Возвращение короля

Хоббит почувствовал, что ему нужно немного побыть наедине с собой. Торин, как обычно, многое решил за него, но взломщик не сердился. Желание гнома отправиться в Эребор полностью совпадало с его. Бильбо вполне мог позволить себе погостить у друзей или даже вовсе поселиться под горой. Наверняка там найдется что-нибудь похожее на нору, а если нет… когда надо, подгорный народ копает очень быстро. Взломщик улучил момент и незаметно оставил брата с сестрой наедине. Уйдя в свою спальню, он устроился в уютном кресле, вполуха прислушиваясь к тому, как гномы хозяйничали в его кладовке. Потом, придя к окончательному согласию с самим собой, углубился в книгу. Некоторое время между Торином и Дис царило полное взаимопонимание, они даже спели дуэтом. Бильбо заслушался, затаив дыхание, хоть слова и были ему непонятны, но чарующую мелодию он прекрасно знал. Однако по мере того, как оба хмелели, мирный разговор перетек в какой-то спор. Дис первая перешла на повышенные тона. Загрохотал опрокинутый стул, поднялся тарарам, брат с сестрой сперва носились по гостиной, потом выскочили в коридор… и в этот самый момент принцесса с торжествующим возгласом схватила убегающего мальчишку за подол. Торин понял, что дело плохо, и сестрица на правах заботливой тетушки вот-вот надерет ему задницу. Тогда, расстегнув пряжку ремня, он высвободился из килта, благо, эта одежда была рассчитана именно на то, чтобы ее можно было сбросить и идти в бой ничем не стесненным. Одним прыжком юноша достиг гостеприимно приоткрытой двери хозяйской спальни и, очутившись внутри, тут же задвинул засов. Прислонившись к крепкой дубовой поверхности и облегченно вздохнув, Торин ощутил весомый удар с той стороны, всего один, значит, сестрица не собиралась ее выбивать. Хоббит с интересом взглянул на полуголого гнома и, чуть покраснев, уточнил: «Что вы не поделили?» – Похоже, я кое-что не учел, – признался он, усевшись в кресло и прикрывшись полами рубахи. – Раньше навалять мне могли только сыновья Фундина, а теперь – все старшие родичи. Гном потер переносицу хорошо знакомым хоббиту жестом, а Бильбо хихикнул, представив Торина таким, каким он был до своей гибели. И Двалина, завалившего его поперек коленей, а рука у воина тяжелая… Молодой гном фыркнул, угадав ход его мыслей, но обижаться не стал. – Племянничек, – послышалось тем временем из-за двери. – Что ты там делаешь со своим взломщиком? Впрочем, это, конечно, не мое дело… Прозвучали и стихли шаги Дис, Бильбо с надеждой взглянул на гнома и робко спросил: «Может, пойдешь оденешься?» Однако Торин прекрасно знал, что сестрица никуда не ушла. У нее оставалось еще по меньшей мере полкувшина доброго вина, так что придется выдержать еще с полчаса осады. Принцесса прекрасно знала, что делает. Двусмысленность ее вопроса и то, как пощекотал голые ноги взгляд Бильбо, заставило гнома пожалеть о том, что спорран вместе с ремнем остался в коридоре. Вконец смущенный хоббит сдернул покрывало с постели и накинул на благодарно улыбнувшегося друга. Торин порадовался, что полурослик не заметил, как приподнялась пола рубахи, а теперь возбуждение надежно скрывали складки плотной ткани, которую он, как бы невзначай, скомкал получше. Гном уже предчувствовал, что ночка выдастся бессонная, и назначил себе дополнительный час тренировок на утро. «А там, за сборами и походом, глядишь, не до того будет, – попытался он успокоить себя, но получилось как-то неубедительно. – Хватит, сын Траина, этот хоббит любил попугая, а не тебя!» Некоторое время спустя молодой гном пригрелся и со вкусом зевнул. Все-таки хмель брал свое – когда еще он пить снова научится? К счастью, Бильбо был не против того, чтобы гном прикорнул в его комнате, и даже предложил лечь спать вместе. Бывший король под горой вспомнил, как завалился к нему в постель, и чуть покраснел. Он-то думал, что после таких выкрутасов путь ему туда заказан, и известие о том, что взломщик не против, его совершенно огорошило. Правда, речь шла именно о сне, но и это было на редкость приятно. *** Сборы, увы, не заняли его надолго. Торин распотрошил мешок с вещами, которые дала ему Неф, немного повозмущался, что там нет ни одних штанов, и уложил все так, как ему больше нравилось. Еще он, наконец, вернул Маэгнас законному владельцу и заказал у знакомого мастера ножны для недавно выкованного меча и флягу. Тот долго чесал в затылке, рассматривая клинок, а потом спросил-таки, чья это работа? – Наследство от