он, скользя кончиками пальцев по плечам, груди и животу. - Ты так соблазнительно выглядел. Особенно твоя задница. И хлопнул его шутя по филейной части, но Саша по обыкновению даже не ударил его в ответ, а обвил руками шею. - И это мне говорит человек, который встречался исключительно с девушками… Ты ненормальный, ты в курсе? - Пф, - выразил свое отношение к этим словам Кин. - Тоже мне Америго Веспуччи нашелся. Да об этом уже никто ничего не говорит давно. Уже смирились. - Самовлюбленный, эгоистичный, не приспособленный к быту нарцисс с уклоном в творческую натуру… И почему я с тобой сплю? - Потому что я самый-самый? - смеясь, предположил Кин. - Самый-самый, если ты сегодня не сходишь в магазин, про секс забудешь на всю неделю. Do you understand? - Эхх... - И не надо так вздыхать, my darling. Ты по-другому не понимаешь… - с этими словами Саша приподнялся на локте и поцеловал Ростислава, перекинув одну ногу через его бедра. - Хотя нет… Может быть секс у тебя и будет… но исключительно снизу… Кин выразительно поднял брови: - А силенок хватит? - Солнышко, уж поверь, при желании… - Саша устроил колено между ног бойфренда, совсем близко к его члену и скользнул языком вниз по шее. - Ты же меня знаешь… Сам отдашься… - Ммм, я подумаю над этим...- и крепко поцеловал Сашу. * * * Семейство Киншевых нельзя было назвать маленьким, тем более, когда в семье трое детей, каждый из которых далеко не подарок. Самая разбитная и младшенькая - Аленка - сейчас обитала в Канаде, где училась на кинооператора и режиссера. Присматривать за ней было велено нынешней и, видимо, постоянной девушке Ленки - Скарлетт. Старший же, Никита, которому было немногим меньше двадцати пяти, жил и работал на две страны, путешествуя между Германией и Россией. Он был самым спокойным из них и часто шутил, что он, скорее всего, не из их семейки. Но для Киншевых святым праздником был предстоящий Новый Год, к которому в их дом за городом съезжалась вся семья независимо от местонахождения. В этом году Никите удалось взять отпуск пораньше, хотя бы для того, чтобы поучить уму разуму младшенького разгильдяя, а заодно и накормить его в случае чего. "Вот сто пудов, эта мелочь еще дрыхнет…" - проворчал Никита, открывая дверь своим ключом. Когда-то эта квартира принадлежала ему, но потом он переехал и ее предоставили Кину. Сбросив обувь в прихожей, и оставив там сумки с едой, парень проследовал в комнату, чтобы напугать мирно спящего ленивца. И замер в дверях. На огромном разложенном диване спал его младшенький, крепко обнимая почти лежащего на нем... Парня. С виду более чем симпатичного, да и фигура шик. Но парня. Причем было понятно, что вот эти объятия далеко не дружеские - уж слишком красноречиво были смяты простыни, на плече у незнакомца был заметен "след любви". Его брат… С парнем. "Вашу ж… Машу" - Кхм… - кашлянул он. Приоткрывший один глаз, Кин увидел брата и улыбнулся. Потом осторожно сгрузил с себя сонную тушку Орловского и сел на диване, показав Никите жестами, что сейчас оденется и придет на кухню. Никита вздохнул, красноречиво показав взглядом на спящего Сашу, а Ростислав только пожал плечами, разведя при этом руками. Киншев-старший повернулся и молча ушел на кухню Орловский, лишившись привычного тепла и уюта, поморщился и спросонья пробормотал: - Кин… Ну чего тебе в выходной не спится? - и в подтверждение своих слов, потянул партнера обратно к себе. - Эмм, там мой брат приехал, - скорчил гримасу тот, - пошли знакомиться, что ли? До Саши не сразу дошел смысл сказанной Ростиславом фразы. Но когда дошел… Он едва не подскочил на постели. - Он нас… эээ… - шепотом поинтересовался Орловский, стремительно