План «РИМ»

      Погода была дождливой и промозглой, поэтому я просидела в школьной библиотеке до тех пор, пока окончательно не стемнело. Не хотелось выходить из здания, пока дул порывистый ветер и накрапывал дождь. Да и идти, кутаясь в тёплый, но продуваемый шарф, в полнейшем одиночестве, тоже. Несмотря на то, что в последнее время все носились со мной, как с маленьким ребёнком, я чувствовала себя одинокой и даже немного брошенной. Ну, как немного? Быть абсолютной одной почти всегда — это ведь «немного»? Конечно, Жан очень много времени проводил со мной, но это было что-то не то. Не знаю, почему, но точно не то.       Я видела, как прошла Имир, говорившая о чём-то очень громко и весело с Хисторией; видела Марко с Армином — эти умники научились даже спорить без слов; прошла Энни, а ещё чуть позже — Жан, вероятно, отработавший своё наказание за драку с Йегером. Когда же в окне удалось разглядеть силуэты Райнера, Берта и Мирри, я быстро отвернулась и уткнулась в книгу.       Так я просидела до сумерек. И посидела бы ещё, но оставаться тут ночевать все же не хотелось. Впрочем, не хотелось и домой: там меня ждала лишь глухая пустота. Такая же глубокая и тёмная, как сейчас в моей душе.       Наверное, мой бездумно бредущий силуэт мог здорово напугать какого-нибудь особенно впечатлительного прохожего. Хотя на территории школы, которую я до сих пор не покинула, это вряд ли кого-то удивило бы. Скорее всего, подобное просто осталось бы без внимания.       И тут в меня что-то неожиданно прилетело. И это что-то очень напоминало мяч для регби. Даже не спрашивайте, откуда я это знаю.       — Ты совсем, что ли, меня не слышишь?       — А?       Я растерянно посмотрела на темноволосую девочку с большими, горящими азартом глазами. Одета она была в порядком потрёпанную мальчишескую футболку, старую куртку и перепачканные грязью штаны, за спиной был портфель едва ли не больше самой девочки. Я подняла мяч, лежавший у моих ног, и кинула ей. Девочка ловко и уверенно поймала его.       Если верить моему неопытному взгляду, то передо мной стоит Габи Браун, ночной кошмар всех регбистов, которые так или иначе попадают в её поле зрения, потому что их тут же начинают доставать на известно какую тему. Габи была двоюродной сестрой Райнера. Встречались мы с ней всего пару раз, причём последний был больше полугода назад. А сейчас она стояла здесь, прямо на моём пути, и я задавалась лишь одним вопросом: «Господи, да за что мне это?».       — Извини, я просто задумалась.       — Здорово так задумалась — пока в тебя мяч не прилетел, не услышала, — фыркнула Габи, а я боролась с острым желанием научить этого хоббита хорошим манерам и банальному уважению к старшим. — Я уже раза три спросила: ты не знаешь, где Райнер?       — Понятия не имею. А что?       — Он должен был забрать меня из школы час назад, но его до сих пор нет. Я уже сама домой пошла, но там закрыто, а ключи только у Райнера.       Ух ты! Вы ведь не хотите мне сказать, что в ближайшее время я буду обременена этой маленькой и невоспитанной проблемой? Да нет, это сестра Брауна, вот пусть сам с ней и разбирается. Буду я ещё за него проблемы решать, после его заявления, что от меня он «такого не ожидал»! А то он будет где-то застревать на час, наверно наслаждаясь жизнью, а я буду решать проблемы, которые ко мне никаким боком не относятся. Ну уж нет! Только не в этой жизни! Ладно, может быть, по доброте душевной, которая меня рано или поздно сгубит, можно было бы ещё кому-нибудь помочь. Кому-нибудь, чья фамилии не начинается на «Бра» и не заканчивается на «ун».       