отца, – пожал плечами юноша. – Так ты же сын зодчего, – удивился Лали и подозрительно взглянул на Дарина, прикидывая, не украл ли тот оружие. – Я сам никак не привыкну, – молодой гном ковырнул землю башмаком и выудил из-за пазухи бумаги, которые сам же недавно составил. – Это нашли в доме взломщика. Проглядев их, мастер взглянул на собеседника иначе и с неподдельной грустью проговорил: «У тебя его глаза, странно, как я не замечал раньше?» С лица Дарина и правда смотрели точь-в-точь такие глаза, как были у Торина, «зеркало души», как выразился чародей. Пришлось прикусить язык, чтобы не ляпнуть лишнего. Чем меньше гномов знают правду, тем лучше. Лали был славным малым, да только язык за зубами держать не умел. Торин не сомневался, что необходимые ему слухи расползутся уже к вечеру. Следующим он навестил старого кузнеца, который в свое время научил его всему, что умел и знал сам. Он никогда не видел, чтобы этот здоровенный гном, способный голыми руками гнуть подковы и одной левой поднять наковальню… плакал. Торин бы стерпел все – и объятья, способные переломать ребра, и неизбежный нагоняй за то, что заставил переживать, но слезы наставника совершенно сбили его с толку. – Можно… – он накрыл здоровенный кулак кузнеца своей рукой, насколько хватило. – Можно, дома я буду работать за тебя… а потом скажем, что ты меня обучил… – Дома, – повторил за ним великан, продолжая всхлипывать, а потом сгреб ученика в охапку и пробубнил куда-то в темную макушку: – Спасибо тебе, Торин. Спасибо, что вернул Эребор. Наставник долго не мог оставить воскресшего из мертвых ученика в покое и едва не придушил его ненароком. В результате они оказались в самом хвосте растянувшегося каравана. Бильбо ехал чуть позади Торина, не решаясь тревожить его в таком настроении. С виду все было в порядке, но хоббит слишком хорошо узнал это спокойствие. На самом деле бывший король под горой был захвачен глубокими чувствами. Взломщику и самому было о чем поразмыслить, например, о том, не забыл ли он чего, упаковывая походные сумки. Он снова покидал родные места, и на сей раз – с легким сердцем. Взломщик даже поймал себя на том, что хочет повидать окаменевших троллей. – Так странно, – услышал замечтавшийся полурослик задумчивый голос Торина. – Мне не нужно следить за порядком, решать, кто пойдет в авангарде, заботиться о продовольствии и много еще о чем… – Мне тоже странно, – признался Бильбо. – Так хотел вернуться в Шир, а теперь мне кажется, что это и не мое желание вовсе… – Поспишь пару ночей на холодной земле – тут же затоскуешь по любимой перинке, – подначил друга молодой гном. – А ты-то сам как себя будешь чувствовать, прикорнув на камнях? – не остался в долгу полурослик. – Знаешь, а не так уж и плохо, – Торин прислушался к своим ощущениям. – Даже хорошо, надо полагать. Я как-то не думал об этом. Раньше переломанные ребра на погоду ломило и спать приходилось почти в одной позе, а то потом правым плечом не пошевелить было. И пальцы все сгибаются как положено. – Правда? Я и не замечал, – смутился хоббит. Торин припомнил, как еще в юности угодил в неприятную ловушку – камни зажали руку, и освобождали его очень долго и тщательно, потому что не посмели бы отрубить наследнику руку. Пальцы удалось сохранить и заживить почти удачно, но мизинец и безымянный действовали не так хорошо, как хотелось бы. Именно поэтому гном чуть не сорвался со скалы, спасая полурослика, повисшего над пропастью. Однако рассказывать взломщику об этом Торин не захотел, зная, что тот станет чувствовать себя еще более виноватым. – Давай не поедем со всеми через Ривенделл? – предложил Торин. – Если проехать вдоль реки Буйной, выберемся к перевалу, а оттуда к тропе, которую показал Беорн. – Она же течет через Эттенмурс! – возразил хоббит. – Там полно троллей! Он понял, что скучать по каменным товарищам, которые едва не съели всю компанию, было гораздо приятнее на расстоянии. И уж точно не хотелось налаживать знакомства с их сородичами. – Но этим путем мы здорово обгоним Дис и остальных, – заметил гном, улыбаясь представившейся возможности остаться со взломщиком наедине. Кроме того, ему уж очень хотелось отделаться от новоявленных старших братьев, которые уже заставили его выучить имена всех родичей и запомнить, кто из них как выглядит. А вот шуточную возню Торин с ними устроил без всякого принуждения, постепенно старшие сыновья Неф, как и сама гномка, становились ему если не родными, то хотя бы и не чужими.