краснея. Вот только свидетелей их связи не хватало… Тем более из родственников… Вполне хватило и родителей, неожиданно оказавшихся в курсе происходящего. - Видел, видел, - проворчал Кин, выбираясь из постели и начиная одеваться, потом вспомнив лицо Никиты, негромко рассмеялся, - вставай, давай. Чего уж теперь краснеть-то? - У слишком многих в этом мире есть ключи от твоей квартиры, - пробурчал Сашка. - Пора сменить замки… Он встал и натянув на себя брюки с футболкой, валявшиеся неподалеку, обратился к уже выходящему из комнаты Кину: - Слушай, мне, наверное, лучше уйти… Ростислав аж остановился от такого и, обернувшись с возмущением, прошипел: - Куда? Только попробуй. Совсем рехнулся? - Но я… - начал было парень, но, столкнувшись с гневным взглядом Кина, только тяжело вздохнул и поплелся следом. - Привет, Никит, - громко сказал Киншев в спину стоящему у плиты парню. - Доброе утро, мелкий, - улыбнулся тот, отвлекаясь от сковородки с омлетом. - Я смотрю, ты занялся личной жизнью… А чего по мальчикам вдруг? - Я не по мальчикам, - возмутился Ростислав и, фыркнув, добавил, притягивая Орловского к себе, садясь на стул и усаживая того к себе на колени, - я по Саше. Кстати, познакомьтесь. Саша, это мой старший брат Никита. Никита, это мой парень - Саша Орловский. - Кин, ты чего… - возмутился тот такой откровенной демонстрации отношений. Никита придирчиво осмотрел стремительно краснеющего парня, позу, в которой расположился братец, собственнически обнимающий Сашку, и хмыкнул: - Симпатичный. А вот такого, только девочки, не было? Киншев-младший широко улыбнулся и ехидно ответил: - Тоже хочешь? - потом ласково погладил Сашу по плечу и сказал: - Я мальчика выпросил. Никита в ответ хмыкнул, и собрался было варить на всех кофе, когда его остановил голос Саши: - Я сварю, вы же гость… - на самом деле парню просто хотелось отвернуться, чтобы хотя бы спиной чувствовать взгляд, а не смотреть в глаза старшему брату своего бойфренда. - О, значит тут не просто секс, а семейные отношения? - хмыкнул старший. – Родители-то в курсе? - Ну как бы… Да. Спалились. - замялся Кин. Саша возмущенно дернулся в его руках, забыв о наблюдающем за ними Никите. - И кто в этом был виноват? Я не просил тебя заваливать меня там, где нас мог увидеть кто угодно… Ростислав поцеловал его в плечо и примирительно сказал: - Ну, Саш, зато скрываться не надо. Сашка возмущенно что-то прошипел и снова дернулся. - Так, мне кто-то кофе обещал, нет? - вопросительно вздернул бровь старший Киншев, прекращая разгорающийся спор. - Да, сейчас, извини… Рос, пусти меня уже, - Саша с трудом отцепил от себя руки парня и направился к плите, чтобы сварить кофе. Ростислав фыркнул, смотря на Никиту, который, уступив его парню место у плиты, сел на диванчик рядом с братом. - И давно вы вместе? - поинтересовался гость. - Уточни, что именно тебя интересует, - хмыкнул Кин.- Сколько мы живем вместе или трахаемся. Сашка от таких слов едва не выронил турку и повернулся к бойфренду, гневно стреляя глазами в его сторону: - Киншев, а тебя не учили быть поскромнее? Никита расхохотался в ответ на Сашины слова и, вытирая выступившие слезы, произнес: - Кин и скромность, по-моему, даже не знакомы. Ростислав же в свою очередь, улыбаясь, просто пожал плечами. Саша замер у плиты. Ему было неудобно - вся эта ситуация, то, что брат его парня застал их в постели, безбашенность и откровенность Киншева. Неужели он и правда не понимает, что ему банально некомфортно в обществе другого человека? Кин подмигнул брату, потом, встав со своего места, подошел к Сашке, прижался к нему со спины, крепко обнял и прошептал на ухо: - Прости, но привыкай. Парень тяжело