Я хотела просто молча уйти домой и заняться самым важным делом: чтением манги, которую мне дал Армин, ведь Арлерту удалось меня так заинтриговать, что не попросить дать её почитать было просто невозможно. Но уйти я, естественно, никуда не смогла, потому что оставлять вечером на улице ребёнка в одиночестве из-за неорганизованности её гениального брата противоречило всем моим принципам. Но и бегать искать Брауна по всему городу не очень-то хотелось.       Так что я решила позвонить Бертольду, потому что кроме него помочь мог только розыск или Имир. Но для одного Райнера слишком много чести.       — Мирта? — Гувер, кажется, был удивлен и взволнован. Ой, не делай вид, что я звоню только тогда, когда что-нибудь случается! — Что-то случилось?       — Пока нет. Просто хотела спросить, где Райнер. Тут один форс-мажор произошёл, ему было бы интересно.       — Я бы с удовольствием помог тебе, но мы расстались почти полтора часа назад, а где он теперь, я даже не знаю.       — Ладно, спасибо и на этом, — вздохнула я. — Удачного вечера.       Удачного вечера и тебе, Райнер. Хорошо отдохни и за себя, и за меня, потому что я буду разгребать заваренную тобой кашу. Опять. Я посмотрела на Габи, которая неожиданно терпеливо ждала своей участи. Блин, ну почему вся фигня происходит именно со мной?       — Что ж, то недоразумение, что гордо зовёт себя твоим братом…       — Попрошу, — угрожающе протянула Габи, перекидывая мяч из одной руки в другую. Ой, прости-прости, что осквернила доброе имя твоего идола. Теперь придётся десять дней и десять ночей замаливать свой страшных грех.       — Скрылось в неизвестном направлении, — продолжила я. — Поэтому предлагаю тебе пойти пока ко мне, чтобы тебе не оставаться поздно вечером на улице. Мало ли, что может случиться.       — Ты думаешь, что ко мне могут докопаться какие-нибудь придурки? Да я их одной левой!       — Вот поэтому-то я переживаю за «каких-нибудь придурков».

***

      В конечном итоге мы сидели на кухне и пили чай. Габи, болтая ногами, громким голосом, от которого звенело в ушах, рассказывала о своих успехах в школе и регби вперемешку с одами, посвящёнными старшему брату-козлу. Каждый раз при упоминании бывшего друга хотелось выплюнуть чай обратно в кружку. Райнер то, Райнер сё. А вот я из-за него даже мангу почитать не могу. Даже на расстоянии нагадить умудрился!       — Слушай, — протянула Габи, внимательно разглядывая моё лицо, — вы же с Райнером очень близки?       — Ага, десять раз. Удивляюсь, как не срослись ещё, — фыркнула я, но Браун, кажется, не поняла сарказма. Или успешно проигнорировала.       — Что с ним за чертовщина в последнее время творится? Он не говорит, но я вижу, что что-то не так.       Только я хотела открыть рот, чтобы высказать множество язвительных фраз на тему «Что может быть не так с Райнером», как раздался настойчивый стук в дверь.       Кто-то стучал так, словно хотел снести её с петель. Вот сейчас я пойду и выскажу этому «кому-то» всё, что думаю по этому поводу, а потом любезно расскажу о том, сколько стоила эта несчастная дверь и где можно такую же купить на замену сломанной.       — И кого там нелёгкая принесла? — недовольно цокнула я, поднимаясь и кутаясь в тёплый шарф. — Габи, ты пей чай и ешь печенье. Если хочешь, можешь достать в холодильнике шоколад. А потом, наверное, договорим.       Девочка проворно соскочила со стула и подлетела к холодильнику. Но… нормы приличия… моя шоколадочка… Да уж, если мне не везёт, то сразу по всем фронтам. Осталось только метеориту упасть на мой дом, и программа-максимум выполнена! Как же это всё бесит.       