вздохнул и аккуратно высвободившись, начал разливать кофе по чашкам. - Семейная парочка, блин, - засмеялся Никита. - А что ж в холодильнике-то мышь повесилась? - Моя очередь идти в магазин была, - хмыкнул Кин. - Ну и сам понимаешь... Кстааати. Ты чего младшему брату привез? Я ведь знаю, что ты, как и мама, заботишься о моем желудке. - Отлипни от человека, а то он уже сквозь землю готов провалиться. Загляни в холодильник и разбери сумки в коридоре. А еще я заказал пиццу… Младший изобразил барабанную дробь на своем прессе и с криком "Йухху" пошел в коридор. Никита покачал головой и, обращаясь к Сашке, произнес: - Я не собираюсь вас осуждать или обсуждать. Но, честно говоря, из вашей пары больше всех мне жалко тебя. Жить с этим... раздолбаем - иногда опасно для жизни. - Это я уже понял, - проворчал парень. - Но он обладает удивительным для такого раздолбая очарованием… Как там было?.. "Легкий флер ебанутости", вот. И, Никита… Ты не думай, я пытался ему объяснить, что я мальчик, а ему нужна девочка… Никита с выражением исследовательского интереса на лице уставился на Сашу: - И как? - после небольшой паузы продолжил. - Хотел бы я увидеть человека, который сможет объяснить Кину, что он неправ, когда тот уверен в обратном, - и нарочито тяжело вздохнул. - Это не удается даже папе с мамой. Сомневаюсь, что удастся тебе. Так что я совершенно перестал удивляться чему-либо, касающегося решений Кина. - Как видишь… - Орловский многозначительно обвел жестом пространство. Слова Никиты заставили расслабиться - значит, он не против таких нетрадиционных отношений. - Эй, чудовище, ты там прямо из пакета, что ли, жрешь? Кин согласно угукнул, заходя на кухню с сумками и набитым чем-то ртом. Саша забрал у него сумки, едва удержавшись от того, чтобы не отвесить парню подзатыльник. - Даже не думай, в магазин все равно пойдешь. - Ну точно, семейная парочка… - засмеялся Киншев-старший. - Ребят, вы посмотрите на себя, вам бы рождаемость нации повышать, да генофонд улучшать, а вы… Хотя, Ростислав, я тебя понимаю… Киншев-младший поставил сумки на стол и, проглотив то, что жевал, шутливо погрозил пальцем брату и сказал: - Но-но, попрошу без намеков. На тебе лежит ответственность за продолжение рода Киншевых, и ты не имеешь права подвести папу. А я так... раздолбай и с меня взятки гладки. - Никаких намеков! – примирительно поднял руки вверх Никита. – Я гетеросексуален до безобразия – меня интересуют исключительно девушки, желательно «2-в-1». Так что можешь радовать папу, род Киншевых таки продолжится, - он улыбнулся и кивнул в сторону Сашки. – Я всего лишь одобряю твой выбор. - Фуух, отлегло, - дурачась, ответил Кин. И притянув к себе Сашку, обнял и положив голову на плечо тому, пробурчал: - А уж как я одобряю. - Не подлизывайся, - хмыкнул Орловский, но парня в ответ все же обнял. В этот момент в дверь позвонили, и Никита пошел открывать, озвучив надежду, что, наконец, пришла долгожданная пицца. Расплатившись с доставщиком, он вернулся на кухню, и, застав очередную интимную сцену в виде поцелуев «семейной парочки», громко проговорил: - Так, хватит уже, я завидую. Скажите мне лучше, какие планы на Новый Год? - Как обычно – в большом семейном кругу. Думаешь, я пропущу такое халявное застолье? Да и вообще, это традиция, а традиции нужно соблюдать. Когда еще все семейство в полном составе собирается за одним столом? - Значит, решено. Позже созвонимся, и я сам вас отвезу, - допивая кофе, сказал Никита. Встав из-за стола и уходя в прихожую, он дурашливо протянул: - До встречи, протииивные! Кин не был бы Кином, если бы не оставил за собой последнее слово: - Да пребудет с тобой сила, Оби Ван!