Мое раздражение усилилось, когда холодный ветер ворвался в прихожую, неприятно прошёлся по голым ногам и заставил ещё сильнее укутаться в шарф. Всё, сейчас я точно выскажу всё, что думаю, тому несчастному, который так не вовремя решил ввалиться ко мне. И каково же было моё удивление, когда я увидела запыхавшегося и еле стоявшего на ногах Райнера с бешено горящими глазами.       Знаете, даже когда меня чуть не сбила машина, он не был так напуган, как сейчас. О, может, кого-то действительно сбило? А может, этот «кто-то» даже из моего персонального списка тех, кого я бы лично отдала на расправу нашему дьявольскому уборщику?       — Я… — хрипло начал было Браун, но тут же замолчал, как-то беспомощно глядя на меня. Кажется, понимаю, в чём тут дело. Не прошло и года, сэр. Жаль только, что уже пострадало моё печенье и бесценная шоколадка.       — Да вижу, что ты. Какая нелёгкая привела тебя ко мне?       — Понимаю, ты очень злишься на меня, и понимаю, что я очень виноват перед тобой, но мне нужна твоя помощь, Мирта. Габи… Её не было в школе, когда я пришёл за ней. Я везде искал, но её нигде нет.       Мирта, глубокий вдох, выдох. Зачем бить такого бугая? Не нужно этого делать, а то ещё руку сломаешь. Ну, а чего ещё можно было ожидать? Что Райнер просто так прибежит мириться? Ага, закатай губу обратно, дорогуша. Вот как захлопнула бы дверь перед его носом, но судьба шоколадки меня сейчас беспокоила куда больше, чем задетая гордость. Шоколадка-то меня не бросит, в отличие от некоторых.       — Стой здесь. И только попробуй переступить порог — я вытурю тебя шваброй или мокрым полотенцем, не решила ещё, что больнее и удивительнее.       После такой не самой правдоподобной угрозы я вернулась в дом, чтобы сообщить Габи благую весть о возвращении блудного старшего брата, потому что на сегодня с меня точно хватит Браунов. Выносить их, оказывается, бывает адски трудно.       — Мирта, а можно я буду иногда к тебе приходить? — спросила Габи, когда я вывела её к Райнеру, смотревшему на меня, как на бога, из-за чего ещё сильнее хотелось его ударить. Значит, Мирта хорошая, святая и просто молодец, когда она разгребает кое-чьи неприятности, а так она мерзавка, не достойная царской милости. В следующий раз сдам эту малявку Бертольду. Райнер — его лучший друг, вот пусть и возится. А с меня разочарований хватит.       Конечно, такая просьба заставила меня немного погрустить: не успел один Браун исчезнуть из моей жизни, как появилась вторая, съедающая мои запасы так же бессовестно и бессердечно. И это снова грозило убытками и хождениями по мукам. Однако пить чай или гулять по парку в полнейшем одиночестве или в компании Жана (который сметает мои запасы ещё наглее) совсем уж тоскливо. Да и Габи, если перестать вредничать, просто чудесный ребёнок, из-за которого у меня начинается мигрень уже минут через десять, но это пустое.       — Конечно, если хочешь, то можешь звонить и приходить ко мне в любое время дня и ночи, буду рада, — улыбнулась я, начиная припрыгивать от холода и шмыгать носом.       — Спасибо! — она проворно соскочила со ступени и, помахав мне рукой, уже была готова сорваться в сторону дома, но что-то в её жизни пошло не так. В моей раньше тоже всё шло не так. И имя этому «не так» — Райнер.       — Габи, не уходи далеко, я сейчас догоню.       Я без особого интереса взглянула на Брауна, всем своим видом давая понять, что он сейчас последний человек, которого я хочу видеть, но… Пф, как будто его это когда-нибудь останавливало. Поэтому я решила просто воспользоваться проверенным приёмом — скрыться за дверью. Ломиться нехорошо, торчать до посинения — тоже, потому что в обоих случаях это вызовет подозрения у соседей, соседи вызовут полицию, а там всё по известному сценарию, который сейчас казался даже поинтереснее моей вечной школьной драмы.       Однако только я хотела залететь обратно в дом, в лучших традициях хлопнув дверью, как Райнер схватил меня за руку и потянул назад, обламывая стратегическое отступление.       — Мирта, я понимаю, что ты сейчас очень злишься…       — Очень злюсь? Мне абсолютно плевать, а теперь сделай одолжение — проваливай, мне ещё уроки делать. Знаешь, с таких плохишей и аморальных ублюдков, как я, всегда больше спрос. Не хочу ещё больше обрастать проблемами. Наша плохая компания теперь на особом учёте после ряда маленьких происшествий. Сначала ты вёл себя так, словно меня больше не существует в твоей жизни, потом позволил себе лезть в мою жизнь, решая, с кем мне общаться и как себя вести. Хочется учить жизни — учи кого-нибудь другого. Наши пути окончательно разошлись в том пугающем школьном коридоре.       Браун тяжело вздохнул и тряхнул головой, видимо, отгоняя острое желание мне врезать. Впрочем, это было взаимное желание.       — Возможно, я тогда был не прав… — в очередной раз предпринял он попытку объясниться, но опять был перебит. Поверить не могу, что сейчас унижаюсь не я, а бывший друг. Событие месяца!       — Послушай, Райнер, у тебя восхитительная позиция. Меня бесит, что ты возомнил себя пупом земли и моим благодетелем в частности, что ради твоего царского прощения мне приходилось так унижаться. Ты позволил себе вычеркнуть меня из своей жизни, как какое-то ничтожество, потом вздумал решать, с кем я должна общаться, а с кем нет, и, наконец, пытался избить моего друга. А теперь что? А теперь запахло жареным, и ты сразу побежал сюда, умоляя помочь. Так вот знаешь что? Я помогала не тебе, а Габи, которая одна ходила в такой холод по вечернему городу из-за того, что её брат-баран загулял черт знает где.       — А ты думаешь, мне было легко?! Ты отказалась вообще что-либо объяснять, сказала, что тебе плевать на всё, а потом ты смеешь заявлять, что это я вычеркнул тебя из своей жизни? Особенно после того, как ты связалась с Кирштейном.       — Когда ты закатывал мне истерики на ровном месте со слезами и воплями, что ты должен стать лучшим, я их терпела. Но когда у меня появились проблемы (причём, прости меня, они были серьёзнее, чем отсутствие признания левого человека) и когда я, не справляясь с ними, огрызнулась, то вместо поддержки получила такую смачную пощёчину. Спасибо, друг, это было чертовски мило. Ты считаешь себя таким бедным, никем не понятым, и меня это бесит ещё больше. У тебя, мистер главная звезда школы, нет цели не сдохнуть в этом каждодневном Аду, где каждый третий человек хочет меня просто унизить и выжить из школы. Ты когда-нибудь находил свои учебники в мусорном ведре? Тебе писали на парте угрозы и пожелания сдохнуть? У тебя прятали одежду? Подставляли? И ты после этого смеешь заявлять, что тебе там в чём-то было тяжело? Да это из-за тебя моя жизнь превратилась в сущий ад! А теперь проваливай и больше даже не смей ко мне подходить!       После такого чересчур откровенного и истеричного монолога я стремительно влетела в дом и хлопнула дверью так, что подкова, висевшая над ней, упала, чуть не зарядив мне по голове. Издевательства в школе — вот корень всех моих бед, с которым я никак не могла справиться в одиночку, а просить помощи было не у кого, да и стыдно. Я сам себя привела к такому положению дел, и единственное, что я могу сейчас делать, это сидеть, прислонившись к двери, и сдерживать слёзы бессильной злобы. Зато хоть кому-то я это высказала. Даже немного полегчало. И где там манга Армина?